Сосед по комнате

Ты сидела, сгорбившись над столом в своей комнате, уставившись в экран своего ноутбука, который практически прожигал дыры в твоих глазах, пока ты изо всех сил пыталась сохранить хоть какую-то информацию, которую ты должна была знать для предстоящего экзамена. Ты думала, что если начнешь пораньше, то не придется беспокоиться о возможности не сдачи, но чем дольше ты просматриваешь курсовую работу, тем больше понимаешь, что понятия не имеешь, что собираешься делать на этом экзамене. Ты пыталась использовать это время, ты потратила полдня, просматривая все имеющиеся заметки и общаясь с другими людьми в группе, чтобы разобраться со всем имеющимся материалом в надежде, что это поможет, а затем ты решила взглянуть на литературу, которую твой дерьмовый профессор так любезно предоставил, но ничего не получалось. Тяжелый вздох покинул твою грудь, когда ты прижала ладони к глазам, глаза горели от того, что ты так долго смотрела на экран, и боролась с комом в горле. Каждая частичка тебя хотела швырнуть свой ноутбук через всю комнату и свалить отсюда. Ты не должна так переживать из-за глупого урока, но тебе нужно было сдать экзамен, если ты хочешь иметь хорошие шансы закончить год в целом. Мысль о том, что ты провалишься, вызвала слезы в уголках глаз. Ты знала, что на самом деле экзамен ничего не значил, была возможность пересдать, даже если пришлось бы раздобыть для этого немного денег, и это не означало, что ты была дурой. Однако иррациональная часть мозга не позволила бы поверить ни во что из этого. Если ты провалишь этот экзамен, то с таким же успехом можешь считать себя неудачником из-за того, что не понимаешь даже самого элементарного материала. Раздался стук в дверь, и ты вытерла глаза, сделав глубокий вдох, прежде чем повернуться на стуле. “Да?” Ты позвала и наблюдала, как Саймон вошел в твою комнату. Саймон смотрел на тебя этими усталыми глазами, теми самыми, которые заставляли тебя чувствовать себя в безопасности и тепле, гораздо лучшее чувство, чем жгучее разочарование, которое угрожало вырваться из тебя. Они смягчились, и ты задалась вопросом, были ли его глаза такими добрыми от природы, поскольку ты редко видела, чтобы он смотрел на тебя холодным взглядом, даже когда он, казалось, был на взводе. Он был желанным гостем. Ни один из вас по-настоящему не видел друг друга сегодня, вы только нашли время, чтобы вместе позавтракать, прежде чем ты решила, что сядешь за учебу, а он решил пойти потренироваться или побродить по квартире. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы немного успокоить нервы, хотя несколько старых переживаний прошлой ночи вспыхнули в твоей груди, и было почти тяжело смотреть на него. Почти. Его брови слегка сошлись вместе, когда глаза оббежали твое лицо, он подошел ближе. И сел на край кровати напротив тебя, с легким беспокойством на лице переводя взгляд с тебя на твой компьютер. Ты подвинулась на краешек стула и полностью повернулась к нему лицом, готовая к тому, что он отвлечет тебя от учебы,ты знала, что тебе это нужно. “Как продвигается учеба?” Он спросил, и ты стиснула челюсти, бросив свирепый взгляд на свой компьютер. “Забудь, что я спрашивал”. “Может быть, мне стоит бросить учебу и пойти в армию или что-то в этом роде”. Ты что-то пробормотал в знак поражения. “Нет”. Твои брови сошлись вместе, и ты посмотрела на него, когда он уставился на тебя. В его глазах было что-то странное, и когда ты подняла бровь, чтобы спросить его, почему он так быстро сказал "нет", он заговорил прежде, чем ты успела произнести хоть слово. “Ты не годишься для военной службы и будешь жаловаться”. Сказал он, и ты ахнула, несколько обиженная, прежде чем подумала об этом. Он был прав. Ты не была создана для военной службы, и даже мысль об этом заставляла съеживаться. По большей части ты шутила, по крайней мере, о вступлении в армию, но, похоже, Саймон воспринял это иначе. Несмотря на это, ты все еще рассматривала тот факт, что могла бы бросить учебу и просто вернуться к работе, к той, что была до учебы. Вздох покинул твою грудь, и ты отвернулась от него, твои руки сжались в кулаки на коленях, когда ты впилась взглядом в курсовую работу на своем ноутбуке, когда жар разлился по твоему телу. Саймон был очень целеустремленным человеком, и даже если ты ничего не знала о том, чем он зарабатывал на жизнь, ты могла видеть, что он был трудолюбивым, тем, кто всегда доводил дело до конца. Ты не могла не чувствовать себя немного смущенной из-за того факта, что ты так "сильно" боролась, что хотела сдаться, когда он казался человеком, который с самого начала не позволил бы этому с собой случиться. Что было правдой, учитывая, как он помогал тебе учиться в прошлом. Ты уверена, что если бы он пошел в университет, то был бы отличником с его сумасшедшим уровнем дисциплины и сосредоточенности. Саймон нерешительно положил руку поверх твоей и привлек твое внимание. Он взглянул на тебя, как бы спрашивая, все ли в порядке с контактом, и когда ты не отстранилась от него, он обернул ее вокруг твоего кулака. Его руки были грубыми и сухими, с мозолями, которые царапали твою ладонь, когда ему удавалось разжать твою кисть. Его кончики пальцев скользнули по твоей коже, прежде чем он слегка надавил между костяшками твоих пальцев, чтобы снять возникшее там напряжение. На этот раз он не смотрел на тебя, и ты подумала, может быть, это из-за того, насколько новым это было для него. Честно говоря, ты была немного удивлена тем фактом, что он протянул ладонь, чтобы взять тебя за руку, и прошел через это, не дожидаясь твоей инициативы. Это было связано с прошлой ночью, и вы оба знали это, но ни один из вас не сказал и не признал этого. Между вами двумя не было ничего неловкого, ты просто не могла подобрать слов, чтобы объясниться, не вторгаясь на территорию, которая касалась очень интимных чувств. И, похоже, то же самое относилось и к Саймону. И все же ты могла сказать, что он хотел что-то произнести, особенно когда он держал тебя за руку так, как будто ты могла сломаться от любого давления. Его большой палец рисовал круги на твоих костяшках, чего было достаточно, чтобы ты немного расслабилась. “Поговори со мной”. Его голос был мягким и приглашающим, достаточно, чтобы у тебя возникло желание излить ему душу. “Я просто расстроена этим дурацким экзаменом” - ты фыркнула. “Ты можешь пересдать его?” Ты кивнула, и он бросил на тебя взгляд, уверенный, но просчитывающий что-то, чего ты действительно не видела у него раньше. Это было почти так, как если бы он планировал каждый исход, пытаясь найти тот, который был бы лучшим для тебя, и все равно каким-то образом сохранял спокойствие. “Экзамен через три недели, у тебя еще есть время позаниматься позже, но всегда есть шанс, что ты его провалишь”. Говорил он, и ты ловила каждое слово. “Если это так, то спроси профессора, что ты можешь сделать, или пересдай его”. “Но если я потерплю неудачу...” Ты замолчала, не совсем уверенная, хочешь ли признать, что его мнение имело большое значение для тебя. “Это ничего не меняет”. Ты посмотрела ему в глаза настороженно, как будто пыталась разглядеть ложь, которой там не было. Ты подозревала, что он немного осудит тебя, несмотря на то, что он ни разу не заставил тебя чувствовать себя плохо. Было трудно не испытывать своего рода стыд за то, что ты не оправдала возложенных на себя же ожиданий. Однако Саймон серьезно посмотрел на тебя, продолжая держать твою руку таким образом, что это доказало, что ты ошибалась насчет того, что ты чувствовала. Он не отводил от тебя взгляда, когда бросал на тебя уверенный взгляд, взгляд, который говорил тебе, что все будет хорошо, даже если ты решишь бросить учебу, что он все еще будет в квартире. Даже сейчас, когда он говорил об этом, он не выказывал никакого осуждения, на самом деле он казался более уверенным в твоих навыках, чем ты сама. Ты глубоко вздохнула и обхватила пальцами руку Саймона, осторожно, чтобы не сжать ее слишком сильно, но достаточно, чтобы это помогло тебе снять последнее напряжение, оставшееся в твоих плечах, когда ты испускаешь долгий вздох. Однако ты обдумала его слова, понимая, что если бы ты повторила их про себя, то, вероятно, смогла бы вернуться к учебе еще на час или около того с ясным умом. Ты посмотрела на свой ноутбук, пытаясь отпустить руку Саймона, когда он мягко потянул ее, чтобы привлечь твое внимание. “Ты сделала достаточно на сегодня, да?” - Спросил он с надеждой в голосе, его глаза смотрели в твои почти умоляюще, что остановило тебя. “Давай выберемся из этой комнаты”. “Да”. Ты даже не колебалась, тепла от его руки и взгляда в его глазах было достаточно, чтобы вытащить тебя из твоих академических размышлений. Он коротко кивнул и встал с твоей кровати, позволив твоей руке соскользнуть с его. Он ждал, пока ты встанешь, не сводя с глаз, пока ты выключала компьютер рукой, которая казалась более холодной. Когда ты встала со стула,то поморщилась от скованности в спине и плечах, прежде чем вытянуть руки над головой, разглаживая любые изломы, которые были, прежде чем твой желудок громко заурчал. До тебя внезапно дошло, что ты сегодня почти ничего не ела и что плохое настроение, скорее всего, было вызвано этим. “Что у тебя было на ужин?” - спросила ты, выходя вслед за Саймоном из своей комнаты. “Ничего, я ждал тебя”. Ответил он, стоя к тебе спиной. “Зачем? Уже поздно!” Саймон не ответил и пошел на кухню, где на столе уже были разложены ингредиенты для блюда, одного из твоих любимых блюд, от которого у тебя смягчался взгляд. Было очевидно, что он собирается есть вместе, и все же это не заставило тебя чувствовать себя менее благодарной и тронутой, поскольку ты даже не ожидала, что он будет так с тобой обращаться. “Ну, за то, что заставила тебя ждать, я могу приготовить ужин”. Ты предложила, но Саймон послал мрачный взгляд, прежде чем жестом указать на стул. “Нет. Я готовлю, так что садись.” Он сказал это довольно властно, но все же мягко, что заставило тебя поджать губы. “Что, если я помогу тебе?” “Ты можешь помочь, присев. Позволь мне приготовить для тебя.” Ты скрестила руки на груди, не желая отступать после того, как он практически уморил себя голодом, ожидая, пока ты выйдешь из своей комнаты. Ты чувствовала, что в долгу перед ним, по крайней мере приготовила бы ему что-нибудь за то, что заставила его ждать, и ты не могла справиться с легким раздражением, которое поднималось, что определенно было результатом пустого желудка. К несчастью для вас обоих, Саймон был таким же упрямым, если не больше, учитывая, что он был настойчив, когда стоял перед тобой. Он преградил путь к ингредиентам, его глаза смотрели на тебя сверху вниз, как будто он ждал, чтобы ты попыталась пройти мимо него, когда он имитировал твои скрещенные руки. “Позволь мне помочь тебе” - потребовала ты, но он покачал головой. “Позволь мне позаботиться о тебе”. Он выстрелил в ответ, и ты изо всех сил старалась не поддаваться этому, когда в твоей груди потеплело. Ты почувствовала легкую слабость в коленях, изо всех сил пытаясь отогнать нежные чувства, которые прорвались сквозь решимость, как лесной пожар в сухом лесу. Ты ничего не могла с этим поделать, не тогда, когда он пытался “запугать” тебя своим парализующим мягким взглядом, его глаза поглощали тебя и прижимали к себе так, как будто ты посмела бы попытаться убежать. У тебя не было шанса дать отпор, потому что, как бы сильно ты ни хотела загладить свою вину перед ним, то могла видеть, что его действительно не волновал тот факт, что ему приходилось ждать, чтобы поесть. Он хотел сделать для тебя что-нибудь приятное, особенно с тех пор, как ты была не в себе от стресса. Он также позаботился о том, чтобы дождаться тебя, он делает это каждый день, когда ты на занятиях, без твоего ведома. Черт возьми, он при любой возможности ждал воссоединения с тобой, когда был далеко, это было ничто по сравнению с месяцами разлуки. Честно говоря, он мог бы поесть без тебя, если бы захотел, такое случалось и раньше, но он не хотел. Саймон хотел быть с тобой. “Могу ли я быть уверенной, что ты проиготовишь так, как мне нравится?” Ты поддразнила его легкой улыбкой и наблюдала, как уголки его губ приподнялись. “Я помню, как это приготовить”. Ты охотно села за стол, подперев подбородок рукой, наблюдая, как Саймон начинает готовить ужин для вас обоих. Ты не могла избавиться от теплого чувства внутри , когда смотрела, как он готовит, зрелища было достаточно, чтобы заставить тебя думать, что это то место, где ему самое место, точно так же, как вчера, когда он был в ванной. Его место было здесь, в квартире, с тобой, когда вы двое спорили о том, кто приготовит ужин, кто какую работу по дому выполнит, что посмотреть по телевизору. Он принадлежал любви, которую ты ему дарила, а не тому месту, где он пропадал месяцами подряд. Вскоре он закончил готовить и положил тебе полную тарелку, чтобы ты поела, сидя напротив тебя и ожидая, когда ты откусишь первый кусочек, со скрытым нетерпением в глазах, когда он пристально наблюдал за тобой. Ты откусила немного, и твое лицо необычайно просветлело. “Каков вердикт?” - спросил он. “Может быть, мне стоит начать платить тебе за то, чтобы ты готовил для меня”. Ты поддразнила, что заставило его фыркнуть после того, как он проглотил свою еду. Ты тоже посмеивась, находя развлечение в собственной шутке, продолжая есть. Ты могла почувствовать, что приходишь в норму, раздражение и стресс медленно покидают тело, поскольку желудок наполнился после того, как большую часть дня был пуст. Внезапно у тебя улучшилось настроение, и ты не могла не поделиться этим с Саймоном. “Что ты делал сегодня?” - Спросила ты, надеясь, что все, что он делал, было намного более захватывающим, чем то, что делала ты. “Убирался, стирал”. Он перечислил мирские дела, продолжая есть. “Купил сигареты в магазине”. “Лучше бы ты не курил”. “У всех нас есть свои пороки”. Ты промычала, зная, что это проигранная битва, поэтому не стала настаивать дальше. Вместо этого вы сменили тему на любую, какая только пришла в голову, чувствуя необходимость наверстать время, которое вы оба потеряли из-за дурацкой тяге к учебе. Чем больше вы говорили, тем больше ты замечала, что напряжение в плечах Саймона спадает, когда он откидывается на спинку стула, удобно устраиваясь в нем, слушая твою речь. Вскоре вы оба закончили ужинать, и прежде чем ты смогла даже предложить помыть посуду, поскольку он приготовил, он уже был у раковины и мыл ее. “Я могла бы сделать это”. Сказала ты низким голосом, что заставило его бросить на тебя взгляд. “Иди включи что-нибудь по телику”. Он кивнул в сторону гостиной, и ты одарила его слегка раздраженной улыбкой. “Не жалуйся, когда это что-то тебе не понравится”. Саймон что-то проворчал, когда ты вышла из комнаты, и с раздражением плюхнулась на диван. Подушки были намного удобнее обычных, твоя больная спина утопала в них. Ты едва успела включить что-нибудь по телевизору, как откинула голову назад, чувствуя тяжесть в веках из-за полного желудка и потому, что была измотана напряженным днем. Ты почти закрыла глаза, просто чтобы немного отдохнуть, но решила, что хочешь еще немного побыть в сознании с Саймоном. Твоя голова вскинулась, когда он вошел в комнату и с ворчанием сел рядом с тобой. Ты смотрела, как он устроился на подушках, ваши колени касались друг друга, прежде чем он поморщился, увидев, какое шоу было включено. Это была твоя любимая, та, которую ты уже смотрела несколько раз, и та, которую Саймон смотрел вместе с тобой всякий раз, когда ты включала ее, даже когда он притворялся, что она ему не нравится. “Ах, не жалуйся! Ты сам так решил, когда отправил меня сюда”. Ты предупредила его, и его глаза сузились. “У тебя ужасный вкус в отношении шоу”. Он что-то проворчал, но все же его глаза не отрывались от экрана. “Заткнись, ты любишь это шоу так же сильно, как и я”. Саймон закатил глаза и фыркнул, в его глазах ясно читалось веселье. Он попытался отвести взгляд от телевизора, пытаясь изобразить незаинтересованность, просто чтобы подразнить,но он не мог долго отводить глаза от экрана. Он откинулся на подушки и опустил руки по швам с притворным поражением. Ты хихикнула и покачала головой на его выходки. Ты наблюдала, как его губы изогнулись в легкой улыбке, прежде чем ты положила голову ему на плечо, надеясь, что контакт был ему приятен, когда он слегка напрягся. Однако он не отмахнулся от тебя, что позволило тебе усилить давление на него, поскольку ты почти не обращала внимания на шоу и сосредоточила его на Саймоне. Ты заметила, что он всегда был теплым, ни разу его кожа не была холодной, если только он не решал, что не хочет кутаться, и это всегда притягивало тебя ближе к нему, сознательно или нет. Его тело излучало тепло, что делало его источником безопасности и комфорта для тебя еще до того, как вы двое сблизились. Ты бы сказала, что, несмотря на то, что он мог вести себя холодно, отстраненно и тихо, теплота Саймона также была обусловлена его личностью. Он, скорее всего, отрицал бы это, поскольку он все еще был грубым и прямолинейным, грубым по всем статьям, и все же он ни разу не оскорбил тебя за все время проживания. Он всегда находил способ помочь, будь то с помощью чего-то физического или рассказывая анекдоты, чтобы поднять тебе настроение. Ему каким-то образом всегда удавалось снять стресс, сегодняшний вечер был ярким примером этого и показал, насколько он надежен. По твоему мнению, это сделало его теплее. Это вызвало у тебя желание обнять и поцеловать его, петь дифирамбы и никогда не переставать говорить ему, как сильно ты его любишь. Ты почувствовала, что немного согрелась, и поборола желание повернуться и поцеловать его. Наконец-то почувствовать его губы на своих и удовлетворить то желание, которое было отвергнуто прошлой ночью, потому что вы оба были слишком пьяны. Тебе потребовались все силы, чтобы не делать этого, но растущая потребность была слишком велика, чем больше ты останавливала себя. Ты не могла поцеловать его. Ты не хотела рисковать быть отвергнутой. И все же ты хочешь больше ощущать его на себе. Ты схватила Саймона за руку и убрала ее со своего пути. Ты ничего не сказала ему, когда он бросил на тебя растерянный взгляд, прежде чем ты обвила руками его талию и положила голову ему на грудь. Ты почувствовала, как он заметно напрягся, и молча помолилась, чтобы он не оттолкнул тебя. “Это нормально?” Твой голос был едва громче шепота, когда ты посмотрела в широко раскрытые глаза Саймона. Он застыл, как вкопанный, как будто не был уверен, что делать, поскольку его глаза бегали по твоему лицу так быстро, что было трудно сказать, видит ли он вообще что-нибудь. Ты ждала, что он ответит, но он ничего не сказал, застряв в том месте, где он ничего не мог поделать, кроме как просто молча смотреть на тебя, как на статую. Его рука нерешительно обвилась вокруг твоих плеч, притягивая ближе к его груди, как будто ты могла стать еще ближе к нему, прежде чем он, наконец, отвел взгляд. Он схватил одну из диванных подушек и прислонил ее к подлокотнику дивана, прежде чем лечь на нее, потянув тебя за собой. Саймон устроился поудобнее, оставив место у себя между ног, чтобы ты могла лечь ему на грудь, не отпуская тебя. Он проигнорировал твой удивленный взгляд, решив смотреть в другую сторону, когда накрывал тебя одеялом, прекрасно понимая, что вы оба, скорее всего, перегреетесь. Когда вы оба устроились поудобнее, он взглянул на тебя всего на мгновение, прежде чем вернуться к просмотру шоу, кончики его ушей порозовели. “Так-то лучше”. Сказал он и крепко обнял тебя обеими руками, прижимая к своей груди, как будто ты хотела отодвинуться. Однако эта мысль даже не пришла тебе в голову, когда твое удивление медленно растаяло в улыбке, которая заставила тебя положить руку ему на грудь и обнять за талию. Ты почувствовала, как он напрягся от твоего прикосновения, но он не отодвинулся, даже когда ты положила голову ему на грудь, твое ухо было прямо над его бьющимся сердцем. Ровный ритм снял любое длительное напряжение, и ты всем своим весом навалилась на Саймона, внезапно почувствовав себя намного более уставшей, чем раньше. Твои глаза затрепетали, закрываясь, стука его сердца и ощущения, как его большой палец рисует круги на твоей спине, было достаточно, чтобы ты почти заснула, Саймон стал самым удобным местом, на котором можно лежать. И все же ты все еще хотела держаться за какое-то сознание, все еще хотела быть с ним. “Все наладится, верно?” Ты что-то пробормотала, не открывая глаз. “Ты умная”. Голос Саймона прогрохотал из его груди тебе в ухо и заставил тебя улыбнуться. “Ты можешь пройти через это”. Ты подняла голову, чтобы посмотреть на него, заставляя себя не засыпать, и заставила его наконец посмотреть на тебя с тех пор, как он лег. Ты одарила его улыбкой, которая заставила его испустить глубокий вздох, который тронул ваши тела, когда он посмотрел в твои глаза с нежностью. “Ты когда-нибудь думал о том, чтобы пойти учиться?” Тебе было интересно, любопытство разгорелось с тех пор, как он отвлек тебя от учебы. “Нет.” Он покачал головой, даже не думая об этом. “Я всегда знал, что не поступлю в университет”. Твой взгляд сразу же метнулся к шраму на его лице. Ты знала, что существует вероятность того, что это был шрам из детства, который он мог получить, упав с велосипеда или ударившись лицом о стену, но, учитывая тот факт, что ты так часто видела, как он возвращался с работы с новыми шрамами, ты не могла не предположить, что он получил их там. Это заставляло задуматься, как долго он так работал, уходя на месяцы подряд, возвращаясь избитым и в синяках, с мыслями, которые атаковали его неделями. Ему не нравилось уезжать? Ему не нравилось возвращаться? Прежде чем ты успела даже подумать, ты положила свободную руку на его щеку и начала обводить шрамы, которых касались твои кончики пальцев. Ты изучала их подробнее теперь, когда была достаточно близко, чтобы чувствовать его дыхание на своем лице, заметив, что некоторые из них были результатом разорванной кожи, в то время как другие выглядели более аккуратно, как будто что-то или кто-то специально порезал его. Ты пыталась не позволить своему животу скрутиться в узел при этой мысли, особенно когда заметила шрам, который был очень близко к одному из его глаз. С ним все было в порядке, с глазом всё было хорошо. Саймон подался навстречу твоему прикосновению, и его глаза затрепетали, закрываясь. Он ничего не говорил, пока ты продолжала ласкать его кожу, впитывая тепло своей маленькой рукой, пока он глубже устраивался на диване. “Было ли это тем, чего ты хотел?” - Прошептала ты и наблюдала, как он открыл глаза, чтобы посмотреть на тебя. Он ничего не сказал, но молчание само по себе было ответом. Твое лицо вытянулось, и ты положила другую руку ему на лицо, пользуясь случаем, чтобы пощупать все шрамы на его лице, наивно думая, что если ты прикоснешься к ним с нежностью, далекой от гнева из-за которых они появились, то, возможно, они исчезнут. Может быть, воспоминания о боли ушли бы у Саймона, если бы ты продолжала гладить их, если бы ты проявила к ним доброту. Но они были такой же частью Саймона, как его глаза и его теплота, от чего ты бы не захотела избавляться от них, даже если бы они когда-то причинили ему боль. “Ты их ненавидишь?” - Спросил Саймон, поскольку на твоем лице ясно читалась хмурость. “Я ненавижу боль, которую ты, вероятно, почувствовал”. Ты покачала головой и провела пальцем по шраму, который был рядом с его глазом. “Ты мог потерять глаз...” “Я в порядке”. Ты уставилась на него, неуверенная, действительно ли ты ему веришь, поскольку он практически выпалил это еще до того, как ты закончила предложение. Было ясно, что Саймон не в порядке, что бы он ни пережил во время своей работы, это повлияло на него больше, чем то, сколько он показывал, особенно когда он запирался в своей комнате. Ты не была уверена, почему, и, честно говоря, у тебя не было сил спросить его об этом прямо сейчас, даже если бы ты захотела. Ты не хотела доводить его до такого психического состояния, чтобы он оставил тебя одну на диване, когда тебе было комфортно находиться с ним в этот интимный момент. “Тебе не обязательно быть конкретным, я не хочу, чтобы ты был таким”, - начала ты, и он с трудом сглотнул. “Но я всегда здесь для тебя”. Глаза Саймона на мгновение расширились, прежде чем он оторвался от твоего взгляда. Сомнение или, может быть, скептицизм мелькнули в его глазах, и он стиснул челюсти. Твои брови сошлись вместе от его реакции, и ты мягко повернула его голову, чтобы он снова посмотрел на тебя. “Я серьезно.” Ты погладила его по щеке большим пальцем, не уверенная в том, как убедить его, что ты всегда будешь рядом. “Я знаю”. Прошептал он и положил свою руку поверх твоей. Он выглядел так, как будто хотел сказать больше, дать какое-то заверение в том, что он понял, что ты была максимально честна, но он этого не сделал. Он не открыл рот, он не успокоил слегка учащенное дыхание и не отвел от тебя взгляда, как будто ты была тем самым, что поддерживало его спокойствие в данный момент. Ты кивнула, грустная улыбка расплылась по твоему лицу, прежде чем ты убрала от него руки и снова легла ему на грудь. Ты вернула голову на прежнее место и, слушала, как замедляется его учащенное сердцебиение, когда он снова обнял тебя, еще крепче, чем раньше. Ты уткнулась носом в его грудь, а он нежно сжал тебя. “Будешь смотреть?” Он снова натянул на тебя одеяло. “Ты можешь переключить, если хочешь”. Твои глаза уже снова были закрыты, когда ты наконец позволила себе почувствовать усталость. “Я тебя понял”. После этого ты почти сразу же заснула. Ты застряла в том сне, где все еще могла чувствовать, как большой палец Саймона успокаивающе поглаживает лопатки, и могла слышать телешоу, которое теперь было тарабарщиной, но ты была недостаточно сознательна, чтобы говорить или двигаться. Ты застряла в теплом подвешенном состоянии, которое было самым спокойным видом сна, о котором можно мечтать. Ты не была уверенна, как долго спала, прежде чем услышала приглушенное жужжание, которое почти вывело из дремоты. Саймон шепотом выругался и подвинулся, едва развернув тебя, чтобы ты прижалась щекой к его груди. Он поддержал тебя своей рукой, продолжая свои манипуляции, когда жужжание прекратилось. “Привет”. Сказал он низким, грубоватым голосом. Наступил период молчания, из-за которого ты чуть не заснула снова, пока он не заговорил опять. “Понятно. Сейчас буду”. Тяжелый вздох вырвался из груди Саймона, и он лег назад, положив свою руку поверх тебя. Он перестал двигать большим пальцем и напрягся под тобой, достаточно, чтобы ты слегка пошевелилась. Так было до тех пор, пока он не положил руки тебе на плечи. “Хэй”. Он нежно встряхнул тебя и заставил твои глаза резко открыться. “Нужно встать”. “Прости”. - Пробормотала ты, затуманенная сном, и слезла с его колен. Саймон ничего не сказал, когда встал и исчез в коридоре, дверь в его комнату со щелчком закрылась. Ты сидела на диване, медленно пытаясь проснуться, протирая глаза и вцепившись в одеяло, которое свисало с твоих плеч. Тебе стало намного холоднее, когда под тобой не было твоего личного обогревателя, и в своем сонном мозгу ты решила, что это потому, что он хотел лечь спать. Было поздно, ты чувствовала это, так что на самом деле ты его не винила. Ты выключила телевизор, несколько раз зевнув, когда к тебе, наконец, начала возвращаться ясность ума. Как бы ты ни была счастлива, что смогла немного потискаться с Саймоном, ты была готова лечь спать и, надеюсь, не потратить весь свой день на учебу. Как только ты встала с дивана, то услышала, как Саймон вышел из своей комнаты, и ты была готова извиниться за то, что заснула на нем, когда он вошел в гостиную. Твое лицо вытянулось, а сердце ушло в пятки, когда ты увидела его рабочую сумку, перекинутую через плечо. Ты уставилась на него со смесью недоверия и печали, которые ударили тебя в грудь с такой силой, что твое горло сжалось. Ты стояла посреди комнаты, и надвигающееся чувство одиночества медленно окутывало тебя, когда ты встретилась с ним взглядом. “Ты уходишь...” Ты не хотела, чтобы твой голос звучал так печально, но ты ничего не могла с собой поделать. Глаза Саймона тут же оторвались от твоих, его тело напряглось, когда он подошел к тебе и протянул одноразовый старенький телефон. Тот, что он всегда оставлял тебе на случай чрезвычайной ситуации или если было время позвонить, но ты никогда им не пользовалась, а он никогда не звонил. Ты уставилась на него, борясь со слезами, когда прерывисто вздыхаешь,берешь его и ставишь на кофейный столик. “Еще даже недели не прошло”. Сказала ты и смотрела, как он завязывает шнурки на ботинках у входной двери, подходя к нему. “Такое случается”. Его голос был ровным, когда он стоял к тебе спиной. “Редко, но бывает”. Ты стиснула челюсти, пытаясь контролировать свои эмоции, чтобы потенциально не заставить его чувствовать себя плохо из-за того, что он ушел, хотя казалось, что ты была на грани слез. Это было самое короткое время, когда он когда-либо возвращался домой со своей работы, что усугубило ситуацию. Казалось, что ты почти не видела его, ты почти не разговаривала с ним за те три дня, что он был дома, и ты не могла поверить, что была настолько глупа, чтобы тратить свое ограниченное время с ним на учебу. Тебе хотелось пнуть себя за это, хотя ты никак не могла знать, что это произойдет. Ты прикусила губу и сделала глубокий вдох, успокаивая себя настолько, насколько могла, чтобы облегчить себе задачу. Шанс поплакать об этом будет позже, когда он уйдет и не сможет тебя видеть. Саймон закончил завязывать шнурки на ботинках и встал, наконец-то снова повернувшись к тебе с мрачным лицом. Он стиснул челюсть и сжал руки в кулаки, когда увидел грустную улыбку на твоем лице, когда ты пыталась показать ему, что с тобой все будет в порядке, его взгляд скользнул к твоим дрожащим губам. “Будь в безопасности, хорошо?” Ты кивнула, не в силах сказать что-либо еще из страха, что сломаешься прямо у него на глазах. Он кивнул, и ты восприняла это как сигнал идти в свою комнату. Ты повернулась, чтобы уйти, но он крепко схватил тебя за руку. Прежде чем ты успела отреагировать, он притянул тебя обратно, прижал к себе так, как будто ты могла исчезнуть прямо у него на глазах, и прижался своими губами к твоим. Ты без колебаний поцеловала его в ответ, твои пальцы обвились вокруг его куртки, чтобы углубить поцелуй, в то время как его руки блуждали по твоему телу, прежде чем они остановились на твоих бедрах, чтобы притянуть тебя к его груди. Губы Саймона были шершавыми, когда он целовал тебя так, словно это был последний раз, когда у него когда-либо был шанс сделать это. Он выдохнул тебе в рот, изливая в тебя все теплые чувства, которые у него остались, пытаясь компенсировать все те бесчисленные разы, когда он был слишком большим трусом, чтобы поцеловать тебя. Это было так, как будто он пытался поглотить тебя, забрать твою душу себе, чтобы ни один из вас никогда не был одинок, и оставил вас обоих затаившими дыхание в процессе. Ты взяла все, что он дал тебе, и поцеловала его в ответ так же нежно, пытаясь сказать ему, что ты чувствовала то же самое, что хотела, чтобы он остался. Когда вы оторвались друг от друга, он прижался своим лбом к твоему и взял твое лицо в свои руки, воспользовавшись последним моментом, чтобы почувствовать тебя, прежде чем отступить. Ты посмотрела на него, все еще немного запыхавшись, но полная такого тепла, что чуть не притянула его обратно для еще одного поцелуя. “Мне очень жаль” Хотя он не произнес этого вслух, ты могла видеть печаль в его глазах, которая только усиливалась с каждой секундой, когда он смотрел на тебя. Он тяжело дышал, как будто держался за ниточку, держал себя в руках, чтобы тебе тоже было легче, когда его плечи напряглись так сильно, что почти достигли его ушей. Он не дал тебе шанса что-либо сказать, когда открыл входную дверь и ушел, оставив тебя в оглушительной тишине. Ты моргнула несколько раз, не в силах полностью осознать то, что произошло, когда уставилась на дверь с сердцем, выпрыгивающим из груди, и желудком, уходящим в пятки. Ты прислушивалась к тишине, которая так тяжело повисла в воздухе, что у тебя по коже побежали мурашки. Тяжесть вернулась и задушила тебя, словно пара рук, которые обхватили твое горло, и внезапно все вокруг потемнело. Все казалось неправильным, неуместным, ты чувствовала себя не на своем месте в собственном доме, поскольку все напоминало о твоем соседе по комнате, и ты не могла бороться со слезами, которые катились по щекам. Ты прерывисто вздыхаешь, оглядывая гостиную, как будто он все еще был там, как будто он мог заключить тебя в свои объятия и унять твою боль хорошо продуманными словами. Ты искала его, но нашла только его часть в одеяле, о котором забыла, и в другой паре его ботинок. Ты уставилась на дверь, как будто это могло вернуть его обратно, как будто он каким-то образом узнал бы, что ты стоишь там, мысленно умоляя его вернуться и остаться с тобой, и он вошел бы в дверь как ни в чем не бывало. Ты хотела, чтобы он это сделал, ты хотела, чтобы каким-то образом он передумал. Но он исчез. И ты осталась одна.