Я больше не могу это выносить

- Что ты будешь делать со Снейпом? - спросил Гарри, сразу переходя к делу и отодвигая от себя пустую тарелку. Волдеморт настоял на том, чтобы он сначала поел, прежде чем они поговорят. - Я ведь мало что могу с ним сделать, правда? - Ты скажи мне. Что бы тебе позволила твоя клятва? Сможешь ли ты держать его взаперти до конца его жизни? А если он поранится или заболеет? Сможете ли вы отказать ему в медицинской помощи? Волдеморт хмурится. - Нет необходимости обсуждать ограничения моей клятвы в деталях... - Конечно, нужно! - Позволь мне закончить, пожалуйста. В этом нет необходимости, потому что я хочу, чтобы мы вместе решили, что с ним делать. Ты не хочешь, чтобы я причинил ему вред, а я не отпущу его, не убедившись, что он больше не сможет причинить тебе никакого вреда. Нам придется найти компромисс. Гарри поморщился. Он надеялся, что все закончится, как только он заставит Волдеморта принести клятву. Он должен был знать, что это будет не так просто. Хуже всего то, что он даже не может отмахнуться от опасений Волдеморта. Если они отпустят Снейпа прямо сейчас, ничто не помешает ему снова похитить Гарри - и хотя Гарри понимает, почему Снейп это сделал, повторение этого ему не нужно. Гарри проводит рукой по лицу, чувствуя внезапную усталость. Волдеморт наклоняется вперед, озабоченно хмурясь. - Ты уверен, что с тобой все в порядке? Ты ведь не преуменьшил значение того, что сделал Снейп, потому что не хотел, чтобы я волновался? Гарри покачал головой. - Я не лгал тебе. Снейп хочет того же, что и ты: чтобы я был в безопасности. - Гарри фыркает, устало улыбаясь. - Может, нам троим просто нужно сесть и поговорить друг с другом открыто в течение нескольких часов, чтобы понять, что мы все на одной волне. - Если ты думаешь, что это поможет... Гарри моргает, пытаясь представить, как они втроем сидят за столом, пьют чай и болтают. Это кажется абсурдным даже в его собственном воображении. Снейп в любом случае не смог бы говорить открыто, ведь он, по сути, заключенный. - Мы не должны решать, что делать со Снейпом сегодня. Он никак не сможет выйти из своей комнаты без палочки. Но оставлять его там гнить, потому что они не могут потрудиться найти решение, тоже не хочется. Он ведь даже не знает о клятве, которую дал Волдеморт, не так ли? Хорошо. Пусть хоть немного побеспокоится о будущем. Вот что он получит за отказ слушать меня. Гарри отмахнулся от мрачных мыслей, не понимая, откуда они взялись. Вздохнув, Гарри откинулся на спинку кресла. - Быть суженым - это утомительно. Волдеморт вздрагивает, и первым побуждением Гарри становится желание взять свои слова обратно. Они звучат слишком грубо, хотя и не кажутся неправильными. Он никогда не чувствовал себя так напряженно, как в последние недели. И самое страшное, что Гарри не думает, что его жизнь когда-нибудь вернётся в нормальное русло. Волдеморта ненавидят и боятся почти все. Если кто-то узнает, что они - родственные души, то обязательно доставит Гарри неприятности - либо отвергнет его, либо вмешается в их отношения, как это сделал Снейп. При одной мысли об этом ему становится плохо. - Возможно, у меня есть решение на этот счет. Гарри моргает, поднимая взгляд. - Решение? - Да. Это не решит всех проблем, но для начала сойдет. Ты читал «Пророк», пока тебя не было? Гарри выпрямляется и поднимает глаза. - Ты имеешь в виду статью о том, как Петтигрю напал на Фаджа? Ты заставил его сделать это, не так ли? - Очевидно. Ты узнал меня на фотографии? Гарри краснеет, вспоминая, как он не мог отвести взгляд от красивого лица Волдеморта. - Да. Как ты сделал себя таким? - Оборотное зелье - оно убрало все магические изменения, которые я внес в свое тело. Я могу изменить свою внешность так, что всегда буду выглядеть так. Это займет пару недель и потребует много энергии, но с этим можно справиться. Гарри облизнул губы. - Зачем тебе это нужно? Он может назвать несколько причин, но лучше пусть Волдеморт сам все объяснит. - Ты сказал мне, что больше не хочешь, чтобы я использовал насилие для достижения своих целей, и я использовал время, пока тебя не было, чтобы подумать, как это сделать. Я не могу вот так просто вернуться в общество. Все знают, кто я, и по закону мне место в Азкабане до конца жизни. Мне придется изменить внешность, если я не хочу скрываться от мира. Гарри медленно покачал головой. - В долгосрочной перспективе это не сработает. Есть люди, которые знают твое настоящее имя. Они могут рассказать всем правду... Может быть, Дамблдор уже делает это. - Я очень сомневаюсь в этом. Дамблдор слишком любит свои секреты, и сейчас он находится под пристальным вниманием. Он не посмеет заявить, что Лорд Волдеморт спас жизнь Фаджу - большинство людей сочтут его сумасшедшим, если он так поступит. Гарри нахмурился, обдумывая эту мысль. Он бы тоже не поверил Дамблдору, если бы не знал, как выглядел Волдеморт в шестнадцать лет. Человек в газетах был слишком красив и харизматичен, а его поступки слишком благородны, чтобы он мог быть Волдемортом. - Дамблдор не будет молчать вечно. Он найдет способ убедить общественность в правде. - Возможно, да. Но у меня есть решение и для этого. Как много ты знаешь о чарах Фиделиуса, Гарри? - Чары Фиделиуса? Какое это имеет отношение к делу? - С его помощью можно скрыть дом. Хранитель тайны должен сказать тебе его местоположение, иначе ты не сможешь ни увидеть, ни войти в него. - Именно, но с его помощью можно скрыть не только дом, хотя это самое простое и распространенное применение. С помощью чар можно скрывать и другие секреты - секреты, которые не обязательно должны быть предметами. Я бы хотел скрыть, что Том Риддл и Волдеморт - один и тот же человек. - Волан-де-Морт сделал паузу, чтобы дать понять это. Мне нужна и твоя помощь, чтобы осуществить это. Секрет слишком сложен, чтобы я мог наложить чары самостоятельно. Гарри делает глубокий вдох. - Я... это звучит безумно. Это действительно возможно? А как же люди, которые уже знают твое настоящее имя? Они забудут его, как только ты наложишь чары? - Нет, чары Фиделиуса не заставят никого ничего забыть, но те немногие, кто знает, кто я такой, не смогут никому об этом рассказать. Чем больше людей уже знают секрет, тем сложнее наложить чары. Вот почему мне нужна твоя помощь. Гарри прикусил губу, обхватив себя руками. Вообще-то это жутковато. - Сколько людей знают твое настоящее имя? - Максимум несколько десятков. Из них только Дамблдор представляет угрозу. Гарри опускает взгляд. - Значит, Дамблдор будет знать, что мы скрываем правду от остального мира, и будет ненавидеть меня за это. - Полагаю, да. - Волдеморт задумчиво смотрит на него. - Но почему тебя так волнует его мнение? Я думаю, это хорошее решение, которое обеспечит нам будущее по твоему вкусу. Я бы назначил тебя хранителем секретов, чтобы ты мог решать, кому следует знать правду. Но, как я уже сказал, я не могу сам наложить чары. Мы... мы должны объединить нашу магию и наложить их вместе. Гарри замирает. Объединять магию невероятно опасно - Волдеморт может взять под контроль его магию и не отдать ее. Сколько доверия они должны были бы испытывать друг к другу... Волдеморт уже не в первый раз говорит об объединении их магии. В одном из их первых суженых снов он также упоминает, что хотел бы это сделать. - Я знаю, чего ты боишься, - пробормотал Волдеморт. - Я бы никогда не сделал этого с тобой. Не стоит торопиться - ты можешь думать об этом столько, сколько захочешь, но я все же хотел бы узнать твои первые мысли по этому поводу. Гарри подтягивает ноги к груди и кладет подбородок на колени. Некоторое время он смотрит в пустоту, обдумывая все сказанное Волдемортом. Волдеморт терпеливо ждет, хотя Гарри практически чувствует его любопытство. - Честно? Идея звучит достаточно безумно, чтобы она могла сработать. Но это означает, что мы будем обманывать почти всех до конца наших дней. Дамблдор тоже может превратиться в огромную проблему... Хотя было бы здорово не беспокоиться о том, что люди узнают, что мы - родственные души. Но объединить твою магию с моей... - Гарри качает головой. - Я не готов к этому. Волдеморт кивает. - Я знаю. Мне нужно многое наверстать. Некоторое время они сидят в тишине, оба погрузившись в раздумья. В конце концов Гарри вздыхает и встает. - Мне нужно рассказать Снейпу о клятве, которую ты дал, - он не должен беспокоиться о том, что ты будешь его мучить. А потом мне нужно поговорить с тобой еще о нескольких вещах.