О долгих дорогах и верных решениях

От кого: Eda Yıldız Кому: мне Прикрепляю смету материалов необходимых для оформления территории. Прошу, дай мне знать, если понадобятся моя помощь в закупке или консультация.

Эда Йылдыз

      Ферит несколько раз проходится по сообщению, радуясь, что Эда скинула смету ровно в срок. Ещё пара минут, чтобы найти контакт Шевсу и переслать ему весьма подробный список с настоянием следить больше за качеством, а не за ценой.       Мужчина устало откидывается в кресле и обречённо вздыхает: сколько не старайся дела всё множатся, и так быстро, что Ферит едва успевает их записывать. Мозг упорно отказывается разбираться с документацией последние сорок минут и Ферит таки плюёт на перепроверку общей сметы. Чем делать плохо, лучше не делать вообще. Спустя несколько минут он уже сидит, развалившись на диване перед ноутбуком, предвкушая блистательную кинокартину: A hidden life гласит заголовок фильма. Сюжет строится вокруг австрийского фермера, что во времена расцвета Третьего Рейха не поддерживает идеи Гитлера и его политику, за что и платится. Картина редкостно красивая, и проблема актуальная, но мысли все дальше и дальше дрейфуют от вопросов морального выбора.       Ферит не зря с утра сравнил встречу с подстроенным свиданьем, потому что чувство нервозности и необоснованной неловкости были доминирующими. Размышляя, он понимает, что если бы в ресторан вошел даже Серкан, сказав что решил продать ArtLife и заняться цветами на старость лет, удивления было бы меньше.       Чтобы Эда, импульсивная, горячечная и не думающая дважды открыла свою контору? Так ещё и достаточно успешную, чтобы сотрудничать с семьёй Шимшек? И это менее, чем за пять лет?       Даже звучит неправдоподобно.       И дело не в том, что девушка глупая. Нет, ни разу, хитрости не занимать. Но в его сознании Эда осталась где-то в бесконечных драмах ArtLife. По его подсчётам ей сейчас должно носиться с детьми Серкана и в пятый раз подавать на развод, чтобы помириться прямо в зале суда.       Ферит сразу узнал её в ресторане, не грех признать, что девушек похожих на Эду в мире мало. Однако за эти года он ну никак не представлял их встречи, оттого и растерялся вначале.       Как и она…       И часть его была действительно рада. Если забыть её прошлую, а может и нынешнюю эгоцентричнось и тягу к скандалам, то Эда — не плохой человек и их общение в ArtLife можно было назвать приятельским. Но с другой стороны, он только заработал достаточно компетентности в глазах отца, и если проколется с отелем, то ещё неизвестно сколько будет на втором плане в семейном бизнесе. А осечка Эды будет считаться лично его, и плевать, если отец сам же её нанял.       Хотя, Серкан высоко отзывался о ней, как о работнике. И несколько неплохо выполненных проектов говорили сами за себя. Но и Серкан был ей любовником, а проекты выполнялись не полностью в одиночку. — Черт, — ругается Ферит, резко захлопывая ноутбук. В нем словно сидели два разных человека и их ожесточённый спор уже начал надоедать.       С одной стороны Эде можно доверять в самом прекрасном из человеческих смыслов, но с другой — сейчас они не люди, а бизнес партнёры и доверие должно быть не как к человеку, а как к работнику.       —Она хорошо держалась на встрече и наработки раньше оговоренного срока сдала. Это явный плюс.       В начале их встречи Эда явно растерялась, но скорее в том смысле, что перед ней сидел другой человек, знакомый, что важно, а не его отец. Все объяснения того или иного решения были весьма понятными даже для его неосведомленного ума. Она могла прерываться, словно забывая слова или теряя мысль, но быстро возвращала себе самообладание. И даже на многочисленные вопросы отвечала доходчиво. А сыпал он ими щедро, часто именно из-за желания проверить.       Сам он был растерян, ведь в голове нет разделения на Эду и исполнителя заказа. Его модели поведения с обычными бизнесменами или работниками не совсем подходили тогда, но и абсолютная дружелюбность была неуместной. Ферит путался в словесных манипуляциях, не знаю куда гнуть линию.       Вспомнилось теперь уже фирменное разумеется. Мужчина звучно усмехается. Это небольшое слово сглаживало речь, делая произносимое более привлекательным для слушателя. Мелочь, почти им не осознаваемая, давно ставшая привычной. Но Эда не оставила без внимания.       Ферит вряд ли признается себе, но её маленькая дерзость пришлась по душе. Особенно после почти часовой деловой беседы.       Или тебе понравилось её смущать, — елейно протянул внутренний голос.       Она действительно смутилась, никак не показала, разумеется, но румянец расползся по точеному лицу и шее.       И, возможно, этим моментом Ферит насладился сильнее, чем нужно. Эда всегда была привлекательной девушкой, и личная реакция на его слова была приятной.       В начале знакомства она привлекала скорее в этом диком и запретном смысле. Гордая, необычайно красивая и яркая, так соответствующая свой фамилии. Ферит никогда не отрицал своего влечения, как минимум на самом примитивном, физическом уровне. Но в эмоциональном плане она была и есть человеком сложным, требующим постоянного внимания или притягивающим драму за уши. Они бы не нашли баланса, что был с Джерен. Кроме того, тогда она была с Серканом, а Ферит на собственным опыте знал, как сильно он влияет на женщин. Однако сейчас, без кольца на пальце и пресловутого архитектора на горизонте, Эда чуть приблизилась к нему, став почти осязаемой. И не грех признать, что её профессиональная вовлеченность в проект, разумные рассуждения и удивительная, хоть и с трудом достигнутая уверенность сделали её еще краше.       Вполне возможно, что…       — Ферит, не глупи, — мысленно дает себе оплеуху мужчина, осознав, что его раздумья ушли не в ту сторону.       Подводя итог, своим затянувшимся размышлениям Ферит приходит к простому выводу: как бы Эда ему не нравилась как человек или женщина, не важно, как работника он её не знает, а соответственно отель доверять не может.       Мужчина устало трёт глаза и медленной шаркающей походкой идёт в ванную. Но с неудовольствием замечает, что горячий душ не заглушает бесконечный шум мыслей в голове.       Принять стой. материалы у Шевсу.       Проверить кладку плитки в номерах       Перепроверить общую смету, и хорошо бы показать кому-то знающему.       Забрать список необходимого от       главного дизайнера и передать поставщику.       Закупить декор       Встретиться с бухгалтером…       Или уже было?       Ферит беспомощно прислоняется лбом к холодной плитке. Его память вряд ли воссоздала и половину дел, что он записал у себя в заметках.       Решить вопрос с Эдой       +1       — Черт, — бормочет мужчина, наспех вытираясь полотенцем.       Ему нужно проконсультироваться с Джемалем и другим застройщиком.       Эда…        Что с ней делать? Уволить из-за личной неуверенности? Непрофессионально и компенсацию придется выплатить. Продолжать так? Веры нет.       Но у отца была…       Отец не стал бы нанимать человека без хорошей рекомендации, а господин Ферхат не стал бы рекомендовать некомпетентного работника.       Но господин Ферхат до смешного падкий на женщин, а Эда одна из самых красивых.       Ферхату её тоже кто-то зарекомендовал, в их кругах всё на сарафанном радио держится.       Идиот, — шипит Ферит себе под нос. Очевидно же. Что мешает банально спросить у предыдущих клиентов? Собрать нужные сведения о её работе и способностях?       И есть как раз подходящий человек для этого… Боже, как всё просто.       Правильно тебе отец не доверяет большие дела, мозгов едва на самое необходимое наскребаешь.

***

      Эда в сотый раз перепроверяет документацию, проходясь заголовкам файлов:       Генеральный план благоустройства и озеленения территории (вид сверху в масштабе)       Дендроплан       Разбивочный чертеж       Посадочный чертеж       Ведомость высаживаемых растений       Баланс площадей участка       Схема расположения на участке осветительных элементов       Спецификация основных отделочных и декоративных материалов       Предварительная смета       Пояснительная записка к проекту       Всё в абсолютном порядке, но что-то всё равно не дает покоя. Это отвратительное чувство, словно ты что-то упускаешь, хотя очевидно, что всё правильно.       Эда тяжело вздыхает и переводит взгляд на дворик, где Кираз беззаботно играет с кошками. Из-за работы она мало времени уделяет своей милой девочке. Планировки, встречи, документация в конторе, чертежи, непосредственно оформление. Иногда, кажется, что скоро завалит этими бесконечными делами. Что несправедливо, так то, что, сколько не старайся, объем работ не уменьшается, а Кираз растёт буквально по дням.       Хорошая ли ты мать?       Едва ли.       Ее девочка заслуживает куда лучшего, но все мы редко получаем то, что заслуживаем.       Мы получаем то, что берём сами. А к добру или нет — неизвестно.       Эда захлопывает ноут, с силой отталкивая от себя словно тот прокажённый. К чёрту документы, по списку она закончила. А Ферит… Ферит просто мужчина, заказчик, коих было не мало.       Девушка быстрым шагом выходит во двор.       Кираз радостно машет ей и быстро начинает щебетать ей про своих котят, стоит только Эде сесть рядом.       — А она как ты по волосам, смотри…— девочка подтаскивает ближе к себе темного котёнка, что не очень то и рад оказаться на руках. Но почувствовал проворные детские пальчики под ухом, одобрительно мурлычет. — Он красивый, мама, правда?       —Правда, очень красивый.       — Ты тоже красивая, — девочка с абсолютным обожанием вглядывается матери в глаза. И за один только такой взгляд можно умереть. — Он мне больше всех нравится.       А ты со своими сметами.       Эда раскрывает руки и крепко обнимает Кираз, чувствуя маленькие ладошки на себе. Глаза начинает жечь от туши смешавшейся с собирающимися слезами. Ее милая девочка заслуживает всего мира, а всё что она может дать это задний дворик дома, кошки и непозволительный минимум времени.       На душе становится необычайно горько, и, отстраняясь от дочери, Эда хочет заплакать по настоящему, с всхлипами и градом слёз.       Кираз мягким движением касается ее щеки, а потом аккуратно, хоть и неловко вытирает размазанную тушь.       — Почему ты плачешь? Ты расстроилась из-за чего-то?       — Нет, жизнь моя, просто в глаз соринка попала, поэтому слезятся, — Эда попыталась выдавить из себя улыбку, но кажется, провалилась с треском, учитывая явное недовольство Кираз.       — Соринки в оба глаза, мама? Ты же говорила, что врать не хорошо, — скептический тон быстро сменился на осуждающий, и через секунду девочка возмущённо упёрла руки в бока. Эда невольно улыбнулась. Артистизма не занимать.       — Вся в тебя, — как-то пробормотала тётя, наблюдая за малышкой, что старательно лепила на полу, — Смотрю на неё и кажется словно перенеслась на двадцать лет назад. Поразительное сходство. Жесты, мимика, речь, внешность: всё ты, Эда.       Но ничего поразительного не было. Потому что ребёнок похож на того, кто его воспитывает, и через года они скорее всего увидят вторую Эду.       — Врать действительно не хорошо, мне просто стало грустно, — тонкий детский голос возвращает в реальность. Мозг судорожно начинает искать правдоподобную причину, — Я завтра почти целый день буду на работе, и из садика тебя заберёт тётя Айфер.       — Грустно, — Кираз громко вздохнула, этим окончательно разбивая сердце Эде, — а она может меня пораньше забрать?       — Наверное, и может, а почему? Что-то случилось?       — Ничего не случилось, — девочка отвела взгляд и начала неловко стукать носок туфли о землю.       — Кираз, девочка моя, что такое? Может я могу помочь? Расскажи маме.       Эда реально разволновалась. Возможно ли, что неприязнь остальных матерей к ней будет проецироваться и на их детей?       — Просто завтра, после сна мы будем рассказывать проекты про семью, а у меня почти все окошки пустые, кроме тебя, тёти Айфер и Мело, — девочка ожидающе и почти умоляюще заглядывала в глаза, — Заберите меня пораньше, пожалуйста, я не хочу участвовать. Тамир опять будет спрашивать, где мой папа. Они не верят, что он космонавт.       Конечно, не верят: сказанная когда-то отчаянная ложь была едва ли правдоподобной, но ничего умнее продолжения с ней Эда не придумала.       — Конечно, милая, я попрошу тётю забрать тебя пораньше, — Едва смогла произнести Эда, разрываясь между грустью и злостью. Кираз нужна была полная семья с отцом бабушками и дедушками, она заслуживала больше любви и внимания, а Эда дать этого не могла, как ни старалась. И какого чёрта воспитатели, зная об их ситуации, позволяют ставить ее ребенка в такое неловкое положение. Дети сейчас в таком возрасте, что любая мелочь может превратиться в тему обсуждения у психолога, а тут такое давление на больную мозоль.       Но это скорее было просто стандартным заданием в садике, не их вина, что ты и полноценную семью создать не смогла.       Внутренний голос сочился ядом, настолько сильным, что действительно хотелось закричать от бессилия. Однако, толку не было, поэтому Эда решает бережно хранить, то что имеет сейчас и спрашивает Кираз, не хочет ли она купить мороженного и погулять в парке. Кираз даже начинает чуть подпрыгивать от радости и хлопать в ладоши от нетерпения, заходя в дом переодеться. Видя такой искренний энтузиазм и счастье дочери, сердце самой Эды радуется, как никогда сильно.

***

      На следующие встречи Эда приходит даже раньше Ферита и обычно досконально готовится к ней заранее. Весь материал и отчёты проговариваются сотни раз, и столько же перепроверяются, иногда и лично Феритом или кем-то из его доверенных людей. Идеально выполненной работы быть не может в природе, но проект по облагораживанию территории отеля приближен к идеалу максимально.       Последнюю неделю она провела, выбирая подходящие для почвы растения и закупая их же. Хорошо, что Ферит не настоял самому купить и их. Эда всё так же не понимала, почему вопрос закупки был таким принципиальным, но спросить не решалась. Тем более то, что привозили, было прекрасного качества.       Команда трудилась днями напролет, и Эда вместе с ними. Через пять, максимум семь дней они закончат с прокладыванием дорожек, бордюров и остального на территории. Ещё неделя, чтобы засадить газон и растения и несколько дней, чтобы навести порядок, оставить нужные рекомендации по уходу. Дальше просто проследить, чтобы итоговый вид совпал с заявленным и работа окончена.       Часть её даже расстраивалась, несколько месяцев работы в отеле не были слишком уж отягощающими. Она из кожи вон лезла, чтобы сделать всё идеально, и заканчивать один из самых больших проектов ее практики было радостно, конечно, но и грустно. Как бывает, когда вложишь во что-то душу и оказываешься вынужден закончить дело.       Ферит был хорошим клиентом, несмотря на начальное недоверие и дотошность. Говорил чётко и по делу, в требованиях не переходил на невозможные, повысил бюджет, счев предыдущий недостаточным и не отходил в пожеланиях от заявки, составленной не им даже. Корректировок по ходу работы было мало и в основном — выборы в сторону более практичных альтернатив.       Однако, Эду не хило раздражало, что в первые недели он насторожённо вслушивался в ее объяснения и отчёты, неодобрительно хмурясь, если был хоть малейший недочет или неточность. И никогда не молчал о недовольствах, хоть и преподносил их в максимально вежливой форме. Скорее в виде маленьких вопросов. Но при дальнейшем обсуждении направлял разговор так, что все промахи были очевидны.       Не только очевидны, но и проговорены во всеуслышание.       И Эда никак не могла нащупать грань, где Ферит оставался таким, что она его помнила: прямым, смешливым и весьма понятным, а где он становился закрытым и требовательным клиентом, хитро апеллирующим словами.       Все сметы перепроверялись им лично несколько раз, а некоторые отдавались на дополнительную проверку. Эда бы соврала, сказав, что ее это не трогало. Было обидно. В особо яркие моменты она позволяла себе легкую язвительность, что Ферит сначала пытался профессионально игнорировать, словно строгий бизнесмен, но после плюнул, начав огрызаться в ответ. Но в целом, их взаимодействия были спокойными, без ожесточенных скандалов или глупых перепалок. Словно у женатой пары, что слишком стара, чтобы развестись.       Ферит вообще казался загнанным и уставшим. Его всегда загорелая кожа, была бледнее обычного, а глаза — красными от недосыпа. Эда это видела чётко, потому что сама утром выбирала тени маскирующую красноту.       Но по мере ухудшения внешнего вида Ферита отель приближался к открытию. За время, что они работали, рабочие от укладывания плитки и заливки бетона перешли к оклейке обоев и натягиванию потолков. Эда лично видела, как на заднем дворе принимают двери и косяки, а значит до меблировки и официального открытия рукой подать.       — Эда, подожди, пожалуйста, — мужчина окликнул ее уже на улице, когда рабочий день закончился. Ферит быстрым шагом пересекал разделявшее их расстояние, и Эда засмотрелась на его высокую фигуру и уверенную поступь, что была скорее тяжёлой, и не очень гармоничной.       На подиум его бы вряд ли пустили       Смешливая улыбка расцвела на красивом лице и Эда заметила, как Ферит на секунду завис, глядя на неё.       — Что-то случилось, Ферит? — произнесла девушка, когда молчание затянулось.       — Нет, всё нормально, это не об отеле, не волнуйся, — Ферит хотел шлепнуть себя по лицу за такое множество торопливых слов.       Одна улыбка и ты уже бессвязно бормочешь, — ехидно смеялся внутренний голос, — Стареешь, брат, теряется хватка.       — Я хотел спросить, нет ли у тебя каких либо проектов на ближайший месяц, другой? — Эда вопросительно нахмурила брови, искренни не понимая интереса к заказам фирмы.       Второй отель за сезон откроют что ли?       — Есть заказы, но пока ничего масштабного не поступало.       Правильно, девочка, набивай цену.       — Возможно, поступит, есть человек, которому нужно обустроить домашнюю территорию, сад или что-то ещё, — Ферит отвел глаза, пытаясь припомнить что именно, видимо. Но Эда уже успела обрадоваться, потому что новый заказ от скорее всего влиятельного человека это не только деньги, но и престиж. Так можно хорошо зарекомендовать себя в кругах богатеев и тогда уж точно устроиться в жизни.       — Честно, не помню, что именно хотят, но им нужен ландшафтный дизайнер, и я хочу порекомендовать твою фирму, если ты не возражаешь, разумеется, — Ферит, наверное, по привычке добавил эту глупую приставку, но Эда, уже привыкшая к его периодическим вспышкам страсти к витиеватым выражениям и канцеляризмам, не ощутила раздражения.       — Конечно, не возражаю, — быстро ответила девушка, тут же разозлившись за мгновенный ответ. Губы Ферита расползались в знакомой поддевающей усмешке. Восторженность возможным предложением, кажется, веселила мужчину. — Фирма может позволить себе взять еще один заказ, но когда мы сможем приступить? И со мной свяжутся или лучше позвонить самой?       — Я дам твой номер вместе с рекомендацией, не волнуйся. Когда начать договоритесь сами, я лишь скромный посредник, — Ферит поднял ладони в самом смиренно жесте и опустил голову, словно признавая поражение, но через секунду он уже смотрел на неё прямо, все так же улыбаясь уголками губ.       — Спасибо, Ферит, — слова сорвались с языка само собой, — За рекомендацию и добровольное амбасадорство, — они оба по глупому прыснули с этой простой реплики. Лицо Ферита действительно преображалось, когда он улыбался. Его крупные и несколько нескладные черты смотрелись более органично, а не совсем равный ряд зубов нисколько не выбивался из общей картины, наоборот делая улыбку более искренней и мальчишеской что ли. Эда невольно залюбовалась им.       В какой-то момент их улыбки полностью пропали, но зрительный контакт не оказался разорванным. Эда глубоко вздохнула. Мыслей в голове не было, всё внимание было приковано к рядом стоящему Фериту, что медленно ступил ещё ближе, Аллах знает по каким причинам. Но видя, как его взгляд на долю секунды сместился на губы, у Эды появилась предположение.       — Мама!       Звонкий выкрик разрушил момент, заставив их обоих обернуться к источнику звука. Ровно по другую сторону от них стояли Мело с Кираз. Последняя энергично ей махала и наверное позвала бы ещё раз, если бы Мелек не стала ей что-то говорить и тянуть в сторону перехода.       Эда беспомощно обернулась к все также близко стоящему Фериту и увидела глубокое удивление отпечатавшееся на лице. По мимо приближения Кираз и Мело, его брови всё явственней хмурились словно один из работников стройки снова подошел к нему с непредвиденной проблемой.       Кираз уже неслась к маме с феноменальной для ребёнка скоростью, нисколько не смущаясь стоящего рядом мужчины. Ее детское тело с силой врезалось в Эду, едва не заставляя ее упасть.       — Мама, а мы решили встретить тебя с работы, я так скучала, — бездонные карие глаза смотрели с этой неподдельной всеобъемлющей любовью, Эда снова почувствовала как ее сердце сжимается от нежности.       — Здравствуй, Мелек, ты прекрасно выглядишь, — голос Ферита звучал несколько рассеяно и особо громко в вечерней тишине. Мело, словно чувствуя общую неловкость, поздоровалась без привычной радушности, и даже не добавила какую-то маленькую шутку, чтобы выбить из человека улыбку, как она делала обычно.       Эда выпрямилась, решившись взглянуть на мужчину. Ферит уже успел вернуть себе самообладание и теперь смотрел без тени удивления лишь с небольшой задумчивостью. Ход его мыслей Эда не знала, но подозревала, что он крутится вокруг предполагаемого отца.       — Здравствуйте, — робко пробормотала девочка, едва выглядывая из-за мамы, что теперь она крепко держала за руку.       — Здравствуй, — в голосе Ферита звучало сомнение, но тон оставался спокойным. Через секунду он заставил себя улыбнуться уголками губ. — Как тебя зовут?       — Кираз, как вишня, — в голосе прибавилось уверенности, но большая часть тела всё так же пряталась за мамой.       Тут Ферит действительно улыбнулся, необычайно широко, до гусиных лапок вокруг глаз, как и все, не противясь очарованию девочки.       — Очень красивое имя и очень необычное, — Ферит еще секунду смотрел на девочку, а после кивнул, видимо на прощанье, переведя взгляд на ее маму.       — Ну… У меня больше нет тем для обсуждения… — после неловкой фразы, мужчина явно замялся, но продолжил с той же бравадой в голосе, — Хорошего вам вечера, Мело, — он кивнул замершей девушке, — Эда, — ещё один кивок и прямой контакт глаза в глаза, — Кираз, — девочка легко засмеялась, услышав себя причисленной к " Дамам», и тут же смутившись, окончательно спряталась за маму.       — Хорошего вечера, Ферит, — наконец пробормотала Эда уже в след уходящему мужчине.