Проснувшись, я не вспомнил твой голос

Бедный Феликс вы можете подумать. Но как думаете, Хвану легче? Нихуя! Отвечу я вам. На самом деле Хван находился в такой заднице, из которой хрен выберешься. Он считай был потерян в своей же жизни. Он не мог вспомнить Феликса своего ранее любимого Ликса и свою же жизнь на протяжении 2 лет. «Хотя… стоп! А родители? Где они? Почему не навещают сына, который лежит в больнице? Разве они не должны плакать и ждать днями и ночами. Ждать того, чтобы их сын очнулся. Разве нет?» - осенило вдруг Хёнджина. Тогда он возмущённо спросил у встревоженного Феликса. - А где чёрт возьми мои родители? Они что совсем обо мне не беспокоятся? - у Хвана было одновременно гневное и одновременно напуганное лицо. Феликс витал где-то в своих мыслях после осознания того, что Хван не помнит их отношения длинной в 2 года. Но он быстро очнулся после гневного вопроса своего ещё вроде как парня. На этот вопрос Фел не горел желанием отвечать. Но ему пришлось всё-таки рассказать, так как это Хвану нужно было знать. Хоть это и не очень приятные новости. - Твои родители… они… - Феликсу так трудно это было сказать, но собравшись с силами и пересилив себя, ведь ему совсем не хотелось причинять очередную боль Хвану, он смог. И сказал очень тихим, напуганным голосом будто бы боясь, что ему прилетит за такие слова. - …погибли. Хёнджин второй раз за день был в ахуе от новостей. Ему буквально пришлось заново пережить эту потерю. Он и в прошлый раз ели справился с помощью своего любимого. Ну а сейчас он ещё и ни черта не помнит о себе и минувших годах. - Как это…? – не успел договорить Хёнджин, как тут же услышал ответ: - Авария… – лишь одно слова но оно настолько глубоко и сильно ранило Хёнджина. Настолько что он не мог дышать. Он буквально не мог сделать ни единого вдоха, а глаза наполнились солёными слезами. Лицо покраснело и скривилось от боли в груди. Феликс же всё это видел и чувствовал, что испытывает его возлюбленный. Он даже не знал, чем помочь. Ведь раньше он мог его обнять, поцеловав пару раз и успокоить своей любовью и поддержкой. Но сейчас всё по-другому, этот парня его самый любимый парень не то, чтобы не воспринимал его как парня, он считал его за незнакомца. А незнакомец не должен себе позволять обнимать и тем более успокаивать своими поцелуями.  - Полтора года назад. – ели слышно произнёс веснушчатый парень. Очень не хотелось говорить на эту ужасную тему. Поэтому светловолосый неумело постарался перейти на другую. И после не долгого молчания спросил: - Слушай Джинни, как ты вообще себя чувствуешь? Ничего не болит? Может голова?.. Но Ликс мог не дожидаться ответа. Ведь на лице Хвана ясно читалось что сейчас он ни нечто не сможет сказать, парень полностью был погружён в свои мысли. В голове творился полный хаус. Из-за вопросов и потрясений, вызванных сегодняшним днём. Беспорядок из-за снова потерянных родителей. Не понятие как он мог быть геем. И страх перед тем, что ещё ему придётся узнать о себе и о прошедших годах. И это все свалилось ему на плечи. «Стоп, а может этот Феликс всё это выдумал? Да, точно, этот придурок всё выдумал! Но зачем ему это? Ну даже если это и так? Про то что гей понят. Что бы заполучить себе, но зачем говорить такое про родителей?..» Из мыслей, в которых Хван засел по уши. Его вытащил внезапно вернувшийся доктор Ким. - И снова здравствуйте. – он был уже не много веселее. И разговаривал более дружеским тоном. -Здравствуйте. – поздоровались оба парня. А вот они были не в таком хорошем настрои. - Что ж… флюорографию запланировали на завтра так что будьте готовы. Глядя на снимок и будем назначать вам лечение. – с лёгкостью и небольшой, обнадёживающей улыбкой сказал доктор. – Господин Ли пройдёмте. Господину Хвану нужен отдых, да и сейчас довольно поздно. - Пока Джинни. - До завтра. – недоверчиво, наверное, из-за своих мрачных мыслей сказал Хёнджин Феликс грустным взглядом проводил Джина и скрылся за дверью вмести с Сынмином. Вот наконец парень остался один на едина со своими мыслями и переживаниями. Было поздно, но парень не хотел спать так что он принялся осматривать телефон. Тем временем Феликс и почему-то Ким Сынмин шли вместе. - Что ж господин Ким… - Не надо так официально. Не люблю такое. Давай лучше на ты? - Эм… Х-хорошо. – неловко сказал Феликс. - Так что ты хотел спросить? - А да. Вы уверенный в своем предположении… ой, то есть ты уверен? – из-за своей ошибки парень неловко заулыбался - И как думаешь он сможет всё вспомнить? - Я не могу уверять точно, что это так, но судя по внешним симптомам могу сказать, что это амнезия. А да, я просил узнать, так сколько же он помнит? Тебе удалось? - Да. Он помнит все что происходило почти 2 года назад. Так он сможет вспомнить? - Ну промежуток довольно большой. Но я думаю если это легкий случай, то достаточно будет назначить правильные препараты и всё будет в порядке. - Это обнадёживает. - Ну что ж тогда до завтра. У меня смена закончилась. - До завтра господи… ой Сынмин. Они попрощались, и Феликс вышел из здания. На душе было так паршиво, успокаивало лишь одно то, что это можно излечить, просто попив нужные лекарства. Но парень всё же боялся, что всё может обернутся не в лучшею сторону, он старался из-за всех сил об этом не думать. Хотя получалось очень хренново. Об предположениях он размышлял, гуляя по вечернему Сеулу. На улице стоял прекрасный летний вечер. Он решил по дороге домой пройтись через парк. Пока шёл слышал пение птиц. Чудесный и насколько ото возможно в Сеуле чистый и освежающий ветерок, ощутив его можно было почувствовать настоящие лето, которое только что наступило. Они с Джинном собирались провести его вместе, только они в вдвоём, все план ы были обречены не сбыться, ведь его парень даже не помнил его, ни то, чтобы о планах на это лето. Феликс был подавлен. По дороге он вспомнил про кофешку в которую раньше часто посещали Джинн и Ликс. Она навевала только хорошие и тёплые воспоминания. Ведь это была «их кофешка», парень решил зайти в неё что бы отвлечься от мрачных мыслей, и ощутить старый столь согревающие и наполненные любовью. Он зашел в кафе. Здесь было теплее, чем снаружи, ведь на улице уже был поздний вечер и дул прохладный ветер. Парень подошёл к кассе, где того встретил знакомый бариста. У парня за кассой был шоколадного цвета берет и того же цвета фартук, а на золотистом бейдже было написано имя Мин Дже, он приветливо улыбался ко всем посетителям, не забывая пожелать каждому приятного аппетита или попрощается и пожелать хорошо добраться. Лицо его было чистым и добрым, а волосы темными и короткими. Мин Дже был ещё молод на вид ему лет 20. Парень, как всегда, выгляди очень счастливым и солнечным. Совершенно не было чувства что тот был измотан под конец рабочего дня. - Здравствуйте, вам как обычно? – спросил, широко улыбаясь Мин Дже, когда подошла очередь Феликса. - Да. – поскольку парни часто сюда заходили каждый успел сформировать свой постоянный заказ. У Феликса это был кусочек рисового пирога и очень сладкий кофе. Так как Ликс тот ещё любитель садкого, а также он терпеть не мог горький кофе. Парень сел за столик. Он был подавлен, но окружающая атмосфера заставила его хоть немного отпустить мрачные мысли и поверить в лучшее. В то что ещё не всё потеряна, что память вернётся и они продолжат жить той же непринуждённой и безоблачной жизнью. Ну а пока нужно было со всем смерится и пройти через это вместе.  Окончив трапезу. Парень вышел из кафе чуть менее мрачным. Может теплое помещение, которое навивало приятные воспоминания так повлияло на него так, а может приятный и добродушный парень за кассой. В любом случае парень шёл домой, а не в реку и на последний этаж многоэтажки. Подъезд дома был холодным и тёмным таким же, как и мысли парня о том, как бы уйти из этой ужасной жизни. Фел поднялся по темной лестнице на 4 этаж. Открыв дверь квартиры. Его встретили всё тот же теплые и трогательные воспоминания, запар его парня, который сейчас даже не помнит его. Когда парень переступил порог он не смог сдержать нахлынувших вновь за день слёз. Парень рыдал без остановки углубляясь всё дальше в квартиру. Не умывшись и переодевшись, лег на столь ранее любимую парнями кровать. Он прорыдал в подушку пока не уснул.