А любишь ли ты меня?

Я успеваю уже неплохо так повозмущаться, но, на удивление, и Клэр и Джейс молчат. Просто молча слушают меня и не возражают. Я хмурюсь. Что это с ними? — Продолжай, продолжай, — подбадривает меня Яна, которая тоже сидит на моей кровати, но позади меня. — Да как тут продолжать, если они молчат? Народ, что с вами? — спрашиваю я у них. Клэр переводит взгляд на Яну, и Джей, на удивление, делает то же самое. Я оборачиваюсь и чуть ли не сталкиваюсь носами с Яной. Та переводит на меня взгляд, выгибая одну бровь. — Ты их запугала? — спрашиваю я. Яна усмехается, щёлкая пальцем меня по носу. — Да ты что, Нэй? Конечно нет. Сдались мне твои друзья. — А какого хрена тогда они молчат? Обычно они со мной дискутируют, причём нормально так дискутируют. А это что? — Понятия не имею, дорогая, — качает она головой, опуская взгляд в свой телефон, а я возвращаю взгляд на Джея и Клэр, нахмурившись. Кивком головы спрашиваю у них, что происходит, но они лишь пожимают плечами. Охрененно. — Всё, время приёма окончено, — влезает вдруг Яна в наши разговоры без слов, и я обречённо выдыхаю. Ко мне подходит Клэр, чтобы обнять на прощание, и я хочу уже ей отказать, но меня опережает Яна, которая уже обнимает меня за шею, крепко прижимая к своему плечу мою голову. — Не надо её обнимать, она болеет. Вдруг заразит ещё? Клэр хмурится, переводя взгляд с Яны на меня, и я извиняюще улыбаюсь, пожимая плечами. — Я сама уже хотела тебе отказать, но меня опередили. Действительно, ребят, не надо меня пока что обнимать. Как окончательно выздоровею — сразу же вас заобнимаю. Обещаю. — Умница, — шепчет мне на ухо Яна, на что я лишь выдыхаю, сжимая руки в кулаки. Я уже забыла, как на меня влияет этот чёртов шёпот на ухо, это слово и обжигающе горячее дыхание Яны! Ребята прощаются и уходят, а я выдыхаю, закрывая глаза и чувствуя себя просто прекрасно, ощущая холодные руки Яны на своём теле. — Всё, довольна? — явно очень недовольно спрашивает Яна, на что я усмехаюсь, кивая. — Довольна. Спасибо. А ты? — Не спрашивай. Я хмыкаю, а Яна щёлкает меня по носу. — Ты им явно не понравилась. — У нас это взаимно. Знала бы ты, как мы с ними успели поругаться, пока ты спала. — Всё-таки поругались. Я сразу догадалась, что что-то тут не так, — фыркаю я, открывая глаза и встречаясь с тёмными ледовито-голубыми напротив. — Ну и по какому поводу поругались? — А вот это уже тебе вовсе не важно знать, — презрительно усмехается Яна, ласково зачёсывая мне чёлку и заставляя меня невольно улыбнуться, снова закрыв глаза. — Я имею право знать. — Нет, не имеешь. Размечталась, как же. Давай спать ложись. — В смысле «спать»? Время детское! — Для меня ты всё равно что ребёнок. Так что давай, не спорь мне тут. Ложись. — Да ну Ян! — Без «ну Ян». Давай-давай. Я выдыхаю и, отстранившись от неё, ложусь на кровать, открывая глаза, скрещивая руки на груди и хмуро смотря на Яну, которая берёт свой телефон, но, заметив мой взгляд, переводит на меня свой. И усмехается, качая головой. — Не надо на меня так смотреть. — Меня укладывают спать, как маленького ребёнка! Как тут не смотреть на тебя так? — фыркаю я, закатывая глаза. — Всё, прекрати ныть. Чай сделать? — Я сделаю себе сама, как и когда захочу. Я не калека, у меня всего лишь несколько дней держалась высокая температура. А ты всё как обычно драматизируешь. — Я? По-моему, ты меня очень плохо знаешь, девочка моя, — качает головой Яна, на что я, смерив её выразительным взглядом, встаю с кровати. — Куда собралась? — За чаем. — Не рухни где-нибудь посередине кухни. Я выдыхаю, оборачиваясь. Яна смотрит на меня вроде как серьёзно, но я же вижу, что она, сучка такая, еле сдерживает насмешливую ухмылку. — Напрашиваешься со мной? — Впрочем, вопрос риторический. Я знаю ответ. Яна пожимает плечами: — Я этого не говорила. — Бесишь ты меня временами. Пойдём, — обречённо выдыхаю я, разворачиваясь и направляясь в сторону кухни, слыша, что сзади меня встаёт с кровати Яна и идёт следом за мной. Вот сучка, серьёзно. *** Я смотрю на Нэй, просто не зная, как оторваться. Она пьёт чай, смотря в окно, за которым идёт снег, и явно о чём-то очень усердно думает. И Боже, какая же она красивая… Хоть и выглядит ни к чёрту, благодаря болезни. — Ты правда всё ещё любишь меня, — неожиданно шепчет Нэй, так и не отрывая взгляда от окна. Я хмурюсь, а она переводит на меня взгляд. — За что? Я же бросила тебя. — Нэй, честно, я понятия не имею, за что тебя можно было полюбить, — чистосердечно признаюсь я, качая головой. Теперь хмурится Нэй, и я усмехаюсь, закатывая глаза. — Нет, правда. Сама порой не понимаю, как меня угораздило в тебя влюбиться, но ничего не могу с этим поделать, к сожалению. — А ты можешь меня разлюбить? — Дурацкий вопрос, Нэй. Ты как никто другой знаешь на него ответ. Нэй прикусывает нижнюю губу, ставя кружку с чаем на стол. — Это как-то… несправедливо. Ты права, уж я-то знаю это точно. И что ты будешь с этим делать? Я пожимаю плечами: — Любовь не вечна. Когда-нибудь разлюблю. — Не вечна? — Конечно нет. — Ты сказала бы то же самое, если бы наша любовь была взаимной? — Да. Да, Нэй, я сказала бы то же самое. Может, не сразу, но сказала бы. — Почему? Ты не верила в нашу любовь? — Объясняю теперь для тебя, — выдыхаю я, подходя к столу, напротив которого она стоит, и опираясь на него, скрещивая руки на груди. — Подобным уже интересовалась Мия, и я ей сказала то же самое. Нэй, как бы ты ни верила в любовь — её не существует. Есть привязанность, зависимость, влюблённость, но точно не любовь. Любовь бывает только к детям. Ну и к родителям, если у вас хорошие отношения, что к нам с тобой никак не относится. Детей это касается тоже, но у нас с Мией вроде всё в порядке. Так вот, любовь бывает только к родственникам. Но не бывает той любви, о которой ты читаешь или видишь в фильмах. Не существует такой любви, Нэй. Смирись уже с этим фактом и будь реалистом. Нэй хмурится, качая головой. — А может, ты просто ещё не чувствовала эту любовь? Потому что я на все сто с тобой не согласна. Любовь существует, да ещё какая! Я тебя любила. Именно любила. И это точно была не привязанность. — Откуда ты можешь знать? — Слушай, ну я-то себя получше знаю. И я понимаю, что такое привязанность, а что — любовь. И я тебя любила. — Чем ты можешь это доказать? — Ну как «чем»? Я знаю. — Всё, Нэй, давай без этого? — Не вопрос, — фыркает Нэй, желая капитулирующий жест. — Я не лезу. Всё. — Вот и не лезь. Сама как-нибудь разберусь, без твоей помощи. — Да не вопрос. Мы замолкаем. Нэй, ещё парочку минут посмотрев в окно, выдыхает, ставя уже пустую кружку на стол. — Я спать. — Топай. — Что, компанию не составишь? — усмехается Нэй, выгибая одну бровь. Я фыркаю, закатывая глаза: — Вот ещё. Спать с тобой в одной кровати? Да упаси Господь. — Так, пойдёшь или нет? — Нет. — А если подумать? — Я тебе что, попугай? — Нет. Ну Ян, ну пошли со мной. Поспим парочку часиков, наберёмся сил. — Нэй, солнце, тебе не десять лет. Иди спи. — Я пыталась, — обречённо выдыхает Нэй, направляясь к выходу из кухни. Выходит, а я хмыкаю, качая головой. Очаровашка. *** Мы с Нэй вместе идём в сторону дома, около которого разойдёмся по домам. А жаль. Этих нескольких дней с ней мне было… ну, не то что бы мало, но я бы провела с ней так ещё денёчек точно. Мы останавливаемся и поворачиваемся друг к другу. Причём Нэй довольно улыбается, скрестив руки на груди и смотря на меня немного снизу вверх. — Не смотри на меня так. — Почему нет? — тут же интересуется она. — Потому что я так хочу. — Ой блять, бесишь ты меня временами, — выдыхает она, закатывая глаза. — Ладно. Спасибо тебе за эти несколько дней, в первые из которых ты мне помогала с болезнью. Сама бы я очень нескоро встала бы на ноги. — Или вообще не встала бы. С твоим-то пренебрежением ко всему. — Иди ты, — усмехается Нэй, делая ко мне шаг и вдруг обнимая меня. Я, конечно же, обнимаю её в ответ, зарываясь носом в её волосы. Девочка моя. Как же я её люблю! *** — Хватит работать, твою мать. Ты состариться на этой работе хочешь? — спрашиваю я, на что Яна выдыхает, но не отводит глаз от компьютера. — Нэй, заткнись. Ты отвлекаешь. — Ян, ну серьёзно, зима же! Посмотри, какой там снег шикарный идёт! Пойдём погуляем. — Мне нужно доделать заявление. — Это надолго? — Имей терпение. Я выдыхаю, садясь на её стол и качая головой, переводя взгляд на снег за окном. — Имей терпение, а не меня… — тихо бормочу я, после чего перевожу взгляд на Яну. — Ты доделаешь это заявление, и мы пойдём проветримся? — допытываюсь я. — Да, Нэй. Только заткнись и дай поработать. Я морщу нос, передразнивая тон Яны, что она, конечно же, не видит. Снова возвращаю взгляд в окно и прикусываю нижнюю губу. Снег идёт большими хлопьями, ложась на землю и образуя сугробы. За забором школы бегают дети, играя в снежки, валяясь в сугробе и лепя снеговика. Шикарно… — Ты можешь идти, — неожиданно говорит Яна, и я опускаю на неё взгляд. Та внимательно смотрит на меня снизу вверх (ебать как нечасто такое случается), на что я хмурюсь. — Куда? — На улицу. — Не, не, не, без тебя я не пойду, — тут же качаю я головой. — Без тебя я ни-ни. Я подожду. — В чём твоя проблема? Иди, если хочешь. — Моя проблема в том, что я снова начинаю к тебе привязываться. И мне с тобой хорошо. Ты хоть представляешь себе, сколько я уже за четыре года гуляла по такой шикарной погоде в полном одиночестве? Да конечно представляешь, у тебя, наверняка, было то же самое. Я уже не могу просто гулять в одиночку, зная, что у меня есть человек, который может составить мне компанию и с которым мне будет комфортнее раз в тысячу. Яна внимательно смотрит на меня, после чего выдыхает, снова отворачиваясь к компьютеру. — Подожди ещё немного. — И пойдём гулять? — с надеждой спрашиваю я. Яна хмыкает, кивая: — Именно. Но недолго. Я тут же расплываюсь в улыбке, слезая со стола и, не сдерживаясь, подхожу к Яне, обнимая её со спины за шею. Она замирает, а я зарываюсь носом в её обалденно пахнущие волосы, закрывая глаза. — Я тебя обожаю. Спасибо, — шепчу я, на что Яна усмехается, расслабляясь. — Только из-за того, что я разрешила погулять? Ты серьёзно? — От такой женщины как ты, это очень важно. Всё, давай быстрее заканчивай тут со своими делами и пойдём гулять, — поторапливаю я её, открывая глаза и смотря на то, как она работает. — Имей терпение, второй раз за день повторяю. — Ой блять, Яна! *** Я хмыкаю, смотря на то, как Нэй улыбается с закрытыми глазами, являя свои очаровательные ямочки на щеках, запрокинув голову и наслаждаясь снегом, который мягко ложится на её лицо. Какая же она красивая… Искренняя, добрая, милая, весёлая… Моя Нэй. Та Нэй, которой я, Мира и Мия её помним. И это невероятно. Я так люблю её. Нет, правда. Очень сильно люблю. Люблю, как никого другого. Жаль только, что больше мы никогда не будем вместе… А хотя плевать на это. Главное, что мы теперь вместе как друзья. И что Нэй больше не та, какой стала. Со мной она прежняя, а это самое главное. — Хватит на меня пялиться, — насмешливо и с ухмылкой произносит вдруг Нэй. — Мне можно. — Но не нужно. — Ещё как нужно. Кто же… — Нейтан Смит! — Блять, — выдыхает Нэй, открывая глаза и тут же закатывая их. Переводит на меня взгляд, выгибая одну бровь. — Хорошо бегаешь? — Я не стану бежать от твоих проблем, Смит. — А придётся, — усмехается она и вдруг берёт меня за руку, после чего срывается с места. Я, естественно, бегу следом за ней, чтобы не упасть, крича на неё, но она лишь смеётся, покрепче сжимая мою руку. Мы добегаем до какого-то двора, и Нэй, отпустив мою руку, падает прямо в сугробы, пытаясь отдышаться. — Я тебя ненавижу, — на выдохе заявляю я, на что та усмехается, запрокинув голову. — Взаимно. Зато сбежали. — Зато, ага, — презрительно фыркаю я, качая головой. — И знаешь, Нэй, ты поступила очень по-свински. Человек, может, без ума от тебя, хотел с тобой поболтать, а ты сбегаешь. Честное слово, как в кусты. Мне за тебя стыдно. — Тебе? — со смехом переспрашивает Нэй, опуская голову и насмешливо смотря на меня. — Я тебя умоляю. — Умоляй. — Хрен тебе, я передумала. Помоги, пожалуйста, — просит она, протягивая мне руку. Я смеряю её руку красноречивым взглядом, и Нэй обречённо выдыхает. — Не поможешь? — Правильно мыслишь. — Ян, ну дай лапку. Пожалуйста. Я больше так не буду. Честно-честно. Я одобрительно киваю, протягивая теперь ей свою руку и крепко беря её за неё, притягивая к себе и помогая встать. Она встаёт, и я мысленно чертыхаюсь, потому что мы слишком уж близко друг к другу. Прям вплотную стоим. Нэй выдыхает, а после улыбается, запрокинув голову, чтобы смотреть мне в глаза, и являя мне свои такие очаровательные ямочки на щеках. — Спасибо тебе большое. Я знала, что тебе можно доверять. — Глупости не говори, — фыркаю я, отпуская её руки, но просто не смея сделать хотя бы маленький шаг назад. Нэй слишком близко, поэтому я не имею права отходить от неё. На её волосы падают снежинки, превращая их из тёмно-каштанового цвета в белый, что меня, чёрт возьми, ещё больше умиляет. Поцеловать бы… И глаза. Глаза, которые сейчас так близко. Они такие любимые, такие красивые, такие родные… Ярко-ярко голубые. Такие же, как сама Нэй. Яркие и чистые. Я выдыхаю, и Нэй хмурится. — Всё хорошо? Я действительно сказала что-то, что тебя задело? Прости. Я просто… — Пойдём погуляем, — перебиваю я её, разворачиваясь и направляясь в сторону заснеженной дороги. Нет, нет, нет, дружить с Нэй невозможно. Нет, с ней можно дружить, и это даже идеальная дружба, но не когда я, сука, влюблена в неё. Она могла со мной дружить, когда влюбилась, и я не знаю, как она это делала, но сейчас мне кажется это слишком сложным. Это, наверное, единственное, в чём Нэй сильнее меня. Я выдыхаю через нос, на парочку секунд закрывая глаза. Я справлюсь. *** Я, собравшись с духом, беру Яну за руку, останавливая её. Она хмурится, оборачиваясь, а я смотрю на неё совершенно серьёзно. — Ян, точно всё в порядке? Ты подозрительно и страшно молчишь. А когда ты молчишь, у меня закрадывается мысль, что ты усиленно думаешь над тем, как меня убить. Поэтому давай-ка поговорим? Я умирать не хочу, мне всего двадцать пять, и я ещё не поступила. Яна фыркает, забирая свою руку из моей и скрещивая обе на груди. — Всё в полном порядке, Смит. Приятно, что ты спросила. — Ой, Ян, — цокаю я языком, закатывая глаза, — а то я тебя не знаю. Давай колись, что я опять сделала не так. — Прекращай. Тем более, мне уже на работу пора, а мы с тобой чёрт знает где вообще. — Не, ну так вообще неинтересно, — огорчённо бормочу я, продолжая с Яной путь до школы. Поднимаю на неё взгляд, прищурившись. — Точно не расскажешь? — Ещё хоть один звук от тебя услышу — в сугробе у меня валяться будешь. Ясно? — строго спрашивает Яна, на что я тут же возмущаюсь. — Мне уже и слова сказать нельзя?! — Я тебя предупреждала, — пожимает плечами Яна, после чего вдруг реально опрокидывает меня в сугроб. Я выкрикиваю громкое «блять!», оказываясь в ледяном сугробе, и выдыхаю, откидывая голову назад и обиженно смотря на Яну. — Я к тебе с любовью, а ты! — А что я? И я к тебе с любовью. Я могла бы вообще тебя в нём закапать, и хрен бы ты вылезла. Поэтому не надо мне тут возмущаться. Бесишь, честное слово. — Я?! — Да, ты. Ты ещё и удивляешься? — Так, ну во-первых… — Догонишь, — усмехается Яна, разворачиваясь и направляясь дальше в сторону школы. А я в шоке смотрю ей вслед. Она серьёзно развернулась и ушла? Оставила меня в беде?! — Эй! А я?! Яна даже не реагирует, продолжая идти, и я тут же вылезаю из сугроба, отряхиваясь. Вот же неблагодарная! И меня не ждёт! Я, наклонившись, леплю снежок и догоняю Яну, бросая его в неё. Он прилетает ей в спину, и она тут же останавливается, оборачиваясь. Я презрительно фыркаю, скрещивая руки на груди и подходя к ней. — А ибо нехрен бросать своих друзей в снегу, ясно? — Ты охренела? — в шоке усмехается Яна, и я тут же мило улыбаюсь, наклоняя голову вбок. — Я милейшее существо. Конечно не охренела. — Там рыжая задница? — спрашивает вдруг Яна, нахмурившись и смотря куда-то мне за спину. Я тут же оборачиваюсь, нахмурившись. Ричи? Но тут вдруг мне в затылок прилетает снежок, засыпаясь мне за шиворот, и я вскрикиваю от неожиданности и холода, а Яна снова опрокидывает меня в сугробы, но теперь крепко держит меня за шею, чуть ли не садясь верхом. — Сука, нож в спину! — шиплю я, чувствуя, как холодит мою спину снежок Яны, и как мне самой холодно лежать в снегу. — Нет, солнце моё, снежок в затылок, — мило улыбается Яна, на что я презрительно фыркаю, закатывая глаза. — Доигралась. — Я в тебя один снежок всего лишь кинула, а ты мне вот так мстишь! За что? — А ты на равных не понимаешь. Я смеряю её выразительным взглядом и хочу сесть, но она качает головой, крепко держа меня. — Хрен ты встанешь теперь. — Нет, я не согласна! Тут холодно лежать! — Не заболеешь. — Не, не, не, так слишком холодно, — качаю я головой, убирая руку Яны со своей шеи и тут же быстро и крепко обнимая её за шею, чтобы она не успела положить руку обратно на мою шею. Она замирает, а я улыбаюсь, опускаясь теперь руками на её пальто, расстёгивая его и обнимая теперь её тёплое тело под пальто, чувствуя под пальцами её любимый вязаный свитер. — Так лучше, — шепчу я, закрывая глаза и утыкаясь носом в её шею, чтобы было удобнее. Яна выдыхает, явно закатывая глаза, но обнимает меня в ответ. — Чертовка ты, Нэй. — Я знаю, — улыбаюсь я, поудобнее садясь на снегу и вдыхая невероятный аромат духов от её волос. — Но я люблю тебя. Яна замирает снова, и вот тут-то я понимаю, что совершила ужаснейшую ошибку. Вот же блять. — Как подругу, — добавляю я чуть тише, прекрасно понимая, что почувствует Яна от этих слов. Боль. Боль и грусть. Я чувствовала то же самое, и мне очень и очень жаль Яну. — И я люблю тебя, Нэй, — тем не менее шепчет мне в ответ Яна, и у меня невольно сжимается сердце от её голоса. Вроде обычный голос, но как будто бы… Немного севший. Как будто подавляет слёзы. И, конечно же, такое же влияние оказывают на меня её слова. Как же искренне и с любовью она их произнесла… В такие моменты я действительно понимаю, что дорогой для Яны человек. — Прости, я не подумала… — Всё хорошо, заяц, — тепло шепчет Яна, потрепав меня по голове. — А теперь встаём и в школу. Мы и так уже загулялись. Я киваю, но вставать не тороплюсь. Да и Яна, к слову, тоже. Мне вспоминаются наши прогулки зимой, когда мы встречались. Как мы смеялись, бросались снежками, а потом сидели все мокрые и продрогшие на какой-нибудь скамеечке и обещали друг другу то, что по итогу не сбылось. Мы расстались, и сейчас я это чётко ощущаю. Боже, какое же отвратительное ощущение… *** Я смотрю на Нэй, качая головой, которая начинает у меня немного побаливать. Прям слегка. А Нэй же уже минуты две пытается скатать большой шар, чтобы сделать снеговика. Чудо просто. Она и меня звала, но я настолько вымоталась со своей работой, что лишь отмахнулась от неё, но посмотреть на её старания, всё-таки, осталась. Нэй ставит шар и выдыхает, снимая с себя шапку. — Надень обратно, — тут же влезаю я. Она переводит на меня взгляд, тут же качая головой. — Да ты что? Я помру! Мне жарко, пиздец! Я ещё пальто снять хотела. — Я тебе сниму. Ты хоть представляешь, что такое продутые уши? Продует — мучиться будешь. А снимешь пальто — опять заболеешь. И в этот раз я тебя лечить не стану. Так что быстро надела шапку. Она выдыхает, закатывая глаза: — Ну маааам! Я усмехаюсь, подходя к ней. — Заткнись. И не дай Бог мне такую дочь, как ты. Не наденешь шапку — сядем в машину и поедем домой. — Шутки шутками, а ты реально ведёшь себя как мама, — хмыкает Нэй, но шапку, всё-таки, надевает. Я хмыкаю и, не сдерживаясь, обнимаю её, прижимая её голову к своему плечу. Она явно улыбается и обнимает меня в ответ, а я закрываю глаза, ласково гладя её по спине. — Поможешь? — шёпотом спрашивает Нэй, на что я качаю головой. Она, почувствовав это, выдыхает. — А жаль. Твоя помощь мне бы пригодилась. — Ты и сама прекрасно справишься. — Это да, но с тобой было бы лучше. — Нэй, зайка, я не могу. Давай сама. Она отстраняется от меня, и я открываю глаза. И тут же вижу озабоченный взгляд Нэй. — Почему? Ты плохо себя чувствуешь? — Нет, — хмыкаю я, качая головой. — Вымоталась просто. — И ты молчишь? Твою мать, — выдыхает Нэй. — Поехали тогда, отвезу тебя. Ты становишься как я, честное слово. — И это отвратительно. Давай со снеговиком разберись тут, для начала. А потом уже поедем. — Ян, ты уставшая. — И что теперь? Я же с ног не валюсь. Давай заканчивай. — Ян, блять, мы сейчас опять разругаемся из-за херни. Поехали. Снеговиков я ещё тут дохрена наделаю, поверь мне. А сейчас давай без лишних споров поедем? Я качаю головой, смотря в любимые ярко-голубые глаза, которые смотрят на меня сейчас совершенно серьёзно. Не перестаю поражаться Нэй, вот честно. Как будто и не Нэй вовсе. — Поехали, — соглашаюсь я, и Нэй, явно поколебавшись парочку секунд, протягивает мне руку. Я хмурюсь, и она поясняет: — Давай лапку. — Зачем? Нэй, если человек устал, то это ещё не значит, что он не сможет дойти до машины. Мне поддержка не нужна. — А вдруг нужна? Лучше перестраховаться. Давай. Только она у меня, разве что, немного холодная. Я сдаюсь и, мысленно усмехнувшись, даю Нэй возможность взять меня за руку. Её тут же обжигает холодом родной кожи, но вполне себе терпимо. — Завтра увидимся? — интересуется Нэй, потихоньку идя к своей машине, и я, соответственно, иду с ней. — Сиди книгу пиши, чудо в перьях. Тем более, через неделю Новый год. Надо успеть закончить все свои дела в этом году. — Я закончу, не переживай. Мне финал осталось красиво прописать, и всё. А можно Новый год с тобой отпраздновать? — интересуется Нэй. Я усмехаюсь, переводя на неё взгляд. — Нэй, ты нам уже родной человек. Ты вообще можешь приходить когда угодно. — То есть, можно? Ты меня не выпнешь? Я помогу! А ещё мне можно будет выпить. — Одно на уме, — фыркаю я, возвращая взгляд на заснеженную дорогу. — Да конечно можно, Нэй. Не поодиночке же нам с тобой этот праздник встречать. — В смысле «поодиночке»? А Мия? — Она поехала знакомиться с родственниками своей пассии. Нэй тут же переводит на меня удивлённый взгляд. — Как «пассии»? Она тебе рассказала? — Я её мама, конечно же она мне рассказала. — И как ты к этому отнеслась? — Спокойно. Мия девочка уже не маленькая, сама решает, с кем ей встречаться. — Стой… а кто? — Не сказала, — пожимаю я плечами. Нэй выдыхает, качая головой, и я тут же перевожу на неё взгляд, нахмурившись. — Так, не поняла. Ты что, уже знаешь об этом? — Я? Да откуда? — У тебя по глазам всё прочитать можно. Ну-ка, любимая, скажи: что ты об этом знаешь? — начинаю допытываться я. Нэй нервно усмехается, и я тут же останавливаюсь, останавливая и её тоже. — Нэй, не молчи. Говори. — Я не могу, Ян. Не моя тайна, в конце концов, — качает она головой, и я тут же отпускаю её руку, скрещивая обе своих на груди. Выдыхаю, успокаиваясь. — Значит, у вас от меня тайны? У Мии, моей родной дочери, и у тебя, которая для неё, теоретически, незнакомый человек, тайны от меня? Вы серьёзно, чёрт возьми? — Ян, дело даже не в этом. Дело в том, что Мия побоялась твоей реакции, и я её прекрасно понимаю. Ты её запугала в детстве, и сейчас она просто боится тебе рассказать. Не более того. — То есть, я виновата? — Ян, не начинай. — А что «не начинай»? Я на тебя посмотрю, когда от тебя отвернётся собственный ребёнок и будет тебя бояться! — Ян, послушай… — Не хочу я тебя слушать, — перебиваю я её, разворачиваясь и продолжая путь к её машине. Вот оно как. У Нэй и Мии от меня секреты? Как мило. Оба моих близких человека, и оба молчат. Заебись. — Ян, ну подожди! — кричит сзади меня Нэй, догоняя и хватая меня за руку, останавливая. Я выдыхаю, но не поворачиваюсь. — Ян, Мия тебя любит. Она очень сильно тебя любит и ценит, а потому боится потерять. И эта ситуация… — Да что же там за ситуация у неё такая? — не выдерживаю я, поворачиваясь к Нэй. — Она моя дочь! Я бы не отвернулась от неё из-за какого-то там парня! Он убийца, Нэй? — Нет, но… — Наркоман, алкаш, курильщик? — Нет. — Что там тогда такого страшного?! Что там такого, что Мия боится мне сказать?! Я перечислила самое страшное! Хотя подожди. Он псих? — Нет, и… — Тогда я не… — Это она. Я замолкаю. Нэй явно стискивает зубы, стеклянными глазами смотря в мои, пока ко мне медленно приходит осознание. Я выдыхаю, зарываясь пальцами свободной руки в свои волосы и откидываясь на машину Нэй позади меня. Парочку секунд молчу, после чего невесело хмыкаю. — Вот оно как. Всё настолько просто. — Ян, пожалуйста, не заканчивай общение с Мией. Она любит тебя и поэтому не признаётся, но, поверь, если бы она точно знала, что ты от неё не отвернёшься, она бы сказала. Я точно знаю, Ян. Мы разговаривали, она плакала при мне по этому поводу, потому что ничего не хотела скрывать от тебя, но при этом жутко боялась. Она любит тебя, и она от тебя не отвернулась и не отвернётся. Если ты не сделаешь это первой, конечно же, — искренне шепчет Нэй, и я отнимаю руку от волос, открывая глаза и находя любимые ярко-голубые напротив. — Она влюбилась в девушку? — уточняю я. Хотя и так всё ясно. Нэй кивает: — Именно. — И она поедет к её родственникам? — Планировала, насколько я знаю. — И она не боится того, что её с её девушкой не примет семья? — Да ей и бояться нечего. Бабушка Миры очень добрая женщина. Я в ахере смотрю на Нэй, которая, поняв, что сморозила, тут же закрывает себе рот рукой, тоже в шоке смотря на меня. Охренеть. Мия… Мия встречается с Мирой? Твою мать, я в шоке. Да и Нэй хороша. — Ты просто находка для шпиона, — выдохнув, качаю я головой, и Нэй тут же стыдливо опускает взгляд, убирая руку ото рта. — Ненавижу себя за свой длинный язык, — бормочет она, причём таким надломленным голосом, что я тут же делаю к ней шаг и беру её лицо в обе руки, поднимая и заставляя Нэй посмотреть мне в глаза. На её же наворачиваются слёзы, и я хмыкаю, щёлкнув её по носу. — И я тебя тоже, Нэй. И тоже из-за него. Но ты просто умничка. Правильно сделала, что всё мне рассказала. Пусть и благодаря своему идиотизму. От Мии я отворачиваться не стану, наши отношения никак не испортятся. Правда с Мирой я теперь буду настороже, но она уже привыкла к моему повышенному к ней вниманию со школы. Так что всё в порядке, обойдёмся без скандалов. Только вот… Откуда ты об этом узнала, засранка? — Ооо, я их застукала, когда они целовались, — усмехается она, и я тут же морщусь. — Мерзость. — И не говори. Особенно наши с тобой бывшие отношения. — Иди ты. Тебя я любила, и мне было плевать на то, мерзко это или нет. А со стороны для меня это до сих пор отвратительно, — фыркаю я, на что Нэй улыбается, являя мне свои очаровательные ямочки на щеках. — Но зато теперь ты можешь давать ей советы. И можешь рассказать про то, что когда-то встречалась с очень симпатичной девушкой. Можешь даже назвать имя и фамилию. — Мэй Уинстон? — Не поняла. Я смеюсь, а Нэй в шоке смотрит на меня. — Стой, стой, стой! Ты встречалась с Мэй? Что… блять, как? — Успокойся, кот, не встречалась я с девушками, кроме тебя. По-доброму шучу. — Охренеть по-доброму. Я уже готова была идти и разъясняться с твоей подругой. — Неужто ревнуешь? — насмешливо выгибаю я одну бровь. — Нет, просто не даю забрать то, что когда-то принадлежало мне, — очаровательно улыбается она, и я тут же легонько толкаю её в плечо. — Охренела? Это я так делаю! — А теперь и я. Я тоже жуткая собственница, с недавнего времени. Так что придётся тебе терпеть человека с точно таким же характером, как и твой собственный. — За что мне это, Господи, — тихо простанываю я, и Нэй довольно ухмыляется. — Садись в машину, чучело. — Сама такая. — Не будь ребёнком. Садись. Она хмыкает и послушно разворачивается, обходя машину. А я сажусь в неё со своей стороны, чувствуя, как тут холодно. М-да уж, семейка у меня теперь дай Бог.