Драко Малфой и дневник Темного Лорда

      Декабрь наступил и прошел для Драко немного как в тумане. Он хранил опасный дневник, спрятанный ото всех, кто мог бы его искать, в сундуке, который в прошлом году ему подарил Хагрид, чтобы руки Нотта не касались его вещей, и боялся вынимать его даже на мгновение. Драко мог бы поклясться, что чувствует как темная магия тянется к нему всякий раз, когда он открывает сундук, чтобы достать одежду или книги, и каждый раз это заставляло его вздрагивать. Он знал, что в конце концов ему придется что-то с этим делать - если дневник будет обнаружен у него, то его обвинят. Но вот в том, что именно он должен предпринять, он не был уверен. Если бы он решил передать дневник кому-то из профессоров или рассказать о нём, его автоматически заподозрили бы в причастности к тем происшествиям, точно так же, как Уизли заподозрил его в том, что он заколдовал тот бладжер. А этого Драко допустить не мог. Гарри и Гермиона до сих пор доверяли ему, но Драко не знал, сохранится ли их доверие и в случае таких подозрений. И он не хотел сделать ничего такого, чтобы поставить под угрозу дружбу с единственными людьми, кроме, возможно, его матери, которые верили в него. Нет, ему придется самостоятельно найти способ закрыть Тайную комнату. Но он понятия не имел, как это сделать, и, честно говоря, он боялся быть проклятым тем или иным образом, если он будет держать у себя дневник слишком долго. Сначала ему нужно было продумать стратегию. А пока он был в процессе поиска решения, то просто старался изо всех сил притворяться перед самим собой, что проклятая штука, спрятанная среди его вещей, не излучает магию. В одном Драко был уверен точно: в этом году он ни за что не проведет Рождество в поместье. Как только профессор Снейп вывесил список для студентов, которые хотели бы остаться в замке на Рождество, он подписался, написав матери какое-то слабое оправдание по поводу учебы, в которое он даже не ожидал, что она поверит, хотя она была достаточно любезна, чтобы притвориться, что поверила. Гарри, Гермиона и Уизли тоже оставались, отчасти из-за зелья, которое они тайно варили в туалете девочек на втором этаже, с водящимся там привидением. Драко никогда не встречал такого удручающего призрака, как Плакса Миртл, которая совершенно не оставляла их в покое и он был совершенно потрясен каждый раз, когда они сталкивались с ней, хотя, по крайней мере, казалось, что она не собиралась никому рассказывать, что они нарушают школьные правила прямо в святая святых её ванной комнаты, поэтому он изо всех сил старался терпеть ее. И еще Драко решил остаться, не желая оставлять этих троих на произвол судьбы на протяжении всего процесса варки зелья. — Я знаю, что ты вполне способна, Гермиона, — протянул Драко, как обычно, прибегая к сарказму, когда чувствовал панику и подавленность. - Но я не доверяю этим двум болванам. На всякий случай вам будет лучше иметь под рукой кого то с рациональным складом ума. Уизли деланно расхохотался на его слова, но Гарри лишь нерешительно посмотрел на него и, прервав рыжеволосого задиру, спросил: — Я думал, ты говорил раньше, что весь план был «глупым и бессмысленным риском»? — Что ж, так оно и есть, — подтвердил Драко. - Я по-прежнему убежден, что Нотт не имеет к этому никакого отношения. “Поскольку не Нотт виновник, а мой собственный отец”, - что услужливо напомнил ему голос в его голове, но он изо всех сил старался игнорировать его и сохранять невозмутимое выражение лица. - Но я дружу с гриффиндорцами достаточно долго, - продолжил Драко, - чтобы понимать, когда я сражаюсь в уже проигранной битве, поэтому я просто собираюсь быть рядом с вами и следить за тем, чтобы вас не выгнали из школы. На самом деле Драко был очень благодарен за то, что зелье увлекало его друзей. Всё это отвлекло их от него и никто, казалось, не подозревал, что с ним творится что-то неладное. Он внимательно наблюдал за девочкой Уизли в течение нескольких дней после того, как дневник попал к нему в руки, и, хотя она казалась обезумевшей и обеспокоенной, это могло быть и как из-за нападения на Криви, так и из-за потери дневника. Складывалось впечатление, что она не доверилась никому из своих братьев, что, казалось, было к лучшему. Возможно, она оказалась достаточно умна, чтобы промолчать об этом и тогда никто и никогда не узнал бы об этом. Драко сомневался, что она установила связь между дневником и всеми событиями вокруг Тайной комнатой — он был почти уверен, что в таком случае она была бы в гораздо худшем состоянии, но она должно быть была ненормально наивной, чтобы не почувствовать темную магию, исходящую из книги.

***

Шла последняя неделя семестра, когда профессор Локхарт предложил устроить в школе дуэльный клуб, чтобы отвлечь учеников. Честно говоря, если бы Драко знал, что Локхарт будет вести его (в объявлении не упоминался наставник), он бы не пошел - у него были дела поважнее, чем позволить Локхарту тратить его время. И в любом случае этот пустозвон не мог ничему его научить. Но, увы, вот он здесь, с запрокинутой в раздражении головой, когда Локхарт и Снейп (худшую пару подобрать было бы сложно) выходят на сцену и призывают учеников к вниманию. Все начиналось довольно интересно. Локхарт и Снейп продемонстрировали стандартные дуэльные позы — то, чему Драко еще в пятилетнем возрасте попросил своего отца научить его, чтобы он мог играть с Крэббом и Гойлом в соответствии с надлежащим этикетом, — и Локхарт выставил себя дураком, позволив Снейпу обезоружить его так же легко, как если бы он был сквибом, как Филч. После демонстрации заклинания "разоружения", профессора начали объединять их в пары, чтобы они могли практиковаться и, конечно же, именно Снейп добрался до них первым. С садистским удовольствием он объединил Гарри с Ноттом, Уизли с Финниганом, Гермиону с Миллисент Булстроуд и Драко с Забини. Драко на самом деле не возражал против того, чтобы быть в паре с Забини — из всех слизеринцев этот тихоня, вероятно, доставит меньше всего хлопот. Но Драко точно знал, что сочетание Нотта и Гарри означало неприятности. Ну, он оказался прав. Нотт и Гарри изо всех сил издевались друг над другом и Драко радовался, что они еще не владели достаточным багажом заклинаний, чтобы суметь причинить какой-либо реальный вред. Внезапно, всё стало жарче. Сломанная палочка Уизли чуть не взорвалась и сбила Финнигана с ног, одновременно окутывая помост зеленоватым дымом, который исходил из ее кончика. Гермиона и Булстроуд яростно сражались неподалеку от них, чем вызывали большое удивление у Драко - не из-за проявления Булстроуд неистовой агрессии - он знал эту девушку достаточно долго, но он не ожидал такого от уравновешенной Гермионы, он бы никому не посоветовал вступать с ней в бой. Люди вокруг, казалось, получали небольшие и средние травмы, вызванные чем-то, что определенно было чем-то большим, чем обезоруживающие заклинания. А вот Забини, напротив, поднимая свою палочку с пола, куда она упала после того, как Драко ударил его своим заклинанием, выглядел довольно скучающим. Именно тогда Локхарт решил научить их блокирующим заклинаниям (являясь чертовски некомпетентным олухом) и Снейп из всех людей в зале выбрал именно Нотта и Гарри в качестве пары добровольцев. Толпа снова собралась вокруг сцены и Драко с зарождающимся волнением наблюдал, как Локхарт шепотом давал Гарри бесполезные инструкции, в то время как Снейп и Нотт сговаривались на противоположном конце сцены с неприятными выражениями на лицах. — Гарри сделал бы нам всем одолжение, если бы смог вывести из строя Нотта прямо сейчас, — пробормотал Уизли, обращаясь только к Гермионе, но Драко все равно уловил это с другой стороны. — Рон! — прошипела Гермиона. - Мы должны научиться защищаться, а не... — Знаю, знаю! – проворчал Уизли. - Я просто имею в виду, что это было бы намного проще, чем наш первоначальный план. — Потому что прикончить кого-то на глазах у целой школы свидетелей не привлечет никакого внимания, — протянул Драко. — Вижу, что твои идеи, Уизли, становятся всё лучше со временем, прямо как хорошее эльфийское вино. Уизли бросил на него неприязненный взгляд, но тут Локхарт начал отсчет до сигнала, по которому Гарри и Нотт начнут дуэль, и их внимание переключилось на сцену перед ними. - Три - два - один - вперед! — Серпенсортия! — закричал Нотт, и длинная черная змея вылетела из конца его палочки, заставив Гарри тупо уставиться на нее. Драко закатил глаза, когда толпа отпрянула от сцены. Значит, они договорились показать вот это? Наколдовать старый добрый символ факультета, чтобы она пошипела на Гарри? Честно говоря, он ожидал от Снейпа большего. Но затем вмешался Локхарт, помешав Снейпу изгнать змею, естественно, потерпев неудачу в попытке и вместо этого натравив разъяренную гадину на мальчика из Хаффлпаффа. И, прежде чем Драко осознал это, Гарри зашипел на нее. Драко ошеломленно смотрел на Гарри, произносящего зловещие шипящие звуки, которые звучали так, как будто он сам был змеей. Люди ахнули и отошли еще дальше. Гермиона, одной рукой закрыв себе рот, другой схватилась за руку Драко, и в шоке уставилась на него. - Парселтанг! - выдохнула она, когда змея внезапно остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на Гарри. Казалось, она заметно сдулась, и Гарри почувствовал облегчение, секунд на пять, пока не встретился глазами с хаффлпаффцем. - Как ты думаешь, во что ты играешь? — крикнул мальчик, и Гарри непонимающе уставился на него, широко раскрыв глаза, а змея , тем временем, выскользнула из зала. Пока Драко приходил в себя, вновь начав чувствовать свои конечности, Уизли уже среагировал и тащил Гарри из Большого зала, Гермиона последовала за ними, потянув Драко за собой. Они добежали до ванной комнаты на втором этаже, где их котел мирно бурлил в одной из кабинок. Только когда дверь за ними закрылась, Уизли набросился на Гарри. — Ты змееуст. Почему ты не сказал нам? - Я кто? - озадаченно спросил Гарри. — Змееуст! — нетерпеливо повторил Уизли. - Ты можешь разговаривать со змеями! — А, это, — ответил Гарри, все еще выглядя озадаченным, когда начал рассказывать историю о том, как однажды он натравил на своего двоюродного брата какую-то змею, а Драко просто уставился на Гарри, чувствуя холод во всем теле. Он не слушал попыток Гермионы и Уизли объяснить, что его дар не так распространен, как предполагал Гарри, и последствия этого. Его голова закружилась от подступающей паники. Этого не могло быть. Все подозрения падут теперь на Гарри - лучшего друга Драко, из всех людей во всей школе - хотя на самом деле всё затеял его отец! Он не мог этого допустить! Он должен предотвратить это, пока Гарри не попал в слишком большие неприятности! В конце концов, он был единственным, кто мог это сделать! Но как бы он мог развеять любые подозрения в том, что Гарри является наследником Слизерина (как бы смешно это ни было для любого настоящего слизеринца), не получив обвинений взамен в свою сторону?! — Но это не так, — настаивал Гарри с ноткой паники в голосе. — Тебе будет трудно это доказать, — сказала Гермиона. - Он жил около тысячи лет назад, насколько известно. Ты мог бы им быть. — Он не мог, — грубо вмешался Драко. — Ты недооцениваешь нас, чистокровных, Гермиона. Мы документировали наши родословные на протяжении тысячелетий и можно проследить последние ответвления семьи Слизерина вплоть до того места, где они вымерли! Нет никакой связи с семьей Поттеров! Мы бы знали, если бы это было так! — Это довод для чистокровных и они могут в это поверить, — отмахнулась от него Гермиона. — Но они не составляют большую часть этой школы, Драко. Остальные не могут не предположить, что кто-то, имеющий связь со Слизерином, должен быть среди нас. Независимо от того, задокументирована эта связь или нет! А поскольку Гарри говорил на парселтанге... — Гарри — гриффиндорец! — настаивал Драко. - Никто в здравом уме не стал бы... — Люди напуганы, Драко! — напомнила ему Гермиона. - Они не мыслят здраво. Драко неуверенно вздохнул, понимая, что она права. Он бросил взгляд на Гарри и, увидев чистый страх на его лице, принял решение: ему необходимо использовать дневник, который был в его распоряжении, чтобы найти вход в Тайную комнату. Затем он мог бы запечатать его. Или, если ему это не удастся, он мог бы по крайней мере тогда в качестве жеста доброй воли передать всю имеющуюся у него информацию Дамблдору и тот мог бы спасти его от подозрений. Он знал, что это будет опасно, что на самом деле это безумие, чтобы попытаться действовать самостоятельно, но у него не было иного выбора. Если от этого зависит спасение Гарри, он это сделает.

***

Драко открыл сундук тем же вечером, как только добрался до общежития. К счастью, в спальне никого не было - большинство его одноклассников все еще находились в общей гостиной, обсуждая события, произошедшие в Дуэльном клубе. Драко даже не успел понять, что они говорят о Гарри, слишком сосредоточившись на поставленной задаче. Теперь он стоял на коленях на полу рядом с кроватью, с нарастающей опаской глядя на дневник в кожаном переплете, лежащий на дне сундука. Казалось, что невидимые клубы темной магии тянутся к нему, и ему хотелось откинуться назад, захлопнуть крышку сундука и больше никогда ее не открывать. Вместо этого он протянул руку, чтобы взять дневник. Его ногти впивались в кожу обложки, когда он поднялся. Драко залез на кровать и задернул вокруг себя полог, не желая, чтобы его беспокоили. Затем он бросил дневник на матрас и, глубоко вздохнув, открыл его. Он был совершенно чист. Страницы внутри пожелтели от времени, за исключением имени Т. М. Реддла на первой странице. Драко никогда особо не задумывался об истинном имени Тёмного Лорда, но если бы пришлось, то он ожидал бы увидеть знаменитую чистокровную фамилию, хорошо знакомую Драко. Но таинственное имя звучало так... обычно. По-маггловски. Драко отогнал от себя эту мысль, рассматривая дневник. - Что же мне теперь с тобой делать? — пробормотал он самому себе. - Ну же, - сказал голос в его голове, который звучал резко, как голос отца отца. - Люди обычно пишут в дневниках, ты, несообразительный мальчишка. Вздохнув, Драко встал, чтобы принести перо и чернила, прежде чем вернуться на прежнее место. Он открыл бутылку с чернилами и обмакнул в нее перо, мгновение поколебавшись, прежде чем опустить кончик на пустую вторую страницу с датой «2 сентября». — Где находится Тайная комната? - выводил Драко, чувствуя себя безмерно глупо, но это продлилось недолго — почти сразу после того, как он закончил писать, чернила, казалось, впитались в страницу и исчезли у него на глазах. Драко не понял сразу, когда на бумаге начали вырисовываться новые слова, но почерк был другим, в отличие от его собственного — менее аккуратным, и форма букв более извилистой. - Привет. Могу я спросить, кто вы? Губы Драко сжались, прочитав вопрос, а слова на странице снова исчезли. Он поднял перо, чтобы ответить. - Это вас не должно интересовать. Я задал вам вопрос. - И снова слова исчезли, сменившись другими. - Вы ошибаетесь, мне это очень интересно, так как вы явно не Джинни Уизли. Я любопытный по натуре, видите ли. Но ничего, если вы не хотите мне отвечать, ничего страшного. Могу я спросить, как мой дневник попал вам в руки? В Драко начало нарастать разочарование. Он должен был предположить, что всё будет не так просто. - Я знаю, что ты сделал с Джинни, — написал он. — Ты заставил ее открыть Тайную Комнату, чтобы ты мог напасть на кошку смотрителя и того гриффиндорского первокурсника. Я не позволю тебе сделать меня одной из твоих пешек. - Значит, ты защитник маглорожденных? Ты собираешься остановить меня? Драко взглянул на страницу, когда слова исчезли, прежде чем написать: — Еще бы! - Его перо с силой впилось в страницу, но бумага не порвалась. На этот раз дневнику потребовалось некоторое время, чтобы составить новые слова, но когда они появились, Драко в шоке выронил перо. - Ты слишком нервничаешь, Драко Люциус Малфой. Гораздо больше, чем я ожидал, зная вашу семью. Капли чернил с пера, которое уронил Драко, пролились на страницу, когда же слова снова исчезли, появились новые. - Ты хочешь знать, откуда я знаю твое имя? Это не обычный дневник, знаешь ли. Он может сделать много вещей, которые двенадцатилетний мальчик, такой как ты, даже не может представить. Руки Драко дрожали. Его дыхание прерывалось резкими вздохами. Инстинктивно он пытался обуздать свои эмоции и закрыть свой разум от внешнего доступа. - Тебе страшно? И это правильно, знаешь ли. Драко сглотнул, прежде чем, наконец, снова взял перо. - Я собираюсь передать этот дневник директору, — написал он. - Мы оба знаем, что ты этого не сделаешь, — последовал ответ. — Да? — спросил Драко, его сердце громко билось в ушах. - Да. Если бы ты собирался, то передал его сразу. Но ты боишься быть связанным с этими нападениями. Джинни рассказала мне о тебе, знаешь ли. Какое то время Драко заламывал руки, прежде чем нацарапать: — О? Что она тебе сказала? На этот раз появившийся текст был длиннее, целый абзац, написанный почерком, который не принадлежал ни ему, ни Темному Лорду. Прочитав, Драко понял, что это была Джинни. Рон говорит, что Гарри и Гермиона доверяют Драко Малфою, но он сам этого не делает. Дома папа много рассказывал о его отце и мы встретились с ним в Косом переулке. Он был высокомерным и подлым. Драко тоже кажется в некотором роде высокомерным, но он явно не очень любит своего отца. Я не знаю, что и думать. Я просто надеюсь, что Гарри знает, что делает. Я не хочу, чтобы он пострадал из-за общения с семьей Пожирателей Смерти. Глаза Драко зажмурились, когда он прочитал эти слова, он моргнул, отчаянно пытаясь снова подавить свои эмоции. - Ты никому не передашь этот дневник, - написал Темный Лорд, теперь снова сам. - Потому что все будут думать, что ты помогаешь своему отцу в его планах. Дрожащими пальцами Драко поднял дневник и захлопнул его. Он тяжело дышал, смаргивая слезы. — Мерлиновы кальсоны, — прошептал он себе под нос. — Что мне делать?

***

Драко не спал в ту ночь, охваченный страхом, гложущим его всю ночь и весь следующий день. Он избегал своих друзей между занятиями и держался особняком, думая и думая о том, что же делать с дневником. Он действительно должен сдать его, подумал он. То, что написал Тёмный Лорд, к большому разочарованию Драко, было совершенно верно — Драко было всего двенадцать лет, и он был безнадежно недостаточно подготовлен к такой ситуации. Он должен был просто избавиться от этой вещи, прежде чем она овладеет им, как это случилось с Джинни, и он бы оказался вовлеченным в это дело без возможности выпутаться. На трансфигурации он ни на что не обращал внимания, вместо этого рассеянно смотря на профессора МакГонагалл, чувствуя, что его тошнит. Что сказала бы декан Гриффиндора, если бы он сказал ей, что у него есть дневник Темного Лорда, полный тёмной магии, и, что его отец передал его Джинни Уизли, чтобы она как-то открыла Тайную комнату? МакГонагалл, хотя и была строга, всегда была добра к нему, но поверит ли она, что он не имеет никакого отношения к планам своего отца? Профессор, казалось, заметила пристальный взгляд Драко, потому что ее голубые глаза пару раз задержались на нем, и, когда урок закончился и все слизеринцы начали собираться и выходить из класса, она подошла к его столу. — Мистер Малфой, — сказала она, нахмурившись, — Вас что-то беспокоит? Драко сглотнул. Сейчас или никогда, подумал он. Он открыл рот, пытаясь решить, с чего начать, - А потом все погасло.

***

Когда Драко снова пришел в себя, он по какой то причине был весь мокрым и замерзшим. Он озадаченно огляделся по сторонам, чтобы понять, где находится. Он стоял посреди коридора второго этажа, недалеко от того места, где произошло первое нападение, и понятия не имел, как он туда попал. Однако он был не один. По коридору рядом с ним ходили взад и вперед взволнованные ученики, нервно переговариваясь. Они все были так озабочены, что никто из них не обратил внимания на состояние Драко. — Как звали этого хаффлпаффа? - Джастин Финч-Флетчли. Это тот, на кого вчера в Дуэльном клубе Поттер пытался натравить змею. — Так это он теперь его достал? - Ну, он оказался на месте преступления! Сколько доказательств тебе нужно, Софи? — Так что с мальчиком? - Окаменел, как и остальные. И Безголовый Ник тоже. Страшно, не правда ли, что Поттер способен повлиять даже на призраков... - Никто не в безопасности! Драко задыхался. Его ноги сами понесли его бегом в покои Слизерина. Их общежитие было пустынным, была середина дня — по крайней мере, Драко думал, что это середина дня, — и он опустился на пол, как только закрыл за собой дверь. Все его тело тряслось накрытое панической атакой. Это я, - подумал он в отчаянии. - Я напал на Финч-Флетчли, и все думают, что это был Гарри! Что теперь делать?! Он перевел мутный взгляд на сундук рядом с кроватью, где все еще хранился дневник. Драко казалось, что он чувствует, как потоки темной магии достигают его даже здесь, через всю комнату, так же, как они достигли его через всю школу, сжавшись вокруг его запястий в хватке, от которой Драко не мог избавиться. Он прерывисто всхлипнул и уткнулся лицом в колени.