С тобой

Старик повернулся, чтобы посмотреть на меня, после того как его истерика по поводу того, что он тоже хочет, чтобы его выпустили, наконец закончилась. — Они просто используют нас, и как только мы станем бесполезны, они просто избавятся от нас. — Как ты и хотел, — прямо сказала я и повернулась, чтобы вернуться на свою территорию. Я почувствовала, как кто-то схватил меня за руку и развернул лицом к себе. Он выглядел взбешенным, конечно, так и было бы, я продолжаю его провоцировать. Он не заслуживал никакого уважения, особенно из-за того, как он обращается с людьми. Я едва его знаю, и все же всего за те несколько дней, что у меня были, я возненавидела его. — Отпусти меня. — Ты маленькая соплячка, у тебя нет никакого уважения к кому-то старше тебя, — усмехнулся он. Он крепче сжал мою руку, и я вздрогнула. — Теперь тут нет этого ублюдка, который мог бы заступиться за тебя... Под ублюдком он подразумевал Хён Су. Я пристально посмотрела на него, и все, что он сделал, это издал незаинтересованный смешок. — Я должен преподать урок такой маленькой девочке, как ты. — Единственный ублюдок здесь — это ты. Я выдернула свою руку из его хватки. — Уважение? Просто потому, что ты старше, это не значит, что я должна уважать тебя, ты не заслужил этого. В том месте, где он схватил меня, у меня была тупая боль, раньше я, вероятно, получила бы синяк от чего-то подобного, но я знала, что сейчас этого не произойдет. Все это произошло благодаря моей ненормальной способности к исцелению. Я продолжила пятиться обратно к ящику, который мы обозначили как нашу зону, но меня снова схватили, и на этот раз на этом все не закончилось. Какое-то мгновение я не осознавала, что произошло, но когда почувствовала укол боли в щеке, я поняла, что он дал мне пощечину. — Я думаю, твои родители не... — Он замолчал на полуслове, посмотрев на меня. УБЕЙ ЕГО. Ее голос громко звучал у меня в голове. — Послушай меня, пока я веду себя хорошо... Убей его, убей его, убей его. Я схватила его за руку, которая все еще держала меня, крепко сжимая. — Ты не претендуешь ни на какое уважение; ни от кого, ни от Хён Су, и особенно не от меня... Просто убей его! Убей его, убей его, убей его! — А теперь... Отпусти. Меня. Он быстро отпустил меня и отступил назад. Я села на неудобную самодельную кровать и глубоко вздохнула. Ее голос все еще продолжал практически кричать на меня. Я сжала руки в кулаки, заставляя себя сопротивляться желанию вскочить и разорвать его на части. Мысль об этом была заманчивой, и я возненавидела ее. Я возненавидела себя за то, что на мгновение мне действительно понравилась эта идея. Я наблюдала за ним, пока он шел обратно к дивану, продолжая бросать на меня настороженные взгляды. Легкий смешок привлек мое внимание, и я повернулась, чтобы посмотреть на Чжэ Чхоля. В уголках его губ появилась легкая ухмылка, он пытался скрыть улыбку, которую хотел изобразить. Глаза Чжэ Чхоля обратились ко мне, и я быстро отвела взгляд; от него у меня все еще мурашки по коже. Я была просто рада, что он больше не пытался заговорить со мной. Цепочка, удерживавшая дверь закрытой, была не заперта, и я мгновенно повернулась в сторону звука. Когда взгляд Хён Су остановился на мне, я почувствовала, как меня захлестнуло облегчение, и когда он придвинулся ближе ко мне, комната больше не казалась такой душной. Голос девушки больше не беспокоил меня, ее слова снова были похожи на низкое раздражающее жужжание. Теперь я могла бы, по крайней мере, не обращать на это внимания. За такое короткое время он стал для меня чем-то вроде якоря, это было приятное чувство, но в то же время пугающее. Что произойдет, когда он больше не захочет, чтобы я была рядом? Или если что-то случится? — Сумин-а... Он легонько коснулся моей щеки. — Почему твоя щека... — Почему Ын Хёк захотел поговорить с тобой? — сказала я, быстро меняя тему. Он сжал губы в тонкую линию и опустил взгляд. Даже если бы я ничего не сказала, он, вероятно, догадался бы, что произошло; и, судя по тому, как крепко он сжал челюсти, он был расстроен. — ? — Он хочет, чтобы я привел Ду Сика. Он ответил, снова посмотрев на меня. — Один. — Что? Нет, я пойду с тобой... Он покачал головой. Он наклонился немного ближе, на его лице появилась легкая улыбка. — Здесь будет безопаснее. Он сказал: — По крайней мере, до тех пор, пока твое зрение полностью не восстановится, пожалуйста, оставайся здесь. Я знала, что он всего лишь пытался защитить меня, он, вероятно, даже сказал бы мне остаться здесь, если у меня больше не было проблем со зрением. — Со мной все будет в порядке, я вернусь целым и невредимым. Его слова прозвучали легко, неуверенно в последней части, но я знала, что он был полон решимости вернуться живым. — Просто Ду Сик? А как насчет Су Ён, Ён Су и той девушки… Брови Хён Су нахмурились: — Он сказал, что они не являются приоритетом... что независимо от того, что я должен привести Ду Сика, даже если это означает... — Я знала, что он пытался сказать. Это была такая ужасная вещь, которую он мог бы сказать Хён Су. Он рисковал своей жизнью, чтобы спасти этих детей, а Ын Хёк просто небрежно сказал ему пожертвовать ими, если потребуется. — Когда ты уходишь? — спросила я, глядя вниз. — Скоро. Я хотел сказать тебе перед уходом. — Хён Су сел рядом со мной, наши плечи соприкасались. Продолжая смотреть на свои руки, я заметила, что вонзила ногти в кожу. Следов больше не было, но пятна крови показывают, как сильно я пытался держать себя в руках. Хён Су взял мои руки и своим рукавом вытер кровь. — На самом деле... может быть, здесь не так безопасно, как я думал. — Я посмотрела на него, его глаза были совершенно черными. — Я в порядке. Он больше не побеспокоит меня. — Я сказала. Его глаза пришли в норму, но он продолжал смотреть в пол. Я воспользовалась этим как шансом, чтобы взять его за руку, и взяла ее. Хён Су посмотрел на меня: — Обещай мне, что ты вернешься... — тихо сказала я. Он уставился на меня более пристально, чем я ожидала, прежде чем свободной рукой откинуть назад мои волосы. Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки, на самом деле это было не лучшее время, чтобы влюбляться в кого-то; но Хён Су, из-за него было чертовски трудно. — Я обещаю. Хён Су, наконец, должен был уйти; но пока он не ушел, Хён Су позволил мне продолжать держать его за руку. Делая это, я изо всех сил молилась, чтобы он вернулся целым и невредимым. В безопасности, со всеми. Наблюдая, как его фигура исчезла, когда дверь закрылась, мое сердце упало. Я хотела пойти с ним. Я даже умоляла, но безуспешно. Он просто продолжал повторять одно и то же: Со мной все будет в порядке. Из всех людей мы определенно были теми, у кого было больше шансов выжить, но мы все равно могли умереть. Одно неверное движение, и я никогда больше не смогу его увидеть. Я сидела неподвижно, не сводя глаз с двери, ожидая, что она откроется и я увижу, как входит Хён Су. Я не знала, сколько времени ему потребуется, чтобы вернуться, но не прошло и пятнадцати минут, а мне показалось, что прошли часы. Беспокойство грызло мой желудок, когда я не понимала, что происходит. Его тоже отправили одного, и если бы на него все-таки напали, никто бы ему не помог. Я свернулась калачиком, уткнувшись лбом в колени, продолжая думать негативно. Перестань Сумин, доверься ему. Он сказал, что вернется. Честно говоря, я чувствовала себя сбитой с толку каждый раз, когда у меня возникали эти мысли о том, что меня оставят в покое. Всего несколько дней назад мне было хорошо в одиночестве, да, Джэ Хун и Хэ Ри были рядом со мной, но у них была своя жизнь до того, как они встретили меня. Они взрослые люди с ответственностью, поэтому им нужно было думать о себе, я не ожидала, что они всегда будут со мной. Может быть, это потому, что Хён Су того же возраста, что и я. Или потому, что он спас меня. Нет, я думаю, это было, когда я услышала его голос. Когда я услышала его в первый раз, он просто хотел спасти меня, его голос был отчаянным, но все еще заботливым. И все же, когда я услышала его во второй раз, это мог быть совершенно другой человек, тон тот же, но ощущения совсем другие. Его голос был тихим, большую часть времени он звучал как шепот, если не обращать внимания. Его голос звучал так, словно он потерял надежду. Это потому, что он говорил как я. Он не заставил себя улыбнуться или изобразить радость в голосе. Не так, как я. Это просто вошло в привычку, я ненавидела, когда люди жалели меня. Поэтому я чаще всего притворялась, что со мной все в порядке. По крайней мере, после переезда сюда у меня было больше хороших моментов благодаря Хэ Ри и всем, кого я здесь встретила. Я не знала, что с ним случилось, и надеюсь, однажды он расскажет мне, если у нас будет такая возможность; но я не собиралась его принуждать. Я просто хотела, чтобы он знал, почувствовал это, что надежда все еще есть. Вот почему я была не против рассказать ему, что со мной случилось, надеясь, что ему будет удобнее рассказать мне свою историю. Я закрыла глаза, крепко сжимая их. Пожалуйста, вернись.