все вино беру на себя

Мотоцикл стоит на светофоре. Чонгук, ожидая зеленый, наблюдает за толпой прохожих на пешеходном переходе, и прочно держится за руль. Целый день льет дождь, свинцовые тучи не отпускают небо, как и желание сидеть напролет дома не отпускает Чона. Но пришлось выехать в участок, чтобы сдать оружие и форму, потому что Намджун уже порядком достал звонками и просьбами не откладывать это на потом. Что кстати, Гук перерыл всю свою квартиру, но форму так и не нашел, поэтому решил пока отдать только револьвер. Он уже представляет, как будет выслушивать нотации от Джуна за форму, но ему в основном уже похуй. Будет время, и Чон ее получше поищет. Все равно за это ничего не сделают – все, что Намджун мог, уже сделал – отстранил от дела. Показал свое истинное лицо. В наушниках включается самый нелюбимый трек, «The Big Bang», напоминающий ему о Киме, и Гуку неимоверно сильно хочется остановиться прямо посередине дороги, чтобы переключить, но он терпит и молча едет дальше. Риан улетел в субботу утром, а сегодня понедельник, и Чонгуку... нормально. Пока даже неплохо, не учитывая то, что он теперь без работы и без друзей, которые ясное дело догадались, благодаря кому Ким так быстро улетел, но ему все равно. Он сам не знает, с какого момента ему так на всех и все плевать, но жить стало проще. А работа — ну, ничего не исправишь, хоть времени появится больше, а то Чон едва ли не жил в полицейском участке. Жизнь ведь не заканчивается. И не такое проходил. В участке с ним здороваются все на пути к кабинету, хотя и сплетничают о его отстранении. В комнатке находится только Мэри и Джун, сидящий в телефоне. Подруга даже не смотрит в сторону Чонгука, продолжает печатать в ноутбуке, хотя нутром чует знакомый запах духов. Она обижена, и Гук ни в чем ее не осуждает, потому что если посмотреть на картину со стороны, кажется он, Чон, действительно ненормальный, раз поступил так по отношению к друзьям/коллегам. Картер, догадавшаяся, что ее лучший друг помог главному преступнику страны сбежать, была просто обескуражена. Сначала прошла первые три стадии, пропустила депрессию, резко перескочив на принятие, и теперь делает вид, что не знает Чонгука вообще. Они никогда в жизни за столько лет дружбы так не ссорились, как сейчас, хотя бывало разное, но в этом случае Гук не уверен, светит ли им еще дружба. Ему жаль, потому что она единственный, реально близкий человек, но оправдываться он не будет, ведь это даже звучит глупо. — Вот револьвер и наручники. Форму я найти не могу, сдам позже. — Это нужно сдать вместе. Или сдай все сразу, или заплати штраф за потерю формы, — Джун откладывает телефон и мельком смотрит на девушку, потом снова на бывшего коллегу. — Я перерыл всю квартиру, ее нигде нет. Пусть это полежит здесь, я одежду довезу, если найду. — Чонгук, меня это не волнует, я набор должен отнести через три дня после ухода полицейского из работы... — Сколько нужно заплатить? — перебивает Чонгук, доставая бумажник, пока тот называет приличную сумму. Оплатив, перед уходом Гук переводит внимание на Мэри, но ничего не говорит, исчезает. Джун исподтишка за ними наблюдает, пока бывший друг не покидает кабинет. Картер так и остается неподвижной стеной сидеть на месте, хотя от неприятной тяжести в груди готова сбежать с рабочего места куда-то в одиночество. Ей так больно от происходящего давно не было, она и представить не могла, что все это так закончится. До последнего надеялась, что Чонгук не успеет попасть под чужие чары и не нарушит свое обещание.

🎭

Недели проходят уныло, долго, Чонгук устал валяться на кровати, спать и ничего не делать. Когда есть работа, ты постоянно спешишь, погружен в дела с головой и не замечаешь, как быстро идет время, а сейчас ему кажется будто он застрял, а часы остановились, хотя сам решил отдохнуть от всего. Мэри не пишет, не звонит, как и все остальные. Впервые одиночество можно пощупать. Утром Чонгук просыпается, валяется в кровати, смотря шоу в ютубе, старается поддерживать порядок в квартирке и даже не ленится стирать одежду, а когда наступает вечер, едет проветриваться на улицу, потому что мысли сводят с ума. Он не знает, что ему делать дальше, а пока тупо тратит деньги на еду, покупку нового телефона, симки и пачки сигарет. Алкоголя не хочется. В пятницу, в конце второй недели, когда отшельник-Чон-Чонгук едет в бар, чтобы развеяться, настроение впервые немного поднимается. А вот деньги заканчиваются, это знатно ощущается, поэтому он заказывает себе дешевый коньяк. С понедельника третьей недели он ищет себе работу, но ему не подходит ничего. Это самый неразумный поступок — снова идти в бар на почти последние деньги, но когда Чонгук осознает, в какой жопе оказался, то сдается, и это уже не важно. Но он не напивается, берет себя в руки, думает, как крутиться дальше. Через два дня ему приходится продать свой мотоцикл. И хоть он так его любит, Чонгук не расстраивается, потому что рано или поздно все равно пришлось бы это сделать. Хочется хороший автомобиль. Сумма в кармане появляется довольно хорошая, потому что мотоцикл не дешевый, и его вроде пока отпускает. Продажа байка состоялась почти в центре города, поэтому возвращаться домой Чонгуку пришлось на автобусе. Подходя к дому, он застывает, видя у подъезда Бэм-Бэма, шныряющегося туда-сюда с опущенной головой. Первая мысль приходит, что что-то случилось, и он напрягается, но делает вид, что безразлично. — Боже, ну наконец-то! Привет! — вскрикивает тот, идя навстречу. — Вы, наверное, моего имени не помните – я Бэм-Бэм. Я караулю вас уже пятый день, но все никак не могу застать дома, а на звонки вы не отвечаете... — Что-то случилось? — открывая подъезд, Чон надеется, что с Рианом все в порядке. Но если в порядке, то какого черта тут делает этот Бэм? Он проходит к лифту, а тот идет за ним, выглядя встревоженным. — Случилось. Мне нужен ваш номер телефона. Дело в том, что вы не появляетесь на работе уже неделю, а мы так не договаривались... Я могу проследить за казино пару дней, конечно, но... — Ты вообще о чем? — открыв замок на дверях в свою квартиру, бурчит, переводя внимание на парня. — Ты слишком быстро говоришь, давай по медленнее и сначала. — А Риан вам ничего не говорил? — хмурится Бэм, мельком оглянув тесный коридорчик дома, затем лезет в чемоданчик, который Гук только сейчас замечает, и достает бумаги. — Вот, ваша подпись на соглашении о покупке LunaRossa, дата стоит еще две недели назад... — Так стоп. Что за бред ты несешь? Какая дата, какая подпись, какая покупка? Я ничего не понимаю, — заметно раздражаясь, складывает руки на груди, буравя его взглядом. — Я ничего не подписывал! — говорит, но отбирает бумаги, чтобы взглянуть. — Ах да, вот, Риан сказал вместе с этой папкой передать и это письмо, — снова копаясь в чемоданчике, достает листок Бэм, и защелкивает кнопку назад. — Я не знаю, как вы решали дела с Ким Рианом, я в такое не лезу, но будьте добры, возвращайтесь в казино, иначе еще месяц и оно развалится без владельца. Спасибо. Номерами телефона обменяемся в следующий раз! До встречи, — как только тот дергается в сторону к двери, Чонгук останавливает его. — Это какое-то недоразумение... Постой! Я ничего не подписывал, серьезно! Или вы снова решили меня с твоим неадекватным хозяином развести? — Ознакомьтесь с бумагами, господин Чон. Я тоже не до конца понимаю, что происходит, но выполняю свою работу. Жду и вас на своем рабочем месте, — добавляет, и быстро уходит, хлопнув дверью. Чонгук стоит посреди коридорчика и еще больше ничего не понимает. Очередная выходка Риана? Но где его смех и обычное «расслабься, я шучу»? Для начала Гук выдыхает, хватает бумаги и идет в кухню. Выпив половину маленькой колы, он разворачивает папку и последним добирается до листа. Внутри так волнительно от понимания, что Риан не поленился и написал что-то, хотя это так странно, ведь можно было просто прийти и нормально сказать... но нет, Ким простых путей не ищет. «Помнишь, я говорил, что у меня конкурс? Ты лучше всех трахаешься, а значит, вот тебе твой приз, *здесь должен быть ухмыляющийся эмодзи от меня, представь, как это заводит*. Можешь делать с ним, что хочешь. Можешь взять все дела казино на себя, или можешь продать, если оно ненужно, решать только тебе, amigo. Ах и да, будь паинькой. Прощай». Чонгук поджимает губы, чтобы не усмехнуться, и устало вздыхает. Он снова отпивает колу, подбирая ногу под себя, сидя на стульчике перед столом, и чувствует, как чего-то не хватает. Кого-то. Ким даже умудрился подделать подпись, она на бумаге выглядит так по-настоящему, будто сам Чонгук подписывал соглашение. Если подумать разумно, это прекрасная возможность продать LunaRossa и реально заработать, а в деньгах сейчас он уж очень нуждается. Безумие! Это просто безумие. Хотя, что следовало ожидать от не менее безумного, но такого незабываемого Риана? А может, все не так плохо, просто нужно с другого ракурса посмотреть на ситуацию.