Просто вкус

Было уже далеко за полночь, когда Гермиона пришла с работы и пыталась перестроить свое мнимаеие на оставшуюся часть недели (то есть пересмотрела свои планы и попыталась придумать что-то, что, по ее мнению, могло бы получить одобрение). Гермиона обнаружила, что аппарировала в Косую аллею без особых раздумий - прошло уже несколько месяцев с тех пор, как у нее был такой тяжелый день и она чувствовала себя совершенно разбитой. Ей действительно нужно было выпить. "В Косой аллее полно мест, где можно выпить" - подумала Гермиона через несколько минут. Она даже знала Тупиковую аллею достаточно хорошо, чтобы посетить там пару разных мест, если бы больше всего на свете хотела спрятаться. Так почему же теперь она, почти совершенно бессознательно, снова оказалась перед "Красным местом"? Солнце еще не полностью село и в некотором смысле, стоя в тени здания, его безобидный в остальном фасад выглядел странно угрожающим. Гермиона вздохнула, нерешительно остановившись на пороге. Это не было частью ее рутины. Она так тщательно все организовала, чтобы Рон мог принять все это, чтобы никто не начал считать ее какой-то зависимой. Но что было правильным сейчас, когда вся ее работа, казалось, была отправлена на свалку истории и сделало из нее не более чем довольно сообразительную девушку, которая помогала Гарри Поттеру в подростковом возрасте? —Черт. - прошептала Гермиона, входя внутрь «Красного места». Она беспрепятственно прошла через барную стойку и к тому времени, когда она толкнула последнюю дверь и вошла в тускло освещенный клуб, ей почти удалось убедить себя, что на самом деле она не нарушала свои собственные правила - она была здесь не для... этого, во всяком случае. Гермиона бы просто выпила стаканчик-другой, может быть, немного потанцевала и осмотрелась вокруг. Она никогда не была в клубе в будний день и если бы она встретила кого-нибудь интересного, то могла бы договориться встретиться с ними снова в пятницу вечером. Заведение выглядело примерно так, как Гермиона и ожидала - клуб был далеко не пуст. Независимо от того, в какой день недели, здесь не было недостатка в людях, которые искали то, что могло предложить «Красное место», но вечер был еще в самом разгаре и Гермиона знала, что малолюдный танцпол со временем заполнится. Она подошла, чтобы занять свое место у стойки и помахала барменше - черноволосой ведьме с кельтскими племенными татуировками, которые на мгновение очаровали ее. Пребывание вне Хогвартса научило Гермиону следить за своим языком. —Ты новенькая здесь? - спросила барменша с достаточно милым акцентом, чтобы Гермиона обратила на нее внимание. —Не совсем так. Разнообразная ночь. - пробормотала Гермиона. —Ах, конечно. Ну, и что же тебе может доставить удовольствие? - спросила черноволосая женщина с легкой ухмылкой. И вот вечер начал приятно расплываться после пары-тройки коктейлей. "Это были не особенно хорошие коктейли" - рассеянно подумала Гермиона, но на самом деле дело было не в этом, не так ли? Это было сделано для того, чтобы разжалобить себя перед вампирами или заставить притвориться, что на самом деле ты не охотишься за вампирами или что-то в этом роде. Она не была уверена, но это было чертовски умно, потому что Гермиона выпила три или четыре порции, а цены были достаточно высокими, так что они вполне могли быть дважды заряжены кровью… хорошо, что они думали, что ее кровь того стоила, даже если никто другой этого не делал. «Почему я так подумала?» - Гермиона моргнула. «Ах, да, потому что Беллатрикс Лестрейндж здесь». Она снова моргнула, пытаясь сфокусироваться сквозь алкогольный туман. Беллатрикс Лестрейндж? Этого не могло быть. Здесь должно было быть много темноволосых ведьм, которые одевались как викторианские вдовы, убившие пятерых мужей. Это ведь был чертов вампирский клуб. —Извините, - сказала Гермиона, лишь слегка споткнувшись, когда подошла к маленькому столику, за которым сидела другая ведьма, ее темные глаза… были чертовски темными, как будто они затягивали ее внутрь и Гермиона хотела выяснить, почему они так двигаются и расширяются, но нет, сосредоточься, у нее была миссия, — Я… Не знаю, заметила ли ты, но из-за этих волос ты действительно выглядишь как чертов псих из Пожирателей Смерти, которая умерла некоторое время назад. - затем Гермиона улыбнулась при счастливой мысли о совершенном акте общественного служения. Гермиона немного пошатнулась и ухватилась за стену, чтобы удержать равновесие в комнате, пока ждала ответа от ведьмы. Немного невежливо было так пялиться на нее, но, возможно, Гермиона действительно не знала, на кого она была похожа и почему она вообще обратила на нее внимание. Гермиона моргнула, когда ведьма резко встала и двинулась с места…нет, направилась к ней. Гермиона инстинктивно сделала шаг назад, необъяснимо почувствовав себя добычей. —Так, так, так. Ты, пожалуй, последний человек, которого можно было бы ожидать увидеть в кладовой вампира, - тихо сказала ведьма, ее глаза скользили вверх и вниз по телу Гермионы, — Что же это? Победа далась тебе слишком тяжело? Ласка недостаточно хороша в постели? Министерству все-таки не понравилась грязнокровка? Скажи мне, давай, я вся во внимании. — Ведьма широко, угрожающе ухмыльнулась и ее клыки, казалось, блеснули даже в тусклом свете. Даже когда Гермиона попыталась сосредоточиться на чертах лица ведьмы, появившихся перед ней, именно звук ее голоса проник в затуманенный алкоголем разум Гермионы и заставил ее замереть и разинуть рот. На мгновение ее разум перенесся на деревянный пол. Темная ведьма хихикала над ней и...Гермиона стряхнула с себя воспоминания, ее внезапное осознание прорвалось сквозь туман: Беллатрикс Лестрейндж - вампир. И перед ней, прямо сейчас, — Черт, - невнятно пробормотала Гермиона. — Ты должна быть мертва! Как оказалось, адреналин, переполняющий организм Гермионы, не сразу отрезвил ее, несмотря на то, что ее рука дрожала, когда она нащупывала свою палочку и пыталась вытащить ее, чтобы поставить что-то между собой и, казалось бы, безразличным печально известным Пожирателем Смерти. Плавным движением, слишком быстрым, чтобы разум Гермионы успел за ним уследить, Беллатрикс схватила Гермиону за запястье и мягко прижала ее к стене. Любая идея Гермионы использовать ее палочку улетучилась, когда Беллатрикс прижалась к ней и начала шептать ей на ухо. Низкий и страстный голос. Ее тон совершенно не походил ни на что, что Гермиона слышала во время войны. — Ммм, я бы не стала, детка. Ты же не хочешь, чтобы тебя отсюда выгнали, не так ли? Вспыхнув, но мужественно пытаясь игнорировать реакцию своего тела на близость другой ведьм- нет, вампира, Гермиона пьяно сверкнула глазами и попыталась вырвать свою руку, но хватка Беллатрикс была обманчиво сильной и Гермиона быстро оказалась в ловушке, задыхаясь от усилий. — Черт возьми... - снова пробормотала она, отказываясь от сопротивления, но совершенно неспособная унять бешеный стук своего сердца. Беллатрикс, конечно, была права. Бросив взгляд на бар, Гермиона подтвердила, что пока никто не обращал на них никакого внимания, но если бы их обвинили в том, что они создают проблемы, их, скорее всего, обоих вышвырнули бы вон. Это означало, что... Взгляд Гермионы метнулся от сотрудников службы безопасности возле двери и бара к пристальному взгляду Беллатрикс, устремленному на нее, когда Гермиона пыталась сосредоточиться сквозь алкогольный туман. На самом деле ей не угрожала никакая реальная опасность. В "Красном месте" не терпели, когда гости нападали на своих посетителей, и все, что ей действительно нужно было сделать, это закричать или сделать так, чтобы казалось, что они дерутся по-настоящему. Когда чувство опасности исчезло, Гермиона почувствовала, как ее тело расслабилось в объятиях вампира, прижимающего ее к стене, ее разум пьяно перескочил к дюжине фантазий, которые начинались именно так и она не смогла удержаться от того, чтобы откинуть голову назад к стене. Хныкающий, нуждающийся звук вырвался из ее смущающего рта. —Так я и думала, - промурлыкала Беллатрикс, глубоко обнюхивая шею Гермионы. Она крепко прижала руку Гермионы с палочкой к стене и повернула ее тело под углом, чтобы отрезать легкий путь к подступлению, заставляя ее чувствовать, что ее поймали в ловушку. — Я слышала о тебе, знаешь ли... Никогда не думала, что увижу тебя здесь. Но мне говорили, что ты восхитительна. Гермиона сильно прикусила губу, чтобы не застонать. Она ненавидела эффект, который Беллатрикс оказывала на ее тело, то, как легко она заставляла все рациональные соображения улетучиваться из ее опьяненного разума. Было легко, так легко вставить эту темную и опасную ведьму, ставшую вампиром, в ее существующие фантазии. Ее рот, ее язык, ее клыки были прямо здесь. И Гермиона хотела большего, чем просто укус. Стыд, который затопил ее при этой мысли, только усилил ее желание. Гермиона хотела, чтобы ее взяли, чтобы ее полностью унизили, но она не могла, потому что... это была Беллатрикс Лестрейндж, и... ох! —Восхитительная? - повторила Гермиона слова Беллатрикс, с вызовом встречаясь с этими темными-пречистыми глазами. — Я думала, что моя кровь грязная? Беллатрикс хихикнула от этих слов и по ее спине пробежала молния. Это было совсем не похоже на ее крики ярости в поместье Малфоев. Это было радостно, несмотря на угрозу и Гермиона сразу же была очарована тем, что ее колкость только рассмешила Беллатрикс, — О, нет, нет, нет, детка, так это не работает. В конце концов, вкус грязнокровок не сильно отличается... даже если магическая кровь лучше маггловской. - она быстро, дразняще, высунула язык, чтобы лизнуть шею Гермионы. —Волшебно... - невнятно пробормотала Гермиона, из нее вырвался стон желания, когда язык Беллатрикс коснулся ее кожи и она наклонила голову, предлагая...Что Она не знала. — Теперь ты признаешь, что я ведьма. —Ну, у меня есть только один способ выяснить это, не так ли? - Беллатрикс ухмыльнулась, снова демонстрируя свои клыки. — Но смогу ли я? Нет, только если ты кое-что для меня сделаешь. —Ч-что? - Гермиона заикалась, моргая, смотря на вампира. Ее глаза непроизвольно следили за этими клыками, в то время как ее тело горело от желания, и все же. — С какой стати я должна что-то делать для тебя? —Потому что это очень просто, детка. Все, что тебе нужно сделать, это сказать мне то, что я уже знаю, потому что я слышу, как бьется твое сердце и как быстро течет кровь по твоим венам... - Беллатрикс приподняла одну темную бровь. — Скажи мне, что ты чувствуешь ко мне. Должна ли была Беллатрикс звать Гермиону своим питомцем? Она густо покраснела и ее разум смутно следовал за навязчивой потребностью выполнить задание. Конечно, это было правдой, как бы ей ни хотелось опровергнуть этот факт. Ее предательское тело горело из-за вампира и Гермиона не думала, что может полностью винить алкоголь в своей крови - но это не означало, что Беллатикс не была монстром, монстром, который радостно следовал за Волдемортом и причинил неисчислимый вред, монстром, который пытал ее, удерживал ее и заставил ее чуть ли не умереть. И... Беллатрикс все еще смотрела на нее, эти темные, очень темные глаза притягивали ее... —Я ненавижу тебя, - выдохнула Гермиона. — Почти так же сильно, как хочу тебя. —Почти, — Беллатрикс усмехнулась и запечатлела поцелуй на шее Гермионы, царапая ее кожу клыками, но мучительно не погружая их внутрь. — Ммм. Почти. Потанцуй со мной. —Что?… - Гермиона недоверчиво уставилась на Беллатрикс. Она это серьезно? Они были смертельными врагами! И все же, война была много лет назад и Беллатрикс смотрела на нее так… как будто она хотела поглотить ее и когда вампирша, наконец, отодвинулась и протянула руку, Гермиона автоматически убрала палочку в кобуру и взяла ее за руку. Маленькая, кажущаяся незначительной часть ее разума убеждала ее убираться отсюда, найти Рона или Гарри и привлечь Беллатрикс Лестрейндж к ответственности. Тем не менее, Гермиона не сделала ни малейшего движения, чтобы сопротивляться, когда Беллатрикс потянула ее на танцпол, сумев только пробормотать, — Ты сумасшедшая... - Гермиона прижалась к вампирше и последовала ее примеру. Беллатрикс, со своей стороны, казалась совершенно непринужденной, снова хихикая и притягивая Гермиону вплотную к себе, пока они танцевали. — Так они говорят, но кем это делает тебя? «Сломленной" - прошептал ее разум. Даже сквозь приятную дымку алкоголя Гермиона сразу поняла, что это правда. На самом деле она имела это ввиду: это безумие. Мы сошли с ума. Она вздрогнула от проницательности этой женщины. Как ей удавалось видеть ее насквозь? И все же, ее уверенная ухмылка и абсолютная беспечность заставляли тревоги Гермионы казаться мелкими и далекими и она повернулась, чтобы прижаться спиной к Беллатрикс. Ее тело двигалось под знакомую музыку, дразняще выставляя напоказ свою шею. Гермиона оглянулась на вампира и обнаружила, что ее губы складываются в застенчивую улыбку. — Я думаю, мы это выясним. Просто потанцуй со мной, Лестрейндж. Беллатрикс хихикнула, гораздо более низким и почти угрожающим звуком, чем ее предыдущие смешки, положив руку на шею Гермионы и нежно сжав ее. Глаза Гермионы закрылись сами по себе и она заскулила, когда хватка Беллатрикс послала искры прямо по ее позвоночнику. —Блэк, детка. Этот мелкий говнюк Род больше не имеет на меня прав. Юридически я мертва. Гермиона заставила себя открыть веки и встретилась с темным взглядом Беллатрикс, и, словно молча признавая ее понимание, хватка вампира превратилась в легкую ласку ее шеи, когда их тела снова начали двигаться под музыку, — Блэк... - выдохнула Гермиона, ее голос был низким от желания, в то время как ее тело горело от него. — В любом случае, подходит тебе больше. —Я всегда так думала, — Беллатрикс легонько поцеловала Гермиону в шею, - «Чертова дразнилка, почему она меня еще не укусила» - подумала Гермиона, а затем, под особенно энергичный аккорд музыки, Беллатрикс подняла Гермиону в воздух с удивительной силой, развернув ее и позволив хихикающей Гермионе упасть обратно в ее объятия. — И без мужа, и без лорда… Я последняя по фамилии Блэк и настолько свободная, насколько это вообще возможно. Другими словами: "Не волнуйся, у меня нет планов захватывать Волшебную Британию", - подумала Гермиона с внутренним смешком, в то время как Беллатрикс промурлыкала в знак подтверждения. Гермиона закрыла глаза и сосредоточилась на том, чтобы раствориться в музыке: ритм этой музыки пульсировал в ее теле, которое восхитительно, мучительно горело при каждом прикосновении другой женщины. Когда она почувствовала, что остатки алкогольного опьянения начинают рассеиваться, Гермионе пришлось признать, что она была права ранее - она все еще хотела Беллатрикс сильнее, чем, как ей казалось, она когда-либо хотела чего-либо в своей жизни. Черт, она действительно собиралась это сделать? —Итак, - в конце концов прошептала Беллатрикс на ухо Гермионе. — Я знаю, чего ты хочешь, так же сильно, как и я сама. Но ты не получишь это, пока не скажешь об этом. Гермиона застонала и, наконец, обернулась, чтобы встретиться взглядом с Беллатрикс и комната вокруг них исчезла. Конечно, она вполне привыкла к тому, что на нее смотрят как на еду, но Беллатрикс смотрела на нее с таким всепоглощающим желанием и собственничеством, что у нее перехватило дыхание. Это должно было напугать ее, Гермиона знала это, но было приятно осознавать, что из всех людей она смогла вызвать такой отклик у Беллатрикс Блэк. У нее не было иллюзий, что требование попросить об этом было сделано ради согласия, это была чисто силовая игра и будь она проклята, если бы это не сработало. Ее взгляд скользнул вниз, ко рту вампирши, к ее губам, к слову "Пожалуйста", вертевшемуся на кончике ее языка. Гермиона хотела, но не могла... Прежде чем эта мысль полностью оформилась в ее сознании, Гермиона наклонилась вперед и прижалась губами к губам Беллатрикс. Должно быть, это было неожиданностью для вампирши, потому что сначала она не ответила на поцелуй, но быстро пришла в себя и ее губы прижались к губам Гермионы, и Гермиона почувствовала гладкость и остроту клыков Беллатрикс своим языком, а затем Беллатрикс издала низкий, удовлетворенный звук в своем горле и Гермиона заскулила от желания, прежде чем Беллатрикс опустила голову к шее Гермионы и наконец-то, наконец-то вонзила в нее свои клыки. Гермиона едва почувствовала укус, когда клыки вонзились в ее шею и когда удовольствие затопило ее, у нее почти хватило сил поблагодарить Беллатрикс за то, что она поймала ее тело, прежде чем оно полностью лишилось костей. И все же, когда разум Гермионы начал уплывать в знакомом облаке чистого блаженства, мягкое рычание рядом с ней, за которым последовал незнакомый, интенсивный всплеск удовольствия, вернуло ее обратно на землю и она беззастенчиво застонала, когда удовольствие прокатилось по ее позвоночнику пульсирующей горячей волной, которая направилась прямо к клитору, и… ох! Ее мышцы напряглись, и она впилась ногтями в плечи Беллатрикс, когда ее тело дернулось в объятиях вампира. Беллатрикс усмехнулась и медленно вытащила свои клыки обратно из Гермионы, слизывая немного крови, все еще сочащейся из ран, — Такая нетерпеливая. И такая вкусная, ммм, - Беллатрикс придвинулась, чтобы еще раз поцеловать Гермиону в губы, позволив немного собственной крови Гермионы пролиться ей в рот, чтобы смешаться со вкусом самой Беллатрикс. — Ты прекрасна, когда кончаешь. Когда Беллатрикс начала отодвигаться, Гермиона протестующе заскулила и обвила руками шею вампирши, чтобы снова прижать их губы друг к другу. Хотя она никогда раньше не позволяла себе целовать вампира, она обнаружила, что вкус меди на губах ее не беспокоит и она тихо застонала при одном только воспоминании. Ее разум все еще был мягким и блаженным и Гермиона хотела продлить этот момент как можно дольше. —Ммм... Думаю, тебе стоит присесть - пробормотала Беллатрикс, подхватывая Гермиону на руки и подводя ее к одной из кабинок, в то время как Гермиона обхватила ногами темную ведьму и упрямо пыталась продолжить поцелуй. Вот так Гермиона вскоре обнаружила, что сидит верхом на Беллатрикс Блэк в темной кабинке, и Беллатрикс радостно отвечает на ее поцелуи, медный привкус почти исчез, но Гермиона все еще не могла найти в себе сил отпустить ее. Однако в конце концов, когда в голове Гермионы начало проясняться, Беллатрикс снова отстранилась и слегка улыбнулась Гермионе. — У тебя был довольно утомительный вечер, не так ли? Очень жаль, но тебе следует вернуться домой, пока ты не заснула. Гермиона медленно откинулась назад и посмотрела на вампиршу сверху вниз, она слегка погладила и проследила контуры ее лица, и Беллатрикс позволила ей это. Хотя ее мысли все еще были вялыми, а тело слишком удовлетворенным, чтобы хотеть чего-либо, кроме как быть ближе к ней прямо сейчас, она скорее могла перестать дышать, чем помешать вопросам сформироваться в ее голове. Почему Беллатриса была так мила с ней? Могла ли она действительно... исправиться? Ни за что на свете - это было все, что она могла сделать, чтобы сдержать хихиканье, которое грозило охватить ее. И все же Беллатрикс провела всю ночь с грязнокровкой, и это, казалось, нисколько ее не беспокоило. Ее глаза ничего не выдавали, темные озера тайны, которые соответствовали тому, кем она стала… Беллатрикс Блэк была загадкой и Гермионе нужно было это понять. И все же, когда она открыла рот, чтобы задать ей вопрос, то, что вырвалось, было... —Меня никогда раньше не заставляли кончать от поцелуя. — Гермиона покраснела и отвела взгляд, внезапно застеснявшись. Это не то, что она хотела сказать, просто потому, что это первое пришло ей в голову.. Беллатрикс оскалила зубы. — Я надеюсь, ты не ожидала, что я не стану экспериментировать с силой своей крови, не так ли, детка? —Ты сделала это нарочно, - выдохнула она с пониманием, с изумлением уставившись на Беллатрикс. — Я понятия не имела, что это вообще возможно… это как если бы вы нашли способ предотвратить блаженное забвение и вместо этого заставить тело непосредственно испытать удовольствие от укуса... Глядя сверху вниз на самодовольно довольную Беллатрикс, Гермиона с ужасом осознала, что ей хочется поцелуем стереть ухмылку с мягких губ этой женщины. Что она все еще хочет ее так сильно, как никогда раньше. И наконец: что сегодня вечером она нарушила все свои правила и не сомневалась, что сделает это снова.