Драко Малфой и дневник Темного Лорда

      Утро матча по квиддичу между Гриффиндором и Хаффлпаффом прошло для Драко как в тумане. Проснувшись с каким-то странным предчувствием, он помнил как отправился на завтрак, но вот туда не попал. Следующее, что Драко осознал, это то, что он находится на дороге к полю для квиддича, ощущая себя сонным, а тело одеревеневшим. Он озирался по сторонам, не понимая, что происходит. Он был один на дороге к полю, слышал рев с трибун, но никто из игроков еще не был в воздухе. Драко нахмурился, пытаясь вспомнить, почему он здесь один и почему он не пошел на матч с Гермионой и Уизли. Затем он вдруг заметил трех человек, спешащих вверх по тропинке по направлению к нему. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, кто это был: профессор МакГонагалл спешила впереди маленькой группы, выглядя напряженной и очень взволнованной. За ней следовали два гриффиндорца - один в обычной школьной мантии, а другой в форме для квиддича. Драко замер, непонимающе глядя на Гарри и Уизли. Следом за ними тянулась вереница учеников, возвращавшихся в замок, но Драко не обращал на них внимания. — Мистер Малфой! - Голос профессора МакГонагалл прорвался сквозь его оцепенение и Драко поднял взгляд навстречу ничего не выражающему лицу своего учителя. - Хорошо, что вы здесь, вам тоже лучше пойти с нами. — Пойти куда? — растерянно спросил Драко, но она только покачала головой и продолжила путь. Гарри поймал его взгляд и на его лице читался страх, а не только непонимание. Драко молча пошел рядом с ними, поспешив вслед за МакГонагалл. - Что происходит? - спросил он шепотом Гарри. - Матч отменили? — Да, — выдохнул Гарри, обеспокоенно глядя на спину МакГонагалл, как будто объяснение такого поворота событий было вышито сзади на её мантии. — Где ты был?! — спросил Уизли, после того, как Гарри замолчал. — Гермиона сбежала в библиотеку, а ты тоже не появляешься... Чем вы занимались вдвоем?! - Я... — начал было Драко, но запнулся, нахмурившись. Он изо всех сил пытался вспомнить, но ничего не всплывало в памяти и его паника нарастала с каждой секундой. В прошлый раз, когда он так же не мог вспомнить, что он делал, всего за несколько минут до этого он напал на Финч-Флетчли и Почти Безголового Ника. Однако они уже входили в замок и он был спасен от необходимости отвечать, и вскоре они оказались у больничного крыла. — Это может немного шокировать, — сказала им МакГонагалл таким мягким голосом, что кровь Драко застыла в жилах. - Произошло еще одно нападение... Еще одна двойная атака. Драко не мог вздохнуть, когда она толкнула дверь, показав мадам Помфри, которая ухаживала за двумя застывшими фигурами на соседних кроватях: одна из них была старшекурсницей с Когтеврана с длинными вьющимися волосами, которую Драко не знал. Другой была Гермиона. Он видел, что профессор МакГонагалл что-то говорит, но ничего не слышал. Все, что фиксировало его сознание, был лишь белый шум.

***

Тем же вечером Снейп спустился в их общую комнату, чтобы объявить о новых правилах, введенных после нападения на Гермиону и другую девушку, которую звали Пенелопа Клируотер. Комендантский час для всех студентов теперь начинался раньше - в 6 часов вечера и после наступления этого времени никто не должен был покидать комнаты своего факультета. Учителя должны были сопровождать учеников в классы, а также в туалеты и Большой зал. Все клубные мероприятия были приостановлены. После объявления Снейп уставился на них тяжелым взглядом и потребовал, чтобы любой ученик, обладающий информацией о нападениях, выступил вперед, поскольку, если преступник не будет пойман в ближайшее время, школу придется закрыть. В этот раз настроение слизеринцев, прослушавших объявления, было намного хуже, чем после предыдущих атак. Очевидно, что угроза закрытия Хогвартса говорила им о серьезности ситуации. После того, как Снейп ушел, они сидели группами, перешептываясь друг с другом. Драко в оцепенении вернулся в спальню. К счастью, комната была пуста и рядом не было никого, кто мог бы насмехаться над ним, когда он позволил себе упасть на матрас, уставившись в пустоту. Он напал на Гермиону, одну из двух своих настоящих друзей. Гермиону, которая последние пару месяцев беспокоилась о нем, не подозревая, что ей грозит какая-то опасность. Глаза Драко зажмурились. Уизли был прав. Он был точно так же ужасен, как и его отец. Нет! Он был даже хуже, потому что, решив выбрать противоположную сторону, никогда даже не признавался в том, кем он был, убежденный, что достоин дружить с кем-то вроде Гарри и Гермионы. И тем не менее, вот он здесь, скрывает жизненно важную информацию от профессоров, чтобы спасти свою шкуру, и нападая на своих друзей вместо того, чтобы просто что-то сделать. Он перевернулся на бок, подтянул колени и прижался к ним лицом, подавляя вырывающиеся изо рта отчаянные рыдания. На следующий день по школе разнеслась новость о том, что Дамблдор отстранен от должности директора, а Хагрид был доставлен в Азкабан. Драко не понимал, как кто-то мог заподозрить Хагрида. Хагрид был настолько далек от Наследника Слизерина, насколько это вообще возможно, учитывая, а в этом он был почти уверен, что в его жилах течет кровь великанов и его добрый, веселый нрав. Люди шептались о том, что он был замешан в первой серии нападений, случившейся пятьдесят лет назад, что из-за этого его исключили из школы, и теперь, сплетничали они, он решил продолжить работу, которую не закончил тогда. Но Драко не слушал ничего из этого, зная точно, что это было неправдой. Тёмный Лорд открыл Комнату пятьдесят лет назад — подставив Хагрида, насколько Драко мог догадаться, или, может быть, он использовал его так же, как сейчас использовал Драко. Драко жалел, что не знал раньше об участии Хагрида в событиях в прошлом, тогда он мог бы поговорить с ним об этом. Может быть, вместе они смогли бы разобраться. Теперь, однако, думать об этом было слишком поздно. Драко понимал, что у него нет другого выбора, кроме как рассказать кому-нибудь. Хагрид был невиновен и он не мог позволить ему остаться в Азкабане, раз на самом деле Драко был тем, кто должен был быть там. Но кому рассказывать? Дамблдора нет. Драко цеплялся за надежду, что влиятельный директор поймет и поверит его словам, как одному из друзей Гарри. Но теперь это уже был не вариант. Конечно, он мог подойти к МакГонагалл, которая была назначена временной директрисой и к которой он пытался подойти незадолго до нападения на Финч-Флетчли. Но будет ли у главы Гриффиндора достаточно влияния, чтобы спасти его от возможного тюремного заключения или силы ее слова будет для этого недостаточно? Драко старался каждый раз найти повод, чтобы задержаться после уроков Трансфигурации, набираясь смелости, чтобы попросить ее о разговоре наедине, но Макгонагалл всегда быстро отводила их на следующий урок и каждый раз у Драко сдавали нервы. С момента нападения на Гермиону Драко не сказал Гарри и пары слов. У них не было возможности видеться между занятиями, но даже когда они сидели рядом друг с другом на Зельеварении, то они только делились зельями и Драко отказывался встречаться с ним взглядом. Он знал, что Гарри по большей части наблюдает за ним, но не мог заставить себя взглянуть на него, понимая, что сломается, если это произойдет. Когда Гарри пытался заговорить, их всегда прерывал Снейп, и Драко был почти благодарен ему за это, потому что не знал, что сказать своему другу. Так продолжалось на протяжении двух недель и с каждым днем Драко чувствовал все большее отвращение к самому себе. Когда распространилась новость о том, что урожай мандрагор готов к сбору, он, наконец, заставил себя открыть сундук (тот самый, который дал ему Хагрид и воспоминание о нём заставило его сердце болезненно сжаться) и достал дневник в кожаном переплете. - Теперь уже будь, что будет - и с этой мыслью он решил подойти к первому же профессору, которого встретит, и сдаться. Драко почувствовал как темная магия, исходящая из дневника, окутывает его, а затем все померкло.

***

Когда Драко очнулся, он почувствовал, что лежит на спине, глядя на высокий темный каменный потолок, который он не помнил, чтобы видел когда-либо раньше. Пол, на котором он лежал, тоже была каменным и он был пропитан ледяной водой до самых костей. Его била сильная дрожь и он понял, насколько сильно замерз. Драко попытался вспомнить, как он сюда попал, но ничего не вышло. Затем тишину прорезал вздох, давая понять, что он не один. — Драко! - через мгновение Гарри уже был рядом с ним, выглядя при этом избитым и перепуганным. Его одежда тоже была мокрой и, казалось, была порвана в некоторых местах. Грязь прилипла к его потному лицу, а зеленые глаза, осматривавшие лицо Драко, ярко сверкали. - Ты меня слышишь?! У тебя что-то болит?! — Я... — выдохнул Драко, пытаясь сесть. Руки Гарри взметнулись, чтобы помочь ему, и они были шокирующе теплыми на контрасте с холодом, который окутывал его. — Что случилось? Он огляделся, испытывая неуверенность. Позади них простиралась длинная темная пещера, со статуями каменных змей вдоль стен. В конце пещеры, прямо там, где они сидели, находилась еще одна статуя, бывшая выше всех остальных, с лицом, которое показалось Драко знакомым. Потребовалось некоторое время, чтобы паззл сложился. Салазар Слизерин. Тайная комната. Его глаза сами собой переместились на темную фигуру, лежащую неподалеку от них - у Драко было всего мгновение, чтобы оценить невероятные размеры и ярко-зеленый цвет, прежде чем он закричал. Его голосу вторил испуганный визг Феникса, который взлетел рядом с ним, испуганный шумом. Драко попытался отползти назад, подальше от всего этого, но Гарри схватил его за плечи, удерживая на месте. — Василиск мертв, Драко! — сказал он. - Он не может навредить тебе! Он мертв! — Мёртв?! — повторил Драко, задыхаясь. - Василиск?! Но как... — Я убил его, — прервал его Гарри небрежным тоном. - И дневник я тоже заколол. Теперь ты в безопасности, Драко. Поверь мне. - ... дневник... — пробормотал Драко и, наконец, заметил блокнот в кожаном переплете, лежащий на полу в паре метров от них, в луже чернил. В нем была большая дыра, а рядом лежал большой зуб. — О, Мерлин. Зрение Драко затуманилось, через мгновение он понял, что плачет. — Драко, — успокаивающе прошептал Гарри. Феникс почти бесшумно приземлился по другую сторону Драко, с любопытством наблюдая за ним. — Я не хотел, Гарри, — вырвалось у Драко, но говорить было тяжело — теперь он сильно дрожал и рыдания пронзали его грудь. - Я пытался остановить это, клянусь! — Я знаю, — заверил его Гарри, а затем Драко оказался в его объятиях. Драко закрыл глаза, желая успокоиться, но это было бесполезно. Всё отчаяние последних нескольких месяцев, страх и вина, выливались из него в виде слез и прерывистых рыданий, а физический комфорт, который дарил ему Гарри, только усугубил ситуацию. — Пожалуйста, не надо меня ненавидеть, — прохныкал Драко и его голос звучал тихо и потерянно. Гарри обнял его крепче. - Конечно же, я не ненавижу тебя! — твердо заявил Гарри. — Ты был одержим, Драко! Волан-де-Морт - он заставил тебя делать все это! Джинни... когда тебя забрали в Тайную комнату, она подошла к нам с Роном. Она плакала и рассказывала нам о том дневнике, который она нашла среди своих книг после нашего похода в Косой переулок во время летних каникул, и о том, как он отвечал ей каждый раз, когда она писала в нем. Она сказала нам, что были... провалы в ее памяти после того, как она начала им пользоваться, и что, когда произошли нападения на миссис Норрис и Колина, она не знала, что делала, пока это происходило. А потом, дневник исчез на следующий день после того, второго нападения. Она думала, что потеряла его, и, как бы она ни боялась, никому об этом не сказала. Но когда тебя сегодня забрали, она подумала, что, может быть, он попал к тебе и с тобой случилось то же самое. — Мой отец дал ей его, — произнёс Драко сквозь слезы. Каждое слово жгло у него в груди. — Добби... он служит в моей семье и когда ты упомянул его имя, я вызвал его. - Драко неуверенно вздохнул. — Он сказал мне... — Но он не мог продолжать и Гарри быстро кивнул. Этот кивок Драко почувствовал на своем плече. — Я понимаю, — мягко сказал Гарри. — Ты забрал дневник у Джинни, чтобы защитить ее. - Прошла минута в молчании, прежде чем он осторожно спросил: — Почему ты просто не сказал нам, Драко? — Я не смог! — захныкал Драко. - После всего, что Уизли говорил обо мне и моем отце — я просто … я... — Драко, — прошептал Гарри, а затем отстранился, чтобы поймать его взгляд. — Драко, посмотри на меня. Глаза Гарри напряженно смотрели на него, когда веки Драко распахнулись и он не смог дышать. Ему казалось, что он сгорает под взглядом Гарри. — Я никогда так не поступлю, — сказал Гарри, резко выделяя каждое слово. - Никогда не думай, что ты похож на своего отца. Что бы ни случилось. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо. Если бы это было возможно, Драко заплакал бы еще сильнее от этих слов. — Но Уизли... — Рон тоже не имел этого в виду, — перебил его Гарри. - Это было глупо и я поговорю с ним об этом, поверь мне. Но когда тебя забрали, он был так же напуган, как и я. На самом деле он пришел сюда со мной, но застрял по пути с Локхартом. Нам придется вернуться скорее, бьюсь об заклад, тот очень плох. Драко промолчал и он снова заключил его в объятия. — Ты так напугал меня, — прошептал Гарри. — Я думал, что ты умер. — Как ты меня нашел? - прошептал Драко в ткань мантии Гарри, уткнувшись лицом в его плечо, но, похоже, тот все равно смог его услышать. — Гермиона, — объяснил Гарри. - Мы нашли записку. Незадолго до нападения на нее она выяснила, что монстром Тайной комнаты был василиск и что он передвигался по водопроводу школы. Когда тебя похитили, мы сопоставили рассказ Плаксы Миртл и ее ванную комнату - она умерла пятьдесят лет назад в той самой ванной, понимаешь? Это было то самое нападение, за которое исключили Хагрида, хотя он никогда не участвовал в этом. И, ну, мы хотели сказать об этом Локхарту, потому что он сказал, что попытается добраться до тебя, но, э-э-э, ну... Он чертов трус и лжец, если уж на то пошло! Но не обращай на это сейчас внимания. В конце концов, мы пришли сами. Драко прижался к Гарри, глубоко вздохнув, чтобы сдержать слезы. — Мне очень жаль, Гарри, — выдохнул он. - Мне было так страшно что-либо рассказать, поэтому я попытался выяснить, где находится Тайная комната, чтобы передать всю информацию Дамблдору и доказать, что я не причастен к этому. Но я не смог. Я не узнал ничего, а потом... — А потом, он вселился в тебя тоже, — кивнул Гарри, обнимая его чуть крепче. - Я должен был догадаться. Все эти месяцы ты выглядел ужасно, а я никогда... — Откуда ты мог знать, — воскликнул Драко, наконец отстраняясь от Гарри и сердитыми движениями вытирая щеки. - Когда я всеми силами пытался это скрыть?! Я был таким глупым. — Так и есть, — согласился Гарри и эти слова зацепили Драко, но когда он посмотрел на Гарри, тот мягко улыбнулся. - Но в каком-то смысле это была и наша вина. Я знаю, что ты никогда не хотел никого обидеть. Просто пообещай мне, что отныне, несмотря ни на что, ты всегда будешь говорить мне правду? Драко моргнул, борясь с последними слезами, которые грозились упасть из его глаз, и кивнул один раз. Гарри тоже кивнул и поднялся на ноги. Он протянул руку, чтобы помочь Драко подняться. — Хорошо, — объявил Гарри. — Давай возвращаться. Покинув комнату, они несколько минут пробирались через темный и влажный туннель, пока не наткнулись на Уизли и Локхарта. Драко понял, что, должно быть, именно этим путём он попал сюда, но совершенно не мог этого вспомнить. Когда до них донесся звук движущихся камней, Гарри окликнул Уизли и потащил Драко туда, где, по-видимому, вокруг них рухнул потолок туннеля, преграждая им путь. Однако в куче упавших камней была дыра, достаточно большая, чтобы они с Гарри могли по очереди проскользнуть через нее. На другой стороне его встречал с облегчением бледный Уизли — Слава Мерлину, — пробормотал он, увидев их обоих. Он протянул руку, чтобы помочь Драко пройти через созданную им дыру, и Драко, совершенно не осознавая, схватил ее, не сказав ни слова. — Малфой, ты чертов идиот! - Уизли взорвался, как только Драко перебрался на другую сторону. - Ты напугал нас до смерти, приятель! Разве ты никогда... — Рон, — резко сказал Гарри, бросив на него многозначительный взгляд и пролезая через дыру вслед за Драко. — Бросай это, ладно? Уизли покраснел, достаточно смущенно пробормотав: - Ну, я рад, что с тобой все в порядке. С вами обоими. - Он растерянно нахмурился, когда за Гарри последовал Феникс, неся в когтях комок ткани, который Драко не успел опознать. — Он Дамблдора, — небрежно сказал Гарри, давая Драко понять, что он забыл спросить обо всех подробностях произошедшего. — Это что - меч?! — спросил Уизли, недоверчиво глядя на Гарри, и только теперь Драко заметил, что у его друга в руках было серебряное, усыпанное драгоценными камнями оружие, а также порезанный дневник. — Позже, Рон, — отмахнулся тот от другого гриффиндорца. — А пока давай просто уйдем отсюда. Где Локхарт? — Там, сзади, — ответил Уизли, кивнув вдаль туннеля, внезапно странно повеселев. - Он странный. Сам увидишь. Как объяснил Уизли, Локхарт, пытаясь избавиться от них по дороге в Комнату, попытался поразить их заклинанием стирания памяти, но используя сломанную палочку Уизли. Заклинание имело неприятные последствия, вызвав потерю памяти у него самого. И действительно, Локхарт, казалось, не мог вспомнить, ни кто они, ни где они были или кем он был сам, если уж на то пошло. Драко вскользь заметил, что при всем этом он ему нравится гораздо больше. Фоукс - Феникс Дамблдора, с невероятной силой, которой славился его вид, в конечном итоге поднял их всех до туалета девочек на втором этаже, где их поджидала Плакса Миртл, слегка разочарованная тем, что они все еще живы. Однако они не стали там задерживаться - вместо этого, после короткого совещания, они направились в кабинет МакГонагалл, которая, в отсутствие Дамблдора, как заместитель директора, вероятно возглавляла поиски.

***

В кабинете директора было многолюдно: МакГонагалл стояла у своего стола, где она, до их внезапного появления, разговаривала ни с кем иным, как с самим Дамблдором, у камина сидел Снейп, напротив суровых родителей Драко, а рядом с ними сидел Добби. Оглушающая тишина на мгновение подавила его, а затем мать Драко вскочила и бросилась через комнату, чтобы заключить его в потрясающе крепкие объятия. — Дорогой, — прошептала она. — О, Мерлин, с тобой все в порядке? Ты не ранен? — Со мной все в порядке, мама, — вздохнул Драко, хотя это было далеко от истины, учитывая, как его потряхивало от её внимания. — Поттер, Уизли, — проговорила МакГонагалл слабым голосом, направляя свое внимание на учеников своего факультета. - Не могли бы вы нам всё объяснить? Гарри помедлил, прежде чем пересечь кабинет, направляясь к столу МакГонагалл, и выложил на него грязный сверток, который ранее нес Фоукс, в котором Драко с удивлением узнал Распределяющую шляпу, порезанный дневник и меч. Затем он повернулся к Дамблдору и погрузился в историю о том, как они с Уизли нашли вход в Тайную комнату, и как он нашел там Драко, и как с помощью Фоукса, который принес ему Распределяющую шляпу и, следовательно, меч Гриффиндора, сразился с василиском и убил его. Драко заметил, что Гарри сознательно воздерживается от любого упоминания о причастности Драко. Однако Дамблдор спросил, мягко улыбаясь: - Что меня больше всего интересует, так это то, как лорду Волан-де-Морту удалось воздействовать на Драко, когда мои источники сообщают мне, что он в настоящее время скрывается в лесах Албании? Мать Драко, которая все еще обнимала его, даже когда она повернулась к Гарри, чтобы слушать его историю, ахнула от ужаса, обняв сына еще крепче. — Что это значит? — спросила она, повернувшись к Драко, на ее лице отражались шок и страх. — Драко? Гарри молчал, переглянувшись с Драко, и, глубоко вздохнув, Драко наконец заговорил дрожащим голосом. - Может быть, нам стоит спросить об этом моего отца? — проговорил он, черпая силы из своего негодования. - Так как именно он передал тот дневник Джиневре Уизли этим летом. После его слов последовало напряженное молчание и Драко наконец-то взглянул в глаза отца. Тот все еще стоял у камина, его спина была прямой, как палка, а челюсти сжаты. Он побледнел, но его глаза угрожающе сверкали. — Что именно ты хочешь сказать, Драко? — спросил он спокойным тоном, несмотря на клокочущий в нем гнев. — После второго нападения мне рассказал Добби, что ты сделал, — проговорил Драко. Добби завыл от его слов, но Драко проигнорировал его. - И он помог мне забрать дневник у Джинни. С тех пор я пытался получить из него информацию, узнать, где находится Тайная комната, чтобы я мог кому-то рассказать, но... - Он прервал себя дрожащим дыханием, глядя на свою мать, которая смотрела на него с явным ужасом, а затем в ясные голубые глаза Дамблдора. — Я никогда не хотел никому навредить, — Драко с усилием выдохнул, - Я только хотел... — Конечно, нет, — заверил его Дамблдор добрым и понимающим голосом. — Я никогда не допускал, что это так, Драко. Более старые и мудрые волшебники, чем ты, были обмануты лордом Волан-де-Мортом. Я тебя не виню. Услышав слова Дамблдора, Драко от облегчения почувствовал слабость в коленях. Мать снова заключила его в объятия и Драко услышал, как она в отчаянии простонала ему в макушку. — Так, — проговорил Дамблдор, беря дневник со стола МакГонагалл и внимательно рассматривая его. — Не хочешь ли ты объяснить мне, что это за дневник, Люциус? — Понятия не имею, — вежливо ответил отец Драко. - Потому что я никогда не видел этого раньше. — Волан-де-Морт писал в нем, когда ему было шестнадцать лет, — выступил Гарри, свирепо глядя на отца Драко, прежде чем встретиться взглядом с Дамблдором. - Он сказал мне, что сохранил часть себя внутри него. Когда сначала Джинни, а затем Драко написали в нем, они позволили ему завладеть ими. Он заставил их открыть для него Тайную комнату и выпустить василиска в школу. — Понятно, — кивнул Дамблдор, рассматривая дневник в руке. - Гениально. Конечно, он, вероятно, был самым блестящим студентом, которого когда-либо видел Хогвартс. - он помолчал с минуту, прежде чем бросить дневник обратно на стол, и обвел взглядом людей в кабинете. — Мистер Малфой должен немедленно подняться в больничное крыло, — объявил он, - это было ужасным испытанием для него. Наказания не будет. Постельный режим и, возможно, большая, дымящаяся кружка горячего шоколада. Я всегда нахожу, что это поднимает мне настроение. - Он улыбнулся Драко. — Вы обнаружите, что мадам Помфри все еще не спит. Она раздает сок Мандрагоры и осмелюсь предположить, что жертвы василиска проснутся в любой момент. — Значит, с Гермионой все в порядке! — выдохнул с облегчением Уизли. — Никакого основательного вреда нанесено не было, — заверил их Дамблдор. - Нарцисса, могу я попросить тебя сопровождать твоего сына? Я хочу поговорить с твоим мужем. И с Вами тоже, мистер Поттер, мистер Уизли. Мать Драко выпрямилась, кивнув директору. Драко на мгновение поймал взгляд Гарри, но тот успел только ободряюще улыбнулся ему, прежде чем мать вывела его из кабинета.