Увидеть истину

Люциус Малфой шествовал по Главному холлу Хогвартса к лестнице, ведущей к кабинету директора. Холодая красота, ледяное высокомерие, роскошное, безупречно элегантное одеяние, гордая осанка. Рядом с этим человеком становилось не по себе. Но Гарри поймал себя на мысли, что Люциус вызывает желание. «Совсем очумел от недотраха». Однако нельзя было не признать, что Люциус очень привлекателен. «Интересно, каково это — заставить его извиваться и стонать от страсти, умолять взять его. Сверху он тоже смотрелся бы неплохо, но настолько довериться этому засранцу нельзя. А жаль. Хотя мне-то какое до этого дело?» Драко просиял и шагнул к отцу. — Доброе утро! Люциус, даже не глянув на сына, отстранил его небрежным движением трости. — Вам было приказано не беспокоить меня до особого распоряжения. Драко мертвенно побледнел. Испуганно ахнула Гермиона. Люциус прошествовал дальше. — Что, Малфой, — ядовито сказал Терренс, семикурсник со Слизерина, — папаше ты надоел? Рон Уизли двинул ему кулаком в рожу. Теренс ударил в ответ. Началась драка. — Прекратить! — велел Снейп. Драчунов растащили. Снейп глянул на них с брезгливостью, снял пять баллов со Слизерина, назначил отработки на кухне и, эффектно взмахнув полами мантии, быстрым шагом ушёл в класс зельеварения. Рон и Теренс прожигали друг друга ненавидящими взглядами. Драко потянул Рона в сторону. — Не обращай внимания на придурков. Рон злобно оскалился. Драко пожал ему плечо. — Всё наладится, Рон. И у меня, и у тебя. Рон криво усмехнулся: — У тебя-то да, а вот у меня... Ладно, пошли на урок, скоро гонг будет. На древних рунах они сели вместе, вдвоём делали чертёж большого пентакля. Гермиона смотрела на них с удивлением. Драко едва заметно улыбнулся ей и незаметно передал записку. «Всё в силе. Сегодня», — прочитала Гермиона и кивнула. А Гарри на уроке не было. «С чего это он решил прогулять? Куда опять полез?» — Разрешите выйти? — сказала Гермиона и вылетела из класса. Теперь осталось найти этого засранца Поттера. ............. ............. Гарри, кипя от гнева, ждал Люциуса в нише у кабинета Дамблдора. Говорили директор и Малфой долго, минут двадцать, и Гарри успел буквально раскалиться от злости. Наконец Малфой вышел из кабинета. По холодной надменной морде фиг что поймёшь о состоявшемся разговоре, но Гарри он и не интересовал. У него был собственный разговор к Люциусу. — Мистер Малфой! — заступил ему дорогу Гарри. — Уйдите, Поттер. — Вы ведёте себя с Драко как скотина! Ноздри Люциуса гневно дрогнули. — Это не ваше дело, Поттер. Пойдите прочь. — Моё, Малфой. Драко — ваш сын, и обращаться с ним, как с куском дерьма, вы не имеете права. — Это вы не имеете права лезть в дела моей семьи. Люциус хотел тростью отстранить Гарри, но та вдруг оказалась у него в руках. — Магия ещё не всё, Малфой, — сказал он и перехватил трость как для маггловской драки. — Прекращайте, Поттер. — Сначала ты, говнюк, меня выслушаешь. Люциус презрительно покривил губы, сделал небрежное движение пальцами, и трость вырвалась из рук Гарри, вернулась к хозяину. — Остыньте, Поттер. И вернитесь к своим занятиям. Люциус собрался пройти мимо него к лестнице, но Гарри рванул его за плечо и оттолкнул к стене. — Стоять, Малфой. Мне плевать, с какого перепуга ты решил, будто Драко не твой сын. Но даже если это действительно так, то ты оставил его в родовом свитке ради продолжения фамилии, а значит и обращаться с ним будешь соответственно! Люциус выхватил палочку, но Гарри выбил её ногой прежде, чем волшебник успел произнести заклинание. — Дракон тебя сожри, Малфой! Ты растил его шестнадцать лет! Неужели этого недостаточно, чтобы полюбить Драко ради него самого? Ты вообще человек, Малфой?! — Что ты несёшь, Поттер?! — Гнусная тварь! Если Нарцисса наставила тебе рога, то с ней и разбирайся, а издеваться над Драко не смей. Люциус движением пальцев притянул палочку. — Верминкулюс! — заклинание должно было превратить обнаглевшего юнца в червя часика на три, но Гарри ушёл от удара перекатом и бросил в Люциуса Экспелиармус, надеясь его обезоружить. Люциус успел прикрыться Щитом Морганы, но почувствовал сильнейшую растерянность — мальчишка пользовался техникой боя маггловского спецназа. А это делало его очень опасным. С обычным шестикурсником, который ещё не владеет большинством высших заклинаний, справится легко. Со спецназовцем, который не знает, чего ждать от волшебника, тоже особых хлопот не будет. Но когда соединяются навыки рукопашного боя и информированность, противник становиться невероятно трудным. Гарри бросил парализующее заклятие, кувырком ушёл в сторону и бросил второе. Первое Люциус отбил контрзаклинанием, от второго прикрылся Щитом. Метнул в ответ болевое и парализующее заклятия. Гарри опять уклонился, метнул аналогичные заклинания в ответ — слабенькие, школярские, но меткость была невероятной. Если бы не Щит, чёртов мальчика попал бы Люциусу в печень и в глаза. «Ему ставили руку в маггловском тире?!» — мелькнула у Люциуса растерянная мысль. Но по-другому такую меткость и стиль стрельбы приобрести никак невозможно. И в этот раз Гарри увернулся от атаки, которую не мог отбить. Рухнул на пол и выстрелил заклинанием из положения лёжа. Угол атаки был необычный, невозможный для магических дуэлей, и Люциус пропустил удар. Ответный выстрел ушёл в пустоту, Гарри откатился в сторону сразу же после атаки и выстрелил снова. На этот раз целой серией заклинаний, которые вдребезги разнесли Щит. Люциус чудом успел нырнуть в нишу. Теперь можно перевести дух и подумать. «Поттер использует палочку как маггловский пистолет. И сражается как маггл. Я к такому не готов». Люциус осторожно высунулся из ниши и тут же метнулся обратно, чудом успев отбить парализующее. «Перезарядка! — сообразил Люциус. — Магглы всегда перезаряжают пистолеты. И в этот момент они беззащитны». Если верить маггловскому телесериалу о трёх бывших офицерах морского спецназа, которые после отставки открыли охранно-детективное агентство, то для замены обоймы требовалось несколько секунд — при условии, что была запасная. К просмотру этого и ещё двух сериалов пристрастилась Нарцисса. Люциуса внезапная блажь жены раздражала, то теперь оказалась полезной. «Если Поттер настроил палочку работать как пистолет, то магия в ней скоро иссякнет, и тогда он либо заправит её заново специальным талисманом, либо начнёт тратить собственные силы, как и всё волшебники. Второе вероятнее, потому что для обычной школьной жизни нет необходимости таскать с собой зарядник. А собственные силы у него не так велики, чтобы стрелять дольше пяти-шести заклинаний». Люциус сотворил свой образ, который выглядывал вместо него из ниши и уворачивался от выстрелов. Не всегда успешно, но для образа это не имело значения, а Поттер тратил заряды. Стрелял он короткими очередями россыпью, мальчишка не без оснований надеялся, что противника зацепит не прямым выстрелом, так рикошетом или осколком заклинания. Образ уже напоминал решето, того и гляди, развалится. Как и следовало ожидать, палочка вскоре иссякла, и Поттер стал стрелять одиночными заклинаниями, основанными на его собственной силе. Люциус начал считать атаки. «Один выстрел. Второй. Третий». Поттер явно сообразил, что его провели и сменил тактику. Теперь он короткими перебежками и перекатами стал подбираться к Люциусу. Попасть в вёрткого мальчишку было невероятно трудно — тот, кто придумал такой способ передвижения, знал, что делал. «Он хочет рукопашную. Если правдива хотя бы половина того, что показывают в Нарциссином фильме, в контактном бою у меня нет против него шансов. Но в магическом сражении на расстоянии он против меня ничто». Люциус спровоцировал Поттера на четвёртый выстрел. Оставалось ещё максимум два. «Почему не вмешивается Дамблдор? Шум от драки должен быть преизрядный» Вывод мог быть только один — Поттер поставил заглушку. «Зачем? Хотел сохранить наш разговор в тайне? Собирался меня шантажировать?» Люциус прикрылся новым Щитом и перебежал в другую нишу, ближе к лестнице. Поттер разбил щит, но заклинание выпило слишком много сил, и мальчишка рухнул на колени, стал задыхаться. Люциус довольно усмехнулся. Он победил. А потому Поттер побудет червяком не три часа, а месяц. Люциус вышел из ниши и взмахнул палочкой. — Верминкулюс Лонгус! — Сектумсемпра! — отбил Гарри. Летучих самонаводящихся клинков у него получилось всего лишь пять — всё же силы у мальчишки заканчивались. Три уничтожили заклинание, четвёртый вонзился стену, а пятый зацепил руку Люциуса немного выше локтя. Он метнулся обратно в нишу. Рана сильно кровоточила, но повреждения лишь поверхностное. — Вулнера санентур, — залечил рану Люциус. Ситуация оказалась хуже, чем предполагалось. Поттер знал очень опасные боевые заклинания. А в сочетании с его умениями это делало мальчишку невероятно трудным противником. «Я жив только потому, что он не хотел и не хочет меня убивать. Я нужен ему для разговора и шантажа. Но с этим разберёмся позже, а сейчас надо стереть ему память о стычке и покинуть это место. Если повезёт, то Поттер забудет и о том, чем хотел меня шантажировать. Если нет — я всё равно выиграю достаточно времени, чтобы подготовиться и быть во всеоружии». Люциус осторожно выглянул. Поттер лежал без сознания. Но доверять этому не следовало, Поттер только что доказал, что прекрасно умеет притворяться. — Обливейт Максимус! — метнул заклинание Люциус. Поттер хотел отбиться Редукто, но из-за усталости невнятно произнёс заклинание, да и рука с палочкой дрогнула, так что вместо полноценного контрудара получилась лишь безобидная белая вспышка. Поттер поспешно кинул Экспелиармус, но и тот вышел искажённым и слабым, не заклинание, а какая-то непонятная невнятица. Однако, соединившись со сверхмощным Обливейтом, Поттеровские поделки превратились в шаровую молнию размером с шар-вышибалу. Молния зависла под потолком и стала покачиваться, выбирая цель. Люциус лёгким, почти неощутимым магическим касанием направил её к Поттеру. Но чёртов полукровка сделал то, что ни одному нормальному магу никогда бы и в голову не пришло — подскочил в прыжке чуть ли ни на целый ярд и ударом ноги с разворота отправил молнию прочь. Она ударилась о колонну, срикошетила к своду арки, а оттуда прямиком к Люциусу. Отбить её волшебник не успел. На его счастье, магии в молнии не было никакой, как и электричества. Она просто вспыхнула, обдав Люциуса несильным жаром, и исчезла. Поттер шевельнулся, пытаясь встать, но сил не хватало. Дожидаться, пока он восстановится, Люциус не стал. Вихрем пронёсся по коридору и лестнице, остановился только в ухода в Главный холл. Взмахом палочки привёл себя в порядок, неспешно и величественно прошествовал через холл и двор к воротам Хогвартса. ...Гарри кое-как встал на ноги. От магического истощения шатало, палочка была пуста. «Если бы ни тренировки Джона, я бы не выжил». Гад Малфой сбежал. Гарри криво усмехнулся: — Хоть я и не сумел вправить твоему отцу мозги, Драко, но хоть какой-то трофей со всего этого поимел. Он подошёл к нише, где укрывался Люциус, и носовым платком тщательно вытер капли крови, стараясь не прикасаться к ним и пятнам на платке руками, чтобы не оставить там собственный биоматериал. «Хорошо, что в пику грязнуле-кузену я приучил себя носить с собой не один платок, а два-три». Гарри помахал платком, чтобы быстрее засохла кровь, и завернул его во второй. Теперь можно отнести трофей в комнату Роджерса, не боясь испортить биоматериал. ...Молниус напоил Гарри восстанавливающей микстурой, пеняя на безрассудство и неосмотрительность. — Всё же обошлось,— беспечно отмахнулся Гарри. Молниус только головой покачал. Гарри задумчиво смотрел на контейнеры. Биоматериала набралось даже больше, чем надо. «А сделаю-ка я полную проверку. И то, что Люциус сын Малфоев, и то, что Драко сын Люциуса, и то, что он внук Малфоев. Даже то, что он сын Нарциссы. Пусть эта длинноволосая сволочь знает!» Гарри заполнил заявку, сложил контейнеры в коробку из-под кроссовок и туда же положил наличность и заявку. Переоделся в маггловское и аппартировал в Глазго. Молниус забрал школьную одежду, чтобы привести её в порядок. ............. ............. — Драко, — строго сказала Гермиона, — не пялься так по сторонам. Внимание привлекаешь. — Смотри! — заорал Драко. — Там животные! Он подбежал к установке, внутри которой было раскидистый тропический куст, у подножия и в ветвях которого шныряли шустрые пёстрые ящерицы. В другой установке, величиной с небольшую комнату, порхали пёстрые маленькие птички и цвело целое дерево с крупными яркими цветами. — Драко, магглы не орут на весь магазин при виде самого обычного товара. Она взяла его за руку и потянула в другой конец торгового павильона. — Вот то, что нам надо. Драко посмотрел на стеклянную загородку длиной около полутора ярдов, шириной примерно два фута, и высотой три с половиной ярда. Внутри была декоративная решётка с вьющимися розами белого, красного и жёлтого цветов. — Тут написано, — сказала Гермиона, — что цветы можно взять вместе с установкой. — Это было бы лучше всего. Уже готовые цветки, не надо ждать, пока расцветут. — Лишь бы Рон не испортил их плохим уходом, — нахмурилась Гермиона. — На столько-то его мозгов хватит. Меня больше волнует, сможет ли он собрать установку. — Как раз с этим он справится. В Норе Рон привык чинить то одно, то другое. А в паспорте к установке должна быть подробная инструкция по монтажу. Гермиона ещё раз оглядела установку и цветы. — Думаю, розы несложно будет снять с этой решётки, а в Слизерине привязать к вашей. Другое дело, как всё это переправить в Хогвартс... Нам нужен склад, гараж или квартира, в которую служба доставки магазина привезёт покупки. Там я переложу их в безразмерную шкатулку. Но несовершеннолетним не сдадут помещение и не продадут такой дорогой товар. Я, конечно, сменю нам внешность, однако арендовать помещение, да ещё за один день, не так просто. Может быть, взять напрокат фургон и сказать, что мы сами всё отвезём в наш коттедж в горах? Нет, не получится. Я машину водить не умею. Драко проговорил задумчиво: — Снимать помещение и менять внешность не обязательно. Мы можем слегка зачаровать хозяина любой мелкой лавки, чтобы он сделал и принял покупку. — Нет, — возмутилась Гермиона, — нельзя воздействовать на магглов! Магия для них вредна. Драко такими пустяками, как благополучие магглов, не заморачивался, но спорить со своей принцессой не решился. — Ну... Можно отвлечь чем-нибудь их внимание, а самим сделать вид, что это наша лавка, и принять покупку. — Это лучше, — кивнула Гермиона. — Позвоню и скажу, что надо срочно принести в санэпиднадзор или в пожарную охрану разрешение на работу. Из-за аварии на сервере пропала часть документов, и хозяйка магазина должна принести выданное ей разрешение, чтобы восстановить его дату и номер. — Ничего не понял, но если ты говоришь, что так лучше... — Всё пройдёт как по маслу. Только нужен очень маленький магазин, где хозяин — это и продавец, и уборщик. Драко посмотрел на Гермиону с сомнением. — Хозяин оставит сторожевые чары! Или эту... как её... сигнализацию. — Её несложно отключить. В таких маленьких заведениях она самая дешёвая и примитивная. — Но где ты такому научилась? — поразился Драко. — В прошлом году делала охранную систему для магазина Уизли. Учитывая, что криминальная обстановка ухудшилась, следовало установить что-то очень надёжное. Поэтому я как следует изучила системы охраны как волшебные, так и маггловские. А изучать вопросы охраны, не изучив способы взлома, невозможно. — Понятно. Тогда пошли искать подходящую лавочку. — Нам нужен спальный район. Желательно новостройки. Дай свой мобильник. Гермиона стала искать в интернете информацию и застройках в Глазго. — К счастью, в Соединённом Королевстве новые спальные районы могут быть и в центре города. Сносят старые склады, супермаркеты и фабрики, а на их месте возводят многоквартирные дома и торгово-развлекательные центры. А там, где всё это, обязательно будут крошечные кафешки с уникальными рецептами. Как правило, там работает только сам хозяин — он и повар, и официант, и уборщик. То же самое касается цветочных киосков и антикварно-сувенирных лавок. О, то, что надо. Арт-салон в двух кварталах отсюда. Судя по размерам и оформлению заведения, из сотрудников там только владелец. Сейчас найду его имя и телефон. Есть. Теперь скопировать это в блокнот и можно будет позвонить. — Гермиона посмотрела на Драко. — Ты хоть запомнил, что я делала? — Не совсем, — смутился Драко. — Ничего, научишься. — Гермиона прикусила губу, немного поколебалась и спросила: — Ты уверен, что хочешь сам всё оплатить? Я могу попросить Гарри. — Это мой факультет, Гермиона. Сделать для него что-то полезное — для меня вопрос чести. — Но Рон не будет занимать у тебя деньги! Гарри — другое дело. — Заём будет недолгим. Как только Снейп убедиться, что всё действительно сработало, он вернёт мне деньги из казны факультета. Надо только чеки сохранить. — И всё равно это будет сложно, — качнула головой Гермиона. — Ну ещё бы — Уизелу придётся поднапрячь извилины и сообразить, что без этого его вышвырнут из Хогвартса. — Ничего, — поцедила Гермиона. — Я ему мозги вправлю. — Тогда пошли проверим арт-салон и вернёмся сюда за покупками. — Хорошо. По дороге Драко с интересом смотрел на маггловский мир, то и дело задавал вопросы. Гермиона отвечала, поясняла. Оба слишком увлеклись беседой, чтобы замечать других прохожих, а потому вопрос Гарри «И что вы здесь делаете?» прозвучал для них как гром среди ясного неба. — Мы... — Гермиона пыталась овладеть собой, — помогаем Рону не вылететь из Хогвартса. — И средство для этого ищете в Глазго? Вдвоём? — Ты же куда-то смылся! — огрызнулась Гермиона. — И на Рона тебе наплевать. Кстати, а что ты сам здесь делаешь? — На Рона мне не плевать, и потому я нашёл способ сделать так, чтобы он не мог больше сбегать от разговора с нами. А в остальном у него всё хорошо. С чего ты взяла, что его выгонят из Хогвартса? — Есть основания, — сказал Драко. — Тогда пошли поговорим подробнее, — кивнул Гарри на ближайшее кафе. — Нам нужно многое обсудить. ............. ............. Блэк с ненавистью смотрел на Рона Уизли. Рыжий мерзавец добился допуска в лабораторию и теперь помогал Снейпу. «И ведь получается у него». Ничего серьёзного Снейп ему не поручал, но с доверенными мелочами Рон справлялся гораздо лучше Блэка. А это означало, что Снейп в скором времени выставит Блэка на улицу. «Нет, Северус не может выкинуть кого-то на верную смерть! — заверил себя Блэк. И тут же вздохнул печально: — Но он легко найдёт для меня другое убежище». Остаться с Северусом можно, только если он сам этого захочет. А чем вызвать это желание, Блэк понятия не имел. «Вот потому и сижу в кладовой как идиот». Северус склонился над жаровней и отсветы пламени подчеркнули очертания скул, мягкость волос, глубину глаз. Блэк сглотнул. А когда Северус стал раскладывать на решётке над жаровней какие-то плоды, чтобы их засушить, у Блэка стояк образовался такой, что хоть стену пробивай. Пришлось срочно заниматься самоудовлетворением. «Да что же это за напасть такая! — тоскливо подвывал Блэк. — Днём дрочка как у прыщавого малолетки, а по ночам мокрые сны как у него же». Если днём Северус просто заставлял изнывать от желания, то по ночам он вытворял такое, что Блэк едва с ума не сходил. Упругая поджарая задница Северуса, которую он, развратно повиливая бёдрами, подставлял Блэку. Сухощавая мускулистая спина, которую можно было целовать и гладить столько, сколько захочешь. (Блэк, надрачивая член, проклял ту минуту, когда подглядел за Снейпом в душе. И тут же стал мечтать о том, как сделает это ещё раз). Закончив ублажать посредством Блэка свой зад, Северус сам брал любовника. Когда Блэку впервые приснилось, что он оказался в пассивной роли, это шокировало и возмутило. Но подсознание оказалось упрямым, раз за разом подкидывая одну и ту же картинку. После четвёртого сновидения Блэк сдался, а к дрочке кроме ладоней добавился и фарфоровый пестик. Напряжение это снимало, но на чисто физиологическом уровне. Никакого сравнения с обжигающе-сладкими молниями, которые пронзали тело даже при самом мимолётном прикосновении любимого. Одно воспоминание об этом заставило кончить. Блэк вытер следы своей деятельности и, рыча от злости, сел в углу. Стерва-судьба знатно над ним поиздевалась. «Если это кара небес за мародёрское прошлое, то я предпочёл бы проказу...» Но увы — никому не дано выбирать себе судьбу. «Каждый сам творит себе судьбу», — возразил в памяти голос Лили Эванс. — То-то ты и сотворила! — огрызнулся Блэк. «Мой сын был обречён погибнуть. А он живёт. Судьба изменилась». — Только жизнь дерьмовая. «Я мертва. Гарри жив. Теперь он сам сделает себе ту судьбу, которую захочет». Блэк злобно выругался. К сожалению, нельзя не признать, что у поганца это получалось. Пусть и не всегда, пусть и с помощью друзей, но получалось. От Джеймса в Гарри была только внешность, а внутренняя сущность, душа полностью достались от Лили. «Чтоб ей...» Но как ни крути, а дохлая рыжая дрянь права. Хочешь счастья — добивайся его. Блэк вылез из угла и осторожно заглянул в лабораторию. Рон, прикасаясь плечом к плечу Северуса, смотрел в котёл, в котором кипело какое-то варево. Северус зачерпнул зелье и налил в пробирку, глянул на неё на свет. Зелье сверкало и искрилось. — Смотрите внимательно, Уизли. Так должен выглядеть настоящий секьюритет. — Но ведь секьюритет — это охранный камень, профессор. А здесь жидкость. — Через неделю она загустеет, на четырнадцатый день окаменеет. Теперь надо как можно аккуратнее разлить его по формам. Рон принёс формочки, Северус стал разливать зелье. — Позвольте мне, профессор. Я буду очень аккуратен! Северус оценивающе глянул на него и кивнул. Рон стал разливать зелье. Получалось у него превосходно. — Мама часто делала фигурное желе, — сказал он. — Я разливал его по формам. Рон опустил голову, отвернулся. Северус поколебался и пожал Рону плечо. — Нужно время. Ваши родители привыкнут, и снова примут вас. Рон с надеждой посмотрел на Снейпа. Тот улыбнулся. — Всё наладится. Рон улыбнулся в ответ. Снейп слегка подтолкнул его к формам. — Надо закончить с зельем. Они разливали его по формам, ставили их на полки. Работали слаженно, гармонично. Блэк прожёг Рона злобным взглядом. Мальчишка за полчаса добился больше, чем Блэк за полторы недели. «Шею свернуть мерзавцу!» Но это невозможно... Хотя... То, чего не может сделать Блэк, сделают Уизли. Молли будет в ярости, что сын по собственной охоте перешёл на Слизерин. Чтобы защитить семью от позора, она заберёт Рона из школы и отправит куда-нибудь подальше от Магической Британии, в глубины Востока или Нового Света. Рыжий гадёныш никогда оттуда не выберется. А Северус останется только с Блэком. Надо всего лишь дождаться ночи и пробраться в школьную совятню. ............. ............. Гарри лежал в кровати, тщетно пытаясь заснуть. Но от усталости это никак не получалось. ...Разговор с Гермионой и Драко оказался весьма плодотворным. Гарри согласился как с их стратегией помощи Рону, так и с тем, что Драко ухаживает за Гермионой. Та немного смутилась, но, получив поддержку Гарри, стала смотреть на Драко благосклоннее, хотя и по-прежнему держала на расстоянии. — Рон легко соберёт установку, — сказал Гарри. — Но вот генератор ему будет не по силам. Я сам его подключу. — А ты умеешь? — поразился Драко. — Дурсли часто ездят на пикники, а тётя Петуния любит комфорт. Так что генератор они берут с собой. Обслуживал его, понятное дело, я. На мне же была починка розеток, освещения в доме и во дворе. Так что я неплохой электрик. — Но как ты пройдёшь в Слизерин? — сказал Драко. — Точнее, пройти сможешь, а как будешь работать? Все же заметят. — Я сварю нам оборотное, — ответила Гермиона. — Мы будем выглядеть как Рон. Гарри кивнул. — Тогда надо зайти в Лютный переулок, купить ингредиенты, чтобы не красть их у Снейпа. С деньгами проблем нет, а вот с самой покупкой... Нас же там заметят и донесут в школу. Драко немного подумал. — Можно воспользоваться чёрным ходом в лавке «Горбин и Бэркес». Ты, Гарри, фигура приметная, и посплетничать о тебе соблазн огромный. Но если ты, кроме ингредиентов для оборотного, купишь что-нибудь и для приворота, то все будут молчать. Любовные шашни, в отличие от политических и финансовых махинаций, в «Горбине и Бэркесе» не интересуют никого — ни владельцев, ни приказчиков, ни клиентов. — Мысль дельная, — одобрила Гермиона. На том и порешили. Портключи до специальной площадки на Косой аллее у Гарри были, так что, закупив техническое оборудование, отправились за магическим. Гермиона, уже от себя, прикупила несколько талисманов, которые должны были помочь ей с тонкоэнергетическим волшебством. — Осталось выловить Рона, — сказала она, — и всё ему объяснить. А это нелегко. — Джинни этот вопрос уже решила, — ответил Гарри. — Она такая умная! Гермиона иронично приподняла бровь. Джинни, конечно, милая девушка, но чем-чем, а умом похвастать не могла. Гермиона дружила с ней только потому, что отношения с другими девочками не складывались, а общаться лишь с парнями девушке было тяжело — ни шмотки и украшения обсудить, ни следить за любовным романом с продолжением в «Ведьмополитене», ни сходить в Хогсмит за косметикой и бижутерией. Но с Джинни было скучно. Даже сугубо девичьи темы надо обсуждать с умом и чувством юмора, которых у Джинни было ноль. Как и добросердечия. Джинни была слишком эгоцентрична, любые разговоры всегда переводила на себя и начинала жаловаться на свои неудачи, требуя сочувствия. Вызывающе чудаковатая Полумна Лавгуд с Когтеврана и подчёркнуто тихая и обычная Сьюзан Боунс с Пуффендуя были несравненно лучшими собеседницами, но из-за разделения факультетов пообщаться ними удавалось редко. — Нет, — сказала Гермиона. — Джинни будет позже. А заякорить Рона в Слизерине должны только мы. Это слишком серьёзное дело, чтобы вмешивать в него тех, кто по нему не работает. — Но Джинни может работать! — возразил Гарри. — И что она будет делать? — саркастично поинтересовалась Гермиона. — Она же по теме вопроса ничего не умеет. Будет только под ногами путаться и визжать. — Джинни — сестра Рона! — Но мастером наладки оборудования это её не делает. После пообщается с Роном, когда мы добьёмся того, чтобы его не отчислили. — И всё же Джинни... — Пригласи её на свидание и заткнись! — оборвала Гермиона. — Дела отдельно, лямур-тужур отдельно. — Нет там никаких лямуров! — попятился Гарри. — Джинни — сестра Рона! А значит и моя сестра. Миссис Уизли относится ко мне как сыну! — Её сыном ты как раз и станешь, когда женишься на Джинни. Парни часто женятся на сёстрах своих лучших друзей. — Тебя всё равно заставят жениться сразу после школы, — сказал Драко. — А помолвка с мисс Уизли — не самый плохой вариант. По крайней мере, резко сократиться число домогательниц, Уизелка их отгонять будет весьма ретиво. Да и после... Жена как жена, почему нет? — Драко, — возмутилась Гермиона, — браки должны заключаться по любви! Настоящей, а не мимолётному увлечению. — Помолвка ещё не брак. Её можно расторгнуть легко и без последствий. Уверен, мисс Уизли так и сделает. Она получает удовольствие от морочения парней, а не от отношений. — Не смей так о Джинни! — взбеленился Гарри. Гермиона встала между ними. — Уймитесь оба! Ты, Гарри, позови Джинни на свидание и определись в своих отношениях. А ты, Драко, не трогай его. Не видишь что ли — сперма в голову ударила и последние мозги отшибла. Она взяла у Гарри пакет с ингредиентами. — Отнесу его к Плаксе Миртл, пусть присмотрит, чтобы никто случайно не нашёл. А вы подготовьте всё к разговору с Роном. И без Джини! Драко, если Поттер её всё же притащит, заобливейть и отправь в Гриффиндрскую башню до утра. Она нам всё дело испортит. Гермиона исчезла. Гарри вздохнул. Спорить с Грейнджер было чревато. А Драко и спорить не собирался. Он буквально горел от желания сделать всё так, как захотела его принцесса. — Ладно, — сказал Гарри. — Возвращаемся в Хогвартс. ...Устроить разговор с Роном было несложно. А вот втолковать, что он на грани отчисления, оказалось невероятно трудно. Рон не верил в то, что Дамблдор его отчислит. Для него директор был благодатным божеством. — Хорошо, — сказала Гермиона, — пусть отчисление невозможно. Но с родителями ты хочешь помириться? Если ты снимешь проклятие с Большого Бального зала в министерстве, это принесёт твоей семье честь и славу, и они забудут свои предрассудки о Слизерине. — Клал я на их предрассудки! — огрызнулся Рон. — Если они любят меня только из-за факультета, не из-за меня самого, то такая семья мне не нужна. — Но без семьи плохо, — ответил Драко. — Это очень больно, когда разрываются отношения с родными. Рон отвернулся, насупился, но всё равно упрямо повёл плечами. Гарри немного подумал. — Рон, мы с Гермионой догадались, что ты пошёл на Слизерин из-за сердечных дел. Но, судя по всему, взаимности пока не добился. А после того, как ты снимешь проклятие и прославишь Слизерин, ты станешь героем для всех, в том числе и для своей любви. Рыжий посмотрел на него оторопело, даже рот приоткрыл. А спустя мгновение энергично закивал. — Я всё сделаю! — Тогда завтра с утра и начнём. Я варю зелье... — Я с тобой, — вставил Драко. — Помогу. — Хорошо. Мы с тобой варим зелье. Рон монтирует установку в гостиной Слизерина. Гарри настраивает дизель и подключает к установке. И надо отвлечь Снейпа, чтобы не путался под ногами. Да и Дамблдора тоже. — С этим проблем не будет, — сказал Драко. — Они на всё утро засядут в директорском кабинете. — С чего вдруг? — не поверила Гермиона. — Оставь это нам, — усмехнулся Гарри. — А? — озадачился Рон. Гермиона закрыла ему открытый рот. — Всем отдыхать, — сказала она. — Завтра будет трудный день. Пришлось подчиниться. Но сначала Гарри и Драко зашли в комнату Роджерса, составить письмо от Разочаровавшегося. — Но у меня никаких новостей, — предупредил Драко. — Надо будет написать, что Тёмный Лорд затевает что-то опасное, и посвящено в это только ближайшее окружение. Мы не солжём, Тёмный Лорд и правда всегда что-то затевает. — Тогда надо подать это поэфектнее. Гарри взял книгу «Рекламные письма и рассылки — как заинтересовать клиента». Дали её в магазине, когда вместо призовых открыток заказали несколько реклам. Теперь книга пригодилась и для волшебного мира. — Сейчас что-нибудь сконструируем, — сказал Гарри. С черновиком письма они провозились около двух часов, но составили его прекрасно. Гарри перепечатал текст, положил в конверт и отправил Молниуса в «Письмосылку братьев Келлер». Теперь Снейпу и Дамблдору будет не до слежки за учениками. ...Гарри вздохнул и лёг поудобнее. Вскоре он заснул. Во сне ему виделось свидание с Джинни. Гарри улыбался. ............. В это же время ............. Люциус Малфой сидел перед камином в своём кабинете. После шести часов, проведённых в библиотеке мэнора, болела голова. И толку от поисков не было никакого. Люциус задрал рукав рубашки и посмотрел на внутреннюю сторону левого предплечья. Тёмная Метка изменилась. Теперь это был не череп со змеёй, а дракон. Клеймо Поттера. Метка изменилась после той драки в коридоре возле кабинета Дамблдора, когда Поттер вдруг кинулся упрекать Люциуса за плохое отношение к Драко. Люциус прикрыл глаза, вспомнив, как глупо и недостойно сорвался. Но слова дрянного мальчишки о том, что Драко — не его сын, оскорбили Люциуса до глубины души. «Совсем не хочет думать... Как ещё я могу защитить сына от Тёмного Лорда, если не держать подальше от себя и от дома? Драко интересен ему только как средство контроля надо мной, а не сам по себе». Да и какое дело было какому-то Поттеру до того, что происходит в семье Малфоев?! О том, что Метка изменилась, Люциус узнал спустя несколько часов после стычки. Увидел в «Ежедневном пророке» статью о Гарри Поттере и в язвительно-уничижительном тоне отозвался о никчемушнике, из которого лепят мессию. Сказать о том, что газетная трескотня и выдумки не уничтожат Тёмного Лорда, Люциус не успел — тело пронзила боль не хуже, чем от Круциатоса. А началась она после несильного, но чувствительного покалывания в предплечье. Новая Метка как будто ждала извинений. А не дождавшись, наказала. Клеймо Поттера оказалась совершение и многофункциональнее, чем Тёмная Метка. И его точно также невозможно было снять. Даже отрубленная рука не поможет — Метка перейдёт на другую руку. Магическая структура Клейма совпадала с прежней Меткой лишь наполовину. А дальше было что-то невиданное и непонятное, чему не было аналога ни в одной книге по волшебству — даже самому тёмному и запретному. «Что ещё делает Клеймо, кроме того, как карает за непочтительные речи о Хозяине? За мысли пока не наказывает, но ещё не прошло полных суток, и Клеймо пока не набрало всей своей силы. Что же оно потребует от меня завтра?» Книги на этот вопрос ответить не могли. Люциусу оставалось только ждать.