Холод(!)(?)

Лëгкое, почти неосязаемое прикосновение разразилась новым ощущением и чувством. Новой тревогой. Резкое молчание. Словно время остановилось. Не единого звука. В ушах был слышен только раздражающий звон. Свидетель о переливающейся внутри организма красной жидкости. В глазах резко потемнело. Все мысли словно вышли из голову, оставляя там лишь бесконечно повторяющиеся ощущения. Чувствовалась пустота на фоне сей тишины. Чувства тоже отпустили, оставляя лишь давящий на черепную коробку осадок. Достоевский словно перестал быть частью этого мира и лишь стоял на месте. Холод теперь так не ощущался. Словно он был в слабоотапливаемом помещении. Из этого состояния его вывел звук падения. На теле почувствовался холодный и морозящий ветер, заставляющий себя сильнее запутать в чëрную ткань, которая не сильно и помогала ему. Взгляд устремился на девятилеьнее тело, беззвучно лежащее в снегу. Достоевскому поначалу даже показалось, что тот решил повыпендриваться, чтобы напугать его и потом всë же заставить идти с ним играть. Но нет... На линии шеи была ясно видна черта крови, которая проникала вглубь снега, впитываясь. Тело вмиг стало бездыханным. Он не толкал его, не приносил какого-либо вреда, он лишь невесомо его коснулся. Этого недостаточно для убийства. Да и тот уж слишком резко замолк. Словно он даже не почувствовал боли. Фëдор посмотрел на свои руки, которые были чисты от следов крови или чего более. Мальчик попросту лежал в большом сугробе снега. Чувства всë не приходили. Он лишь безотрывно смотрел на мертвеца, чьë лицо было всë таким же красным от слëз. Ветер понемногу сдувал на него снег. Подростка передëрнуло. Он понимал, что совершил страшное преступление только что. Неосознанно. Он не хотел его убивать, но видимо так распорядилась сама судьба. Единственное, что он понял именно скюейчас, так это то, что остались отпечатки. Он понимал это прекрасно. Всë прийдëт в дело, когда найдут тело. Абсолютно всë, пусть и будут делать основное внимание на том, что удар был в зоне шеи и вероятнее всего оставлен из-за холодного оружия. Пусть даже по нынешним тенденциям полиции, никто и не станет светятся с отпечатками, его окатила волна страха за это. Одним движением он слëрнул с мальчика тот комбинезон, оставляя его лежать там в каком-то свитере, и ринулся дальше. Сердце сильно забилось и холод уже не ощущался. Окутывала волна страха, который всë не стихал. Это верхнюю чужую куртку он спрятал под плащ и продолжал бежать. Сейчас он наконец не думал не о чëм, а единственная мысль, которая вертела в его голове, так это сжечь этот предмет одежды, чтобы его не нашли. Но этого не выйдет. С собой нет ни спичек, ни зажигалки. Денег тоже. Он их не брал с собой за ненадобностью. Поэтому лишь то, что потом пришло ему в голову, так это просто кинуть его в мусорный бак. Сегодня среда и уже завтра выводка мусора. Если забежать дальше, то так далеко этот несчастный комбинезон искать не будут. Хотя скорее они бы и не думали его впринципе искать. Но сейчас в крови бушевал адреналин и он выбежал наконец достаточно далеко от места, где произошло убийство. Дыхание кончилось. У него не было хороших успехов в спорте. Чтобы не стоять посреди пустой и никому не нужной улицы, он зашëл за дома и проходил уже спокойным шагом за ними. Вскоре за одним из домов было уж очень много луж и топлëного снега. Естественно, ведь этим домом являлся магазин, а за всеми магазинами делают такие вентиляторы с горячим воздухом, чтобы поддерживать внутри прохладу для холодильников с едой. Он тут же бросил в одну из луж этот маленький пуховик и принялся его затаптывать. На белых штанах и сапогах появились грязные следы брызг. Хотя они появились ещë и во время пробежки. Когда предмет одежды в луже принял наиужаснейший вид и был практически уничтожен, Фëдор выдохнул и вышел вновь на ту бездушную улицу, теперь идя спокойно. Он огляделся по сторонам и понял, что не знает этой местности. Но сейчас это его уже не волновало. Он спокойно шëл незная куда и окунулся в новые мысли. Пришло осознание того, что было необязательно так бежать, чтобы уничтожить куртку, ведь можно было еë так и оставить. Отпечатки бы стëрлись от засыпанного снега. Да и сверять их никто бы не спешил. Словно он не знает их то полицию. Да и подростка бы подозревали в самую последнюю очередь. А возможно просто махнули на это всë рукой. Он посмотрел на него. Яркое слепящее солнце заставило его глаза чуть заслезиться. Он машинально их протëр рукавом и продолжил идти, смотря на дорогу. Убийство в такую прекрасную погоду. Он теперь не чувствовал того холода на своëм теле. Он не чувствовал своей вины. Просто не чувствовал. Он вновь стал... Спокоен? Скорее всего спокоен, ведь сейчас его никак ничего не бесило, а навязчивые и давящие мысли ослабли. Словно до этого их и не было. Он спокойно проходил дальше. Приходело медленное осознание того, что если он не чувствует сейчас холода, то лучше всë таки отогреться в помещении. Недавнее событие до сих пор крутилась и разбирались как данное. Он вновь посмотрел на свои руки и встал перед вопросом: «Как я его убил? У меня не было оружия, да и я его не толкал... Может во время того, как он упал, он напоролся на железку или что-то подобное? Но тогда бы он закричал и смерть была медленной и более мучительной. Да и замолк он, словно труп, ещë стоя на своих ногах. Ребëнок чисто физически из истерического плача не способен резко замолкнуть... Неужели прикосновение всему виной? » Он остановился на месте и спрятал руки в плаще. Ветер усиливался всë более. Новая оглядки всех домов вокруг. Ничего не поменялось, всë та же незнакомая местность. Сейчас уж точно не время так на этом зацикливаться. Да и место не столь подходящее. Он продолжил идти дальше, надеясь найти хоть какое-то помещение, чтобы отогретьмюся и его вниманию предстаëт следующий магазин. Штаны и сапоги немного высохли и грязь теперь не так сильно видна. Она даже гармонично смотрелась, учитывая всю погоду. Он прошëл на порог магазина "пятëрочка" И стал рассматривать прилавки. Единственное, что ему здесь понравилось, так это отопление. Было тепло и он наконец мог отогреться здесь как следует. Он рассматривал хлебо-булочные изделия. Так бы он возможно и купил себе чего-нибудь, учитывая, что с самого утра он ничего не ел, но денег не было у него. Руки и ноги вновь постепенно приходили в чувства. «Сейчас можно пройти на остановку и дождаться автобуса, который привезëт в сторону хотя бы рядом с домом. Оттуда я уже и сам смогу дойти... » Когда части тела слегка отогрелись, он покинул это здание и пошëл на остановку. Шëл он до неë на удивление долго. Неудивительно, ведь он здесь ничего не знает. Холод снова стал копиться и остужать тело подростка, который уже и не знал, как закутаться в этот плащ. На остановке было от силы человек пять. Они явно никуда сейчас не спешили, хотя кто их разберëт. Возможно как раз спешат, но не подают вида. Да и зачем им в такой дубильник идти куда-то? Автобус даже и не думал подъезжать. Люди вокруг ощущались как какие-то побочные персонажи или массовка в той же игре. Все эти люди были одеты по погоде. Все, в отличии от него самого. Очередной несильный кашель, который вновь раздражает горло пуще прежнего. Он заболеет, он это понимал прекрасно. У него был слабый иммунитет, а одна эта прогулка ему не малым обойдëтся. Лишь воспаления лëгких не было. Хотя таблетки и уколы ему не так уж и страшны. Он смирится с этим и продолжит жить. Он продрог почти до костей. Наконец подъезжает тот автобус. "58". Он не довезëт его до дома, только до школы, да и идëт он достаточно медленно. Да и по толпе внутри можно понять, что прийдëтся стоять. Но особого выбора у него и не было. Поэтому он зашëл внутрь и схватился за поручень. Было холодно, но из-за общей толпы, которая была крайне не к месту в такую-то погоду, этот холод не так ощущался. «Поскорее бы домой... » Автобус тронулся с места и завернул ща ближайший поворот. Он обычно всегда так и ездит. Ветвисто и непонятно. Поэтому Фëдор всеми силами старается на него никогда не садиться. Меньше проблем. Но сейчас у него просто нет выбора. Люди сильно шумели, но теперь не вызывали у подростка неприязнь. Сейчас ему словно никто и не мешал спокойно находиться в своих мыслях. Он прикрывает глаза, но резко слышит что-то вроде очередного падения. Падения, как упал тот мальчик в снег. Он оглядел весь автобус, но источника этого шума не нашëл. Но вместо этого он встретился взглядом с другим человеком, стоящим не так далеко от него и примерно его же возраста.