Свадьба младшего брата или Nevermore

— Останови, я выйду! Приказала Эдику. Я это хамство из его уст терпеть не собиралась. Но тот и ухом не повёл, а продолжал вести авто и смотреть прямо на дорогу. А замки на дверях были от детей и психических женщин, во время движения не открывались. Я последовала Эдику и, сложив руки на груди, тоже уставилась вперёд. Заткнулся — считай цель достигнута. — Куда ты пойдёшь в таком виде? Да еще и с собакой. — Прозвучала от Эдика реплика, когда я почти уже успокоилась. Долго думал, умник. — Ты бы ещё без трусов пришла на свадьбу любовника. В таком блядском виде — только в бордель ходить. — Эд кратко глянул на меня и продолжил. — В бордель тебя не возьмут, ты уже старая. Ещё один эйджист нашёлся! — Блядь! Сука ёбаная! И я влупила Эда в плечо. Машину повело, Эд выкрутил резко руль, а меня отбросило спиной на торпеду. Попала поясницей на какую-то декоративную выпуклость. Не успев осознать боль от резкой остановки, я почувствовала боль другую — Эд меня схватил за руки и развернул обратно на сиденье. Но запястья не отпускал, продолжая сдавливать их своими лапищами всё больше и больше. От боли выступили слёзы, а Эд вдавив меня практически в сиденье, навалился сверху и прошипел: — Ты чё творишь, дура? Хочешь на тот свет отъехать? А руки его жали мои еще больше и жёстче. Эд спортсмен в прошлом, да и сейчас поддерживает форму, ходит в зал, поэтому хватка у него была бульдожья. — Пусти! — практически проскулила я, а Эд резко дернув мои руки отнял свои, да так, что чуть мне пальцы не вывихнул. Где-то на заднем сидении вторя мне поскуливала Мишелька. Это она от страха. Она боится, когда люди агрессивничают. Я тоже. Размяла пальцы, проверив рабостособность суставов — вроде ничего не сломано, у Эда в анамнезе не только спортивное прошлое, но и бандитское, поэтому он знает, как сделать больно, но при этом не оставить следов. Освободила Мишель из переноски и моя девочка мне прыгнула на колени, принялась облизывать пострадавшие руки, лечить меня. Мы поехали дальше. Только чудом, одно из которых было отсутствие машин на том участке дороги, мы не попали в аварию. Мы мчали, а слезы продолжали катиться — всё не слава Богу. Болело и внутри и снаружи. Я тихо шмыгала носом в Мишель. Думала, что тихо, но Эда это раздражало. — Прекращай реветь! — Категорично заявил он, — тоже мне повод. Одним холостым любовником для тебя больше, одним меньше. Эд, наверное, думал, что я оплакиваю исключительно свадьбу. Свои художества, произошедшие в машине мгновения тому, у него, похоже, намертво выветрились из памяти. — Нахера ты вообще поперлась на эту свадьбу. Только себя опозорила. Я знала нахера. И причина была более чем достойная. Только Эдику о ней сказать не могла. Иначе Эдик бы осатанел совсем и сам бы всё порешал. А мне, на данном этапе, это не выгодно. Всё-таки тренерский штаб имени меня и решения, когда придёт время, тоже буду принимать я, а не злой Аксёнов. Более того, идиота этого жаль. Как ни как не двоюродный он мне. Братик-братишечка, блять. Эдя мое молчание принял за знак покорности и осознания своих ошибок, а может ему просто не требовались человеческие реакции окружающих на его слова. — Я понимаю, был бы Глейх хорошим человеком, а так ведь мудак мудаком. Радуйся, что сплавила такой же мудачке, как и он. Два сапога пара, вот уж точно.