Клеймо моей бестии.

Опера и вправду ждала Калего у столба, где он недавно впечатал кулак, скучающим взглядом осматривая лица выпускников в поисках одного болвана-учителя, но, пока что, вокруг пили лишь незнакомцы и одноклассники. Теперь-то она понимала, почему Калего так рвался домой... Было скучнее некуда и эта дружеская атмосфера коллектива заставляла чувствовать себя больше излишним, чем одиноким, да и вникать в приторные или бессмысленные диалоги о жизни как-то не хотелось. Опере казалось, что еë работа была интереснее, чем это мероприятие, затеянное не ради встречи с бывшим классом, а явно ради масштабной пьянки... Потому что единственным двигателем этой шумихи был - алкоголь. Ничего более кроме. Может это она в свои 29 начала постепенно стареть и уставать от бурного общества, а может просто привыкла к работе в тишине и уже понимает всю прелесть спокойствия... Кто знает. В любом случае - с-к-у-ч-н-о и ш-у-м-н-о. Спирт тоже не берëт. Ну ничего... Сейчас она дождëтся этого кретина и сбежит с ним. Осталось основную часть сделать, а дальше как пойдëт... Кстати, о кретине: а где он вообще? Уже 10-ая минута пошла, вот-вот песню поставят, а он ещё не здесь. Осознав это, Опера вздохнула, направившись было в мужской туалет вновь, думая, что Калего струсил и решил отказаться от предложения, но еë схватили за плечо, заставив обернуться. Баалам поздоровался. - Слушай, ты случаем не видела Калего? - спросил светловолосый, убрав руку, а когда Опера качнула головой, разочаровано отвëл взгляд. - Ясно... Я просто видел, как ты недавно посещала мужской туалет, когда искал его. Мы повздорили и я хотел бы поговорить об этом. - Хм. Уж прости за прямолинейность, но я сомневаюсь, что ему сейчас до этого, - заметила женщина, встав напротив, чтобы не общаться через плечо. - судя по недавнему спектаклю, "повздорили" вы знатно и он долго будет строить из себя смутьяна-истеричку, пока ты не извинишься первым... - Это точно! Лишь бы не проклял... - усмехнулся Баалам, словно Опера знала Калего также хорошо, как и он сам. - ...В любом случае, спасибо. - Нет проблем. - ответила Опера, разворачиваясь. - И да: оставь его пока, он весь на нервах... На это Баалам ничего не ответил. Он лишь кивнул, решив прислушаться к совету Оперы, а после остался стоять на месте, проводив ту взглядом. Только собираясь уйти с банкета, Опера внезапно наткнулась на Калего, стоящего в дверях по направлению к мероприятию. Она отошла в сторону, пропустив того, а он прошëл в зал, после чего оба встали чуть левее двери, чтобы начать разговор. - Я смотрю, ты не торопился, - раздражëнно приметила та. - Но всë же пришёл, - огрызнулся Калего, скрестив руки на груди. - до медляка. Как и договорились. - Хотя бы это запомнил, - закатила глаза женщина, вздохнув. - Ну ладно... Ты готов? - Физически - вполне себе, морально - абсолютно нет. - честно ответил темноволосый. Опера ухмыльнулась. - Отличные показатели. По крайней мере, этого достаточно. - она безразлично поправила складки на рубашке, заправив еë вышедшие края в резинку юбки. - Я тоже. Надеюсь, что ты, тормоз, умеешь работать ногами... - За меня не беспокойся. Я выстою, - уверенно заявил Калего. - главное сама подоспей... Опера фыркнула, найдя данные слова громкими, но пускать желчь не стала. Она лишь уставилась на динамики, выжидая, когда с кантри-рок композиции подойдëт очередь музыки для медленных танцев, больше ничего не сказав. Калего последовал еë примеру. Плавный переход от интенсивного танцевального жанра к лëгкой, расслабляющей музыке дал зелёный свет: некоторые вскоре ушли с танцпола, решив приступить к незаконченным стаканчикам, а те, у кого были пары, собрались по двое, слившись с атмосферой мелодии. Калего, поймав себя на мысли, что пора, неуверенно протянул руку партнëрше, отведя взгляд, а та ответила, доверив свою кисть мужчине. Оба постепенно прошли чуть ближе к центру, молча смотря на пьяные и счастливые пары, пытаясь подавить чувство неловкости осмотром пола, нежели сохранять зрительный контакт друг с другом. Сам танец начался тоже очень неловко: из-за отсутствия зрительного контакта Калего положил руку не на талию, как принято традиционно, а чуть выше, нащупав часть копчика лишь с четвëртой попытки, а Опера до боли сжала его плечо, незаметно для зала пнув в ногу своего партнёра. Тогда всë-таки пришлось встретиться глазами. Калего поморщился, но ничего не сказал, сцепив пальцы с Оперой в стойке для вальса. Медленно, небрежно и как-то неудобно - это самое подходящее описание этого дуо... Со стороны, стоя у столов со спиртным, уже во всю за этим зрелищем наблюдали одноклассники этих двоих, неприлично присвистывая и шепчась, а подошедший лишь недавно Салливан, провозгласивший поздравление для собравшихся пока Калего и Опера были в туалете, удивлëнно распахнул глаза, явно видя их парочку несовместимой, в то время как среди танцующих нашлись те, кто решил пошептаться об этом и косо посмотреть в сторону, удивляясь смеси грозного, вечно недовольного учителя с загадочной и апатичной прислужницей Салливана, словно они впервые застали событие, встречающееся раз в век. Эти двое пытались осматривать уже друг друга, подробнее изучая каждую черту, которую им не давалось разглядеть раньше друг в друге из-за вечной вражды, но заговорить сразу не мог никто: они просто пользовались возможностью анализировать лица и тела, пока она была. Внезапно, первой тишину прервала Опера, поинтересовавшись: - Что планируешь делать в отпуске? Их лица были в неполном дециметре друг от друга, поэтому когда Опера открыла рот, Калего ощутил не запах перегара, как было бы с любым другим демоном здесь, а аромат какого-то приторно-ванильного пойла с ореховыми нотками: по видимому, запах исходил от разомкнутых губ, а не из ротовой полости. Удивительно, насколько надо уметь пить, чтобы не слизывать остатки алкоголя с уголков рта и по их контору... Калего был удивлëн, что та решила спросить что-то столь обыденное и однотипичное, но игнорировать вопрос не стал. - Ну-у-у... Скорее всего, отдохну от работы и проведу время в затворничестве. Подлечу нервы, - поделился темноволосый, бегая глазами по конечностям женщины. - самое лучшее в моей работе - еë окончание... - А как же Баалам? Ты хочешь отстраниться даже от него? - Баалам? А что "Баалам"? - Калего скривился при упоминании имени лучшего друга. - Будет проводить дополнительные на каникулах для отстающих или сидеть за книгами. Когда ты вообще стала волноваться о наших с ним отношениях? - Мне плевать. Просто вас невозможно видеть по раздельности, - констатировала факт дворецкая Салливана, поднимая скрещëнную с рукой Калего кисть, делая более резкий разворот, нежели прошлые плавные. - повздорили? - Сама видела... Не хочу с ним общаться, - оскалился Калего, сделав лëгкий выпад в такт песне. - Он искал тебя, - сказала Опера, не соврав, но, увидев реакцию партнёра (а конкретно то, с какой силой он сжал пальцы на поясе и в руке, напряжëнно уставившись ей в глаза), быстро заткнулась. - Ладно-ладно! Больше не лезу... Калего вздохнул. - Хорошо... А ты что хочешь сделать, если вообще возьмëшь отпуск? Опера задумчиво опустила глаза в ноги, за несколько секунд обдумав это "если...". - Даже не знаю... После выпуска у меня было несколько выходных, но я никогда не брала отпуск. - честно призналась женщина, прильнув ближе к груди преподавателя. - ...Скорее всего, пыталась бы себя чем-то занять. Больше не вижу ничего такого, что могло бы быть в планах. Калего завис на секунду, остановившись и на миг забыв о том, что надо танцевать. То есть, она действительно работает всë своë свободное время?.. Конечно же, он помнил слова Оперы о любви к своей работе, сказанные недавно, но не думал, что еë профессия действительно настолько может нравиться ей. Неужели существуют такие люди? - Эй, чего встал? Будь резче, - вернула в реальность партнëра женщина, грубо толкнув того в плечо. - А? А, чëрт, прости... - Калего вновь продолжил следить за ногами. - Ясно... Могу только пожелать удачи. - Мне больше от тебя и не нужно, - съязвила та, после чего завершился последний круг. Этот медляк длился, наверное, около 4-х минут. Закончился он быстро, потому пары рассыпались обратно по танцполу, словно выпавшие бусы, начиная подхватывать ритм недавно включенной поп-музыки, и пара Калего и Оперы распалась также быстро, отпрянув друг от друга с мягкого удара женщины в грудь учителя коррекционного класса, а тот лишь быстро отстранился, понимая, что первым делом, будучи дома,он помоется в душе. - Твоя часть выполнена, - сказала Опера, отойдя чуть меньше, чем на метр. - я поговорю с Господином Салливаном, а ты пока притворись утомлëнным и постой в стороне. Всë-таки, нужно сделать вид, что ты действительно чувствуешь себя паршиво. - Угу. - ответил темноволосый. - Должен признать: это было лучше, чем я ожидал... - Противно это говорить, но я солидарна: ты действительно тормознул в середине, но для первого раза неплохо... Калего улыбнулся уголком губ на полсекунды после попытки комплимента дворецкой, а после вернулось его обычное выражение лица. Опера хмыкнула, тоже скривив губы в полуулыбке. - Иди давай. Я подойду позже... - Хорошо. Калего ушëл в тень, а Опера в другое направление, выискивая начальника. После этого танца двое чувствовали себя как-то странно: возможно, вернись они в школьные годы, это было бы омерзительно даже вспоминать о коротком танце, но сейчас это вспоминалось скорее как их первое приятное воспоминание друг о друге, где они смогли просто поговорить. Для Оперы это был прогресс в долгих попытках обратить на себя внимание объекта симпатии, о котором вскоре, возможно, она расскажет Ируме, а для Калего это было первое лучшее впечатление о женщине с другой еë стороны, в котором проявилась симпатия, а не отвращение в разговорах с ней, как это бывало обычно. Проще говоря, обоим хватило лишь 4-х минут, чтобы поменять мнение друг о друге. И, что не менее важно, походу бедный Баалам так и останется искать Калего по всем углам Фабилуса, позднее узнав, что он свалил домой, бросив его одного на встрече выпускников...