Никому не отдам...

— Он уже три дня не появляется в универе. На звонки не отвечает. Я пробовал писать ему — ответил, мол приболел немного, дома лечится. Антон покачал головой и отпил пиво из своей бутылки: — Странно как-то. Не похоже на него. Я тут припоминаю, что видел его в понедельник, но вёл он себя необычно, сковано что ли. Думаешь, у него что-то случилось? — Не знаю, возможно. Но завтра его второй день рождения, а он ещё ничего не планировал. Хотя обычно подготовка у него за пару недель начинается, — Сеничев тяжёло вздохнул, — Я правда за него переживаю. Пару минут молодые люди просидели в тишине. Затем Антон, предложил: — Утро вечера мудренее. Давай спать, завтра с утречка съездим к нему и всё узнаем. Если придётся, будем поднимать настроение искусственным путём. Даниил бросил на парня задумчивый взгляд. Впервые он видел, чтобы этот смешливый спортсмен рассуждал так спокойно и здраво. Любителю порядка и организованности очень нравилось такое поведение. Поэтому блондин улыбнулся и кивнул, соглашаясь с Антоном: — Ты прав. Сейчас нет смысла ломать голову. Мы не знаем, что там у него происходит. Или произошло. Кстати, я только сейчас вспомнил. Ты же вроде тоже хотел со мной о чём то поговорить? — Забей, завтра всё обсудим. Я постелю тебе на кровати, сам брошу матрас на полу. Если вдруг приспичит в туалет сбегать, смотри не наступи на меня. Сеничев закатил глаза: — Не переживай, недержанием не страдаю. И даже не храплю. Я вообще идеальный сосед. Не обращая внимание на болтовню вынужденного соседа, Шутов достал из шкафа постельное бельё и, сняв с кровати один из матрасов, постелил постель себе и Сеничеву. — Слушай, идеальный сосед, ты замечал когда-нибудь своё словесное недержание? Ну-ка спать, молча. А будешь болтать — выгоню на холод и мороз, понял? Данька хихикнул и шутливо приложил руку к голове, отдавая честь: — Есть, сэр, отставить болтовню! Антон устало махнул на него рукой, выключил свет и лег на матрас. Пару минут в комнате было тихо, дождь за окном был единственным источником шума. Затем Шутов начал ворочаться на матрасе и тяжёло вздыхать. Спустя ещё десять минут блондину это надоело: — Ну что ты там вошкаешься? Мы же вроде спать собирались. Антон со стоном спрятал голову под подушку и оттуда еле слышно пояснил: — Собирались, да. Но я разве виноват, что у меня спина больная и я не могу спать на такой жёсткой поверхности? Чувствуя неловкость, Данька всплеснул руками: — Так нафига ты на пол улёгся, дурилка картонная, если тебе больно? Давай дуй в кровать, я подвинусь. — А ты меня больше не будешь за член хватать? — голосе Антона прорезались крайне ехидные нотки, когда он залез под одеяло к Дане. Сеничев фыркнул и покачал головой, хотя это и было плохо видно в темноте: -Больно надо мне тебя лапать. У меня свой собственный член есть между прочим. Тут уж шутовская Шутова натура не смогла себя сдержать. Поэтому запустив руку под одеяло, он таки нащупал то, о чём говорил его новоприобретённый сосед: — Надо же, и правда есть. Тёпленький такой, — видя, как в глазах напротив зажёгся злобный огонёк, Антон убрал свою шаловливую ручонку, однако не замолчал. — Жаль, что не будешь хватать. У тебя очень нежные руки. Сеничев застонал и спрятал голову под одеяло. — Это какой-то кошмар! У тебя когда-нибудь сядет батарейка и ты выключишься? Хихикнув, Антон отвернулся от негодующего комка нервов. Он и сам не понимал, зачем он стебёт этого ботаника. Он и остановиться уже не было сил. Слишком уж тот искренне обижался, даже на самую большую глупость. И на мгновение становился обычным парнем, со своими тараканами в голове, а не той холодной сосулькой которой он выглядел всегда. Уже засыпая, Антон уловил последнюю мысль на периферии сознания: «А ещё у него милая улыбка. Так что иногда можно его веселить. Это тоже может быть приятно». *** POV Макс Вас когда-нибудь били отбойным молотком по голове? Нет? Меня тоже. Но сейчас голова раскалывалась просто ужасно, что и навевало сравнение с данным плотницким инструментом. Кажется, я слишком много пью. Вот уже пол недели я не просыхаю. Еда кончилась позавчера, поэтому алкоголь меня берёт очень быстро. Надо бы как-то выходить и этого состояния, да нет сил. И желания, честно говоря, тоже нет. Моя семья меня ненавидит. Друзья тоже не в восторге от моих поступков. Ну, это не странно. Так для чего я тут копчу небо, если даже самым близким людям я не нужен. Жениться на какой-нибудь простушке и нарожать кучу детишек, дабы в старости было кому принести мне стакан воды? Брр, лучше сразу закапайте меня, можно живьём. В общем, депрессировал я не по детски. Звонок в дверь меня совсем не порадовал. В голове снова поселились молотки. Да и видеть никого сейчас не хотелось. Потому я наивно подумал, что позвонит, пришедший, позвонит немного и уйдет на все четыре стороны. Ага, щаз. Через пару минут в ход пошли кулаки, и даже, кажется ноги. Похоже, что моя дверь не настолько крепка, дабы выдержать знакомство с данным варваром. — Макс, ты там в порядке? — Открывай, засранец, а то я как в сраном голливудском фильме вынесу эту дверь! Блин. А он может. За дверью варвары оказались в количестве двух штук. Неужели, так сильно за меня переживали, что даже забыли про свои разногласия и вместе пришли? Да нет, быть того не может. Но мне уже стало любопытно, а поэтому, отхлебнув пару глотков крепкой настойки (потом же отберут, знаю я их), я направился к двери и впустил этих двоих. Антон практически лежал на двери, а потому чуть не свалился в прихожей. Ну прям наглядная картина: Сила есть — ума не надо! Он смерил, было, меня злобным взглядом, но когда разглядел сию небритую и помятую физиономию получше, присвистнул и покачал головой: — Вызывайте труповозку. Пациент скорее мертв, чем жив. Сеничев отвесил ему подзатыльник (Ишь, смелый какой. Мы с Тохой даже обменялись взглядами: «Ты понял, что это было? Вот и я нет») и хмуро произнес: — Не смешно. Максим, что с тобой? Почему ты в таком виде? В свой день рождения? Ого. Я знал, что забыл о чём-то, но о днюхе? Это сильно. — А что, она сегодня? Совсем забыл. Видимо без напоминания родителей я ничего не стою, — я мрачно ухмыльнулся, ловя непонимающие взгляды друзей, — Так вот. Я не собираюсь ничего праздновать. Нет, знаете ли, настроения. Почему-то в тот момент я подумал, что они взмахнут руками («Как же так Максимка. Нужно праздновать любые победы, даже самые маленькие!»), или начнут осуждающе качать своими глазами («Ну и скотина, ты! Решил не проставляться лишний раз?»). Ожидал какой-нибудь похожей ерунды. Но я недооценил своих друзей. И понял я это в тот момент, когда Даня, глядя мне в глаза, со всей своей серьёзностью произнес: — Значит так, Макс. Твоё мнение никто не спрашивает. Ты друг и твоя жизнь для нас важна. А если у тебя нет настроения, это уже твои проблемы. Мы будем праздновать. Вот тебе и тихий ботаник. Разбаловал я их, даа. Но прежде чем я успел что-либо возразить на этот счёт, он уже повернулся к Антону и разделил задания. — Я останусь тут и приведу в порядок это депрессучее чудо. А также уборка и готовка. На тебе тот подарок, о котором мы говорили раньше, хорошо? Тон был командный, но всё равно создалось впечатление, что Сеничев не приказывал Тохе, а просил. Как равного, что ли. Может я всё же не зря утроил весь этот балаган со спором?.. Шутов кивнул головой, соглашаясь с планом. Потом перевёл взгляд на меня, пробормотал что-то вроде «Чувствую себя Сантой, который принесёт мальчику офигенную конфетку, если он пообещает вести себя хорошо» и свалил. А я остался один на один с Сеничевым. Что не слишком то обрадовало. Видите ли, он уже один раз вытаскивал меня из запоя. Хотя, наверное, это сложно назвать запоем — скорее чутка загулял после новогодней вечеринки (Чёрт. Теперь и правда любопытно, что там мне этот доморощенный Санта принесёт). Всего то пару дней прибухивал и приставал ко всем мало-мальски симпатичным парням. В тот раз Данька без лишних разговоров затащил меня в душ. И пока я выдавал различные гипотезы, зачем он решил со мной уединиться, он включил просто леденющую воду. Было жуть как неприятно. И судя по немигающему взгляду одногруппника, этот раз меня ждёт что-то подобное. Я поднял руки в знакомом всем жесте «Сдаюсь» и постарался как можно более миролюбиво произнести: — Начальник, давай договоримся? Ты пообещаешь меня не мучить, а я по мере сил буду паинькой. Даня хохотнул, не поверив милому взгляду зайки-меня (Ну в принципе не странно. Этот самый зайка не мылся с пол недели и в данный момент был в дупель пьян). Но видимо он был в хорошем настроении, иначе как по другому объяснить, что сегодня Сеничев меня не сильно мучил. Но в душ всё же пришлось сходить. Так же как и умыться, побриться и похлебать крепкий чай. Но я ведь знаю, что могло быть и хуже. *** Антон же направился на поиски сюрприза для именинника. Первой и последней остановкой был «Spiers», откуда Макс, собственноручно, в прошлый раз забрал подарочек, а впоследствии несколько раз распаковал дома. Зайдя в кафе, Шутов первым делом повернулся в сторону бара. И видимо сегодня был его день, ибо красавец-бармен оказался за стойкой. Как только Виталик увидел его, сразу заулыбался и протянул руку для приветствия: — О, привет, Антон. Давненько не виделись. В последнюю нашу встречу я грузил никакущих вас с Даниилом в такси. Рад видеть тебя, столь крепко стоящим на своих ногах. Антон едва заметно поморщился. Ну кому понравится, когда напоминают о собственных провалах. Тем не менее, Шутов взял себя в руки и миролюбиво произнёс: — Я тоже рад тебя видеть. Не смотря на то, что в прошлый раз, я, к сожалению, в деталях слышал звуки ваших с Максом скачек за стеной. Или прыжков через козла. Не знаю точно, чем вы там занимались. Виталик смерил Шутова серьёзным взглядом и прямо ответил: — Мы трахались, Антон. Проехали, если тебе неудобно это обсуждать. Расскажи мне лучше, как там Даниил? И ваш спор? Победителя в гонке за девушкой-мечтой ещё не объявляли? Видимо неловкости на сегодня не заканчивались. Не слишком хотелось обнажать душу пред почти незнакомым человеком, но всё же неожиданно для себя Антон произнес то, что уже пару дней крутилось у него в голове: — Победителя пока нет. Но видимо это буду не я — ибо в этих скачках я не хочу прибыть первым, — заметив непонимание в глазах собеседника, спортсмену пришлось пояснить, — Я не хочу быть с ней. И, наверное, не хочу чтобы Сеничев был с ней. Не потому, что ревную её или прочая ерунда. Нет. Просто он заслуживает лучшего. А не девушки, которая не может разобраться в своих чувствах и потому мечется между нами как потерянный щенок. Виталик помолчал с минуту, а потом тихо произнёс: — Давай-ка проясним. Это конечно не моё дело и если нет желания — можешь не объяснять. Но ты уверен, что не хочешь, чтобы они были вместе из-за её неопределённости? Или. Ты сам хочешь быть с ним? Антон посмотрел на него в замешательстве. Почему-то в тот момент желание ударить любопытного бармена не посетило Шутова. Он скорее завис, обдумывая услышанное. Мысль была и правда чрезвычайно интересная, её определённо стоило обдумать после, наедине с самим собой. А сейчас нужно было вернуть разговор в нужное русло. — Ну что мы всё обо мне. Как у вас с Максом дела? Печальный взгляд собеседника сказал ему многое. Но, как и Антон ранее, Виталик тоже решил излить душу. — Знаешь, ты был по своему прав в той части про «прыжки через козла». Козел всё же присутствовал. И впоследствии ни разу не перезвонил мне. Ну и фиг с ним. Антон задумчиво почесал затылок. Ситуация была весьма неловкая. Надо было остаться дома, а сюда отправить языкастого ботаника. Но приходилось работать с тем, что есть. А потому Антон грустно вздохнул и в двух словах обрисовал возможному подарочку ситуацию с печальным именинником и добился сочувствия к последнему. Затем уговорить Виталика прийти на вечеринку — было делом техники. С чем Антон успешно справился. Правда, бармен упросил ещё зачем-то пригласить его двоюродного брата, пришлось разрешить. Но и так планировалось позвать кучу народа (примерно пол курса), а потому человеком больше, человеком меньше — разница не велика.