Холодный камень

      Наблюдая за тем, как Ал, а за ним и все остальные пытаются ладонями сбить огонь, Шен с сомнением нахмурился. Его напасть не коснулась, и если в целом это можно было бы списать на то, что Муан не воспринимает его как врага, то было непонятно, почему загорелась одежда всех остальных. Даже у самого мечника пылали рукава нижней рубахи, которая всё ещё неаккуратно висела на нём, как-никак прикрывая тело.       Эра и император, до которых огонь всё-таки неумолимо добрался, закричали. От этих воплей, мало напоминающих человеческие голоса, кровь застыла в жилах у всех. Суматоха, захватившая воинов контрольного бюро и заклинателей, только усилилась, грозя перетечь в настоящую панику. А там, где паника, начинаются ошибки.       Муан, забыв о себе, метнулся к сестре и схватил её за плечи, принявшись пытаться сбить огонь с её плеч. Разумеется, ничего не выходило, и девушка только принялась извиваться ещё сильнее, да кричать пронзительнее. Шен не был уверен, слышат ли остальные, как голос её раздваивается на её собственный и некий потусторонний вопль сродни тем, что проклятый старейшина слышал, сжигая сущности, прицепившиеся к бусинам, и той, что присосалась к его внучатому племяннику.       «Муан, ты можешь отозвать пламя?» — Шен, рассудив, что говорить вслух сейчас бессмысленно, обратился мысленно.       «Если бы мог, уже бы это сделал!! — с небольшой заминкой отозвался старейшина пика Славы. Слышно было по тону, что он изо всех сил старается не паниковать, но уже на грани. Страх за сестру был сильнее выдержки. — Как ты смог утихомирить его в прошлый раз?»       Наблюдая за его попытками сбить пламя с Эры, в то время как на его плечах догорали жалкие обрывки нижней рубахи, проклятый старейшина обратил внимание на одну вещь. Чтобы убедиться в возникшем предположении, он решительно подошёл к своему мечнику и сдёрнул с его плеч остатки ткани и задумчиво уставился на штаны. Занятый своими мыслями, он не видел поражённого и отчасти смущённого взгляда Муана, который даже отвлёкся от своего занятия, как не обратил и внимания на то, как тот невольно попытался прикрыться. Прямо сейчас куда важнее было другое.       — Дело в одежде! — крикнул Шен и завертел головой.       В охватившем всё вокруг голубом зареве разглядеть его спутников уже почти не получалось. Перепуганные вусмерть воины контрольного бюро остались где-то в стороне, и проклятый старейшина не был уверен, что они услышали его и поняли. Где-то там же, среди них, ругался последними словами Ер, которого изредка обрывал Рэн. Оба явно были в ужасе, но уже начали догадываться, что раз боли нет, то и опасность не так велика, как представляется.       В пределах видимости остались лишь Муан с Эрой, уже переставшей кричать, но всё ещё охваченной синим огнём, да Рун Юсон с сидящим рядом с ним Ю Си. Последнему даже хватило самообладания Шена не только услышать, но и принять его слова к сведению. И даже прикинуть, что будет дальше — он поспешно сбросил свою куртку и накинул на плечи притихшего императора.       Сам проклятый старейшина, занятый мыслями о том, как скоро это закончится, и как им с Муаном объясняться перед остальными, настолько наперёд не задумывался.       А потому, когда пламя, наконец, начало стихать вокруг них (но продолжило всё быстрее охватывать территорию дворца), он осоловело уставился на Муанов.       Эра осталась в нижней рубахе, которая, конечно, прикрывала все жизненно-важные части тела, но всё-таки не отвечала требованиям приличий. Сидящий рядом с ней на коленях Гай и вовсе остался в одних только нижних штанах, даже волосы его растрепались, небрежно рассыпавшись по плечам. Вид этот был весьма… обольстительным, но в то же время ужасно конфузящим.       Картина потихоньку складывалась в голове хозяина Проклятого пика. Понять, что проблема в одежде, созданной иллюзией, которую поддерживала тварь, владеющая дворцом, труда не составило. Тряпки и цацки, которые все его спутники надели на себя, не были реальными. И больше того — подчиняя себе тех, кто их носил, эти вещи несли опасность. Конечно, в них была угроза.       А вот о том, что будет, когда очищающий синий огонь эту угрозу, а значит, и саму иллюзию разрушит, Шен задуматься не успел. Теперь же ему оставалось только краснеть смущённо, понимая, что к этому всё и шло.       — Какого хрена я голый?! — завопил Ер с таким возмущением, будто был благородной девицей и вдруг после омовения в купальне не нашёл своего платья.       — Что происходит?! — вторил ему Рэн загробным тоном глубоко опозоренного человека.       Со всех сторон стали раздаваться возгласы и воинов контрольного бюро, оказавшихся раздетыми в разной степени. Некоторые, судя по всему, переодеваясь во дворце, мелочиться не стали и действительно воспользовались полным комплектом одежд. Другим хватило стыда оставить хотя бы штаны или — в редком случае — всё нижнее одеяние. В полном облачении остались только Шен и Ю Си, которые не переодевались вовсе.       Раньше, чем осознал, что делает, проклятый старейшина стащил свой верхний халат и набросил на плечи Муана. Затем, подумав ещё, тщательно расправил ткань, укутывая мечника так, чтобы полностью скрыть его оголённую фигуру. Он собирался ещё разок поправить халат, чтобы убедиться, что посторонние не увидят ничего лишнего, когда наткнулся на взгляд Гая. Смотрел тот со смесью удивления, лёгкого веселья и нежности.       — Шен, что ты делаешь? — тихо спросил Муан, когда проклятый старейшина дёрнулся было в сторону, но тут же вернулся на место и вновь поправил одеяние.       — Я… — Шен отвёл взгляд и заметил, что в их сторону смотрит Ю Си. Желание завернуть Муана в ткань поплотнее стало почти невыносимым. Молясь всем подряд, чтобы не покраснеть, хозяин Проклятого пика отвернулся от командующего и вновь уставился на своего мечника, но уже не рискнул смотреть ему в глаза. — Я это… чтобы… ну, знаешь… я не хотел, чтобы остальные… ты же… ты же мой и я не… стой! Я не имел в виду… я хотел сказать… то есть, ну… что ты… я просто…       Прервал его жалкие попытки объясниться — честное слово, Шен даже сам не понял, что хотел сказать и чего вообще желал добиться! — тихий смех Муана.       Решив больше не мучить своего проклятого старейшину, он выпростал из-под накинутого халата руки и притянул его в свои объятия. Вышло немного неудобно, потому как на коленях мечника лежала ещё не очнувшаяся Эра, но Шен не стал жаловаться. Только теперь, чувствуя, как его сжимают сильные руки, а от чужого тела исходит такое знакомое и родное тепло, он понял, что уже очень долго был ужасно напряжён. И только теперь напряжение стало его отпускать.       — Мне приятно, что ты заботишься о моём целомудрии, — весело хмыкнул Муан ему на ухо. Проклятому старейшине даже не захотелось его стукнуть, и он только сильнее прижался к своему мечнику.       «Хорошо, что он решил так, — рассудил Шен, устраиваясь поудобнее. — Не объяснять же, почему я не хочу, чтобы другие его видели…»       «Так ты ревнуешь?» — поразился Муан, да так сильно, что проклятый старейшина даже не успел посетовать, что кое-кто тут подслушивает его мысли.       «И вовсе не ревную!» — возразил Шен. И тут же, в противовес своим словам, стиснул старейшину пика Славы ещё сильнее. В голове его вертелась какая-то не до конца оформившаяся мысль.       «Конечно же, я твой, — отвечая на не заданный, да и даже не осознанный вопрос, Муан тоже обнял Шена крепче. — Целиком и полностью».       От слов его в груди проклятого старейшины потеплело. Ту картину, где Муан отталкивал его и смотрел озлобленно, можно было с чистой душой вышвырнуть из памяти: его братец Гай в самом деле так бы не поступил. Он бы, прямо как сейчас, обнял крепко и заверил в своей любви и преданности. И уж тем более никогда не навредил бы. Так что чем бы ни была тварь, которая всё это устроила, она сгинула в синем карающем огне, и Шен уж точно не собирался сожалеть.       — Эй… постыдились бы… — прокряхтела вдруг Эра, разрушая идиллию между двумя старейшинами. — Прямо при мне!       Нехотя отстранившись друг от друга, Шен и Гай обратили своё внимание на старшую Муан. Та по-прежнему лежала на коленях брата и почему-то не шевелилась, только смотрела на ещё недавно милующихся мужчин свирепым взглядом.       — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил старейшина пика Славы. Эра фыркнула.       — Посмотрите, кто вспомнил обо мне! Что это было? Что с дворцом, и… и когда мы успели найтись, и что вообще… стоп. Почему я в таком виде?!       Можно было ожидать, что она вскочит на ноги и в то же мгновение схватится за меч. Но меча рядом не было: тот, которым она пользовалась, будучи «госпожой Жун», сгинул в призрачном огне, а меч Гая лежал в стороне. Да и сама девушка подниматься почему-то не спешила. Только взгляд её стал совсем убийственным, да на лбу от ярости выступила вена. Во взгляде Муана мелькнуло недоумение. А вот Шен, поначалу тоже сбитый с толку, неловко улыбнулся, вспомнив, что сам же применил к одержимым Эре и императору обездвиживающие талисманы. И вообще-то пора было уже их развеять.       «Не спеши, — предложил Муан, осматривая сестру на предмет возможных повреждений. — Она сейчас такая злая, что нам обоим головы открутит, и только потом разбираться станет».       «А император? Если он тоже останется обездвижен, головы нам открутит уже Ю Си», — вздохнул Шен.       Что ж, теперь он понял, почему командующий контрольного бюро так пристально на них смотрел. Дело уж точно было не в полураздетом Муане.       — Смотрите! — крикнул Хи Тан, всё ещё прижимающий раненную руку к боку. Он оказался одним из тех, кто сохранил при себе хотя бы штаны. — Пламя гаснет.       Теперь уже все принялись осматриваться. Вместе с удаляющимся синим огнём, казалось, таяли стены дворца, галерей, соединяющих павильоны, даже деревья. Масштаб иллюзии — или что это было? — поражал воображение, и, если бы всё это не было огромной западнёй, призванной захватить в заложники и выпить энергию кучи людей, Шен бы даже мог признать, что восхищён.       — Наши вещи могли остаться где-то там? — поинтересовался Муан, осматриваясь.       Они оказались на небольшой поляне в лесу, который очень походил на тот, что окружал деревню Красного хлопка. В небе ярко сияло палящее полуденное солнце, и ни единое облачко не пятнало чистое небо. Могло показаться, что они и не уходили оттуда, и не было целого дня приключений. Хотелось бы Шену, чтобы всё было действительно так. Но перед ним всё ещё сидел укрытый его красным халатом Муан, на коленях того почивала разъярённая Эра, а по ближайшим кустам прятались воины контрольного бюро и Ер-Рэн, которым не повезло оказаться голыми посреди леса.       Сказочная картина.       — Я могу поискать, — проклятый старейшина с готовностью поднялся на ноги.       Оставаться в пределах видимости Эры ему ужасно не хотелось, как и попадать под горячую руку. Подавив благородный порыв спасти от этой бури и своего мечника, Шен резвым шагом направился к границе леса.       — Я тоже поищу, — присоединился к нему Ю Си. Заметив внимательный взгляд Муана, направленный на командующего контрольного бюро, хозяин Проклятого пика махнул рукой.       — Давайте разделимся. Чем раньше мы найдём их вещи, тем лучше.       «И кто ещё тут должен ревновать», — про себя добавил он, старательно контролируя мысли, чтобы кое-кто их не уловил. О том, что именно произошло во дворце, и что именно так задело Шена, рассказывать он определённо не собирался.       К большому облегчению — и проклятого старейшины, и Муана — Ю Си с его доводами согласился и зашагал в другом направлении.       Скрываясь под сенью деревьев, Шен мог более-менее спокойно перевести дух и хотя бы попытаться уложить всё произошедшее в голове. Пока выходило так себе.       «Система! — вспомнил он. — Ты ничего не забыла? Мы выбрались оттуда, все живы, та тварь должна быть мертва. Где мои баллы?»       [Признаться честно, я в замешательстве], — отозвалась та. — [Технически, конечно, задание завершено, но… Предполагалось, что вы разберётесь в печатях и сможете обратить их действие вспять, а не уничтожите локацию.]       Шен замер. Глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Несколько раз повторил. И только убедившись, что достаточно спокоен, он ядовито поинтересовался:       «С каких это пор у твоих заданий есть “правильное” решение?»       [Не то чтобы правильное, но… Уничтожил ту сущность — и всю локацию — старейшина Муан, и я не уверена в распределении баллов.]       «Так ты просто хочешь отсыпать баллов Муану?» — Шен развеселился так, что едва не рассмеялся.       [Не буду лукавить, его… действия… и события, с ним связанные, сделали сюжет интереснее. И мне бы хотелось это отметить.]       «Действия, да? — нахмурившись, проклятый старейшина покачал головой. Он решил не уточнять, что именно так понравилось Система: нелепая драма, которую он случайно устроил, весьма радикальное решение проблемы с мистической тварью и её иллюзорным мирком, или же соблазнительный вид после… Это было не столь важно. — Не переживай, мне совсем не жалко баллов для него».       Вновь улыбнувшись, но уже без веселья, Шен мысленно добавил, уже только для себя: «Хоть все ему отдай, особенно если это сможет помочь уберечь его в случае чего».       Система радостно оповестила:       [Поздравляем! Сюжетная арка «Холодный камень» успешно завершена! Главному герою Шену начислено +100 баллов! +50 баллов за разрушение иллюзии нестандартным способом! Старейшине Муану начислено +50 баллов! +20 баллов к ревнивости главного героя Шена! -10 баллов к самомнению главного героя Ала! +30 баллов к силе главного героя Ала! Продолжайте стараться!]       Проклятый старейшина как раз увидел среди деревьев знакомые белые одежды — они были чистыми, но на удивление неаккуратно лежали на земле — и как раз метнулся к ним, чтобы подобрать, и потому не сразу осознал, что услышал. Только вспомнив, что его мечник успел попасть под дождь и, скорее всего, просто развешивал одежду, чтобы просушить (потому-то она и валялась так беспорядочно), и аккуратно собрав верхний халат, нижнюю рубаху и сапоги, Шен ворчливо прокомментировал итоги задания:       «Ала так задело, что проблему решил Муан, или что? И зачем ты добавила показатель ревнивости? Вовсе я не ревнивый!»       И вновь Система благоразумно промолчала. Шен тоже решил не развивать спор — всё равно ни к чему хорошему он не приведёт, он и сказал-то не ради конфликта, а просто из чувства противоречия — и зашагал по лесу быстрее, чтобы в самом деле собрать вещи спутников поскорее. Чем раньше они с Ю Си это сделают, тем скорее уберутся отсюда подальше.       «Система, а ведь эта история оказалась даже более запутанной, чем мне представлялось», — задумчиво поделился проклятый старейшина, когда в его руках скопилось уже три комплекта одежд.       [Вы смогли выяснить что-то ещё?]       «Я считал, что виной всему, что произошло, был Тао Ши, но… Печать, устроившую всё это, построил вовсе не он. И даже не Тао Син или Су».       [Разве вы не говорили, что заклинателей было всего трое?]       «Говорил. А ты сказала, что в некоторых вещах я ошибся. Над Муаном висела табличка У Фана. И у него значилось «Заклинатель». Меня это насторожило, потому что даже если бы это была часть таблички самого Муана, там бы было «Бессмертный заклинатель». Но на самом деле, «был четвёртый» — речь ведь шла о четвёртом заклинателе. У Фан тоже им был. Скорее всего, Тао Син обучал его. Потому и был так уверен, что он — их шанс. Их — это заклинателей. Правитель, который является заклинателем... Представляю, как сильно это могло бы изменить баланс сил. Только я так и не понял, почему братья У вообще считали себя наследниками. Какая-то боковая ветвь? — Система промолчала, а Шен устало вздохнул. — А ещё он был злодеем. Муану, к слову, совсем не идёт роль злодея, чем вообще думала эта дрянь? В любом случае, думаю, это он построил печать. Специально она вышла такая или случайно… чего он хотел добиться… и что стало с «моей» — всего этого теперь не узнать. Но локация уничтожена, и больше никто не должен пострадать из-за той сущности. Пожалуй, даже хорошо, что мы здесь оказались. Жаль только, что пострадавшие от той твари души… стоп».       Едва не выронив весь ворох вещей, который приходилось таскать на руках, Шен поспешил аккуратно сложить их на траву и зашарил по карманам. В одном из них он обнаружил искомое: чёрную коробочку-компас, предупредившую его об опасности. Распахнув крышку, проклятый старейшина внимательно рассмотрел крышку. В этот раз вместо предупреждения о живом камне на гладкой поверхности было выцарапано: «Сломай».       Осмотревшись, Шен нашёл дерево покрепче и с размаху стукнул компасом об ствол. Коробочка треснула, но не сломалась. Пришлось ударить ещё пару раз, прежде чем побежавшие трещины расползлись по всей поверхности крышки, и только на четвёртый удар она раскололась на кусочки. Стрелка перестала бешено вертеться, и из прибора высыпали яркие огоньки, тут же бросившиеся в небо.       [Поздравляем! Второстепенная арка «В ловушке» успешно завершена! Главному герою Шену начислено +100 баллов, продолжайте стараться!]       — Это души? — раздался вопрос позади.       Шен чуть разочарованно выдохнул. Он не считал себя бог весть каким героем — и всё-таки такой момент ему хотелось бы разделить вовсе не с Ю Си.       — Да. Они пытались предупредить нас об опасности. И они же уберегли меня от бури. Кто-то спрятал их в компасе, поэтому их та тварь сожрать не смогла. Я думал, что не так с компасом, и почему он так выбивается из всей истории, но так и не смог понять. Если бы Муан не сжёг всё, что относится к иллюзии, я бы даже не понял. Но компас — дело рук кого-то другого, живого. Хороший артефакт. Жаль, что смог уберечь только души.       Ю Си выслушал его, не перебивая. Потом сообщил:       — Тебя уже заждались. Особенно старейшина Муан и госпожа Эра.       — Её одежду я не нашёл.       — Я нашёл и уже вернул. Она обещала найти тебя сразу же, как только оденется. Выглядела весьма решительно.       Шен медленно развернулся и подошёл к командующему. Тот наблюдал за передвижениями проклятого старейшины с невозмутимым интересом, тем самым пресловутым любопытством, которое отчего-то начинало раздражать. И всё-таки Шен не мог проигнорировать того, что Ю Си здорово выручил его в этой заварушке.       — Спасибо вам, командующий. Если бы не вы, не факт, что все мы выбрались бы оттуда живыми.       — Я тоже благодарю тебя и старейшину Муана. Вы смогли решить проблему так, что никто серьёзно не пострадал. А теперь давай возвращаться, нам давно пора продолжить путь.       Кивнув, Шен подхватил с земли оставленные там вещи и быстрым шагом направился к поляне. И даже ожидаемый разнос от Эры уже его не пугал. Не после всего, что он пережил за этот безумно долгий день.