Исправить все не поздно.

— «Ой, Федя, ты такой», «Ой, Агата ты такая», «Давай сосаться?.. Ммм», — гневно изображал Иван и обнимал себя руками, парадируя своего товарища с Кристи. — ха-ха, да это точно они. Ты видел, как Федя робко трогал её за руку? Прям как школьник, вот умора!, — заливался смехом Гоголь, чуть ли не по полу катаясь. Но на самом деле все было далеко не так, как утрировали парни. Со дня заключения союза между ними прошло от силы пару дней. За это время Агата отвезла свою машину на ремонт и лишь завела дело на торговца наркотиками. А Федор отложил свой топор подальше и вооружился базой данных, дабы найти больше информации об этом человеке. Накопать на него компромат не так легко, но он узнал где можно начать поиски. С утра пораньше Федор только собирался лечь спать. Уже даже разделся и почти лег на кровать, как вдруг кто-то настойчиво стучал в дверь. В сонном состоянии Достоевский успел накинуть только одну рубашку и, потирая глаза, открыл дверь. Женский вскрик заставил его проснуться и даже соскочить с места. — Федор! Мог бы и прикрыться!... Ты что еще не проснулся?, — на пороге стояла Агата. Она пыталась держать удивленный взгляд на уровне лица, хотя мельком глядела и на выпирающие кости. — Я и не ложился. Что ты здесь делаешь в такую рань?, — пытаясь прикрыться плащом, что висел на крючке, говорил сонным хриплым голосом Достоевский. — Я нашла место куда мы обязаны ехать прямо сейчас! Надевай портки и поехали. — мм, хорошо. Поедем на моем? — Ни в коем случае! Днем я не буду ездить на твоем мотоцикле, поехали на моей машине. — она разве не в ремонте? Не успел инспектор ничего сказать, как девушка вызвала лифт и уехала на первый этаж. Быстро собравшись, Достоевский вышел на улицу, по пути написав сообщения некоторым людям. У подъезда стояла машина, что он видел в гараже дома Кристи. Ну, конечно, у такой семьи не одна машина... Агата сидит за рулем и, увидев парня, открывает дверь у соседнего места. Тяжело вздыхая, Достоевский садится рядом и осматривается. Внутри машины он чувствует себя скованно и неуютно, хотя салон был ухожен и приятно пах. Мужчина весь скукожился, сложил руки на груди и смотрит только вперед. Стоило машине сдвинуться с места, как Федор по привычке искал ногами педали. — Ты так мне не доверяешь?, — с легкой обидой сказала Кристи, но смотрела только на дорогу. — Нет, я ненавижу машины. Сразу чувствуется эта скованность и ограничение. — Зато безопасно и меньше шансов вылетить в кусты. — Разве с тобой я гонял по городу больше нормы? — Нет, и на том спасибо, — конечно, Агата понимала почему столь резвый мотоцикл становился таким спокойным, стоило ей сесть сзади владельца. Дабы хоть как-то отвлечь Достоевского, Кристи завела с ним бытовой разговор, не затрагивая ничего серьезного. Тот с удовольствием поддержал разговор и даже расслабился. Агата вела плавно, спокойно, объезжая любые неровности, тем самым поездка с ней выходит очень комфортной. Ежели Федор всегда водит быстро, нарушая любые правила, и ему это позволяли, ведь он мог ехать на очередное место преступления. Но с появлением Агаты на пассажирском месте, он сбавляет темпы и ездит по всем правилам. Меньше всего он хотел, чтобы Кристи как-то пострадала из-за него. Проезжая мимо какого-то магазина, Федор попросил девушку остановится здесь на пару минут. Судя по вывеске над дверью, здесь продавали запчасти и различные примочки для мотоциклов и не только. Агате все стало понятно и она осталась ждать в машине. На самом же деле Достоевский шел не туда. За поворотом он договорился встретиться с поставщиком тех самых белых роз. — Мистер Достоевский, вы как всегда минута в минуту. Вот ваш букет, как обычно, девять роз. Знаете, это такая редкость, чтобы парень тратился на букет своей даме каждый день. Вашей избраннице очень повезло, — с легким акцентом на фамилии русского говорил добродушный поставщик цветов, за спиной которого стоял большой фургон с кучей других цветов. — Благодарю, надеюсь, ей тоже нравится. До свидания, — взяв букет цветов, попрощался Федор. За это время Агата уже успел заскучать. Она смотрела на людей, проходящих мимо. Среди них были и парочки, что выглядели счастливыми и мило держались за ручки. Что-то заныло в груди девушки при их виде. А ведь они с Федор по ночам тоже гуляли, держась за руки. Пусть по началу это и было неловко, но вскоре стало чем-то обыденным. За эти месяцы они провели много времени вместе. Достоевский сумел расположить её к себе и добиться нейтрального отношения, но его главной проблемой так и оставался сидящий в нем бес, что продолжал убивать людей. Дверь машины резко открывается и все мысли тут же уходят. Пред глазами те самые цветы, что она видит каждое утро. Даже сегодня он не поленился и сделал все, чтобы порадовать её. За столь долгое время цветы уже приелись, они стали уже как часть декора для стола, но этот букет стал особенным благодаря обстоятельствам при которых они здесь. — Федор, ты не перестаешь удивлять меня... — Как же я могу начать день, не порадовав мою леди? — Ты уже решил, что твоя? Я не давала согласия, — Агата приняла букет и посмотрела в его сторону с легким прищуром. — даже если нет, ты и так украла моё сердце, хе-хе. Цыкнув, девушка закатила глаза, но на лице была видна легкая улыбка. Убрав букет на заднее сидение, они поехали дальше. Путь был не быстрый, адрес предполагаемого убежища находился на окраине города, место не из приятных. Вокруг куча обшарпанных старых домов и грязные улицы с бродячими собаками. Но это никак не останавливало полицейских. Они зашли в подъезд одного из домов и поднялись на нужный этаж. Постучав в дверь, им никто не открыл и, судя по звукам, там тихо. Федор не стал больше церемониться и выломал дверь, зайдя туда, оба держали пистолеты на готове. А Кристи и вовсе придерживалась спины инспектора, как это обычно бывает с напарниками. Все комнаты были обысканы на наличие людей, но квартира была пуста. Потому они приступили к поиску улик, благодаря которым можно выйти на торговца. Тщательный обыск квартиры обернулся неожиданными находками: Тайники за картинами хранили кучу документации, что автоматически делала из того человека преступника, на компьютере, пароль на котором, естественно, был, Федор взломал без проблем. Проницательностью ему не занимать. — И вновь подмечу, Федь, что ты и без топора отличный борец за справедливость, — Агата говорила совершенно серьезно, тем самым давая тому повод задуматься. После сборки улик, что было предостаточно, Агата также сообщила в участок о находке. Туда быстро съехались полицейские, обыск вновь провели. А тем временем Федор стоял на улице и закуривал сигарету. Он рассматривал обстановку вокруг, ничего необычного. Бедный, грязный район типичное место обитания преступников, по всей улице стоят полицейские машины и не хватает только одного. Краем глаза инспектор заметил знакомую фигуру. Метнув взгляд в переулок, он увидел того самого торговца наркотиками. Они встретились взглядами, и Федор тут же выбросил сигарету и ринулся за ним, пробегая мимо Агаты. На вопросы куда он побежал, ничего не ответил, а лишь продолжил погоню. Залетая за поворот. Быстрый анализ ситуации выдал кратчайший путь. Лишь бы давление не поднялось и тот не упал в обморок от чертовой анемии. Как только преступник оказался в поле зрения, Достоевский взял пистолет и стал целиться. Бес в голове так и твердил: «Стреляй в голову! Он этого заслуживает! Тебе ничего не будет». Времени думать мало, а за спиной еще и женский голос твердит: «Не смей! Одумайся!». Впервые за долгое время бледные руки затряслись и тот выстрелил в ноги. Преступник упал, а вместе с ним и Федор. Все таки болезнь дала о себе знать, но тот держался кое-как за стену, закрывая лицо волосами. Кристи подбежала к нему и подхватила за руку, но тот отдернул. — Я в порядке, ты лучше его задержи. — Ты точно идиот, — в голосе мелькнули нотки беспокойства. Оставив инспектора, детектив взяла в руки наручники и сковала руки очередного наркоторговца. С легкой улыбкой Достоевский велел Агате одной оттащить его к остальным, пока он переведет дух. Но Кристи понимала, что его оставлять не стоит и потому сразу вернулась, как только преступник был передан в руки коллегам. Чутье её не подвело, Федор сидел на земле и выглядел паршиво. Неудивительно, с его образом жизни и болезней. Если бы не Агата, его бы быстро спалили и весь его театр одного актера пошел бы крахом. Она сел перед ним и стала помогать останавливать кровь из носа и пытаться привести в чувства. — Ангел мой, ты ли это?, — с усмешкой говорил тот, взяв её за свободную руку. — Нашел время для подкатов, Федь, романтика это не твое. Идти можешь? Кивнув, инспектор попытался встать, не без помощи дошел до машины и уже в салоне выдохнул. Первые пару минут между ними повисла тишина, но её прервала Агата. — Я рада, что ты смог переступить через свои устои и не убил его. Это о многом говорит, — Агата действительно почувствовала облегчение, когда увидела, что он все же хочет сойти на светлую дорогу и сделал для этого первый шаг. —Времени думать не было, потому я сделал так, как велела душа. И доверился твоим словам, — говоря это, Федор невзначай положил руку на девичье плечо. — Отрадно на душе видеть, что мои слова для тебя не пустой звук. — На сколько мне известно, первый шаг проявления любви это доверие. После этого девушка замолчала, ведь Достоевский вновь говорит о том, что его чувства это далеко не симпатия или увлеченность, но сама Агата не могла никак ответит ему. И вновь признание осталось висеть в воздухе, ожидая когда же наконец настанет тот день, когда ему ответят взаимностью.