Fractures The Last Champion

            «Настоящий солдат сражается не потому, что он ненавидит то, что перед ним, а потому, что любит то, что позади него».                                                                                           — Гилберт Кит Честертон Мантия вешается на крючок, с одежды стекают капли дождя, образуя маленькие лужицы на декоративной поверхности. Тряхнув волосами, Белла убирает локоны с глаз, кутаясь во влажную одежду. Проливной дождь застал её и Энди во время их прогулки, во время разговора сестёр. Белла неосознанно вздрагивает при слове "сестра", не зная, заслужила ли Энди право быть сестрой Беллатрикс. Кто я такая, чтобы судить? Я, которая бросила Нарциссу на произвол судьбы, чтобы она сама разбиралась со своими проблемами. Она должна связаться с Нарциссой, должна уладить их маленькую размолвку, она не сможет справиться с двумя разъярёнными сестрами, не сможет справиться с тем, что они обе находятся в разногласиях. Подойдя к кухне, Белла находит стакан, наливает себе виски и помешивает жидкость. Сделав большой глоток, она удовлетворённо вздыхает: поездки Гермионы в маггловский мир познакомили Беллу с большим количеством алкоголя, больше, чем она могла себе представить. Она не будет лгать: её винный погреб полон алкоголя, хранящегося в глубинах её поместья. — Госпожа Блэк! - зовёт Момли, появляясь на кухне. От её вздоха бокал покрывается паром, Белла медленно, с преувеличенной досадой опускает бокал, она дома всего две минуты. Почему эльфы не могут оставить её в покое? — Момли, что? - спрашивает Белла, глядя вниз на маленькое существо. — Там посылка. — Это может подождать, - холодно отвечает Белла, забирая свой стакан по пути к двери. — Отойди в сторону, я позабочусь об этом завтра. — Госпожа, - Момли бежит за ней. — Момли совершила грубую ошибку, госпожа, я нарушила ваш протокол. — Что ты там болтаешь, Момли, я устала, уже поздно. — Момли не права, что побеспокоила вас, - продолжает тараторить Момли, - Момли накажет себя подобающим образом, но Момли приняла посылку без проверки. Остановившись, Белла поворачивается обратно к эльфийке, задыхающейся от волнения, которая смотрит на Беллу расширенными от страха глазами. Посылка в доме Беллы без соблюдения правил, должно быть, у Момли действительно плохой день; она никогда не работает так небрежно. — Момли, ты знаешь правила. - В голосе Беллы прозвучало разочарование. — Момли знает, Момли сожалеет, но Добби был так настойчив, он не послушал. — Добби? Эльф Поттера, зачем он принёс посылку. — От Полумны, как сказал Добби, - говорит Момли, заламывая руки. — Госпожа Гермиона сказала, что вы не будете против, она запечатала его, чтобы обеспечить безопасность, но... — Гермиона? - требует Белла, едва не роняя свой бокал. — Гермиона была здесь? — Да, госпожа Гермиона приходила, - кивает Момли. — Госпожа Гермиона просила передать вам, что госпожа Гермиона посетит вас сегодня вечером. — Уже одиннадцать, Момли, - говорит Белла, глядя на дождь за окном. — Разве она не должна быть здесь? — Госпожа Гермиона пошла искать Гарри Поттера, это показалось ей срочным. — Где посылка? Момли спешит достать свёрток, левитируя его над столом, что весьма забавляет Беллу. Улыбаясь, Белла ощущает магию эльфийки, переплетённую с магией Гермионы, и достаёт свою палочку. Направив её на пакет, она проводит обычную проверку, ища всё, что могло бы причинить вред. Удовлетворённая результатом, она убирает палочку в карман, Момли облегчённо вздыхает. Пальцы касаются коричневой бумаги, грубо дёргая за верёвку, удерживающую свёрток на месте. Упаковка странной формы, её желудок сжимается. Пожимая плечами от странного ощущения, ползущего по позвоночнику, она протыкает упаковку, вскрывая её. БАХ. Она подпрыгивает, рука моментально взметнулась от свёртка к сердцу, с губ Момли срывается тоненький крик. Возникает щит, защищающий Беллу от свёртка. БАХ. Подпрыгнув ещё раз, Белла вздыхает, оборачиваясь на настойчивый стук во входную дверь, посылка остаётся лежать на столе. На щеках Момли появляется румянец от того, что она защитила свою хозяйку. — БЕЛЛА! - голос Джеймса эхом отдаётся в коридоре. — БЕЛЛА, я знаю что ты дома, открой дверь! Хихикая и проходя мимо, Белла мягко сжимает плечо Момли, эльфийка стыдливо опускает голову от своего проявления магии. Тронутая жестом Момли, Белла не обращает внимания на то, что эльф пропустила посылку, не выполнив приказа Беллы. Распахнув дверь, Белла видит Джеймса, стоящего на пороге, промокшего от дождя, встревоженного, либо только что закончившего работу, либо возвращающегося на неё. Он не был в своём обычном элегантном наряде; наоборот, он выглядел спешащим, как будто бы бежал сюда. — Джеймс, мне больше нечего тебе сказать, если ты так беспокоишься, что Реддл здесь, можешь порыться в моих штанах. Он вздрагивает от этой идеи, краснея и качая головой, взглядом останавливаясь на тихой эльфийке, стоящей на заднем плане. — Спасибо, Момли, это всё. - отмахивается Белла. Поклонившись, Момли исчезает из виду; поворачиваясь обратно к Джеймсу, Белла ждёт, пока волшебник переведёт дыхание, драматично вздыхая. — Правда, Джеймс, ты можешь обыскать дом, если это означает, что я получу несколько мгновений покоя. — Белла, - тяжело дышит Джеймс. — Это Гермиона. — Что? - требует Белла, испытывая страх. — Её арестовали. — ЧТО! — Идём. Ей не нужно повторять дважды, она хватает свою мантию, принимая предложенный локоть, они аппарируют. Появившись прямо перед зданием Министерства, Джеймс распахивает двери, их шаги гулко отдаются в пустом зале. Большинство работников уже вернулось домой, Джеймс рассказывает ей подробности по пути. — Они задержали её за нападение на магглов, Белла, она уничтожила целое поселение. Сотни магглов, и напала на Гарри, зачем ей это делать? — Она бы не стала. - Белла отвечает односложно. Слушая детали, она ощущает нереальность происходящего, когда Джеймс рассказывает ей подробности, пока они быстро идут по коридору к комнате авроров. Они направляются в тюрьму, где содержат заключенных до суда, до отправления их в Азкабан. Туда, где в клетке держат Гермиону. Это почти невозможно осознать, слишком многое нужно обдумать, это кажется не реальным. Надежда на то, что это розыгрыш, испаряется с каждым шагом, лицо Джеймса лишено эмоций, и Белла задаётся вопросом, как она сама выглядит. Обеспокоенной, холодной или опустошённой? Она ощущает пустоту, неужели Гермиона случайно наткнулась на деревню маглов, и её магия убила их. Если да, то как они объяснят это Министерству, ведь её сочтут слишком опасной, угрозой для общества. Её отправили бы в Святого Мунго, а по опыту Белла знает, что Азкабан может быть более хорошим выбором. Они останавливаются у двери, авроры отходят в сторону, все они знают её, собственный авторитет обеспечит ей проход к Гермионе. Перед ней появляется рука Джеймса, требующая передать её оружие, он опасается, что она может попытаться освободить Гермиону. С нерешительно она вкладывает изогнутую палочку в его ладонь; она уже подумывала о том, чтобы освободить ведьму. — Я дам тебе столько, сколько смогу, - говорит Джеймс. — Мне нужны ответы, Белла, что произошло? Напряжённо кивнув, Белла принимает просьбу на заметку, она получит ответы, она надеется, что получит их. Толкнув дверь, она попадает в затхлую комнату. Тихий звук напевания заставляет её замедлить шаги, она замечает случайную ведьму, лежащую на койке и смотрящую в потолок. Пройдя мимо, Белла направляется в центральную камеру, преодолевая дополнительные защитные чары на пути. Дополнительная магия, окружающая камеру Гермионы, почти душит её, она сдерживает слёзы. Руки сжимают холодный металл, она не может подобрать слов, когда смотрит на сгорбленную ведьму, избитую и покрытую синяками в углу. Подтянув ноги к груди, Гермиона смотрит вдаль, на ней слишком мешковатая для её стройной фигуры одежда. Цепи на её руках, вид этого приводит Беллу в ярость, печалит её и вызывает на глазах слёзы. — Гермиона... - хрип слетает с её губ. Гермиона дёргается, словно поражённая ударом тока, она поворачивается и смотрит на Беллу, замешательство сменяется озарением, когда она поднимается на ноги. Её движения скованны, Белла изучает правое плечо, судорогу в движениях Гермионы. — Белла. - приветствует Гермиона, её руки скользят по рукам Беллы. — Что ты здесь делаешь? — Джеймс, он сообщил мне, что случилось. Что на самом деле случилось, Гермиона, что, чёрт возьми, произошло? — Они все мертвы, Белла, - шепчет Гермиона, прижимаясь лбом к решётке. — Я ничего не могла сделать. Я была такой глупой. Прикусив губу, Белла проверяет, одни ли они; опасаясь, что кто-то может услышать слова ведьмы. Услышать возможное признание, но Белла отказывается в это верить. Гермиона не способна на резню, не способна на разрушения, описанные Джеймсом, по крайней мере, не умышленно. — Я не ожидала этого, - устало говорит Гермиона. — Я была так занята поисками монстра; я не заметила, что находится прямо передо мной. — Что? — Монстры - это мы, настоящий монстр невиновен. — Гермиона, - раздражённо шипит Белла. — Твои слова не несут никакой смысловой нагрузки. Это ты сделала? — Нет. Белла испытывает облегчение, в глазах Гермионы появляется жёсткость, прежде чем чувство вины вновь овладевает ею. — Тогда кто это сделал? — Ты не поверишь мне, если я скажу тебе, - грустно отвечает Гермиона. — Никто не поверит. — Гермиона, сейчас не время для секретов... — Послушай меня, - резко сказала Гермиона, цепи застучали о металл, когда две сильные руки схватили Беллу за предплечья. — Для меня ничего нельзя сделать, не сейчас. Белла - война уже началась, найди Реддла. — Гермиона! - перебивает Белла. — Послушай! - срывается Гермиона. — Забудь обо мне, я никуда не пойду, но ты должна найти Реддла. У него есть армия, ты должна остановить его, остановить это безумие, которое вот-вот начнется. Ты понимаешь? — Гермиона, я не собираюсь забывать о тебе. — Он жив, - шепчет Гермиона, от этих слов Белла вздрагивает. — Мне нужно, чтобы ты нашла Реддла, война уже здесь, и мы скомпрометированы, Министерству нельзя доверять. Никто из них не сможет найти Тома. Белла проследила за взглядом Гермионы, направленным на дверь, на две фигуры, разговаривающие снаружи. Очертания Джеймса, разговаривающего с Гарри, нельзя доверять... Кто из них скомпрометирован или все Поттеры против них? — Гарри? - спрашивает Белла. — Это он сделал. — Нет, что-то гораздо более могущественное... — Что? — Обещай мне, что ты пойдешь искать Реддла? Здесь небезопасно. — Я не боюсь Питпота. - шипит Белла. — Что-то более могущественное играет в эту игру, я не заметила. — Что? Кто мог заставить тебя беспокоиться? — Мерлин. Воздух покидает её легкие; она начинает хохотать. Громкий, звенящий хохот эхом разносится по комнате, отдаётся в ушах, заглушая неверие. Покачав головой, она подходит ещё ближе к решётке. — Невозможно. — Найди Тома, - настаивает Гермиона, беря Беллу за одну руку. — Не жди меня. — Чушь собачья, я никуда не пойду. Ты тоже никуда не пойдёшь. — Мне повезет, если я не получу поцелуй, - простодушно заявляет Гермиона. — Ты ничего не можешь сделать, но оставайся в безопасности. Пожалуйста, пообещай мне, что останешься в безопасности. — Нет... — Обещай мне, - требует Гермиона. — Хорошо, я обещаю. - шепчет Белла. — Но я также обещаю, что вытащу тебя, даже если ради этого мне придется нарушить закон. — Не будь глупой - требует Гермиона. Холодные губы прижимаются к её губам, она склоняется в поцелуе, наслаждаясь вкусом губ Гермионы. Она закрывает глаза и борется с желанием достать свою палочку, чтобы оглушить Джеймса и вывести Гермиону. Они могут сделать это; они могут сбежать, только вдвоём. Подавляя дрожь, когда металл касается её рук, она ощущает долгий обжигающий поцелуй на своей щеке, и видит, как Гермиона отстраняется. — Между прочим, я бы согласилась. - Гермиона хрипло дышит. — Без сомнений. Я люблю тебя, Беллатриса Блэк, а теперь забудь меня. Двери распахиваются, авроры проносятся через комнату, Гермиона возвращается на свою койку. Сжимая в руке кольцо, Белла чувствует, как Джеймс оттаскивает её от решётки, и слышит сердитый тон знакомого аврора. — Чертовски смешно, ты что, парень, совсем спятил? - требует Грюм. — Позволить ей поговорить с Грейнджер? Ты стал мягкотелым, Поттер! — Что она собирается делать, Грозный Глаз? - Поттер бросает в ответ. — Дать ей юридическую консультацию? — Может подсунуть ей что-нибудь; дать ей что-нибудь, чтобы она покончила со своей жизнью. — Я покончу с твоей через минуту, ёбанный ты одноглазый козёл, - шипит Белла. — Думала, что тебя поставили дежурить у стола, единственное, на что годится твоя нога - это на чёртово придерживание бумажек от падения. — Ты, блять, погорячилась... — Грюм, - перебивает Поттер. — Позволь напомнить тебе, что Белла в эти дни остаётся одним из представителей общественности; я не позволю тебе проявлять неуважение к ней. — Она не уважает меня, у тебя неправильные приоритеты, парень. — Нет, он просто не хочет, чтобы я разрушила твою жалкую жизнь, - мрачно шепчет Блэк. — Белла, - перебивает Джеймс. — Хватит уже. — Смейся сколько хочешь, Блэк, но твоя маленькая протеже, возможно, получит завтра поцелуй за ту резню, которую она устроила. Если ей повезёт. — Сукин... - прорычала Белла, поворачиваясь обратно к хихикающему мужчине. — Хватит. - приказывает Джеймс, хватая Беллу. Джеймс с силой выталкивает Беллу из комнаты, подальше от Гермионы, сидящей в углу, как животное. Сжимая в ладони кольцо, она требует у Джеймса свою палочку, получая лишь взгляд недоверия и приказ успокоиться. — Я отдам её тебе, когда мы уйдём. - говорит Джеймс. — Она что-нибудь сказала? — Только то, что она этого не делала. — А кто сделал? — Она не ответила, - устало шепчет Белла. — Белла, этого недостаточно. — Я в курсе, - сердито огрызается Белла. Гарри тихо подходит и останавливается, предлагая папку отцу, зелёные глаза переходят на Беллу. Сжав челюсть, Белла смотрит на своего бывшего ученика - лучший друг Гермионы выглядит на удивление хорошо, несмотря на состояние Гермионы. — Мне очень жаль, профессор. - говорит Гарри. — Я не знаю, что случилось, я пытался поговорить с ней, когда пришёл туда, но она напала на меня. — Но ты же не видел, как она убивает магглов? - спрашивает Джеймс. — Нет, но там больше никого не было. — Она ранена, - перебивает Белла. — Рана на плече, не говоря уже о синяках. Она с кем-то подралась. — Там больше никого не было, - извиняющимся тоном говорит Гарри. — Забавно, Поттер, - холодно произносит Белла, подходя ближе к Гарри. — Почему каждый раз, когда что-то случается, ты всегда оказываешься рядом? Рон погиб на дуэли с тобой; тебя вырубили во время нападения на Чемпионат, что подозрительно выбивает тебя из общей картины. Теперь твоя оставшаяся лучшая подруга предстанет перед судом за нападение на магглов, и единственным человеком, присутствовавшим при этом, был ты. — Я не просил об этом, - возражает Гарри. — Я пытался поговорить с ней, я пытался ей помочь. Может быть, самое безопасное место для неё - Азкабан; она уже давно не такая, как раньше. — Белла, - спокойно говорит Джеймс. — Я отведу тебя домой. — Не нужно, - холодно отвечает Белла. — Я сама себя отведу. Она выхватывает у Джеймса свою палочку, волшебник вздыхает в ответ, а Гарри отходит в сторону, чтобы Белла могла уйти. Сделав два шага вперёд, Белла останавливается и, обернувшись к Гарри, смотрит волшебнику прямо в глаза. Удовлетворённая, когда Гарри нервно сглатывает, напуганный присутствием Беллы. Она может уже не быть его профессором, но она по-прежнему та, кого стоит опасаться. — Я не верю ни единому твоему слову, - с невозмутимым спокойствием заявляет Белла. — Я хочу, чтобы ты знал: если я узнаю, что ты имеешь к этому отношение, я лично убью тебя. Ни твой отец, ни твоя мать не защитят тебя, ты понял? — Белла, - твёрдо произносит Джеймс, но она улавливает слабый страх. — Послушай, Поттер, - усмехается Белла, глядя на Джеймса многообещающим взглядом. — Даже твой отец напуган. Надеюсь, ты понимаешь, во что ввязался. Наклонившись вперёд, она проводит губами прямо над его ухом, резкий вдох, лёгкая дрожь страха. Джеймс сжимает палочку, готовый в любой момент вмешаться. Её дыхание - безмолвное предупреждение, невидимая сила, обещающая возмездие. — Мне кажется, ты не понимаешь, что натворил, - печально сказала Белла. — Какой враг тебе достался - она уничтожит тебя. К тому же, когда мир узнает правду, малыш, ты, возможно, поймёшь, что нажил себе самого страшного врага, какого только можно себе представить. В конце концов, Мерлин - это только начало... Зелёные глаза встретились с невыносимо чёрными, раскрывая всё, что она предполагала: Гарри был замешан в этом. Он работает на Мерлина, - лицо, искажённое страхом, страх быть пойманным, страх, что кто-то узнает. Но она заметила это, улыбка появилась на её губах, она разочарованно покачала головой, Гарри всегда глуп. — Я передам Тому, что ты сказал: "Привет", Джеймс. - она насмехается. — БЕЛЛА! - Джеймс вскакивает, чтобы остановить её. Она исчезает из здания, стремительно проносясь по воздуху. Вернувшись домой, она ограждает окрестности, не давая аврорам преследовать её, и делает всё, что попросила Гермиона. — МОМЛИ! - кричит Белла, ворвавшись в дом. У неё осталось меньше десяти минут до того, как Джеймс приведёт к ней авроров, желающих проследить за ней и получить информацию о Реддле. Нужно поторопиться; в дверь вбегает Момли и смотрит на свою хозяйку, недоумевая из-за столь позднего часа. — Быстро, Момли, все мои вещи, я хочу всё перевезти. - приказывает Белла. — Госпожа, всё? - спрашивает Момли, озадаченная поставленной задачей. — Всё, быстрее, Момли, они идут. С поклоном Момли исчезает, призыв эльфа эхом разносится по дому, хлопают ящики, открываются двери. Дом опустел, они будут переносить её вещи в безопасное место, о котором знает только Момли. Подойдя к свёртку, Белла разрывает его, из коробки на стол падает маленький предмет. Отложив коробку в сторону, Белла дрожащими пальцами поднимает предмет. Ужас пробирает до костей: почему она не послушала Гермиону раньше, почему не послушала, она была слишком невежественна. Белла закрывает глаза, когда рядом с ней появляется Момли, с губ эльфийки срывается вздох, когда она смотрит на предмет. — Мы что, на войне? - с недоверием шепчет Момли. — Да. С губ Момли срывается тоненький плач, Белла чувствует, что вот-вот последует за ней, она тоже на грани срыва. Но она отказывается, пока не может, и опускает стрелу. Стрелы пикси падают с неба только во время войны, магической войны. Кто-то доставил стрелу, объявил войну, и у них есть совсем немного времени, чтобы подготовиться. — Всё готово? - спрашивает Белла. — Да, - отвечает Момли. — Хорошо, опустоши и дом Гермионы, то немногое, что у неё там есть. - приказывает Белла. — Конечно, госпожа. — И, Момли у меня большая просьба, - говорит Белла, обращаясь к эльфу. — Мне нужно, чтобы ты защитила, присмотрела за кое-чем для меня. — Всё, что угодно, госпожа. Медленно Белла протягивает эльфийке кольцо, осторожно опуская его в раскрытую ладонь. — Я вернусь за ним, Момли. А теперь займись домом Гермионы и исчезни, я позову тебя по возвращении. С низким поклоном Момли исчезает, дом пустеет, Белла избавляется от упаковки, оставляя стрелу на виду у Джеймса. Она снимает самые сильные чары, бросает взгляд на входную дверь и аппарирует. Солёный воздух наполняет лёгкие, ситуация пока ещё не прояснилась. Белла идёт по прибрежной тропинке к дому на вершине холма, странной формы, смотрящему на море. Держась за край, Белла проходит через ворота и странные статуи в саду. Толкнув дверь, она направляется по знакомой тропинке к крыльцу дома. Небольшой сад парит в воздухе, светловолосая ведьма напевает себе под нос, занимаясь своим участком. — Белла, - говорит Луна, не оборачиваясь. — Я ждала тебя. — Луна, - приветствует Белла. — Посылка... — Да, я отправила её, - признаётся Полумна, вставая. — Добби сказал... — Это Гарри послал, я ему соврала. - Полумна улыбается, счищая грязь с морковки. — Меньшее из двух зол. — Полумна, почему? — У меня был выбор, Белла. Выбор есть всегда, но иногда его трудно истолковать. Трудно судить, что лучше? Я нашла стрелу, она появилась, и я знала, что должна послать её тебе. — Почему не в Министерство? — Министерство сейчас не имеет значения, - отвечает Луна, кладя морковку в ведро. — Если бы я не отправила посылку, Гермиону бы не арестовали, она никогда бы не пошла искать Гарри. — Тогда зачем было посылать? - спрашивает Белла, — Зачем жертвовать Гермионой? — Потому что если бы я этого не сделала, - жизнерадостно говорит Полумна, улыбаясь Белле. — Тогда Гермиона бы умерла. Понимаешь, я не могу этого допустить, не сейчас. — Умерла? — Да, - отвечает Полумна, вытирая руки. — Трудно судить, какой вариант выбрать; неправильный выбор может привести к ужасным последствиям. Как и сейчас, ты сделала свой выбор; ты решила отправиться за Реддлом. Ты могла помочь Джеймсу, могла остаться. Ты сама выбираешь путь. — У меня нет выбора. - раздражённо отвечает Белла. — Выбор есть всегда, - возражает Полумна. — Ты просто должна его увидеть. — Ну, тогда этот мой. — Я так и знала, - понимающе кивает Луна. Нахмурившись, Белла заметила стрелу Пикси, болтающуюся на шее ведьмы - нередко стрелы носят в качестве амулетов. В редких случаях стрелы использовались для защиты от колдовской магии. — Белла, - раздаётся низкий голос с порога. — Том, - отвечает Белла, поворачиваясь к волшебнику. — Я рад, что ты пришла... Мне жаль Гермиону, но мы её вернём. - обещает Реддл. — Она тебе нужна, - добавляет Полумна. — Сейчас, однако, мне нужна ты, Белла, надеюсь, ты готова к этому. Повернувшись, Белла смотрит на открытый океан, не в силах смотреть на хорошо одетого волшебника. Она надеялась, что он одет в лохмотья, живёт в бегах и что всё это не имеет никакого значения. Но вот она стоит в саду и разговаривает со своим старым наставником. Говоря о войне, о войне на горизонте, она ещё никогда не чувствовала себя такой одинокой. — Тебе придётся многое объяснить, Том...                                                                         ~~~~~ The Last Champion~~~~~ Лёжа на боку, Гермиона с закрытыми глазами считает овец, не в силах уснуть на маленькой кровати. Ей нужно привыкнуть, скоро она будет проводить на ней всё время. Приходила Энди, её консультант, но никакие новости не смогли убрать хмурое выражение с лица ведьмы. Энди знает исход завтрашнего суда, они обе знают, и всё же Энди уверяла, что у Гермионы есть союзники. Некоторые из них сражались за её интересы, но самые влиятельные из них теперь исчезли. Белла исчезла на поиски Реддла, выполняя приказ Гермионы, а Реддл на одном из этапов был бы лучшим человеком для ведения её дела. Ноги ступают по полу к входу в камеру, ореховые глаза приоткрываются, изучая волшебника, застывшего возле её камеры. Предательство всё ещё режет так глубоко, что становится трудно дышать, гнев, кипящий в глубине души, удерживается оцепенением. — Гермиона, - приветствует Гарри, обхватывая рукой прутья решётки. — Как твоя рука? Она отказывается отвечать, не желая притворяться и поддерживать эту ложь. Она не может быть и другом, и врагом, она отказывается принять это. Если уж на то пошло, ей хочется блевать от воспоминаний о прошедшем. Тоскливый вздох срывается с губ Гарри, прислонившегося головой к решетке. — Не игнорируй меня, Гермиона. *** — Кто-то выступил с заявлением, Гермиона, они утверждают, что ты не могла стать причиной появления следов на телах. — Кто? - шепчет Гермиона. — Энди, кто выступил вперёд? — Ньют, однако, дело в том, прислушается ли к нему суд. — Почему бы и нет? — У тебя есть враги... — Я ожидала этого, Энди, что ты мне не договариваешь? — Есть новый исполняющий обязанности Министра, и он далеко не самый большой твой поклонник... *** Ссутулившись, Гарри скрещивает руки, прислоняясь к решётке. он снова подносит свои очки к носу. Это напомнило ей об их первой встрече в поезде, когда она починила ему очки, и о Роне с грязью на лице. — Всё идёт по плану, Гарри? — Это единственный способ уберечь тебя. — Я не кукла. — Я в курсе, - спокойно отвечает Гарри. — Гермиона, если ты завтра скажешь правду. — Не "если", а "когда", - холодно отвечает Гермиона. — Когда ты расскажешь им, расскажешь Министерству о Кионе, ты знаешь, что они сделают. Они выследят её, как лису, и убьют. — Ты меня шантажируешь? - с отвращением шипит Гермиона. — Нет, я хочу, чтобы ты поняла, что я не могу защитить Киону от всех. — Когда ты назначал меня крёстной, ты, должно быть, знал, что до этого дойдёт. — Я знал. — Ты сделал меня крёстной матерью своего ребенка Гарри, зная, что приведёшь меня в волчье логово. — Бейли предложила это; я не мог найти причину, чтобы не сделать этого. Ты мне как сестра; я делаю это для твоего же блага. — Послушай себя, Гарри, ты слышишь себя? — Они хотят твоей смерти, Гермиона, они не позволят тебе присоединиться к нам. Жажда возмездия исцеляется Азкабаном; докажи нам, что ты будешь на нашей стороне. Не умирай напрасно. — Cogi qui potest nescit mori, - пробормотала Гермиона. — Что это значит? — Профессор Блэк сказала мне это, когда вы с Роном вписали моё имя в Кубок Чемпионата. Позже она объяснила мне: "Тот, кого можно принудить, ещё не научился умирать". Думаю, сейчас это больше подходит тебе. Повернувшись, она переворачивается на другой бок, заканчивая разговор, вытирая набежавшую слезу, отказываясь плакать. Она не будет плакать, не из-за себя, не из-за ситуации, которую она отвергает. Цепи крепко зафиксированы, её ведут через зал, Авроры окружают её, хмуро глядя вслед. Грозный Глаз идёт впереди, не позволяя никому приближаться, поторапливая её. Опоздать на собственное слушание было бы неприличным, она наполовину ожидает, что Белла выскочит и начнёт осыпать всё заклинаниями. Если судить по тому, как Джеймс постоянно дёргается при виде людей с тёмными волосами, он тоже ожидает, что Белла нападёт. Это заставляет Гермиону ухмыльнуться, на губах задерживается задорная улыбка, вызывая бормотание со стороны близстоящих работников, зачарованно наблюдающих за происходящим. Проведя Гермиону по тёмному коридору, два аврора открывают двери в зал заседаний, работники, переговариваясь, ожидают её появления. В мгновение ока она оказывается сидящей в цепях в центре зала, толпа собралась, чтобы посмотреть на её падение. С силой дёрнув, Грозный Глаз прикрепляет цепи к стулу, приковывая её к месту. Авроры в спешке отступают в сторону, открывая ухмыляющееся лицо действующего премьер-министра. Вид ведьмы привёл её в ярость: в прошлый раз, когда они встречались, Белла разозлила ведьму, а Реддл понизил теперь уже действующего министра в должности. Как ей удалось пробиться из финансового отдела на столь высокий пост в Министерстве? — Заседание объявляется открытым, слушание дела Гермионы Джин Грейнджер начинается. - С губ ведьмы сорвалась короткая усмешка, когда она перекладывала предметы на своём столе. — Как исполняющая обязанности министра, я, Долорес Амбридж, буду наблюдать за ходом слушаний. Не желаете ли начать, Пий? — Спасибо, Долорес, - кивает Пий. — Мисс Грейнджер, вы предстали перед судом за недавние нападения на магглов. А также за сопротивление при аресте и нападение на мистера Гарри Поттера, что вы скажете? Вздохнув, Гермиона окинула взглядом министерских работников, уставившихся на неё в недоумении, требуя объяснений, почему в зале сидит Чемпион. — Невиновна, - спокойно отвечает Гермиона. — Какие у вас есть доказательства, подтверждающие это утверждение? - вежливо спрашивает Пий. — У меня их нет. Позади раздаётся недовольное бормотание, присутствующие в зале неодобрительно качают головами. Джеймс Поттер стоит в стороне и увлечённо наблюдает за происходящим, Гарри, сидящий в зале, опирается подбородком на руки. Где-то в комнате она чувствует, как Энди и Тонкс впиваются в неё взглядами, требуя объяснить причину всего происходящего. — Я не понимаю, мисс Грейнджер, - озадаченно говорит Пий. — Вы заявляете о своей невиновности, но у вас нет никаких доказательств. Тем не менее, магглы по-прежнему подвергаются кровавым расправам, их убивают, а у вас нет ответов. Вы хотите сказать, что не делали этого намеренно? Возможно, это был несчастный случай? — Нет, - твёрдо отвечает Гермиона. — Я никогда не причиняла вреда этим людям. — Тогда кто же? Откинувшись на спинку стула, Гермиона холодно изучает Пия, с досадой и грустью сжимая кулаки. Несмотря на всё, она могла бы сказать правду, что Обскур виноват в случившемся, что она пыталась остановить его. Тем не менее, Гарри прав; Министерство будет охотиться за Кионой, если узнает, кем она является. — Я не знаю. — Я не верю вам, мисс Грейнджер, - горячо возражает Пий, облокотившись на стол. — В отчёте, в вашем медицинском заключении есть признаки борьбы, того, что вы были ранены. Вы были ранены Гарри Поттером, сопротивляясь аресту? — Нет. — Тогда как? Как вы оказались ранены? Пожалуйста, объясните... — Я не могу. — Вы защищаете кого-то, мисс Грейнджер, в этом всё дело? Вы защищаете кого-то другого? Не открывая рта, Гермиона бесстрастно смотрит на волшебника, который фыркает от раздражения, сжимая рукой стол. С губ жабы срывается тоненький кашель - слишком много розового цвета навалилось на Гермиону, когда исполняющий обязанности министра решила вмешаться. — Вы потеряли контроль над собой, мисс Грейнджер? - Тошнотворно сладкий голос заставляет Гермиону заскрежетать зубами. — Такое уже случалось, не так ли? Вы теряли контроль над собой рядом с магглами, убивали их. — Что? - задохнулась Гермиона. — Никогда. — Никогда? - повторила Амбридж, слегка покачав головой. "Ну, это не совсем верно, мы не должны говорить неправду". Гермиона вздрагивает, когда Амбридж щёлкает пальцами, вызывая кого-то на трибуну. Дверь открывается, и в ней появляется молодая женщина с тёмно-каштановыми волосами, показавшаяся ей странно знакомой. Прежде чем она успевает понять, в дверях появляется та самая любопытная репортёрша с чемпионата, та самая, которая занялась расследованием смерти родителей Гермионы. Странная тишина воцаряется в комнате, когда американка занимает место, вежливо улыбаясь Амбридж и поворачиваясь к Гермионе с победной ухмылкой. — Это Саманта Дженнингс из Аврорского наблюдательного пункта в Чикаго. - Амбридж представляет её собравшимся. — Мисс Грейнджер угрожала миссис Дженнингс, когда та узнала некоторую информацию о родителях мисс Грейнджер. Маггловских родителях. Прикусив язык, Гермиона бросает взгляд в сторону и видит, что Энди смотрит на неё с беспокойством, таким глубоким беспокойством. Вздохнув, Гермиона возвращается к самодовольному лицу миссис Дженнингс - Гермиона совсем забыла об этой ведьме. — Не могли бы вы, миссис Дженнингс, сообщить нам, какую информацию вы нашли. - просит Амбридж благожелательно сладким голосом. — Я обратилась к мисс Грейнджер по поводу найденной мною информации, что более важно - информации о её родителях. Её отец погиб в результате пожара, уничтожившего семейный дом, и, судя по отчётам, этот пожар не был похож ни на что, когда-либо виденное. Конечно, это были магглы, но для нас известно, что мисс Грейнджер очень хорошо знакома с Адским пламенем, - именно об этом я и спросила мисс Грейнджер. В тот день она угрожала моей жизни, угрожала убить меня, если я скажу правду. - Саманта драматично сообщает об этом суду. — Нелепость, - заявляет Гермиона. — Я не угрожала тебе, драматическая проныра, я сказала тебе не лезть не в своё дело и... — Тихо! - Амбридж огрызается. — Ты будешь ждать своей очереди. Гермиона с раздражением откидывает голову назад, цепи звенят в ответ. Она слушает, как Дженнингс преувеличивает угрозы Гермионы. Ложь о её семье, о том, как она подожгла свой дом, убивала невинных магглов. Гермиона - убийца, магглорождённая, получившая слишком много власти. — Что вы скажете на это, мисс Грейнджер? - Амбридж шипит, сверкая глазами. — Что я скажу? - ответное раздражение Гермионы заставляет некоторых вздрогнуть. — Я скажу... Короткий кашель прерывает её речь, громкий кашель привлекает всеобщее внимание, когда Тонкс прочищает горло в приступе кашля. Люпин похлопывает её по спине, чтобы освободить лёгкие, но Гермиона ловит напряжённый взгляд Энди. Тонкс просто отвлекает внимание, Энди слегка качает головой, когда Тонкс извиняется перед судом. Все оборачиваются, чтобы посмотреть на Гермиону, всё ещё находящуюся под пронзительным взглядом Энди, и видят, как губы Энди произносят три слова без звука. Скажи правду... Не веря, Гермиона качает головой, она не может сказать правду, она не сможет, она не позволит им сделать из этого душещипательную историю. Она отказывается, она не будет жалкой жертвой, не для таких, как они, никогда не для таких. Поцелуй... Иначе не избежать поцелуя. Отвернувшись, Гермиона изучает свои ноги и цепи, сковывающие её. Она представляет себе своего отца - картинку, которую она любит разыгрывать в своём воображении, - счастливую семью, смеющуюся. Но не насилие, никогда не насилие, погребённое в глубинах её сознания. Энди, однако, считает, что единственный способ спасти её от поцелуя дементора - это рассказать суду правду. Она действительно убила своего отца, но не по той причине, о которой подозревает Дженнингс. — Я... - Гермиона с трудом продолжает, раздираемая противоречиями, и смотрит поверх голов судей. — Я - чудовище. Ошеломлённая тишина следует за её заявлением, шипение слетает с губ Амбридж, победа в её руках. Потрясённый возглас страха срывается с губ Энди, она встаёт на ноги, но Тонкс тянет её вниз. — Я стала монстром, как мой отец, - продолжает Гермиона. — Я... Это правда, что мой дом сгорел летом на четвёртом курсе. Я стала бездомной; я скиталась между домами, пока меня не удочерила Андромеда Тонкс. Видите ли, в течение нескольких лет Нимфадора Тонкс была моим опекуном, а затем и другом. — Опекуном? - спрашивает с одной из трибун мадам Боунс из Департамента магического правопорядка. — В возрасте десяти лет моей матери поставили диагноз "рак", у неё была опухоль. Она прошла курс химиотерапии, чтобы удалить опухоль; это маггловский способ облучения организма, позволяющий уничтожить опухоль. Это очень сильно ослабляет организм, страдает иммунная система. В то же время бизнес моего отца начал ухудшаться, он стал больше пить. — Какое отношение это имеет к делу? - потребовала Амбридж, но некоторые члены суда заставили её замолчать. — Продолжайте, мисс Грейнджер. - инструктирует мадам Боунс. — Он стал раздражённым, злым, винил меня в состоянии матери, потому что я только что узнала о том, что я ведьма. Говорил, что я её прокляла, поэтому он ещё больше пил, стал проявлять физическое насилие. Много раз вызывали авроров для расследования. На втором курсе я попыталась вылечить маму магией, зельем... - Гермиона прервалась на сдавленном вздохе судей. — Вы можете себе представить, что из этого вышло. Оно подействовало слишком эффективно: удалило опухоль, но оставило маму, по сути, пустой оболочкой самой себя. В последующие годы издевательства моего отца усилились, есть больничные карты, если вам захочется проверить. Я несколько раз встречалась с Андромедой Тонкс в больнице Святого Мунго, она сращивала мои сломанные кости и отправляла меня домой, к её большому неудовольствию. В то лето мой отец пил больше, чем когда-либо прежде. Мы готовили, ссорились, он ударил меня, я ударила и оттолкнула его. Я ударилась головой, остальное помню как в тумане, но кухня была в огне. Дом охватило пламенем; я бросила отца, чтобы спасти мать. Я вытащила её из дома и смотрела, как мой отец погибает в огне. Вдохнув поглубже, Гермиона повернулась с холодным лицом к Дженнингс, которая заёрзала на стуле, чувствуя себя неловко во время рассказа. — Миссис Дженнингс, именно поэтому я попросила вас оставить мою семью в покое, потому что моя история не из приятных. О ней мало кто знает, я никогда не позволяла ей определять меня в школе и не позволю ей определять меня сейчас. — Думаю, можно предположить, что миссис Дженнингс здесь только ради своей статьи в газете. - Мадам Боунс оценивающе смотрит. — Вы можете быть свободны, миссис Дженнингс, и, учитывая характер рассказа мисс Грейнджер, я считаю, что лучше всего будет забыть об этом. Все согласны? — Да. — Очень хорошо, авроры, будьте добры. — Что нет, это возмутительно, она лжёт! - кричит Дженнингс, когда двое авроров уводят её с трибуны. — Пий, прошу вас, - говорит мадам Боунс. — Я вызываю Гарри Поттера для дачи показаний, - заявляет Пий, поднимаясь на ноги. Встав на трибуну, Гарри приводит в порядок свой костюм и с грустью смотрит на Гермиону. — Прости меня, Миона, - говорит Гарри, и Гермиона не понимает, за что он извиняется. — Я никогда не знал, я даже не заметил. — Нет, - холодно отвечает Гермиона. — Не извиняйся, ты бы использовал и это против меня. — Мистер Поттер, не могли бы вы сообщить суду, что вы видели? - требует Пий. — Я прибыл на место разрушения, за мной пришёл мой эльф и сказал, что Гермиона попросила поехать в этот город, - сообщает Гарри. — Я знал Гермиону, ей показалось, что она что-то видела на Чемпионате, она давно что-то искала. Она была одержима, её наставник - профессор Блэк даже перестала её слушать. Но я остался, это же Гермиона, она никогда не ошибается. — Не смей... - задыхается Гермиона. — Я пришёл, я думал, что она нашла монстра, которого искала... Там никого не было, я видел, как она упала на землю после полёта, повредила руку. В ярости Гермиона бьётся о свои цепи, заставляя толпу вздрагивать от свирепости её движений. Гермиона оскалилась, глядя на лучшего друга, который отправил её в Азкабан. — Измученная, она просто лежала среди обломков, я подумала, что, может быть, там кто-то есть. Ничего не видя, я подошёл и позвал её. Она набросилась на меня, я сковал её узами, но она вырвалась, к счастью для меня, подоспело подкрепление. Они её арестовали. После возвращения из Румынии она стала не такой, как раньше, я боюсь, что она страдает от последствий Чемпионата. — Ах ты, сукин сын... - Гермиона дёргается в кресле, вскакивая на ноги. Амбридж приказывает кому-то усмирить её, двое авроров спешат затолкать её обратно в кресло. Она остаётся сидеть, кипя от ярости, под сдерживающими её руками, дрожащая от желания ударить Гарри. Её гордость уязвлена, она попала в ловушку, будучи слишком недальновидной, чтобы увидеть общую картину. — Мисс Грейнджер, - говорит Пий, привлекая её внимание, но её взгляд по-прежнему прикован к Гарри. — Обвинения против вас серьёзны. Вам грозит срок в Азкабане, и я советую вам сейчас высказаться, если есть что-то, что поможет вашему делу. Подняв её на ноги, авроры снимают цепи с кресла, Гермиона приостанавливается, оборачиваясь к суду. Все взгляды обращены на неё, она встречает взгляд Амбридж, её голос неестественно спокоен. — Это не имеет значения, - заявляет Гермиона. — То, что происходит со мной, не имеет никакого значения, видите ли, мы находимся в состоянии войны. Министерство развалится, авроры будут выбирать чью-то сторону, а люди окажутся в эпицентре. Мы ничего не можем сделать, чтобы предотвратить это, только готовиться к битве. Мёртвые восстали, а мы - лишь смертные, игрушки... Наступает мир тьмы.