А любишь ли ты меня?

Нэй открывает дверь, и я уже с ходу хочу возмутиться, но замираю, так и не сказав ни слова. Она вся взъерошенная, в моей, сука, рубашке, которая тоже, как и свитера, больше неё раза в два, с двумя расстёгнутыми пуговицами, благодаря которым видно её украшенную засосами шею и ключицы. Я поднимаю взгляд и замечаю, как эта нахалка медленно расползается в ухмылке. — Привет, любимая. Как дела на работе? — интересуется она, пока я незаметно сглатываю скопившуюся слюну и захожу в квартиру, закрывая за собой дверь. — Ты идиотка, Смит, скажи? — тут же спрашиваю я, и Нэй невинно пожимает плечами. — Временами. Что тебя сейчас натолкнуло на эту мысль? — Ты в моей рубашке, во-первых! — начинаю я, грозя ей пальцем. — Тебе жалко, что ли? В ней знаешь как удобно? — Жалко? Нэй, твою мать, это моя рубашка, в которой я хожу на работу! Ты же мне новую покупать будешь, если эту замараешь! — А я не замараю! Правда-правда! Верну её тебе в целости и сохранности! — тут же заверяет меня она, и я выдыхаю, демонстративно смеряя её всю оценивающим взглядом. — Во-вторых, ты мозги хоть иногда включаешь? А если бы я сейчас пришла с Мией, и она бы увидела тебя так? — Ян, дорогая, я прекрасно понимаю, что наши отношения тайные, и никто не должен о них знать. А потому я, зная, что ты уже скоро придёшь, потому что вчера ты освободилась в примерно похожее время, и помня, что вчера Мия пошла домой пешком и шла уже где-то приблизительно пятьдесят минут, то я, недолго думая, написала ей, поинтересовавшись, как она сегодня добирается до дома. Пешком или с тобой. На что она ответила, как мы с тобой прекрасно понимаем, что идёт пешком. Вот и получается, что ты придёшь одна, и мне не придётся бегать переодеваться а нормальную одежду. Ещё вопросы? — выгибает она одну бровь, скрещивая руки на груди. Я усмехаюсь, качая головой. — Ты мне начинаешь нравиться, когда включаешь мозги и проворачиваешь что-то подобное. — Я рада, что нравлюсь тебе хотя бы временами, — фыркает Нэй, закатывая глаза, пока я снимаю пальто. — Глазки мне тут свои очаровательные не закатывай, — качаю я головой, вешая пальто и шарф на вешалку, и разуваясь. — Мне можно, — хмыкает она, и я поднимаю на неё взгляд, выгибая одну бровь. — С чего бы это? — Я твоя девушка. И, кстати, я до безумия хочу поцеловать тебя, — улыбается она, являя мне свои ямочки на щеках, и я тут же обнимаю её за шею, наклоняя голову и целуя её в губы, закрывая глаза. Нэй отвечает на мой поцелуй, и я в очередной раз просто теряю голову. Я никогда не привыкну к тому, что у неё слишком прекрасные губы… Они правда слишком прекрасные! А сейчас, по сравнению с моими, ещё и тёплые. Она обнимает меня за талию, прижимая меня вплотную к себе, пока я прикусываю её нижнюю губу, оттягивая её и заставляя Нэй издать тихое и протестующее мычание. Я отпускаю её губу, тут же проводя по ней языком и тем самым слизывая с неё кровь, после чего отстраняюсь и усмехаюсь. — Что-то не устраивает? — шепчу я, открывая глаза и смотря в ярко-голубые напротив. — Естественно не устраивает! Твою мать, Ян, имей совесть и дай моим губам зажить! Так же жить невозможно! Я хмыкаю и целую её в щеку, а с щеки чередой поцелуев спускаюсь на её шею, проводя теперь по ней носом и заставляя Нэй издать тихий смешок. — Ян, я тебя убью. Вот правда, — шепчет она, на что я улыбаюсь, выгибая одну бровь. — Да ну? За что же это? — За твой холодный нос! Убери его от моей шеи! — Раньше это говорила я, если помнишь, — усмехаюсь я, но носом теперь веду по её линии подбородка, поднимаясь к уху и целуя его мочку. — Помню, но сейчас уже всё успело десять раз поменяться. И вообще, имей совесть, я чай не допила. Мне срочно надо решать эту проблему, — улыбается Нэй, и я хмыкаю, целуя её в щеку и отстраняясь, отпуская её, и она делает то же самое. — Иди пей. Я сейчас тоже приду и сделаю себе кофе. — Хорошо. Но после этого тебя зацелую я, предупреждаю! — Ну-ну. Топай давай. Нэй фыркает, разворачивается и послушно идёт на кухню, а я смотрю ей вслед, качая головой. Я пиздец как люблю её. Оказывается. *** Я сижу за компьютером и вздрагиваю от неожиданности, когда чувствую, что Яна облокачивается на мои плечи. — Что делаешь? — спрашивает она, на что я пожимаю плечами. — Сижу читаю о литагентах. Удобная вещь, да только хрен знает, где мне найти такого. — А ты хочешь его? — Да, это действительно очень удобно. Мне не надо будет ни на что тратить время, кроме моего творения. А у этого и связи могут быть в редакции, и ещё что-то подобное. — Нэй, если ты действительно хочешь, то я могу тебе подыскать. У меня тоже есть неплохие связи и, думаю, если поднапрячься, то через парочку дней я смогу найти тебе хорошего агента. Я тут же разворачиваюсь к ней в кресле, в ахуе смотря на неё. Она скрещивает руки на груди, серьёзно смотря на меня сверху вниз. — Ты… Ты серьёзно? — Да, я серьёзно. Ты могла бы сказать об этом куда раньше, и, возможно, он у тебя уже бы был. — Да я только полчаса назад узнала о том, что такие вообще есть! Ты… Боже, Ян, если ты реально это сделаешь, то я просто зацелую тебя! — Я сделаю, не переживай, — хмыкает Яна, и я улыбаюсь, тут же протягивая к ней руки. — Дай я тебя обниму. Яна улыбается мне в ответ и поднимает меня с кресла. Я хочу уже возмутиться, но она обнимает меня, и я тут же обнимаю её в ответ, оставляя свои возмущения при себе. — Спасибо, — шепчу я ей на ухо, закрывая глаза. — Было бы за что, зайчик. — Есть за что, Ян, поверь мне, есть за что! За многое. Я даже не знаю, что бы я без тебя делала, — тихо признаюсь я, заставляя Яну явно закатить глаза. — Нэй, перестань. — Ладно, ладно, — хмыкаю я, качая головой и утыкаясь носом в её шею. — Перестаю. Я люблю тебя. — И я люблю тебя, Нэй, — шепчет она, целуя меня в макушку. Я улыбаюсь, покрепче обнимая её. До сих пор не могу поверить в то, что это всё реально… *** Пятое марта. Я выдыхаю, переводя взгляд вдаль. Тёплый весенний ветерок играет с моими волосами и лёгкой кофтой, накинутой поверх обычной чёрной футболки. Я сижу прямо на островке снега, который остался, потому что в основном он растаял ещё где-то неделю назад. И мне хорошо. Нет. Нет, не хорошо. Мне очень и очень больно. — Вот и наступила весна, — шепчу я, чувствуя, что наворачиваются слёзы на глазах. Я прикусываю дрожащую нижнюю губу, качая головой и упорно не поворачиваясь к холодному надгробию. — Даже не верится. Тебя не стало осенью, а сейчас… Твоё любимое время года. Не знаю даже, смогу ли я его полюбить теперь. Я все свои шесть лет, что общалась с тобой, пыталась понять, чем она тебе так нравится. Ведь повсюду грязь, экзамены в конце года, и все всегда напряжены в эти три месяца. Я же тебе уже возмущалась по этому поводу… Причём каждый год. Я невесело усмехаюсь, и по щекам катятся слёзы. — Я помню твою тёплую улыбку, которой ты заставляла меня замолчать и засмущаться, после чего объясняла мне, как маленькому ребёнку, что уже потом, когда я стану старше, я пойму, за что можно полюбить весну. А в этом году… В этом году я даже не успела повозмущаться тебе. И я не знаю, стала ли я старше, но это уже и не важно. Я… Наверное, я не смогу полюбить весну. Она ассоциируется у меня с тобой, а следовательно… Ну, сама понимаешь. Я замолкаю на некоторое время, стирая слёзы с щёк. Судорожно выдыхаю, обнимая свои плечи. — И праздники. Праздники тоже теперь для меня больное место. На Новый год я расплакалась, и на Рождество тоже. Следующее было четырнадцатое февраля, и это, пожалуй, единственный праздник, который сделал меня счастливой. Как говорится, теперь я любима и люблю. Я очень люблю Яну, и я счастлива с ней. Но завтрашний день… Я не хочу его праздновать вообще. Я бы такая, чтобы весь этот день провести в слезах и воспоминаниях о тебе. Может быть, я так и сделаю. Если Яна, конечно, не вспомнит об этом и не решит зайти или вообще провести со мной целый день вместе. Очень надеюсь, что она не вспомнит. И Мира тоже. Кстати, не знаю, как ты относишься к нетрадиционной ориентации, но твоя дочь тоже счастлива со своей девушкой. И её, и моя девушка — из одной семьи. И это так… Классно, что ли. Нам обеим вскружили голову особи женского пола по фамилии Эванс. Это просто охрененно, — я невольно улыбаюсь на этих словах, а потом улыбка гаснет. Я выдыхаю, подползая к её надгробию и прижимаясь к холодному мрамору. Провожу пальцами по высеченной надписи, поджимая губы и снова еле сдерживая слёзы. Как только мои пальцы проходят по неровностям, которые образуют на этом мраморе цифры (годы жизни), я рвано выдыхаю. — Ты слишком мало прожила на этом свете, Бевви… Я… Блять… Ты могла бы познать своё счастье будучи бабушкой, а теперь… Мне… Мне так жаль, Бевви… Я так хочу тебя обнять, ты не представляешь… Знала бы я тогда, когда мы с тобой стояли в коридоре и обнимались, что это было в последний раз, я бы обняла тебя крепче и дольше… А теперь… Теперь уже поздно… Я не выдерживаю и рыдаю в голос, утыкаясь лбом в холодный мрамор. Я хочу вернуть всё назад… Пожалуйста… *** Я хмурюсь, смотря на Нэй, которая лежит, отвернувшись от меня, и молчит. Она пришла и, сказав, что очень устала, легла на диван, и вот уже полчаса она лежит. Но она не спит. Я слышу её дыхание, и я понимаю, что она не спит. А что с ней тогда? — Нэй? — шёпотом зову я её. — М? — Спишь? — Нет. Но, возможно, скоро усну, — шепчет она мне в ответ, и я выдыхаю. Между нами повисает очередная тишина. Так дело не пойдёт. — Иди ко мне, Нэй, — шепчу я, выключая телефон и убирая его. Нэй колеблется, но тем не менее поворачивается, подползает ко мне и ложится рядом, обнимая меня и кладя голову мне на плечо. Я обнимаю её в ответ, одной рукой почёсывая кожу её головы, гладя её или перебирая пряди её волос. — Где ты была? — тихо спрашиваю я, поудобнее устраивая голову и закрывая глаза. Нэй молчит пару долгих секунд, а потом выдыхает. — На кладбище. Ага. Вот теперь-то всё встало на свои места. Я тут же целую её в макушку, гладя её по голове. — Нэй, зайчик… — Пожалуйста, Ян, давай не будем об этом говорить? Я правда устала, и я сейчас не хочу это обсуждать, — тут же просит она меня, прижимаясь ко мне поближе. — Я и не собиралась, — качаю я головой. — Очень устала? — Очень. — Чай хочешь? Нэй хмыкает, целуя меня в шею. — Спасибо, любимая, но не хочу. Сейчас я просто хочу немного поспать. Желательно бы в твоих объятиях, но если ты занята… — Сегодня воскресенье, Нэй. Я не занята, — заверяю я её, потрепав по голове. — Спи. — Сплю, — кивает она. Я невесело улыбаюсь, зарываясь носом в её волосы. Проходит где-то минут десять, и Нэй, наконец, засыпает, крепко обнимая меня. А я выдыхаю ей в волосы, гладя второй рукой её по спине. Надеюсь, что хоть завтра, в свой день рождения, она будет счастлива. Я постараюсь, по крайней мере, осчастливить её. Я даже с работы отпросилась, а потому у половины детей пропадает завтра урок русского и литературы. В течении недели будут стоять дополнительные, но оно того стоит. Счастье Нэй в её день рождения того стоит. И я правда постараюсь её осчастливить. Но перед этим ей придётся изрядно понервничать. Я предвкушающе улыбаюсь, открывая глаза и замечая, что Ричи (вымахал пиздец как!) запрыгивает на диван и подходит к Нэй. Садится рядом со мной, профессионально не обращая на меня ровно никакого внимания, и хочет уже положить лапу на голову Нэй так же, как и я, но я отмахиваюсь от его лапы. — Рич, нет! — тихо шепчу я, заставляя его таки повернуть ко мне голову. Я качаю головой, строго смотря на него. — Нет. Имей совесть, она с тобой сегодня и так много времени провела. Мы с тобой договаривались. Всё должно быть по-честному. Всё утро она гуляла с тобой, в обед уехала, а сейчас уже почти вечер, и я весь день её не видела, в отличие от тебя. Так что кыш отсюда. Моя очередь быть с ней. Ричи наклоняет голову вбок, но я качаю головой. — Нет. Иди к Мии. Она сегодня пойдёт гулять, и если Нэй не проснётся к тому времени, то ты пойдёшь гулять с ней. Понял? Он тихо рычит, и я тут же закрываю ему морду рукой. — Тихо ты! Она только уснула. Рич, не беси меня. Он вдруг легонько кусает меня за руку, и я тут же отдёргиваю её, поморщившись от вида слюны. — Ричи! Вот засранец! Я теперь знаю, кто Нэй плохому учит! Кыш отсюда! Мы с ним ещё немного препираемся, но по итогу я выигрываю, и Ричи, поверженный, всё-таки уходит в комнату Мии, спрыгнув с дивана, а я одобрительно киваю. Вот так. А то оборзел совсем. Ни стыда ни совести. Я уже спокойно обнимаю Нэй, целуя её в волосы. Радость моя. И всё-таки, да… Завтра моё чудо немножко понервничает с утра пораньше. Ну, должна же быть подача подарка оригинальной, верно? Верно. Я снова предвкушающе улыбаюсь и закрываю глаза, вдыхая от волос Нэй запах моего шампуня. Да, она немного тоже оборзела, но я простила ей это. Всё-таки, чувствовать то, что её волосы пахнут так же, как и мои, невероятно приятно. Ладно, я тоже немного посплю, пожалуй. А потом напишу Мэй. Да, пожалуй, так и сделаю. *** — Ты тоже чувствуешь себя алкашом? — хриплым после сна голосом спрашиваю я, закидывая пакетик в кружку и заливая его кипятком, зевая. — Есть такое, — хмыкает сзади меня Яна, что-то там делая. Голос у неё тоже сонный. Пиздец. Я ставлю чайник на место и выкидываю заодно пакетик, по пути чмокнув Яну в обнажённое плечо. У неё немного съехала футболка просто, пока она спала. Не более того. Она явно улыбается, а я возвращаюсь к своему чаю. И выдыхаю, понимая, что забыла ложку. Поворачиваюсь к Яне, и та поворачивается тоже, на удивление уже протягивая мне ложку. — Держи, чучело. И просыпайся давай, — усмехается она, на что я улыбаюсь. Беру из её руки ложку, а она вдруг перехватывает эту мою руку, притягивая за неё меня к себе, а второй рукой обвивает мою шею и целует меня в губы, закрывая глаза. Я улыбаюсь снова, конечно же отвечая на её поцелуй, закрывая глаза и обнимая её свободной рукой за талию. Тут вдруг Яна проникает языком мне в рот, и я хмыкаю, тут же начиная играть с ним своим. Кухню наполняют тихие звуки нашего развратного поцелуя, и Яна в какой-то момент отпускает мою руку, в которой я до сих пор держу ложку, и обнимает меня теперь обеими руками за шею, делая шаг вперёд и заставляя меня сделать шаг назад, врезавшись в стол. Я кое-как (она не хотела меня так просто отпускать) отстраняюсь от её губ, тихо смеясь и обнимая её двумя руками за талию. — По-моему, мы что-то уронили, — шепчу я сквозь смех, открывая глаза и немного запрокидывая голову, чтобы посмотреть в глаза Яны. — Ты остановила меня ради того, чтобы это сказать? — Да, — киваю я, еле сдерживая смех. Яна смотрит на меня секунды три, после чего фыркает, находя капюшон моей кофты и натягивая его мне на голову, давая хороший подзатыльник и заставляя меня рассмеяться снова. — Обломщица. Давай чай свой делай. И, кстати, сними кофту. Нахрена ты в ней по квартире ходишь? — Обязательно, — киваю я, снимая капюшон и кофту заодно, бросая её пока что на стул. Поворачиваюсь обратно к своему чаю, насыпая наконец сахар и перемешивая его. — А где Ричи? — Ушёл гулять. — Сам? — Да конечно, — фыркает Яна, заставляя меня улыбнуться. — С Мией и Мирой. — Они всегда вдвоём гуляют? — Как видишь. Лучшие подружки же. Правда я до сих пор не понимаю, чем Мии она так понравилась. — Наверное, своим чувством юмора и бунтарностью. С ней скучно не бывает. Меня больше интересует, что она в Мии нашла. — Романтику, скорее всего. Она у меня девочка мечтательная, книги хорошие в детстве постоянно читала. Про любовь. — Серьёзно? — удивляюсь я, наливая холодной воды, чтобы разбавить немного этот кипяток. — Серьёзно. — Думаешь, романтику в ней нашла? А причём тут это? Они же подруги. — Ну и что, что подруги? Она же не свидания ей романтичные устраивает. — А вдруг? — Да упаси Господь! Я усмехаюсь, ставя графин с водой на место и поворачиваясь к Яне с чаем в руках. Она что-то готовит, стоя ко мне спиной, и я рассматриваю её, прикусывая нижнюю губу. Красивая… — И зря ты так. Может, из них получилась бы отличная пара, — пожимаю я плечами. — Как из нас с тобой? Тогда точно упаси Господь. Я смеюсь, отпивая немного чая и ставя его на стол, подходя к Яне и обнимая её со спины за талию, кладя подбородок ей на плечо. — Вас чем-то не устраивает ваша девушка, мисс Эванс? — интересуюсь я деловым тоном. — Да, есть парочку минусов. — Эй, эй, эй, ты охренела? — тут же возмущаюсь я, кусая её плечо и заставляя её вздрогнуть. — Смит! — Ах вот оно что. Фамилия не устраивает? — тут же добрею я, мило улыбаясь и целуя её в шею. — Ну хорошо, согласна. Можешь взять мою. — Ну нет, не дай Бог. И вообще, прекрати кусаться! Охреневшее создание! — Мне можно. Не, не, не, Ян, а если серьёзно? Ну согласись, что моя фамилия лучше звучит с твоим именем, чем твоя фамилия с моим именем, — серьёзно спрашиваю я. — Ну нет. Яна Смит звучит как-то не очень хорошо. А вот Нейтан Эванс звучит. И очень даже хорошо звучит. — Слишком властно, — морщусь я. — Я не такая. Вот ты да, другое дело. А тут… Да и тем более, а если не полное моё имя брать? Нэй Эванс. Уже не так слаженно и красиво. — А как по мне, то очень даже хорошо. Нейтан Эванс… Да, действительно властно. Но это всё из-за твоего дурацкого и очень неподходящего полного имени. Моя-то фамилия, может, ещё не властно звучит, но твоё полное имя… — Да, сама в шоке. Слишком охренеть какое. Короче, будешь Смит. — Размечталась, — фыркает Яна, качая головой и показывая мне прямо перед носом кулак. Я улыбаюсь, беря эту её руку в свою и целуя каждую костяшку, а носом провожу по её длинным и холодным пальцам. Охрененно. — Дай облизну, — шепчу я, и Яна тут же щёлкает меня по носу костяшкой одного пальца, после чего забирает свою руку. — Хрен тебе. — Ну и зря, — хмыкаю я, пожимая плечами и поудобнее устраивая подбородок на её плече, вдыхая аромат её духов от шеи. Вот такие вечера я люблю… *** Я смотрю на то, как Нэй одевается, качая головой. Она даже не догадывается, что ждёт её с утра пораньше… Маленький зайчонок. Она ещё такая серьёзная, про день рождения ничего не упоминает… — Нэй, зайка, какие у тебя планы на завтра? — спрашиваю я как ни в чём не бывало. Она оборачивается, прищурившись. — А что? — Ответь для начала. — Планировала устроить себе день одиночки, — признаётся вдруг она. — Подробнее? — Ну… Побыть дома одной. Не считая Ричи, само собой. Заняться и посвятить весь день своей книге. — Весь день? — Ну да, порой бывает и такое. Я хмурюсь. Так, что за хрень? — Нэй, с тобой точно всё хорошо? — Да, всё отлично, — кивает она, улыбаясь и являя мне свои ямочки на щеках. Улыбка-то натянутая. Что я, не различу её настоящую и искреннюю улыбку от этого? — Так, ладно. Тебя совсем-совсем завтра не трогать? — По возможности, — кивает она, затягивая ремень на брюках и застёгивая его. — Ладно. Ничего не «ладно». Я всё равно завтра приду и обрадую своего котёнка. Подарок уже есть, и есть его оригинальная подача. Так что Нэй придётся терпеть меня завтра хотя бы с утра. Там я уже попробую выяснить, с чего это она ни с того ни с сего решила устроить себе «день одиночки». — А что? — снова спрашивает Нэй, на что я пожимаю плечами. — Хотела погулять с тобой. — Прости пожалуйста, но я правда завтра не смогу… Я бы рада, и я бы пошла, но… — тут же начинает она мямлить, и я выдыхаю, подходя к ней и обнимая её, заставляя замолчать. — Я поняла, Нэй. Не утруждайся. — Прости меня ещё раз, — выдыхает она, обнимая меня в ответ и целуя в волосы в знак примирения. — Да конечно я тебя прощаю. Погуляем ещё с тобой, и не раз, — хмыкаю я, зарываясь носом в её волосы и закрывая глаза, гладя её по голове. Моя радость… Ну что ж. Поехали. *** Я смотрю на время. 04:16. Нэй же спит в это время? Должна спать. Я выдыхаю, опуская руку с часами и осматриваясь. Начало пятого, а я стою у подъезда Нэй, ожидая свою подругу. Кто бы мог подумать? Так, ладно. Я достаю пачку сигарет и выуживаю одну, убирая пачку обратно в карман. Закуриваю, а на лице вдруг появляется улыбка. Нэй сегодня исполняется двадцать один… Какая-то очень странная и как будто бы невероятная мысль. Я даже не успеваю углубиться в эту мысль, как во двор заезжает машина, и я усмехаюсь, выдыхая дым. Она паркуется, и Мэй выходит из машины, подходя ко мне. — Привет, моя хорошая! — душевно здоровается со мной она, и я тут же выбрасываю недокуренную сигарету, прижимая палец к губам. — Ш-ш-ш! Сейчас начало пятого и никого нет на улице. А следовательно, тебя сейчас можно услышать даже с пятого этажа. Так что тихо, — шепчу я, и Мэй тут же шлёпает себя по губам, извиняясь и обнимая меня. Я обнимаю её в ответ, улыбаясь. Соскучиться уже успела по ней. Мы отстраняемся друг от друга и обмениваемся ключами. — Так, всё помнишь? Я тебе напишу. Не уснёшь? Я, наверное, только через полтора часа разбужу её. — Да какой там. Не усну конечно. Тем более, полтора часа это очень даже недолго. Я пока пободрствую. — Отлично. Если всё получится, то я буду тебе очень и очень благодарна, — искренне шепчу я. — А всё получится, Янчик, не переживай. Твоя идея просто гениальна, так что конечно у нас всё получится. Я улыбаюсь, благодарно кивая. — Спасибо тебе большое заранее. Ну всё, давай. Я тебе напишу. — Хорошо, жду твоего сообщения, — улыбается она мне в ответ, после чего разворачивается и идёт к аллее неподалёку. А я выдыхаю, поднимая взгляд на окно квартиры Нэй. Оттуда всё хорошо видно. Ни деревьев, ничего. Вот и отлично. *** Я хмурюсь, просыпаясь. Открываю глаза. Что за хрень? Ко мне стучались, или это мне приснилось? Но тут стук повторяется, и я выдыхаю, выпутываясь из одеяла и вставая на ноги, потирая глаза. Сколько времени-то хоть? Я иду в коридор, мелком глянув на часы. И хмурюсь. Начало семдьмого? Кому что нужно в такую рань? Я открываю дверь. И удивлённо вскидываю брови, видя перед собой Яну. Она хмыкает, рассматривая меня, и я тут же протираю лицо двумя руками, пытаясь проснуться. — Иди в задницу, Ян. Ну серьёзно, какой нормальный человек будет приходить к другому в начале седьмого? Естественно я ещё не проснулась, так что даже не смотри так на меня! — Заметь, зайчик мой, я не сказала ни слова, — улыбается Яна, явно качая головой, а потом я вдруг чувствую, что она обнимает меня. Меня обдаёт морозом и запахом сигарет, и я выдыхаю, обнимая её в ответ. — Куришь с утра пораньше? И без меня? — усмехаюсь я. — Ну прости, я до тебя не смогла достучаться с первого раза. А курить хотелось. — Ладно, прощаю. Закрой дверь, пожалуйста. Мне холодно, — жалуюсь я, пытаясь согреть ноги друг о друга. Ну реально, по полу прям сквозит. Яна хмыкает и отстраняется от меня, закрывая дверь и щёлкая замком. Я удовлетворённо киваю, скрещивая руки на груди и зевая. — Ну и что ты делаешь здесь так рано? Я не выгоняю, и я не против, я просто интересуюсь. — Захотелось увидеться с тобой. Я же знаю, что сегодня ты никого не хочешь видеть, но я хотела увидеть тебя и провести с тобой хотя бы полчасика вместе, — пожимает плечами Яна, на что я невольно улыбаюсь. — Очень милом с твоей стороны. Ладно, проходи. Можешь пока сделать себе кофе, а я умоюсь, с твоего позволения. — Обязательно. Спасибо. Я киваю и включаю свет и в ванной и в коридоре, после чего захожу в первую, выдыхая. Пора просыпаться. И я очень надеюсь, что Яна не знает про то, что сегодня у меня день рождения. *** Мы с Нэй о чём-то болтаем, но тут мне приходит сообщение, и опускаю взгляд. Мэй на месте. Отлично. Я киваю, быстро набирая ей ответ. Слышу, что сначала за окном пиликает автозапуск, после чего машина заводится, дверь открывается и закрывается, и мысленно усмехаюсь, а к Нэй поворачиваюсь, нахмурившись. — Не твоя машина? Такой звук, как будто у тебя сработал автозапуск. Нэй тоже хмурится, отпивая чая и ставя кружку на стол, отталкиваясь от него и подходя к окну. — Да с чего бы моя? Нет, это… Тут она замирает, в ахуе смотря на улицу, и я тут же подхожу к ней, опираясь рукой на её плечо и выглядывая из окна. Вовремя — Мэй в машине Нэй как раз выезжает со стоянки и едет в сторону главной дороги. — Блять! — ругается Нэй, тут же выворачиваясь из-под моей руки и выбегая с кухни. А я усмехаюсь, качая головой. Нэй меня убьёт за такое. *** Мы с Нэй обе выбегаем из подъезда, и Нэй тут же начинает беспомощно осматриваться, нервно зарываясь пальцами в волосы. — Гандон, кто бы он ни был! Вот сука… Я хрен знает, что делать! В полицию заявлять? Вот же… Уёбок! — кричит она в ту сторону, куда уехала Мэй на её машине. Её крик эхом разносится по всему двору, и я тихо хмыкаю, доставая ключи из сумки. — Вот чёрт! — наигранно ругаюсь я, и Нэй тут же оборачивается, в панике смотря на меня. — Что ещё? — Это, скорее всего, была Мэй, — с досадой в голосе заявляю я. Нэй замирает. — Как Мэй? А как она?… откуда?… Стой, что? Она тут вообще каким боком?! — Долгая история, но если кратко, то я на время дала ей ключи от твоей машины, подумав, что они пока что тебе не нужны. — Не нужны? Не нужны?! Яна, твою мать, это моя машина, и это мои ключи от неё! Какого… — А это тогда чьё? — спрашиваю я, протягивая ей новые ключи. Нэй хмурится и качает головой. — Это не мои. — Нет, Нэй. Поверь. Теперь они твои. — Что? — Бери. Нэй недоверчиво смотрит на меня, но ключи берёт, рассматривая их. — Это… — Ты знаешь, что делать. Она хмурится, и я хмыкаю, поворачивая её в нужную сторону. — Давай, Нэй. Она нажимает на кнопку на ключах, и за какой-то «Маздой», которая специально закрывает нам весь обзор, пиликает в ответ открывшаяся машина. — Господи, нет… Только не говори мне, что… — Пойдём, — усмехаюсь я, подталкивая её, и мы действительно вместе идём в сторону этой машины, обходя «Мазду». Как только машина открывается нам во всей красе, то Нэй тут же замирает, в ахуе смотря на неё. — Это… — Это «Мазерати Гран Туризмо». Специально для тебя название выучила, — улыбаюсь я, пожимая плечами и скрещивая руки на груди, переводя взгляд с этой крутой машины на Нэй. Она закрывает рот двумя руками, рвано выдыхая. — Нет… Нет, нет, нет, нет, ты не настолько больная… — шепчет она, не отрывая неверящего изучающего взгляда от машины, на что я усмехаюсь, качая головой. — Ты меня плохо знаешь. Нэй переводит на меня взгляд, и я тепло улыбаюсь. — С днём рождения, Нэй. Она тут же бросается на меня с объятиями и неожиданно плачет, крепко обнимая меня и утыкаясь носом мне в плечо. — Ты охренела, Ян?! Ты… блять, я тебя убью! — судорожно шепчет она, и я тут же обнимаю её в ответ, успокаивающе гладя её по голове. — Тихо-тихо, зайчик. Я тоже очень сильно люблю тебя, — шепчу я ей на ухо, улыбаясь и целуя её в макушку. — Сука, нет… Всё что угодно, но не это… Ян, ты с ума сошла?! Я не могу принять такой подарок… Пожалуйста, всё что угодно, но не это… — Нэй, солнце, а по-другому никак. Товар возврату не подлежит. Я на машине ездить не хочу, но зато хочу, чтобы у моей любимой девушки была машина её мечты. Так что ты просто должна принять этот подарок. — Я не могу… — Можешь. Ты хотела эту машину, и теперь она у тебя есть. И ты просто не сможешь не принять её. Да и тем более, Нэй, на чём ты собралась гонять по трассе? — Блять… Я люблю тебя… Да тут никаких слов не хватит, чтобы описать сейчас мой восторг и мою любовь к тебе! Спасибо, Ян, спасибо тебе огромное! Ты просто чудесная, и я правда очень сильно тебя люблю! Сука, я… Я просто в ахуе! — искренне шепчет Нэй, отстраняясь от меня, чтобы посмотреть мне в глаза, и хочет уже продолжить восторгаться, но я затыкаю её поцелуем. Нэй тут же выдыхает через нос, и мы обе закрываем глаза. Я беру её лицо в обе руки, а её руки тем временем обнимают меня за талию, притягивая вплотную к себе. Я тут же, конечно же, проникаю в её рот языком, проводя по острым клыкам и зубам, которыми она так любит кусать меня, и наши языки сплетаются. Я уже обнимаю Нэй за шею, прижимаясь к ней, а она вжимает меня в себя, и я улыбаюсь. Отстраняюсь от неё, открывая глаза, и Нэй делает то же самое, с неподдельным обожанием смотря на меня немного снизу вверх. — Я правда очень сильно люблю тебя, — шепчет она, на что я хмыкаю, кивая и убирая ей выбившуюся прядь за ухо. — И я очень сильно люблю тебя, Нэй. А теперь иди наконец и рассмотри свою машину мечты как следует. А то я прям вижу, как у тебя руки трясутся от желания потрогать её или сесть в салон. Так что давай, радость моя. Вперёд. Нэй улыбается, являя мне свои очаровательные ямочки на щеках, и благодарит меня, целуя в щеку, прежде чем действительно пойти к, теперь уже своей, машине. Она с неподдельным восторгом обходит её вокруг, проводит пальцами, что-то там шепчет себе под нос, после чего садится в салон и с таким счастьем оглаживает руль, рассматривая её изнутри, что я хмыкаю, качая головой. Моя радость… Как же приятно видеть её такой счастливой! Я прям не могу. Причём раньше, с другими, такого не было. Никогда. А вот с Нэй… Тут вдруг мне приходит сообщение, и я, с трудом оторвав взгляд от моего любимого зайчика, достаю телефон и включаю её. Читаю сообщение от Мэй и смеюсь, подходя к Нэй. Она с интересом переводит на меня взгляд, и я поворачиваю свой телефон, показывая ей сообщение Мэй. Она читает его и тоже смеётся, уткнувшись лбом мне в плечо. Мэй: Янчик, твою мать, я всё понимаю, но твоя любимая Нэй не надумала там, случаем, ехать за мной на своей новой шикарной машине, чтобы отпиздить за спланированную кражу? Мы с Нэй успокаиваемся, и я тут же начинаю записывать ей видеосообщение, обнимая Нэй за шею и поворачивая к ней голову. — Нэй, ты не надумала? — Твоё счастье, что нет, — усмехается она, переводя взгляд в камеру. — Но машину вернёшь! В целости и сохранности! Я усмехаюсь, тоже теперь переводя взгляд в камеру. — Да, Нэй немножко поседела, и даже обматерила тебя, но вообще она уже простила твою «кражу». Простила же? — интересуюсь я у Нэй. Она переводит на меня сомнительный взгляд, который я вижу в камере, и смеюсь, отправляя Мэй это сообщение, а сама тут же набрасываюсь на Нэй, опрокидывая её на сидения и начиная её всю зацеловывать. Она смеётся, пытаясь отстранить меня от себя, но я не даю ей такой возможности, прижимая её руки к кожаному креслу. — Ян, Ян, Ян, прекрати! Мне щекотно! — сквозь смех умоляет она меня, но я не слушаю её, продолжая зацеловать всё, до чего только могу достать. И только когда Нэй реально уже чуть ли не задыхается, я отстраняюсь от неё, улыбаясь. Нэй тут же откидывается на сиденье, пытаясь отдышаться, а я хмыкаю, начиная гладить её по щеке. Мне приходит сообщение, но я не обращаю на него внимания, целуя Нэй в щёчку. — Я люблю тебя, Нэй, — искренне шепчу я. Она, жестом попросив меня подождать, глубоко вдыхает и выдыхает. Я понимающе киваю, убирая прядь волос с её лба. Наконец, Нэй немного приходит в себя и выдыхает, приподнимаясь на локтях. — И я люблю тебя, Ян. Спасибо тебе за такой… за такой ахуенный и невероятный подарок. Я в дичайшем восторге, — тоже шепчет она, и я улыбаюсь, беря её лицо в обе руки, гладя большими пальцами её щеки. — Это видно. Я рада, что тебе понравился этот подарок. — Шутишь? Как он может не понравится? — Тоже верно. Так, ну-ка давай сядем. А то так тебе, наверное, не очень удобно. Нэй кивает, и мы тут же садимся. Она устраивается в кресле, а я сажусь на её колени, обвивая руками её шею и смотря в ярко-голубые глаза напротив. Она же обнимает меня за талию и тоже смотрит мне в глаза. И вдруг улыбается, являя мне свои ямочки на щеках. — Что? — спрашиваю я. — Мэй. — Блять, — тут же ругаюсь я, доставая телефон под тихий смех Нэй и включая его, переходя в чат с подругой. Она тоже прислала видеосообщение. Я хмыкаю, подзывая Нэй к себе, и она тут же выпрямляется, заглядывая в мой телефон и прижимаясь своей щекой к моей. — Нэй, именинница ты наша! — тут же жизнерадостно начинает своё видео она, сидя в старой машине Нэй и улыбаясь. — Поздравляю тебя с днём рождения! Сколько там тебе исполнилось я не знаю, но ты ещё молодая и, поверь мне, с каждым годом ты будешь молодеть и молодеть! Не слушай эту женщину, ты ещё очень нескоро поседеешь! Так что да, будь счастлива, не ругайся с Яной, и отпразднуй свой день рождения так, чтобы поседела Яна. Удачи, дорогая. — Так, а вот сейчас не поняла, — тут же реагирую я, заставляя Нэй рассмеяться и уткнуться лбом мне в шею. — Ну ничего, ничего. Отвечу я ей. А хотя знаешь, кое в чём я с ней соглашусь. — Дай угадаю. В том, что надо отпраздновать свой день рождения так, чтобы ты поседела? — Так, Смит! Нэй улыбается, откидываясь на спинку кресла и снова прижимая меня вплотную к себе. — Тогда скажи ты, — шепчет она, и я тут же обвиваю её шею руками, выключая телефон и держа его в одной из этих рук. Наклоняюсь к Нэй, которая еле сдерживает улыбку, прикусывая нижнюю губу. — В том, что лучше бы тебе со мной не ругаться, — шепчу я, почти касаясь её губ своими, заставляя её сглотнуть. — Да? — Да. — Хорошо, моя госпожа. Так и быть, не буду. — Умничка. С днём рождения, зайчик. — Спасибо большое, — шепчет она, и мы целуемся, закрывая глаза. Пожалуйста, Нэй… Пожалуйста. Всё, лишь бы ты была счастлива.