Больной

Уже стемнело. Брюнет направлялся к себе в комнату, но застыл в паре метров. В конце он увидел знакомую фигуру и весь застыл не отрывая глаз. Должно быть опять игра больного воображения. Хосок не мог здесь оказаться, ему бы пришлось не пойти в университет, пойти против родителей, разве он смог бы? - быстрее, Юнги! Нам нужно уходить отсюда. - видение подбежало, хватая парня за руку. Чужая рука была удивительно тёплой и ощущалась слишком реально. - уходить? Зачем мне уходить? - Мин нахмурил брови точно маленький ребёнок, которому пытались объяснить сложный термин. - мне и здесь хорошо, да, да... здесь мне и место. - закивал он с улыбкой смотря на ошарашенного Чона. Брюнет явно был не в себе, всё из-за болезни. Чёрт, Юнги и вправду был болен и теперь Чон полностью в этом убедился. Ещё и этот порез на глазу... он порезался в общежитие или здесь? - здесь будет только хуже, здесь не больница, а тюрьма. - поэтому я останусь здесь... а ты уйдёшь, иначе я... убью тебя. - господи... - парень сделал глубокий вздох. - т-твоя... твоя мама очень хочет тебя увидеть. Чон поджал губы, понимая, как это низко давить на слабые стороны психически и эмоционально неустойчивого человека. Обман во благо? Но это сработало, Мин тут же изменился в лице, словно что-то вспомнив или осознав, и последовал за Хосоком. - моя мама... я хочу увидеть маму. - было слышно как тяжело давались слова. Чон прижал чужое тело ближе к себе, сам тяжело сглатывая и чувствуя под кожей чужие выпирающие кости. Мин заметно похудел после их первой встречи. Когда он выглядел так уязвимо невозможно было оставаться равнодушным, как если бы за вами увязался плачущий котёнок. - шшш, всё хорошо. - нет, ты меня обманываешь, её уже нет в этом мире! - Юнги вдруг остановился и начал вырываться. - она жива, уж это я точно могу доказать. Ну же, идём! - эй вы двое! Куда!? - закричал патрульный. Мужчина, что был чуть ли не в два раза больше парней, схватил их за шиворот и как бы те не пытались выбраться ничего не получалось. Их так и понесли как животину вглубь коридора. Заветная дверь выхода начала удаляться. Чон уже было отчаялся, перестав брыкаться и опустив голову, но тут мужик вдруг издал хриплый возглас боли и повалился на пол, что-то затрещало будто заискрился электрический кабель. Повернувшись, шатен увидел Лису с электрошокером. - подожди это не входило в наши планы. - плевать, бежим! Мы уже увезли мелкого пока вы тут колбасились. Юнги удивлённо смотрел на незнакомых людей, которые спасают его. Подруги Чона? Неужели он умудрился заставить их помочь? И почему сигнализация не сработала? Сознание периодически туманилось, иногда Мин не понимал где находиться, события постоянно менялись в последовательности, но тихий шёпот совсем рядом успокаивал и направлял.

***

Когда вся компания вернулась в общежитие, то Юнги уже уснул, поэтому его заботливо уложили в кровать. - если он и порезался, то явно не здесь. - задумчиво произнесла Юми, поднеся указательный палец к подбородку. - я слышала, что так помечают буйных пациентов или тех кому путь на свободу закрыт, а если они сбегут, то их смогут найти по шрамам. Но это больше относиться к тюрьмам строгого режима... просто ужас, как эту больницу ещё не закрыли? Хосок также задумчиво сидел возле спящего спасённого, перебирая на руке немногочисленные браслеты. Решая не мешать, девушка вышла из комнаты. "Галлюцинации, бред, эмоциональная холодность... надеюсь это не то о чём я думаю". Мин зашевелился, заставляя обратить на себя внимание. Он всё также с отрешенными и чёрными как бездна глазами изучал потолок, волосы растормошили по подушке и лицу, вызывая желание их поправить, но шатен во время себя одёрнул. В голове скользнула мысль, что несмотря на болезненный вид, Юнги был красив, очень даже. Чёрные провалы глаз уставились в ответ и вдруг ожесточились. - я бы и без тебя рано или поздно от туда свалил. Шатен ожидал услышать что угодно, но не это. - и это твоя благодарность? Я поступил как твой друг, цени это. "Я просто хочу чтоб ты мне доверял...". - друг? - чёрные брови изогнулись. - а, ну да, прости. Я же для тебя пустое место. - обиженно и раздраженно проговорил Чон вставая и выходя из комнаты. - вот придурок. Непонятно кому была адресована последняя фраза, соседу или самому себе. "Нужно просто подождать когда он придёт в норму, бессмысленно сейчас злиться. Сейчас нужно... разобраться с собой" - заключил парень и направился к комнате Тэхёна, постучав прежде чем зайти. - о, привет, ну как? Твой друг выглядел неважно. - всё нормально, не помрёт. Неловко постояв возле двери, Хосок всё же задал терзающий вопрос: - Чимин сильно обиделся? - он расстроился, но ничего не сказал. ‐ и не звонил... значит да. - Чон вздохнул начиная печатать сообщение. Стало похоже на объяснительную для директора: не пришёл туда-то, по такой-то причине, в такое-то время... Он тут же всё стер, начиная с банального "привет". ______________________________________ ЧИМИН Ты всегда спамишь смайликами а потом пишешь брооооо

ХОСОК Чёрт, ты слишком хорошо меня знаешь 🥲

Значит хочешь извиниться, да? Не нужно всё в порядке, правда! Ты так долго печатал что я подумал что ты уже пишешь завещание XD

😑 Завещаю тебе все свои проблемы

Все? Бесплатно? Слишком щедро, я достаточно воспитанный чтоб отказаться Лучше сходим куда-нибудь когда у тебя освободиться время😌

Окей Спасибо, бро👊

Не за что, файтин👊 ______________________________________ На душе стало чуть легче, хотя бы Пак не злиться. Чон и сам уже соскучился по их атмосферным прогулкам, будь то парк или заброшка, всегда было весело: незамысловатые беседы и жалобы на жизнь, планы на будущее и подколы про поиск своей второй половинки. Но тут появился Юнги и нарушил привычный темп жизни, сбил расписание к хренам и запутал мысли, пинком выбивая из парня весь оптимизм и оставляя зияющую дыру пустоты. Но мозг вспоминает их первый день знакомства, Юнги и тогда не был особо приветлив, но он был... мягче что ли? В глазах не было того холода и апатии, в них был огонь, такой же как у Чимина во время танцев. Он горел мечтой, но что сейчас? "Что же сейчас у тебя в голове?" - грустно вздохнул шатен, поглаживая Ёнтана, мельтешащего под ногами. Ким оказывается научил его по команде прятаться под кровать и также по команде вылезать. Он был почти ещё щенком поэтому маловероятно что его смогут заметить. Выйдя в коридор, Чон заметил двух девушек. Они ссорились? - ну не чего страшно, он же не умер, вроде. Я ж его совсем легонько! - Лиса, тебя выгонят если узнают. - применение электрошокера в состоянии необходимой обороны не является преступлением. Видишь? - красноволосая выставила вперёд руку с телефоном. - мы незаконно проникли на территорию, какая оборона? Не в этом вообще дело, откуда у тебя электрошокер? - продолжала допрашивать Юми, переходя на более резкий тон, но всё ещё сохраняя мягкость. - я его выиграла на ночном заезде, хы-хы, мой противник был слаб. - самодовольно улыбнулась Лиса, заведя руки за голову. - дай его мне, пожалуйста. Видишь, мы не даём людям отдыхать. - после её слов обе повернулись к застывшему Хосоку. - да всё нормально, а вы чего ссоритесь? - это воспитательный процесс. - ты будешь суровой женой, Ю. - пробубнила Лиса сконфузившись и кажется немного смутившись, но всё же отдала электрошокер в протянутую ладонь. Юми хотела что-то сказать, но тут же резко развернулась так, что её длинные волосы лизнули чужое лицо, и забежала в свою комнату. - эй, не запирайся, мы ж соседи, милая, мне на полу спать!? На мгновенье Чону совсем немножко показались их взаимодействия странными, но он быстро откинул эти мысли и направился к себе. Осталось ещё поговорить с родителями, но это уже потом. На кухне гремела посуда и слышался смех. Кто-то предложил ему присоединиться. Все кроме самого Хосока были не против, ведь он идеально вливался в любой коллектив.

***

Стемнело, едва ли можно было что-то разглядеть, но судя по размеренному дыханию Юнги спал. Он выглядел умиротворённо и даже мило, иногда морщась во сне. - ты ведь не уйдёшь? - спросил Хосок едва слышно. Взгляд зацепился за порез и по телу прошли неприятные мурашки. Воображение представило как холодный металл ведёт дорожку от бровей до шеки, разрезая кожу и заливая глазное яблоко кровью, потом нажим ослабляется там где заканчивается линия носа. Говорят шрамы красят мужчин, но в случае Юнги он придавал ему только больше устрашения и опасности. Люди не знаючи будут коситься и выдумывать всякого. "За что же тебе все эти страдания? Уж не знаю чем тебя там резали, но это явно нужно обработать". Кивнув собственным мыслям, Хосок включил настольную лампу, нашёл в ящичке вату с перекисью, намочил мягкое волокно и аккуратно провёл у краёв пореза, убирая запёкшуюся кровь. Брюнет продолжал спокойно спать, что значительно облегчало задачу. "Вот бы ты всегда был таким спокойным и невозмутимым". Также пришлось перебинтовать руки и более тщательно их осмотреть. Они ощущались больше и чуть грубее собственных, словно уже далеко не впервой на бледной коже красовались ранения. А вот кожа ниже запястья была мягкой, нетронутой. Осмотрев своего "пациента", Хосок со спокойной душой отправился к себе на кровать.