Не играй со мной

Любое чувство, не имеющее взаимности, разрушается под воздействием собственного разума и сгорает дотла. Мёртвым грузом оседает где-то в лёгких и сдавливает их каждый раз, когда он видит её, видит их. Когда-то любимое «Анастасия Андреевна» встаёт поперёк горла, оставляя после себя только горький привкус, как от сгоревшего сахара. Тягучий, липкий, неприятный. Хочется выплюнуть ей в лицо её собственное имя, избавляя себя от всего, что навалилось. Выплюнуть и растоптать, открывая сердце и душу кому-то новому. Ему хочется, наконец, начать дышать полной грудью. Просто. Легче. Дышать. Он видит их в воскресенье, оставляя этот кадр в фотоаппарате. Илья приезжает к ней днём, и чуть позже они садятся в машину вместе. Андрей впервые за долгое время жалеет, что не швырнул в стекло автомобиля тяжёлый булыжник. Андрей отправляет их фото Арафаткиной, отдавая частичку своей боли и ненависти чужому человеку. Слишком тяжело выносить это в одиночку. И пускай Катя не знала, кто автор письма, Андрею приятно было осознавать, что не одному ему будет плохо.

***

Понедельник обещал быть плохим днём — в расписании первым уроком стоял английский язык. Андрей хотел опоздать, но решил не навлекать на себя лишнюю беду и просто сел в одиночестве за последнюю парту. Он уткнулся в пустой лист, не подняв голову даже тогда, когда Анастасия зашла в кабинет и весь класс встал с места в качестве приветствия. Он не поднял взгляд, когда учительница объявила новую тему. Он не посмотрел на неё, когда она обратилась к ребятам, задавая вопросы по теме. Его пальцы сжимали ручку и выводили на пустом листе непонятные узоры. Андрей старался делать всё, лишь бы не слышать её. Однако голос Анастасии, словно белый шум, заглушал все посторонние мысли. Он проникал в мозг, в каждое нервное окончание, и заполнял всё пространство в голове. Именно он звучал в мыслях Андрея. Только её голос и ничего больше. Пальцы, выводившие узоры, начали писать слова: «Шрамы на сердце — твоих рук дело Твоих нежных, красивых рук. Я люблю каждый сантиметр этих рубцов, всецело И каждый нервный сердечный стук. Если в мыслях страдания — они о тебе О тебе и эти страницы. Я бы сгорел от одного поцелуя по воле судьбе Лишь бы, как феникс, к тебе возвратиться И если моя жизнь — это свет от потухших огней Я готов им тебя согревать Жаль, что я для тебя не больше, чем просто Андрей И не меня ты хочешь встречать». Андрей перевернул страницу. Пелена спала с глаз, он осмотрелся вокруг и понял, что будто выпал из реальности на некоторое время. Осознав, что выписанные на бумагу эмоции улеглись, он слабо улыбнулся. Ему стало чуточку легче, и он смог поднять взгляд на Анастасию. Одноклассники подходили к учительнице и несли ей свои тетради. Андрей перехватил Лизу за руку, заставив её остановиться, и спросил: — Зачем мы сдаём тетради? — Так домашку сдаём же. Андрей сглотнул и отпустил чужую руку. Его домашняя работа была написана на том же листе, что и стихотворение, только на другой стороне. Чёрт. Плевать. Он молча протянул свою тетрадь учительнице и вышел из кабинета. День только начинался, а Андрей уже хотел стереть его из памяти.

***

Он сделал глубокую затяжку, выпуская дым в открытое окно. В комнату пробрался уральский мороз, и Андрей слегка вздрогнул, когда ветер коснулся голых рук. Он ещё раз затянулся сигаретой, на этот раз глубоко и жадно, когда увидел, что Анастасия Андреевна зашла к нему в подъезд. Андрей опередил звонок, открыв дверь сразу, как к ней подошла учительница. Она замерла на месте, когда парень облокотился о стену и выпустил сигаретный дым прямо в подъезд. — Проходите, — сказал он и повернулся к девушке спиной, возвращаясь в свою спальню. — Куришь прямо в комнате? — заходя, спросила Анастасия. — А мама что на это говорит? — Она ко мне почти не заходит, — ровным голосом ответил парень, стараясь держать эмоции под контролем. Они сели за стол. Андрей схватил пачку с ментоловой жевательной резинкой, кинув одну штуку себе в рот. Учительница разложила на столе тетради и учебники, но совсем не торопилась их открывать. Вместо этого она нервно теребила прядь волос и не решалась посмотреть на парня. Андрей впервые видел её такой…смущённой. — По поводу выходных, — начала она, так и не поднимая взгляда. — Мне так жаль, что я потревожила тебя, прости меня. Ученики не должны видеть своих учителей в таком состоянии, мне ужасно стыдно. — Анастасия Андреевна… — Просто я хотела отдохнуть, но переборщила. У меня это редко происходит… — Анастасия Андреевна, — твёрдо сказал парень, останавливая учительницу. — Я понимаю. И не осуждаю. И никому не скажу. — Спасибо. — Она тепло улыбнулась и посмотрела на парня. — И ещё раз прости. А теперь давай разберём твою домашку? Андрей кивнул. Он ощущал волнение и сжал зубами колпачок от ручки, когда Анастасия читала его домашнюю работу. К его счастью, учительница не стала долго на ней задерживаться и вскоре вернула тетрадь Андрею. Он пообещал себе, что сегодня вечером вырвет этот листок к чертям. Час прошёл незаметно, и парень с лёгкой грустью смотрел на то, как собирала вещи Анастасия. Он остался сидеть, когда она встала с места, и посмотрел на неё снизу вверх. Анастасия, закусив губу, проговорила: — Мне кажется, я должна тебе кое-что вернуть. Девушка наклонилась, останавливаясь у лица Андрея, и приблизилась прямо к его уху, чтобы тихо прошептать: — За субботу. — Она провела кончиком носа по его щеке и оставила на ней лёгкий, почти невесомый поцелуй. Андрей резко встал с места, поравнявшись с ней, и с удивлением отметил, насколько он был выше её. Раньше он никогда этого не замечал. Теперь он смотрел на неё сверху вниз, и взгляд её глаз что-то сделал с ним. Будто нащупал то, что придало ему уверенности, и нажал на эту кнопку. Он обхватил её лицо ладонями и прижался к её лбу, боясь сказать хоть слово. Боясь, что она ускользнёт от него, если он прервёт молчание. — И за твой стих, — так же тихо проговорила Анастасия и поцеловала его уже в другую щёку. Она положила свои ладони на его, чтобы отодвинуть их от своего лица, и пошла к выходу. Остановившись в дверном проёме, она оглянулась назад. — И об этом тоже, пожалуйста, никому не говори, — и тише дополнила: — И особенно мне. Она ушла, оставив Андрея одного. Он потёр переносицу и устало рухнул на кровать. Закурив, он выпускал кольца сигаретного дыма в потолок. Утром он ошибался. Сегодня был прекрасный понедельник.