Тёмная сторона

      Тёплые солнечные лучи пробираются сквозь прозрачные занавески кухни, лаская нежную кожу омеги. Чимин мурлычет себе под нос песню, одновременно переворачивая оладушки на сковородке. Настроение лучше некуда — вчера он остался ночевать у Хосока, и они наконец-то провели весь день вместе (и этот тоже планируют), что не удавалось сделать из-за работы альфы и учёбы омеги.       Хосок подходит сзади и оставляет лёгкий поцелуй на шее, мурашки от которого проносятся по всему телу.       — Пахнет вкусно, раньше ты мне их не готовил, — положив подбородок на голое плечо, мурлычет над ухом альфа.       — Я совсем недавно научился правильно их готовить, — хихикает Пак, накладывая ещё одну порцию на тарелку.       Оставив ещё один тёплый поцелуй, но уже на щеке, Чон готовит им кофе и ставит на стол вместе с шоколадными оладьями. Из-за того, что его парень всегда встаёт рано, Хосок тоже проснулся сегодня раньше обычного и сейчас с аппетитом уплетает вкусный завтрак.       — Спасибо, было очень вкусно, солнце, — чмокая в приоткрытые губы, хвалит Хосок. — Мне нужно съездить кое-куда по делам.       — В выходной… — грустно выдыхает Пак. — Очередной договор с наркоторговцами?       — Хуже, — доставая обувь, отвечает Чон. — Он будет с Тэхёном.       — Вы же, вроде, друзья? — скептически выгнув бровь, говорит Чимин, протянув кожаную куртку. — Так почему бы не перенести?       — Друзья, но, когда дело доходит до работы, мы партнёры по бизнесу, а этот робот работает даже по выходным, — раздражённо отвечает Чон.       На его слова Чимин кивает и, обняв на прощание, машет рукой, желая удачи. На душе неприятный осадок от того, что Хосоку приходится иметь дело с этим господином Кимом. Он кажется опасным и даже немного сумасшедшим, исходя из рассказов мужчины. Хоть они и зовутся «друзьями», сейчас это не так — по словам альфы, Тэхён очень изменился пять лет назад, когда отошёл от крыла Намджуна…       Он тяжело выдыхает и прикрывает дверь за любимым, решая отбросить тёмные мысли и занять себя чем-нибудь до его возвращения.

***

      Ким расслабленно откидывает голову назад, зарываясь пальцами в волосы девушки и надавливая на затылок, чтобы взяла глубже. Та послушно исполняет пожелание начальника и теперь активно двигает головой, заглатывая по самое горло и сдерживая рвотные позывы. Хоть ей и не впервой, но привыкнуть к размерам господина Кима до сих пор не до конца получается.       Он кончает ей глубоко в горло, низко прорычав, пока та послушно не двигается, проглатывая всё до последней капли, чтобы, не дай Бог, не запачкать брюки господина, после чего с хлюпаньем вынимает член изо рта. Ну вот, как всегда всё начинается принесённым кофе, а заканчивается вытиранием губ салфетками.       В дверь кто-то несильно стучит, и Тэхён после того, как застёгивает ширинку брюк, даёт разрешение войти.       — Господин… — начинает Сану, пока не натыкается на растрёпанный вид раскрасневшейся секретарши, которой он минут двадцать назад поручил принести Тэхёну кофе. Он неловко откашливается и строго кивает на выход, чтобы та быстрее убралась.       — Продолжай, — сделав глоток ароматного кофе, произносит альфа, подмечая, что он немного остыл.       — Господин Чон прибыл, — немного опустив взгляд, когда Ким неспешно подходит, отвечает подчинённый.       Мужчина делает ещё один большой глоток, ощущая, как тёплая жидкость приятно проходит в груди, после чего вручает чашку в руки парня и идёт на выход.       Его офис находится в загородном здании Сеула, которое он выкупил у одного крупного землевладельца много лет назад. Это самое идеальное место для перевозки рабов и наркоты — большой участок земли, по краям которого он возвёл высокие стены подальше от глаз людских. Это четырёхэтажное здание, в котором решались расчётные и юридические вопросы, а также — огромные склады с оружием и привезённым товаром.       Хосок о чём-то болтает с Югемом до тех пор, пока не замечает Тэхёна.       — Господин Ким, — пожав руку друга, произносит Чон.       — Хосок, рад тебя видеть, — приподняв уголки губ, отвечает Ким.       — У меня есть некоторые дела, — полупоклонившись, оповещает Гын и удаляется, оставляя их наедине.       Жестом руки мужчина указывает Хосоку следовать за собой и уверенной походкой направляется в сторону склада, что располагается на задней части территории.       — Недавно к нам поступила чистейшая трава прямиком из Китая, я посчитал, что ты должен узнать об этом первым, — люди альфы приоткрывают большие железные двери, пропуская своего хозяина, пока тот неспешно говорит с другом. — В этом и заключается причина того, почему я оторвал тебя от твоего омеги.       Глаза Хосока расширяются от последних слов. Наверное, от него несло Чимином за километр, но он никак не комментирует — оно и к лучшему. Альфа устремляет свой взгляд на широкие полки, до краёв наполненные безумно дорогой и элитной наркотой, а видит лишь миллионы долларов. Хоть Тэхён и намекнул на то, что Хосоку следует радоваться тому, что альфа продаёт столь ценный товар именно ему, однако выгодно это обоим — в клубах Чона водятся только молодые отпрыски богачей, а иными словами — «толстые кошельки», которые могут себе позволить приобрести всё, что только душенька пожелает. Большая прибыль отпадёт обеим сторонам.

***

      Чонгук с профессиональной гибкостью плавно двигает запястьем, вставая в разные позы, пока фотограф запечатлевает каждый кадр. Вонги довольно приподнимает уголки губ, наблюдая за фотосессией сына. Они рекламируют недавно вышедшую коллекцию одежды на пару с бриллиантовым браслетом, который стоит бешеных денег.       — Вот так, шикарно! — одобрительно кивает головой альфа с фотоаппаратом, когда Чонгук, с изгибом выпятив стройную ногу, открывает вид на украшение.       Одна из фишек их бренда в том, чтобы рекламировать и при этом акцентировать внимание на длинных ногах, на которых нацеплены браслеты — из-за непривычности такой рекламы это многим запоминается.       Пощёлкав ещё пару минут, альфа извещает съёмочную группу о перерыве, пока модель не переоденется, и уходит проверять снимки. Чонгуку приносят напиток со льдом и салфетки, после чего одна из омег массирует его спину. От многочасовых съёмок усталость наваливается тяжёлым грузом.       — Такими темпами мы точно превзойдем этого старика Ли, — с гордостью просматривая получившиеся снимки, злорадствует Вонги.       Превосходство над многолетним врагом Ли Донсу единственное, что волнует его родителей. Чонгук видит на их лицах улыбки только тогда, когда те понимают, что очередная коллекция отлично продаётся, или же когда он беспрекословно делает всё, чего они только пожелают.       Омега устало прикрывает глаза, ведь в такие моменты сердце болезненно покалывает. Для того, чтобы его любили и были довольны им, ему приходится переходить через свою натуру и настоящее «Я», но в итоге всегда получается, что любят не его, а его достижения…       Он чувствует чьи-то большие ладони на своих закрытых глазах и настораживается, уже готовый сорвать их, но его останавливает до боли знакомый, родной запах сливы. Сердцебиение учащается от осознания. Неужели он вернулся?       — Привет, принцесса, — произносит альфа над ухом со своей привычной хрипотцой и раскрывает руки.       — Минхо! — с этими словами Чонгук кидается к нему в объятия, на что тот с улыбкой прижимает к себе братика. — Я так скучал!       — Я тоже, солнце… — зарываясь носом в каштановые волосы, отвечает Кан. — А где дядя? — выпуская из своих объятий, спрашивает альфа, на что Чонгук указывает головой в другую часть студии. Минхо направляется к Вонги, чтобы поздороваться, а Чон, конечно же, следует за ним.       — Дядя, — привлекает его внимание, протягивая руку.       — Мой дорогой племянник, — нисколько не удивившись его появлению, доброжелательно отвечает старший Чон и пожимает руку. — Как твоя учёба? Надолго к нам?       — Меня переводят обучаться сюда на последний год.       — Подожди здесь, пока мы быстренько закончим фотосессию, а после вместе поедем домой.       На его слова Минхо кивает и устраивается на одном из кресел. Чонгуку приносят новую одежду, после чего он, переодевшись, снова встаёт на своё место, уже заготавливая разнообразные позы. По всему помещению разносятся звуки щёлканья и громких указаний фотографа.       Альфа безумно соскучился по этому красивому телу и его обладателю, взгляд бессознательно скользит по длинным, стройным ножкам и тонкой талии. Он прекрасно знает, какие суровые и жестокие люди родители Чонгука, и все годы, когда он жил с ними после смерти своих родителей, мечтал поскорее съехать настолько, что улетел в другую страну. И единственное, что заставило его вернуться — это адская тоска по любимому сердцу человеку.       Он с наслаждением наблюдает за съёмками ещё добрые два часа, после чего они завершаются. Чонгук выглядит очень измотанным, но неизменно счастливым приезду кузена.       Как и говорил Вонги, они вместе едут домой. Сэге гостеприимно встречает их с самого порога, пока Кастиэль поторапливает слуг выносить изысканные блюда.       — Я распорядился, чтобы приготовили всё, что ты любишь, — натянуто улыбается старший омега.       — Похоже, только я не знал о твоём прибытии, — немного обиженно шепчет Чонгук.       — Я хотел сделать тебе сюрприз, не обижайся, — игриво зажав носик меж пальцев, тоже шёпотом отвечает Минхо, после чего сдержанно обращается к Сэге. — Благодарю за заботу, дядя.       За ужином они обсуждают заграничную жизнь кузена и успехи в учёбе. Даже если Минхо был им как родной сын и жил в их доме с пятнадцати лет, они не контролировали его так, как Чонгука, поэтому он спокойно рассказывает обо всех неудачах и происшествиях, временами поглядывая на младшего.       — Почему ешь только салат? — прерывается он, когда замечает, что омега нехотя разжёвывает брокколи.       — Он на диете, не обращай внимания, дорогой, — отвечает за него Сэге.       Минхо ничего не говорит, пропуская через горло комок. Похоже, Чонгуку несладко приходится с ними.       — Всё было невероятно вкусно, а теперь, с вашего позволения, я хотел бы отдохнуть, — показательно отложив палочки, говорит Кан.       — Конечно, иди, ты, наверное, очень устал с дороги…       — Я провожу, — подаёт голос всё это время молчавший омега, на что Вонги одобрительно кивает.       Они вместе поднимаются вверх по лестнице на второй этаж. Комната Минхо находится прямо напротив чоновой, но они оба поворачивают в сторону омежьей. Кузена-брата не было целых три года, и Чонгук безумно соскучился по разговорам с ним.       Минхо окидывает просторную комнату взглядом, подмечая, что ничего не изменилось, пока взгляд не цепляет фотографии на рабочем столе. Он подходит к нему и берёт в руки фото за рамку, на которой изображён Чонгук, обнимающий какого-то альфу. Неприятное чувство мерзко скользит в груди, расплываясь ревнивыми подозрениями.       — Парень?       На вопрос Чонгук задумчиво угукает, тоже всмотревшись в его с Югемом фотографию.       — Его зовут Гын Югем. Тебя не было так долго, и мне стало одиноко, — обнимая альфу со спины, поясняет Чонгук.       — Значит, ты его не любишь? — с неким облегчением и в то же время мучительным ожиданием ответа спрашивает Кан.       В этот момент Чонгук и сам задумывается. Югем красивый, добрый и хорошо к нему относится, но любит ли его омега? Подумав пару минут, он решает, что нет, не любит. Таких как он в его жизни было сотни, все они были красивыми и до безумия любили его, но Чонгук никогда и никого не смог полюбить в ответ. В подтверждении своих мыслей Чон сам себе кивает. Он не верит, что любовь может возникнуть, если ты знаешь человека всего год или два — для этого понадобятся тонны времени, не считая дружеской и родственной, и не потому, что его кто-то ранил или прочая хрень, нет, просто он никогда не видел и не чувствовал ничего подобного. И даже отношения Чимина с Хосоком кажутся лишь очередной интрижкой друга.       — Ты ведь и сам знаешь ответ, — отстранившись, он плюхается на широкую кровать, застонав от того, как сильно ноют мышцы.       На его слова Кан довольно хмыкает. Он уж было подумал, что в Чонгуке что-то изменилось. К счастью, он остаётся всё той же ледышкой по отношению к альфам.

***

      Огромный особняк своим привычным мраком встречает хозяина, у порога которого стоит дворецкий, что покорно кланяется, приветствуя Тэхёна.       — Добро пожаловать, господин Ким, — забирая из рук мужчины костюм, произносит Мигель, на что тот кивает.       — Прикажи принести мне виски и сырое мясо, нужно покормить моего котёнка.       Дворецкий кивает и направляется в сторону кухни, а Тэхён поднимается вверх по лестнице в свои покои, проводя венистыми руками по перилам. Сегодня был загруженный день, и больше, чем скорее прижать к себе своего питомца, ему хочется принять душ.       Проходясь по широкому и длинному коридору, он сталкивается с испуганными глазами двух слуг, которые ещё больше пугаются, увидев хозяина, из-за чего, поклонившись, спешным шагом удаляются. Чем ближе он подходит к своей спальне, тем отчётливее слышит чей-то писк и устрашающий рык животного.       Приоткрыв дверь, мужчина видит лежащего на полу омегу, который от страха словно язык проглотил, оленьим взглядом следя за приближающимся к нему хищником. По лицу Тэхёна расплывается тёплая улыбка, а большая ладонь проходится по шёлковой и тёмной как чёрный алмаз, который красуется на ошейнике, шерсти. Завидев хозяина, пантера ластится под руку прямо как настоящий котёнок.       — Развлекаешься, малыш, — почесав за ухом, ласково говорит Ким, пока слуга, наконец опомнившись, поднимается и отходит назад.       Тэхён достаёт из кармана пистолет и, даже не взглянув на парня, одним нажатием на спусковой крючок стреляет ему меж глаз. От громкого звука пантера пугливо прыгает на хозяина, повалив на мягкий ковёр, и негромко рычит Киму в лицо, после чего облизывает своим шершавым языком.       — Я тоже скучал, Шел, но сейчас слезай, мне нужно умыться, — поднимаясь на ноги, произносит альфа, на что большая кошка снова рычит, но больше утвердительно, чем от неожиданности.       Мигель, который появляется в дверном проёме, чуть ли не роняет поднос с алкоголем и лакомством для питомца господина, замечая мёртвого слугу.       — Найди тех, кто осмелился потревожить Шелли, и прибери здесь, — холодно отдаёт приказ Тэхён, после чего скрывается за дверью ванной.       Ким встаёт под струю прохладной воды, прикрыв веки от долгожданного душа. Почему-то перед глазами встаёт образ наглого омеги Югема. Всего день прошёл с их знакомства, а чувствуется, словно столетие. Вчера он наткнулся на популярный журнал, на обложке которого был изображён сам Чонгук.       Как же сильно было отличие того парня, рекламирующего одежду, и того омеги, который танцевал вчера в клубе — словно два разных человека, и это заставило его думать об этом весь день. Была ли причина его сильной заинтересованности в том, что тот является его истинным, хоть в эту хуйню он с самого детства не верит? Или же в его наглом и взрывном характере? Хочется приструнить его своей силой, подчинить и даже сломать такой свободолюбивый дух.       Выйдя из душа и почистив зубы, альфа переодевается в свою шёлковую тёмно-синюю пижаму. Шелли уже лежит на просторной кровати, лениво зевая и поджидая хозяина.       Тэхён всегда и всё контролирует, любит, когда ему подчиняются, и даже хищник это понимает, не осмеливаясь притрагиваться к еде без разрешения Кима.       Подбросив льда в бокал, альфа наполняет его виски, после чего подзывает свою любимицу к тяжёлой миске и кладёт в неё большой кусок говядины, похлопав по брюху в знак одобрения. Шел начинает послушно есть, пока мужчина берёт в руку бокал и покидает помещение. Теперь ему пора утолить свой голод.       Он неспешно направляется в соседнюю практически пустующую комнату, не считая большого тонкого ковра, который Ким лёгким движением ноги отодвигает. Под ним виднеется квадратная дверь, ведущая в тайный подвал. Он спускается вниз по лестнице, полностью скрывшись в подземном коридоре.       Пространство освещают несколько ламп, висящих на потолке. Мужчина лёгкой походкой медленно движется вперёд, пока не сталкивается с большой деревянной дверью. Из кармана пижамных штанов он достаёт бронзовый ключ и отворяет замок.       Комната маленьких размеров, но довольно тёмная даже с учётом одной-единственной лампы. Увидев, как девушка вся сжимается от понимания, что она здесь не одна, Тэхён расплывается в ухмылке, которая больше походит на животный оскал.       Одним взмахом он снимает с неё повязку, закрывающую как рот, так и глаза. Она крупно вздрагивает, когда видит перед собой своего бывшего парня, а глаза её наполняются слезами.       — Т-тэхён?       На её писклявый зов альфа разражается низким хриплым смехом, а когда останавливается, то со всего размаху бьёт её по лицу, заставляя от силы удара плеваться кровью.       — «Господин», — поправляет её альфа, грубо схватив за волосы. — Только так и никак больше.       — Почему я здесь? Я Вам ничего не сделала, — еле сдерживаясь от громких рыданий, ведь так может разозлить его ещё больше, плачет она.       — Из-за своей глупости, Суна, вини только себя за всё, что произошло и произойдёт, — от последнего слова омега в страхе смотрит на Кима.       Мужчина снова скалится и развязывает прикованные к стене руки. Девушка делает бессмысленную попытку бежать, но её останавливают сильным пинком в спину, и она валится с ног, ощущая, как альфа придавливает её к полу своим весом.       — Будь хорошей девочкой и, возможно, я оставлю тебя в живых, — шепчет Ким, вонзая свои клыки в оголённое плечо и наслаждаясь металлическим вкусом крови, которая стекает вниз.       Омега с силой жмурится и кусает нижнюю губу, лишь бы не закричать от боли. За секунды её полностью раздевают и прижимаются колом стоящим членом сзади.       — Пожалуйста… Господ… — молит девушка, пока не срывается на пронзительный крик, потому что в её девственную попу без подготовки резко входит Ким.       — Продолжай просить, меня это заводит, — рычит мужчина от того, как в ней узко. По сути ему тоже неприятно, но для Тэхёна даже боль — чистое удовольствие.       — Нет! Перестань, мне очень больно, — кричит Суна, когда Тэхён начинает сразу двигаться в ней быстро, резко и грубо.       По худым бёдрам течёт струя крови, а по всей округе проносятся болезненные крики и вопли девушки. Больше, чем секс, Ким любит наказывать. Суна позволила себе грубость с Тэхёном, за это сейчас и отвечает. В смягченной форме, с альфами он обходится намного… намного ужаснее.       Ким уже кончает во второй раз, при этом не выходя из неё и не давая передохнуть, пока та не теряет сознание. Толкнувшись ещё несколько раз в отрубившееся тело, он спускает снова и выходит из девушки. Пожалуй, с неё хватит.       Он решает оставить её в живых и почти что делает шаг на лестницу, но вдруг перед его глазами проносится образ Чонгука, и пистолет автоматически вынимается из кабуры. Без лишних раздумий он простреливает ей голову и со спокойной душой продолжает свой путь.       Так-то лучше.