Твоя кровь

      — А с чего вдруг вам так интересен этот особняк? — прищуривается пожилой владелец паба, сидя напротив за столом. Стараюсь не закатить глаза, натягивая на лицо улыбку. — Моя сестра устроилась там на работу. Кухаркой. Но у этого дома не самая хорошая репутация. Вот и интересуюсь. Волнуюсь за неё, — хорошо продуманная ложь, которую я ведала всем, с кем до этого беседовала, работает на старика. Он улыбается и начинает рассказ. — Он существовал, когда я ещё был маленьким. Мой отец рассказывал, что там живёт очень странная семья. Мать, отец и сын. Тогда он уже был повзрослевшим. Насколько мне известно, это он сейчас является хозяином дома. Странный был юноша. Когда мы играли рядом в полях или просто пробегали мимо с соседскими мальчишками, он всегда стоял в окне и не сводил пристального настороженного взгляда с нас. Значит про чудаковатого старика я всё же была права. — А потом случился пожар. Меня не было. Мне потом отец мой рассказал. Его удалось потушить, но родители юноши то ли погибли, то ли пропали без вести. В общем никто не знает. Но самое странное, — он делает акцент на последнем предложении и продолжительную паузу, будто подбирая нужные слова. — На следующий день после пожара дом стоял, как и прежде. Практически нетронутым! — хриплый голос старика наполняется чем-то на грани восторга и непонимания. — С тех пор поговаривают, что в доме живёт сам дьявол и защищает его. А юноша, сын их, никогда не покидает своего поместья. Рассказ старика кажется чем-то нереальным. Наверняка, очередной вымысел, в который люди охотно верят, боясь божьей кары. И всё же, стараюсь изобразить на лице изумление, удерживая все острые фразы в себе. Благодарю старика и удаляюсь восвояси, накинув на голову капюшон плаща. На улице после вчерашнего дождя сыро и холодно. Иду вниз по улице, пока не натыкаюсь на знакомую фигуру в таком же потрёпанном, чёрного цвета, плаще. Бьянка стоит у цветочного ларька, кажется, не замечая меня и беседует с молодой женщиной, чуть старше нас с каштановыми волосами. Видимо, ей и принадлежит это ларёк. Вскоре Барклай кивает женщине, которая уже с улыбкой отходит в сторону и методично раскладывает цветки розы. — Удалось что-нибудь накопать? — от моего неожиданного появления девушка вздрагивает и хватается за кинжал, спрятанный за пазухой. — Фух, ты меня напугала, — с облегчением выдыхает Бьянка. — Ничего существенного. Как я и сказала, бесполезные байки. У тебя? — Тоже. Про пожар и дьявола. — Я эту историю за сегодняшний день столько раз слышала, что если при мне ещё кто-нибудь упомянет об этом, я запущу в него ножом! — недовольно бурчит Барклай. Мы движемся вдоль, к улице, на которой находится наш дом. Сегодня был трудный день. Солнце уже клонилось к закату. Ног уже абсолютно не чувствовала. Как можно скорее надо добраться до дома и отлежаться. Но, к сожалению, не выйдет. Нам ещё надо продумать план действий. Бьянка сегодня была там. Разведала обстановку и как именно можно проникнуть в дом. Рядом с домом есть пристройка, скорее служащая как сарай. Но она, если расчёты Барклай верны и удача на нашей стороне, должна вести прямиком в дом. Следующая часть плана. Пробраться в подвал, потому что хранить столько золота и серебра в остальных комнатах особняка было бы не то что трудно, но вообще небезопасно. Хотя даже подвал не защитит их от воров. — Я буду ждать тебя вот тут, в лесу. Если ты не вернёшься до рассвета… — Ты уйдёшь! — прерываю девушку на полуслове. — Нет, я отправлюсь за тобой! — протестует подруга. — Если меня поймают, скорее всего сдадут стражникам, как и Энид. Но если ещё и тебя, то кто вытащит нас? Не стоит так рисковать. Тем более, это моя идея. С первыми лучами солнца, идёшь домой! — безапелляционно заявляю. Барклай мнётся, но, к счастью, благоразумия в ней больше, чем идиотского героизма. — Хорошо. Стоит отдохнуть несколько часов, а затем уже отправимся, — кивает Бьянка и устраивается на своей кровати. Следую её примеру. Стоит положить голову на кусок ткани набитый перьями, как меня тут же затягивает в крепкий сон.

***

Темно. И холодно. Очень холодно. Пытаюсь сфокусировать взгляд на чем-то конкретном, но в кромешной тьме не вижу совершенно ничего. Двигаю руками вперёд и тут же натыкаюсь на что-то твердое. Стучу по нему. Кажется, я заперта в какой-то коробке. Чертовски не хватает воздуха. Лёгкие сдавливает тисками. Судорожно стараясь сделать вдох, я начала барабанить по деревянной поверхности, пытаясь закричать, чтобы меня услышали и вытащили. А затем крышка, как я уже поняла, гроба, будто по волшебству, отлетела в сторону и упала на пол с глухим стуком. Свет сначала ослепил глаза, и я зажмурилась, шикнув, а затем медленно приоткрыла их, принимая сидячее положение. Моему взору открылось странное помещение, выстроенное из серого камня. Первый вопрос, который возник в моей голове — какого чёрта я сижу в гробу? Второе — как я здесь оказалась? Третье — что это за место? Взгляд зацепился за зеркало, что стояло в трёх метрах от меня. Всего одно зеркало. В помещении не было даже дверей и окон. Только гроб, в котором я располагалась ранее и зеркало. Оно было длинной где-то с рост обычного человека. Рама оформлена золотой резьбой, изображающей ветки. Как под гипнозом, поднимаюсь на ноги и вылезаю из гроба, направляясь к зеркалу. В отражении я. Только вот, чувство, будто это тело принадлежит совсем не мне. На мне дорогое чёрно-белое платье. Все краски с кожи исчезли, она стала бледна, как лист бумаги. Несколько минут стою и, как завороженная, смотрю на своё отражение, пытаясь понять, что же больше меня пугает. Еле подавляю крик, когда, откуда не возьмись, за моей спиной появляется незнакомый парень. Он совершенно спокоен и невозмутим. Так же бледен, глаза его горят алым. Он смотрит на отражение, прямо мне в глаза. Руками проводит по моим плечам, останавливаясь на талии и крепко стискивая её, придвигает меня к себе. Я должна была бы его оттолкнуть, врезать, закричать, потребовать объясниться, но не могла. Правда хотела…но. Парень убирает мои волосы цвета воронова крыла с шеи, опускаясь и обдавая холодным дыханием кожу. А затем я вижу, как он обнажает клыки. Они намного длиннее и острее, чем у обычных людей. Такое вообще возможно? Тело охватывает паника, когда эти самые клыки вонзаются в нежную кожу на шее, вспарывая её. Вцепившись в чью-то руку сквозь дремоту, пытаюсь понять, что происходит, кто и где я. Наконец, услышав знакомый голос Барклай, зовущий меня, прихожу в себя и фокусирую взгляд на девушке, обеспокоенно глядящей на меня. Пытаюсь понять смысл очень странного и в какой-то степени пугающего сна, ни на секунду не вникая в слова подруги, которая уже с минуту пытается мне что-то сказать. — Что? — встряхнув головой, переспросила я, вперившись в неё вопросительным взглядом. — Ты в порядке? — изгибает бровь девушка со светло-голубыми глазами, которые в темноте, казалось, отдавали блеском. Коротко киваю. — Просто кошмар приснился. — А, нам уже пора выходить, — махнув головой в сторону двери, произносит девушка. — Хорошо, дай мне пару минут приготовится. Барклай встаёт и выходит на улицу первая, предварительно накинув на голову капюшон плаща, так, чтобы лица её не было видно. Особо ничего брать не стоит. Только кинжал стоит спрятать в одежде, да парочку приспособлений, для вскрытия замков. Взяв с крючка свой плащ, выхожу вслед за Барклай. Прохладный ночной воздух бьёт прямо в лицо. Вдыхаю полной грудью, стараясь абстрагироваться от странного чувства, будто совсем скоро должно случиться что-то ужасное. Словно что-то внеземное настойчиво твердит мне сейчас же развернуться, запереться дома и калачиком спрятаться под пледом. Возможно, эта паранойя вызвана недавним кошмаром, который я забыла уже спустя минут пять после пробуждения. Хотя точно помню, он был очень странным и не менее ужасным. — Что с тобой? Точно не передумала? Мы попробуем найти другой выход, если ты сомневаешься, — видя моё состояние, спрашивает Бьянка. — Нет, я просто задумалась. Тем более, разве у нас есть время, чтобы придумать другой план? Байки об этом доме меня не напугали. Уверена, он такой же, как и все. А хозяин пожилой мужчина, наверняка ещё с отвратительным характером и с до скрежета зубами завышенной самооценкой, — фыркаю я, пытаясь отшутиться от возникшей ситуации, хотя с приближением ноги начинают подрагивать. — И откуда ты всё это берешь? — посмеивается Барклай. — А скольких мы таких видели? — И то верно, — согласно кивает голубоглазая, осматриваясь по сторонам, на наличие лишних свидетелей. — Нужно поскорее с этим закончить! Вытащим Энид и уедем из города. — Я тоже об этом думала, — соглашаюсь я. — Когда мы её вызволим, в любом случае, к нашим персонам будет повышенное внимание. И случись какие-либо кражи… — Их повесят на Энид, — мрачно продолжает подруга. Выглядываю дорогу в темноте, неприятно ёжась от холода.

***

Pov: Автор. Лунный свет — единственное, что освещало огромное помещение с большими панорамными окнами. Здесь было холодно, даже холоднее, чем на улице. Перед потухшим камином не сводя задумчивого взгляда с углей сидел мужчина. Казалось, будто, он даже не дышал. Светлые волосы были аккуратно завязаны лентой сзади, так, чтобы они не мешали. Раздался размеренный топот извещающий о том, что он не один в комнате. Прямо к нему, с подносом, на котором стояли две чашки свежесваренного липового чая, направляется пожилой худощавый мужчина, в чёрном отутюженном костюме, с каменным взглядом и неестественно прямо осанкой. — Мой господин, вы в последнее время очень задумчивы, — холодный тон заставляет мужчину слегка вздрогнуть. Он даже и не заметил вошедшего. — Что вас беспокоит? — монотонно спрашивает дворецкий. — Ты прав. Кое-что есть, — кивает мужчина, уставившись в окно. — Одна девушка, — задумчиво произносит мужчина, уставившись вперёд себя. Выдерживает долгую паузу, дабы подобрать слова, но, кажется, его слуга уже расценил слова по-другому. — Неужели, господин, вы влюблены? — хоть голос и по-прежнему непроницаем, слуга явно изумлён. — Нет. Дело не в этом, — отрицательно качая головой, тянется к фарфоровой чашке, что стоит на столе перед ним. — Я несколько раз видел одного и того же человека рядом с домом, — потупив задумчивый взгляд перед собой. — Это была девушка. Странно, ведь ты же знаешь, как люди боятся соваться сюда. — Может, просто мимо проходила? — Нет, — качает головой вновь. — Она следила. Большую часть пряталась где-то и следила тайком. А вчера она остановилась прямо перед домом. Стояла какое-то время, а затем развернулась и пошла дальше. — Может, вы обознались? — Такого не может быть. У неё такой сладкий запах, — рефлекторно втягивает носом воздух. На секунду ему кажется, что он вновь почувствовал этот манящий аромат. — Я ни с чем не спутаю! Но ему совсем не показалось. В то же мгновение он вновь почувствовал запах. Более интенсивный. С каждой секундой всё ближе. — Хотите я приведу её сюда? — задаёт вопрос дворецкий. — Не стоит, — жестом руки остановил его. — Она сама пришла, — хищно оскалив клыки, произнёс светловолосый. Глаза опасно блеснули красным… Кровавым оттенком.

***

Pov: Уэнсдей. — Чёрт! — тихо выругавшись, пролезаю в маленькое окошко постройки, в которое даже моё худенькое и миниатюрное тело с трудом влезает. Дверцу мне взломать не удалось, а когда я поняла, что трачу на это непомерно много времени, решила поступить по другому. И вот я оказалась в маленьком помещении, служащим чем-то вроде склада, судя по садовым инструментам и ещё всякого хлама. Как и говорила Барклай, напротив находится деревянная дверь. Ещё одна проблема. Путь мне к двери преграждают несколько ящиков, поставленных друг на друга недалеко от окна. В помещении достаточно темно, единственный свет — это луна, чьи лучи не освещают все углы. Вновь прокляв этот дом, начальника тюрьмы и абсолютно всё на чём свет стоит, начинаю разбирать ящики и расставлять их рядом. Когда путь наконец открывается, пролезаю между ними и тяну на себя ручку дверцы, которая, — Слава Богу, хоть что-то хорошее, — поддаётся сразу же. Выхожу в длинный темный коридор, в котором даже окон нет. Впереди кромешная тьма. К счастью, я не боюсь темноты. Она мой друг, мой сообщник, я в ней укрываюсь. Судорожно вспоминаю в голове план дома. Надо свернуть направо при первом развороте. Если бы я ещё хоть что-то видела! На ощупь иду вдоль коридора и к моему облегчению натыкаюсь на тот самый разворот. Дальше становится светлее, каждые пару метров развешаны зажженные факела. Этот коридор приводит к двери, за которой находится лестница, ведущая вниз в подвал. В одном из его помещений и находится хранилище. Прежде чем спуститься, снимаю со стены факел и, подсвечивая себе дорогу, бреду вниз по лестнице. Какая удача, что мне до сих пор никто не встретился. И правда, зря люди так боятся этого дома. Я внутри, жива и здорова, и всё идёт гладко. Никаких чертей или «самого дьявола», как все рассказывали. Даже не подозревала, что будет так легко. С самого начала я, как и Бьянка, не питала надежд по поводу того, что всё пройдёт как по маслу и обойдётся без пойманной меня. Впрочем, даже сейчас расслабляться не стоит. Прихватить то, за чем я пришла и по-быстрому свалить, пока никто не явился и не понял, что происходит. Натыкаюсь на огромные деревянные ворота арочной формы, достигающие высотой чуть ли не до потолка. Кажется, вот оно. Конечно, понимаю, что двери заперты и это бесполезно, но всё же толкаю их. Какого же было моё изумление, когда ворота разошлись, пропуская меня в темноте сырое помещение с десятками сундуков, картин и всякой не дешёвой всячиной. Это не радует, а наоборот, заставляет напрячься. Что-то тут не чисто. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Вполне возможно, что жители особняка уже прознали о моём присутствии и решили устроить ловушку. Не успеваю я закончить эту мысль, как позади раздаётся незнакомый мужской голос, отдающий хрипотцой, звучащий скорее насмешливо или снисходительно, чем напугано или сердито, как обычно бывает. — Мисс, я могу вам чем-то помочь? — голос явно принадлежит не старцу, которого я себе представляла. Может, охранник или подчинённый? Работает тут? И всё же оборачиваться не решаюсь. Замираю на месте, как вкопанная, до боли сжимая в руках кинжал, спрятанный за плащом. — Что вы забыли в моей сокровищнице? — в моей? Конечно же он понимает, что я здесь делаю! Намеренно издевается. Чёрт! Трижды… Десятикратно! И что мне теперь делать? Сказать, что просто заблудилась и случайно забрела сюда? Ага, так он и поверит. — Мисс, я задал вопрос! — за своими размышлениями я и не заметила, как незнакомец подкрался и теперь его голос прозвучал чуть ли не над самым ухом. Тон продолжал оставаться насмешливым, хоть в нём и появились нотки раздражение. Сейчас или никогда. Давай. Резко замахиваюсь кинжалом, чтобы ранить неизвестного и оборачиваюсь, но вместо человека обнаруживаю лишь пустоту. Никого и в помине нет. Единственное, что успевает проскользнуть в голове, что я вероятно окончательно свихнулась на фоне последних событий, как мужской голос снова раздаётся над ухом и опять за спиной. Как он успел так быстро переместиться? — Мисс, — наигранно-осуждающе произнёс он. — Я к вам по-доброму, а вы на меня с оружием? — обиженно вымолвил мужчина. Прежде чем успеваю среагировать, крепкие руки охватывают меня со спины и хватаются за кинжал с намерением забрать у меня его из рук. Но сдаваться так скоро я не готова, а потому борюсь с незнакомцем, пытаясь вернуть своё оружие, в процессе чего остриё задевает кожу на его руке, где остаётся порез. Мужчина даже не обратил внимания, наконец выхватив у меня нож, откинул его как можно дальше в угол помещения, но меня выпускать не собирался. — Пусти! — гневно рычу я, безуспешно пытаясь вырваться из крепкой хватки. — Чш… Не горячись, — чувствую холодное дыхание на своей шее. — Как забавно, что ты сама пришла ко мне в руки, — уже открываю рот, чтобы возразить или послать его, как в чувствительную кожу на шее вонзается что-то острое. Шиплю и цепляюсь за подол платья, всё ещё барахтаясь в руках странного незнакомца. Из-за боли становится сложно соображать. Абсолютно не понимаю, что происходит. Вскоре моё тело обмякает, в глазах темнеет, и я чувствую, как ноги становятся ватными. Они меня больше не держат. Веки тяжелеют, хоть я и стараюсь из последних сил оставаться в сознании.

***

Распахиваю глаза, стараясь сфокусировать взор на чем-то одном. Натыкаюсь на белого цвета потолок с какими-то странными рисунками. Тело знобит. Понимаю, что с трудом могу даже пальцами пошевелить. Сон так и тянет меня в свои объятия. Пытаюсь в голове воссоздать калейдоскоп последних воспоминаний. Бьянка… Особняк… Ночь… Темный коридор… Мужской голос… Хмурю брови, стараясь эти обрывки построить в одно целое. Так, я отправилась на «вылазку» в тот самый жуткий особняк. И потом, кажется, меня поймали. Потом ужасная боль. Стоило мне подумать об этом, как то самое место на шее начало ныть лёгкой, терпимой болью. А дальше ничего. Темнота. Может, меня сдали стражникам, и я в тюрьме? Скольжу взглядом по помещению, выполненному в бежевых и светлых тонах. За окном рассвет. Лучи восходящего солнца проникают сквозь полупрозрачные шторы. Это явно не похоже на темницу. Слишком уж красиво и хорошо. Может я умерла и попала в Рай? Что за чушь! Так только в Ад. И где я тогда? Приложив титанические усилия всё же принимаю полусидячее положение. Мой взгляд тут же натыкается на мое отражение. Зеркало. Оно стоит в метре от кровати, в которой я лежу в углу, за тумбой. Почему-то возникает странное чувство дежавю. Я где-то его уже видела. Только не могу вспомнить где. Что бы там ни было оно меня не мало пугает. Потому отворачиваю взгляд и осматриваю остальную часть комнаты, в которой пребываю… Интересно, сколько я уже без сознания? На шее чувствую острую пронзительную боль. Касаюсь подушечками пальцев на этом месте и тут же отдергиваю руку. Поднимаюсь на ноги и подхожу к тому самому зеркалу. Значит мне не приснилось. На алебастровой коже шеи красуются две отметины, на которых завернулась кровь. Хмурю брови, проводя ладонью по месту, где меня... Укусили? Что за чёрт? Слышу скрип двери, устремляю взор туда и напрягаюсь всем телом. Машинально начинаю искать кинжал, понимая, что его уже со мной нет. Чёрт! Трижды! Десятикратно… В помещении появляется седовласый пожилой мужчина в идеально отглаженном чёрном костюме. Волоча за собой столик. До моего нюха доносится аппетитный запах, отчего желудок начинает подавать признаки жизни. — Мисс, вы уже очнулись? — заметив меня, лениво произносит мужчина. — Как ваше самочувствие? — Где я? И кто вы такой? — голос пронизывает сталью и враждебностью. — Вам стоит подкрепиться, — проигнорировав мой вопрос, мужчина ставит столик около моей кровати и направляется обратно к выходу из комнаты. — Одежда в шкафу. После еды, можете переодеться. Прежде чем успеваю спросить ещё что-то, старец выходит из комнаты, захлопывая дверь. Слышится щелчок с той стороны. Опираясь на постель поднимаюсь на ноги и бреду ко двери. Дёргаю за ручку. Заперто. Чёрт! Со злостью пинаю дверь ногой и тут же шиплю от боли. Рванув к окну с сожалением отмечаю, что на них стоят решётки. Это всё очень странно и очень мне не нравится. Кажется, я в ловушке. Уже начало светать, а значит, Бьянка, если она меня послушалась, ушла. Энид. Если я попалась, мы можем опоздать. Её казнят. Хотя, сейчас стоило бы поволноваться о себе. Если я всё правильно поняла, то владелец особняка решил не сдавать меня, а оставить у себя. Только вот, зачем ему это? Хочет убить? Тогда сразу бы это сделал. Может, хочет что-то спросить? Что ему спрашивать у меня? Очевидно же, что я воровка. Мысли путались, перебивая одна другую. Медленно вернувшись к кровати и присев на краю, уставилась на своё отражение. В голове крутилось множество идей и планов, как я могла бы выбраться отсюда и зачем таинственному владельцу особняка меня держать здесь. Но ни одна не имела логического завершения. Может, он и правда псих или Сатана, как о нём говорят и решил утащить меня в Ад или принести в жертву. Усмехаюсь собственным не самым оптимистичным мыслям, сжимая руками простынь. Живот урчит и требует подкрепления. Обращаю взгляд на передвижной столик, на котором расставлены несколько тарелок… Яичница, тосты, куриная грудка, сок и ещё чего-то. Было бы небезопасно тут что-либо есть. Но опять же, если меня хотели убить, то уже давно сделали бы это. Что я теряю? Время. И что это был за парень? Он сказал, что сокровищница его. Может ли это быть сын или внук странного владельца? Но каким образом? Если этот старик, по словам живущих в этих окрестностях людей, и шагу из дома не делал? Кажется, я попала. Решив, что выбора у меня нет, сменила гнев на милость и принялась за еду. Если они оставили меня здесь, значит, есть причина. И я выясню, что им от меня надо. В конце концов, они же не станут держать меня в этой комнате до конца дней! Или станут? Тряхнув головой, отогнала все непрошенные мысли и решила перекусить. Особо много я не съела. Организм привык всегда питаться мало. Вскоре мне стало неимоверно скучно. Шагая взад-вперёд по комнате, пыталась придумать, чем бы себя занять. Обычно, я бы пошла и прогулялась по городу, но сейчас это для меня не представляется возможным. Раз в несколько минут подходила к двери и тянула за ручку, в надежде, что на этот раз, может, она по волшебству откроется. В какой-то момент снова зашёл тот старик забрал столик с недоеденной едой и абсолютно игнорируя мои вопросы и присутствие, молча покинул помещение. Рыкнув от раздражения, плюхнулась на кровать и уставилась взглядом в потолок. День очень медленно двигался к концу. Всё это время я сходила с ума от скуки и догадок, уже и впрямь подумывая, что оставят меня здесь взаперти до самой смерти. К вечеру я снова услышала щелчок по ту сторону двери. Снова в комнате появилась фигура старого дворецкого. — Хозяин желает, чтобы вы отужинали с ним. В шкафу есть несколько платьев. Переоденьтесь и я вас провожу, — безэмоционально отзывается мужчина и вновь покидает комнату, не дожидаясь моего ответа. Раздражённо бурчу себе под нос непечатную фразу. Промешкавшись несколько секунд, всё же решаю выполнить их... приказ? Просьбу? Или предложение? Скорее первое. Как я уже сказала, разве у меня есть выбор. Открываю огромный платяной шкаф и достаю тёмно-зелёного цвета платье. Оно мне слегка велико, и всё же, выбирать мне не приходится. Закидываю волосы за спину, и вновь натыкаюсь на следы зубов на шее. Боль уже прошла. Выдохнув, иду к двери. На этот раз она оказалась не запертой. А прямо за ней стоял пожилой мужчина, видимо, ожидая меня. Кивнув коротко, он направился вдоль по коридору. — Прошу за мной, — всё таким же бесстрастным голосом произнес он. Кажется, он весьма нелюдим и неразговорчив. Впрочем, тут я его понимаю. С некоторыми людьми не то что общаться, находится в одном помещении не хочется. Учитывая то, что я пришла сюда, чтобы их грабить, понятно, что жители этого места настроены ко мне не совсем дружелюбно. Он приводит меня в огромный зал, который заставляет слегка ахнуть. Кажется, это столовая, судя по наличию внутри камина, огромного стола с кучей стульев. Стол накрыт ужином лишь с обеих сторон, которые разделяет не меньше пяти метров столешницы и скатерти. Здесь, помимо нас, никого. Странно, дворецкий говорил что ведёт меня к хозяину. — Господин слегка опаздывает. Прошу его извинить, — отзывается мужчина за моей спиной, прежде чем развернуться и исчезнуть из помещения. Делаю несколько шагов внутрь, осматривая помещение сверху до низу. Мой взгляд цепляется за огромную картинку, висевшую над камином. На ней изображены четыре человека. Взрослый мужчина, уже в среднем возрасте, рядом с ним, примерно тех же лет дама, в дорогом платье. Волосы заплетены в сложную прическу. На руках у мужчины сидит совсем маленькая девочка в розовом нарядном платье. А за спиной женщины стоит молодой парень. Светлые, слегка отросшие волосы спадают на плечо, а взгляд зелёных радужек пробирает до костей. Из всех присутствующих на групповом портрете, девушка – единственная, кто улыбается и излучает радость. Остальные будто потускнели, будто вся жизнь из них ушла. Будто они уже успели увидеть все ужасы этого мира, кроме излучающей радость и свет девочки со светлыми волосами и голубыми глазами. — Нравится? — над ухом раздаётся бархатный мужской, уже знакомый, голос, заставляя вздрогнуть. — Или выбираете, что на этот раз выкрасть? — насмешливые нотки вызывают во мне гнев, хоть, он и имеет полное право относиться ко мне с презрением. Резко оборачиваюсь и натыкаюсь взглядом на того самого парня с картины, что стоял за спиной женщины. С зелёными глазами и отросшими волосам. Как будто только что сошёл с холста и предстал передо мной. — Мисс, попрошу вас представиться.