Плавильные печи

      На рассвете через здания космопорта при Храме покойной владычицы ЗоЗаан стремительной косульей походкой двигалась Эн-Икс-А-8, поганым языком Тала’мерсу прозванная Никси. По пути на неë оглядывались, таращились, даже шли какое-то время по пятам, стараясь получше рассмотреть. Она не могла объяснить, почему от этого хотелось в непривычном для себя жесте задрать подбородок, расправить плечи и шагать шире.       Они хотели разрушить твою жизнь, напомнила себе Никси. Но ты ведь не дашь им, правда? Потому что скоро тебя здесь не будет.       «Что, собственно, может пойти не так?» — с издёвкой спросила себя Никси, высвобождая из-под капюшона крашеные в медный цвет и остриженные под стать А-1313 волосы. В зябком вечернем ветре тёмные одеяния послушницы придавали ей андрогинный вид, как и безликая металлическая маска, совершенно гладкая, за исключением тонкой прорези визора. Без помощи ситха-мастера или дроида, владеющего соответствующим кодом, снять её не представлялось возможным.       (Она первой из группы поднялась сдать тест по топографической анатомии. Инструктором был Дарт Френезис, гуманоид с длинными, как у медведя, когтями и восковым цветом лица, на котором, как и у многих местных медиков, были только чëрные татуировки. Пролистав работу, он поднял на Никси притворно-опечаленный взгляд.       — В твоей прежней школе такого не проходили? — спросил он громко, чтобы вся аудитория услышала. Никси знала его — он провёл ей операцию после того, как ситхи схватили их с учителем и притащили в свой Храм.       — Я не помню, — ответила Никси. — Я ничего не помню из своей жизни до Ордена. Может, я написала бы лучше, если бы вы не наложили мне криффовы чары на гиппока…       Не успела Никси отпрянуть, как Дарт Френезис взмахнул тренировочным клинком, с какими упражнялись неофиты. Лишь спустя несколько мгновений Никси поняла, что её часть еë артикуляционного аппарата оказалась парализована, а горло поросло жёлтыми и зверски зудящими волдырями.       Дарт Френезис сказал:       — Останься после пары.       И потом дал датакарту с «контактами инструктора, который мог подтянуть еë». На карте также был код, необходимый для прохождения входного контроля на уровне, где обитал этот загадочный учитель. Без подобных кодов Никси вовсе не могла бы передвигаться по Храму или Академии, так что в то время, без задней мысли, загрузила его в чип своей маски. С тех пор системы слежки пребывали в блаженном неведении каждый раз, когда она спускалась в самые глубокие подземелья Храма).       При этом под маской не было видно уплощëнного лица со сглаженными чертами, так не похожего на резкий соколиный профиль А-1313.       Дроиды на контрольных пунктах обошлись сканированием чипа и не стали сверять её внешность. Никси не помнила своей настоящей. Стоило Тала’мерсу неведомым образом добыть ключ и на один, только один вечер освободить её черты от металла, Никси не узнала себя в зеркале. Это было не просто чьё-то чужое лицо — это была нечеловеческая личина. Что-то в контурах носа, изгибе челюсти, линиях лба было слишком скульптурным, слишком симметричным, словно выточенным конвейерной машиной.       Больше снимать маску Никси не требовала. Из-за этого клейма она постоянно была на виду, однако оно же не давало забыть: здесь она, как и везде, была изгнанницей. Они с Тала’мерсу даже поссорились из-за того, что Никси сплела их пальцы на глазах у всей группы. Тала’мерсу хотелось тайно встречаться в заброшенных цехах и страдать о том, что никто не должен догадаться. У Никси от такого скрытничества дрожали руки.       До звездолëта пришлось ехать на грузовой платформе вместе с поставками, предназначенными для военной базы на Девароне. Двигаясь слишком медленно, платформа тряслась и неприятно гудела.       «Ничего у тебя не выйдет, — нараспев заверял внутренний голос. — Ты умрёшь в этом месте. От вивисекции заживо. А Талон будет снимать на видео и улыбаться, как ребёнок».       От этого образа в воображении Никси охватил странный импульс. Если она что-то и помнила из прошлой жизни, так это то, как ускорять гниение и превращать вещества в яды. Никси сосредоточилась, мысленно проникнув за стены одного из контейнеров и заставив испортиться какое-то лекарство — ювелирная с точки зрения Силы работа, от которой она умственно выдохлась. Аура Коррибана походила на запутанное переплетение колючих проволок, в котором легче лёгкого было застрять и физически истечь кровью, если не быть осторожной с передвижениями ментального тела в Силе.       Вскоре с платформы пришлось спрыгнуть. Представ перед истребителем, к которому, по инструкциям, прямо сейчас должна была приехать А-1313, Никси отметила довольно грозный выбор транспорта для аудиторского визита. За век существования Стелс-Иксы не утратили преимуществ в качестве разведывательных звездолётов для повелителей Силы — засечь их было почти невозможно, пока пилот не открывал огонь или не использовал системы коммуникации, для ситхов совершенно не обязательные. Местные ремесленники усовершенствовали истребитель за счëт юужань-вонгских биотехнологий, позволявших гравитационным модуляторам работать без ущерба для мощи торпедных орудий.       Из болтовни покойной А-1313 стало понятно, что ситхская операция на спутнике планеты Наги, что в галактике Огненный Кулак, затягивается, и что предстоящая ей миссия с новоприставленной мастерицей-ситхом призвана выяснить, в чём проблема, и устранить её, если такова будет возможность. Спутник назывался Верность. Леди Дарт Пульсива руководила на нём исследованиями неизвестного ранее топлива с потенциально бесценными для медицины качествами.       Конечно, учителю Никси не нужно было знать об этой поездке.       По словам Тиграна, Дарт Малади изначально растили, чтобы поставить во главе научных разработок. У неё с детства были выдающиеся способности целительницы. Но ситхам-лекарям не положены татуировки и владыческий титул — их специализация препятствует достаточно прочной связи с тёмной стороной. Это не устраивало Малади. Она пыталась найти применение своим навыкам в области ядов и пыток, но прокололась, как выразился наставник. Милостью её учителя, Дарта Крайта, Малади перевели в разведку, а управлять алхимиками стала Пульсива.       — Малади считает, что проектом «Дамаж» выклянчит у Крайта научный отдел обратно, но перед этим ей нужно избавиться от соперницы, — довершил Тигран свой рассказ; на его лице зияли свежие отметины от ногтей Никси, а сама она лежала рядом, устроившись головой у него на бедре.       Тигран шипел, запустив пальцы себе в волосы и раскачиваясь взад-вперёд:       — Если бы я знал, что на этой планете гнездятся не только призраки, но и сколопендры, называющие себя ситхами, если бы они не выследили нас на равнине… Но прошлого не вершëшь.       — Если ты всë ещë работаешь над «Дамажем», то почему тебя заперли там, где на всё, что ты построил, в любой момент могут свалиться тонны обломков? — спросила Никси.       — Остаëтся только снести проклятый Храм до основания вместе с его верой и еë последователями. Таков путь властелинов Тёмной стороны, — продолжал бормотать Тигран. — Притом сырьё придётся добывать самим…       Никси ненавидела его. Возможно, когда-то немного любила, — назло всем, из той особой наглости, какая свойственна слишком тихим и замкнутым, слишком трусливым и одиноким. Но не теперь.       Всё это было каким-никаким, но билетом прочь с Коррибана. У них с А-1313 был одинаковый рост, одинаковое худосочное телосложение. Они обе были людьми, и обе родились вне Ордена ситхов. Разве что А-1313 теперь плавала в формалине. Была ли её жертва напрасной — скоро Никси узнает.       — Джедай? — каркнул голос за спиной. Никси задумалась, стоит ли обернуться и пасть на одно колено, но всё-таки никак не отреагировала. Не хватало ещё, чтобы наставница решила, будто А-1313 всё ещё связывает себя с этим ярлыком.       Обойдя, перед Никси, по-офицерски выпрямившись во весь свой внушительный рост, остановилась Дарт Дракайна. У леди-ситха были широкие сильные плечи и широкий торс, толстые переплетения мускулов проступали под тёмным облачением. На белых склерах её глаз не было видно ни радужек, ни зрачков, что выдавало арканианское происхождение женщины, однако на её руках росло по пять пальцев вместо стандартных для арканианской расы четырёх.       — Негоже тебе смотреть природным ситхам в лицо, — произнесла Дракайна. — И не будет, пока твои сотоварищи держат повелителей Силы расщеплëнными на множество слабых культов. Разделяй и властвуй, да?       Только тогда Никси опустилась к её ногам. Глядя в феррокритовый пол, она ощущала на себе бесстрастный взгляд Дарт Дракайны. По взлëтной площадке тянулись ветра, застилая воздух рыжевато-коричневой мглой.       — Но, госпожа, — возразила Никси, не заботясь о том, будет ли сказанное в духе А-1313. Дракайна не знала еë. — Я больше не джедай, и в душе никогда им не была. Я раскаялась в том, что не покинула их, как только научилась ходить. Но я всë-таки приняла верное решение и присоединилась к ситхам! Они отняли у меня всë…       — И ты решила отомстить им за это? — Леди Дракайна открыла сканер на наручном комлинке и проверила, действительно ли маска на лице послушницы принадлежит А-1313. Но ответить не дала. — Знаешь, моя прабабка чуть не стала джедайкой, но вовремя одумалась. Бен Скайуокер ещё долго со страхом вспоминал её имя после того, как она официально вступила в наши ряды.       — Еë звали Вестара Кхай, — выпалила Никси.       — Не отвечай на вопросы, которых тебе не задавали, — сказала Дарт Дракайна. — Знать историю не так важно, как следить за языком. Из-за таких, как ты, и происходят массовые чистки.       Никси сглотнула. Это знак? Намёк от Вселенной, что надо убираться как можно быстрее?       Сверив данные на экране комлинка, Дракайна завела руки за спину и стала рассматривать Никси, словно не зная, что с ней делать. Как назло. Как если бы прочитала её мысли.       Нет, тупая мелкая сука, не смей терять самоконтроль…       — У тебя менталитет ситхов прошлого. С ним ты далеко не уйдëшь, — заключила Дарт Дракайна. — Может, призрак Дарта Бэйна и гордится тобой, но в наше время без субординации ни одно дело не сдвинется с мёртвой точки. Не говори, пока к тебе не обратятся. Ага?       — Ага, — отозвалась Никси.       Дарт Дракайна взяла её за руку — твёрдой, неожиданно ободряющей хваткой, — и повела за собой на борт звездолёта. Внутри было тесно от аскетизма. Системы уже были запущены. Из иллюминатора было видно расстилавшееся перед взлётной площадкой холодное море красновато-коричневой пыли и камней. Если бы Дракайна не имела полного права четвертовать её за это, Никси плюнула бы туда.       Может, всё не так плохо. Может, всё у неё получится. Как говорил Тигран, главная причина, по которой он взял в ученицы именно её, — это то, что никто не заметил бы еë исчезновения, а заметил бы — не стал бы тратить силы на поиски.