Гэгэ!

Бай Усянь, стоящий рядом с Се Лянем, подошёл к той колонне, где был привязан Хуа Чэн и склонившись, взял его за подбородок,вертя его в разные стороны, осматривая. Далее он сжал челюсть Собирателя Цветов, из-за чего взору мужчины в белых одеяниях предстали белоснежные клыки Князя Демонов. Далее, одной рукой сжимая челюсть, он положил ладонь на уже давно непульсирующую сонную артерию демона. Он что-то невнятно, почти не слышно пробормотал и ненадолго ухмыльнувшись, отпустил чужую челюсть из своих рук. Белое Бедствие обернулось к Се Ляню и сказало: -Действительно неплохой результат, но все же кое в чем ты оплошал, Се Лянь. Наследный принц вскинул бровь, переведя свои затуманенные глаза с отблеском недопонимания на Хуа Чэна, который пытался найти смысл в их словах, да и вообще смысл его связывания. -Да? И в чем же? Мой дражайший друг, прошу поясни. -Дело в том, что на самом деле этот демон никогда не любил тебя. - изрек Безликий Бай. Князь Демонов про себя разгневался,ведь он всё прекрасно слышал. Кто не любил гэгэ? Он не любил гэгэ? Его драгоценнейшее и некогда совершенное светлое божество, которое он безумно любил, да и сейчас любит, несмотря на разложившуюся ситуацию? У него что, вместо мозгов в голове пара камней? Но всё было именно так, как и сказал Безликий Бай. Бай Усянь мог легко отличить ложные и навязанные чувства от настоящих, такова была его натура. Вот и сейчас он смог отличить сильную привязанность от любви. Се Лянь же таким ,, даромʼʼ не обладал и поэтому удивился, ведь не мог же он ошибиться?

***

Народ Сяньлэ уже пал. Повсюду распространялся вызывающий страх и жгучий глаза ярко-горящий огонь, который сжигал многочисленные красивые храмы Его Высочества наследного принца. Вокруг горящих построек стояло множество зевак, кто-то проходил мимо и, прикрыв рот с ужасом смотрел на то, как некогда одна из прекраснейших построек всего мира захватило в свои грубые объятия алое пламя, не желая его отпускать, как огонь распространялся по высоким деревянным столбам, как горящие деревянные балки, трещящие от множества искр падают на пол, оставляя за собой огненный след на полу, который лишь ускорял процесс сожжения, а также смотрели на то, как золотая статуя внутри храма плавится от слишком большой температуры. Золотая статуя была прекрасной и полностью подражала мужественному и в тоже время утонченному виду Се Ляня. Ровный нос, изящные тонкие губы и прекрасные глаза, цвет которых скульпторы не смогли передать. Но сейчас заколка, что красовалась на волосах статуи сплавилась от жара и, капая, падала на пол. Некогда красивое лицо и плечи Наследного принца, что так долго создавали лучшие скульпторы мира плавились и горячей жидкостью расплывались по одеяниям Бога Войны Увенчанного Цветами. Прекрасная статуя тонкой работы постепенно превращалась в уродство. Некоторые же зеваки останавливались и несдержанно посмеивались над происходящим, ведь большинство людей уже были обозлены на Се Ляня и презирали его. Многие из ранее поклоняющихся Наследному принцу люди теперь думали так: ,,Что он за бог такой? Он не смог остановить войну между двумя народами и своими стараниями лишь ухудшал положение своей страны. Он проиграл,а значит это не Бог Войны а дрянь, что попала на Небеса через постель.ʼʼ Безусловно каждый в этом мире имеет право на ошибку, но какие последствия этой ошибки будут, уже другой вопрос.Многие существа, обладающие человеческими чертами всегда будут жалеть себя, думая что они могут совершить ошибку, никто не идеален, но как только видят как кто-то рангом выше их оплошал тут же посмеиваются над ним, такова человеческая натура. Оступившийся на пятьдесят шагов, смеётся над тем, кто оступился на сотню. Даже если люди и будут хоть каплю сострадательны к каким-нибудь высокопоставленным чиновникам или императорам, то к божеству, совершившему ошибку уже совершенно другое отношение, что на земле, что на Небесах. Для людей Бог обязательно должен быть идеальным, не совершающим грехов созданием, его решения всегда должны быть неоспоримыми и безусловно самыми правильными и он не должен совершать ошибок, ведь на то он и Бог, а если он не будет соответствовать всем параметрам, то какое между ним и обычным нищим сбродом отличие? Вот и сейчас люди считали Се Ляня обычным ничего не стоящим сбродом, презирая того за его неразумность и несоответствие выдуманными ими пунктам, считая, что будь они величественным Богом Войны то никогда бы не оплошали и отказались от свойственной всем живым существам похоти, но естественно они не смогли бы пробыть на Небесах без изгнания и недели. Но Наследному принцу было плевать на этих мерзких отродьев, власть над которыми он потерял. Се Лянь верил своему напарнику и следовал выстроенному плану точно по пунктам, желая сделать все идеальным образом. Он верил в то, что если он потерял власть над теми ничтожествами, то он вовсе не проиграл, а всего-лишь выполнил один из пунктов плана. Когда последний храм Наследного принца был сожжен и во всём мире не осталось ни единой статуи Бога Войны Увенчанного Цветами, была ночь, но яркое пламя озаряло небо, разгоняя мрак и навевая ужас. Его Высочество наследный принц вместе с Фэн Синем и Му Цином находились в маленьком храме, который как оказалось пренадлежал Се Ляню. Храм был маленьким и неуютным. Низкие гнилые потолки нависали над некогда приходившими сюда людьми, пол, промоченный росой и обильными дождями разваливался, везде было грязно и мокро, посреди помещения находилась небольшая золотая статуя, а в углу беззвучно сжимаясь в клубок лежал маленький перебинтованный мальчик. Се Лянь, Му Цин и Фэн Синь даже не знали о существовании такого убогого помещения для поклонений и эта троица думала, что все храмы были сожжены сегодня, но как оказалось один уцелел. Словно ощутив чье-то прибытие, мальчик проснулся. Се Лянь сразу узнал это маленькое создание, безусловно, это был Хун-эр, будущий Князь Демонов, Хуа Чэн. Хун-эр поднял с пола фрукт, упавший со стола для подношений, и, игнорируя свое урчанье в животе положил его обратно на стол. Се Лянь посмотрел на эту картину и прикрыл глаза, едва сдерживая улыбку. У Хун-эра сильно выделялись ребра, кожа прилипала к костям, а щеки на лице утратили свой привычный цвет. Посмотря на него даже глупец поймёт, что мальчик уже долгое время ничего не ел, но он все равно не притронулся к фрукту. Се Ляню это казалось смешным и он все же не сдержался и его губы расплылись в странной улыбке от которой у любого при взгляде на неё были бы мурашки страха по коже. Фэн Синь, скрестив руки на груди отсраненно и равнодушно смотрел на маленького Хуа Чэна,а вот Му Цин не был столь равнодушен. Сам того не заметив, он привязался к этому маленькому упорному созданию. Му Цин в своём невидимом облике наклонился и взял самый свежий из присутствующих фрукт и лёгким броском кинул его прямо в руки Хуа Чэну. Мальчик инстинктивно поймал предмет, летящий к нему. Увидев, что оказалось в его руках, Хун-эр огляделся и хриплым голосом неуверенно позвал: -Ваше Высочество?.. Никто не ответил, лишь Наследный принц хлопнул себя по лицу и устало посмотрел на Му Цина, тот лишь развел плечами. Вдруг вновь послышался детский голос : -Ваше Высочество, вы здесь?.. Я ждал вашего прибытия очень долго, если вы здесь, то пожалуйста, скажите какой смысл жить отродью, подобному мне?.. Я не вижу смысла продолжать жить, но и умирать в тоже время не хочу, я слишком жалок... Просто скажите, ради чего мне существовать в этом гнилом мире?.. До этого Наследный принц едва сдерживал презренный смех, но услышав слова ребёнка отвернулся и начал смеяться, от чего его плечи начали нервно дергаться. Се Лянь, пребываемый с Му Цином и Фэн Синем в невидимом для человеческих глаз облике, до этого не хотел произносить ни слова, все также сохраняя утонченный и отсраненный вид добродушного человека, но сейчас ему захотелось сказать пару слов этому мальчику. ,, Мерзкому отребью, подобному тебе нет смысла жить. Такие убожества как ты только и способны что жаловаться на жизнь, хотя в этом абсолютно нет смысла, если не хочешь жить-умри, если хочешь-так в чём проблема? Но такие как ты не могут определится, что им делать и это вызывает у меня смех и отвращение. Ты спрашиваешь, ради чего тебе жить? А тебе просто нет смысла продлевать свое жалкое никому не нужное существование, вся твоя детская наивная любовь по отношению ко мне, которую ты старался скрыть от меня, мне по сути и вовсе не нужна, я не считаю её милой, а наоборот мерзкой, поэтому просто умри уже и не засоряй собой мой мир. ʼʼ-именно эти слова беспрерывно вертелись в голове Се Ляня и он уже было открыл рот, чтобы выдать свое присутствие и сказать эти слова Хун-эру, но слева, где стоял Му Цин послышались неуверенные слова: -Если не знаешь ради чего жить... живи ради меня. - видоизмененным голосом, похожим на голос Се Ляня, Му Цин проговорил эти слова вслух, возвышаясь рядом с его товарищами на алтаре. Хун-эр, весь грязный и в ободранной одежде резко вскинул голову, смотря прямо на Му Цина, как будто мог его видеть. В воодушевленных глазах мальчика читалась надежда и восхищение. Мальчик широко улыбнулся и крикнул всё тем-же хрипловатым голосом: -Ваше Высочество, спасибо! - Хун-эр был очень благодарен этим словам, ведь теперь ему есть ради кого жить и ради кого стремится быть сильнее и лучше. Жаль только, что он подумал, мол те слова, запечатлившиеся навсегда в его сердце, душе и костях произнёс именно Се Лянь. Посмотрев на Наследного принца, Му Цин осознал что сделал и поспешил исправить ситуацию. -Неважно, забудь все что я сказал. Просто живи ради себя. С лица маленького Хуа Чэна медленно сползла широкая жизнерадостная улыбка. Прошло некоторое время, а реакции со стороны мальчика так и не последовало, поэтому, облегченно вздохнув небожители вышли из храма. Оказавшись на улице они услышали, как хрипло и с энтузиазмом кричит Хун-эр: -Ваше Высочество, я не забуду, я никогда не забуду! Се Ляню было наплевать на эти слова поэтому он продолжил идти, подгоняя своих слуг. Фэн Синь и Му Цин не отставая последовали за Се Лянем. Фэн Синь был абсолютно равнодушен к произошедшему, но всё же хотел упрекнуть Му Цина в его упрямости и неразумности, поэтому перевёл свой взгляд с тёмных деревьев на него. На удивление брови Му Цина были сильно нахмурены а губы поджаты, из-за чего было похоже что он злиться, и это было действительно так. Он был разъярен и чувствовал себя несправедливо обиженным, а в сердце залегла тяжёлая боль несправедливости. Конечно он чувствовал боль. Разве можно было считать справедливым тот факт, что даже не смотря на то, что это он произнёс те обнадеживающие слова Хун-эр принял их за слова Се Ляня? Если бы Хун-эр знал, что эти слова произнёс именно он, то наверняка относился к нему по-дружески, забыв о том душераздирающем случае с чужим спасением. Если бы Хуа Чэн знал всю правду, то в будущем наверняка относился бы к нему намного снисходительнее и теплее, но к сожалению он просто не мог знать всей истины... Фэн Синь не мог понять причину гнева Му Цина и, промолчав, отвел взгляд вниз, где ярким пламенем горели многочисленные храмы, из-за чего на мгновение ему показалось, что он находится не в мире смертных, а в аду бесконечных мучений. После этого случая Се Лянь впервые увидел Безликого Бая и стал его товарищем. Когда все до единого храма вместе с плодородными землями были сожжены и от народа Сяньлэ не осталось и следа, Наследного принца Се Ляня с позором низвергли с Небес. Пребывая в мире смертных Се Лянь крутил не долгие романы со множеством женщин, совокупляясь с ними почти каждый вечер, из-за чего его духовные силы окончательно исчезли. Когда Наследный принц вознесся во второй раз, он, пребывая в гневе все разгромил, а когда попал на Небеса трижды вновь нашёл свою некогда маленькую жертву по имени Хун-эр. Хуа Чэн любил Се Ляня с малолетсва и всячески старался оберегать его не только когда они начали встречаться, но и когда второй пребывал в мире смертных, пока не потерял его из виду. Как Князь Демонов, проявляя такую заботу и любовь мог не любить его? Се Лянь не понимал. Внезапно в его голову пришла мысль, из-за которой по его лицу скатилась капелька пота. ,, А что если он с самого начала все понял и лишь строил из себя безумно влюбленного, а на самом деле преследовал какую-то цель? ʼʼ- сейчас Наследный принц начал видеть между ними сходство, ведь думал, что его мысль была правдой. Но спустя некоторое время он мысленно ухмыльнулся и подумал:,, Даже если это и так, то в любом случае он погибнет в битве со мной. ʼʼ Вслед за очередной мыслью Се Ляня послышался голос Бай Усяня: -Сейчас вы оба скорее всего думаете, что мои выводы просто чушь. - переводя взгляд с Собирателя Цветов на Бога Войны проговорил он. - Но на самом деле мои слова не лишены правды. - Бай Усянь остановил свой взгляд на Се Ляне, благодаря чему было понятно, что он будет обращаться именно к нему. Достаточно одного взгляда, чтобы увидеть, с каким воодушевлением и восхищением он смотрит на тебя, Се Лянь. Но также в его взгляде еле видна неуверенность в своих чувствах к тебе, хоть сам он это и отрицает. Позволь объяснить, почему я так решил. По дороге сюда ты рассказал мне все услышанное тобой и ситуацию, которую ты застал. По твоему рассказу ты в невидимом облике наблюдал за Сюаньчжэнем и Собирателем Цветов. Собиратель цветов под кровавым дождём хотел оторвать язык Богу Войны, так как посчитал его слова о тебе ложью. Далее ты приобрёл видимость и он увидел тебя, после чего ты оглушил обоих и привёл их сюда. Изначально эта израненная муками душа и впрямь не верила ни единому слову Сюаньчжэня и считала, что ты умер, но теперь, когда он увидел тебя живого и здорового, он вероятно понял, что все слова Му Цина были правдой, а значит и тот рассказ о несчастном случае чужого спасения тоже был правдивым и сейчас он осознал, что зря копил злобу на Сюаньчжэня. Из-за чего следовательно сейчас он более снисходителен к Му Цину и даже может переживать за него. Но разве может демон, по твоим словам любящий тебя на протяжении восьмиста лет начать переживать за кого-то другого? И даже сейчас, узнав всю правду о тебе, он все ещё хочет найти хоть что-то святое в тебе, он хочет найти в тебе солнечный луч, который даст ему надежду на спасение,но разве мог бы пережить любящий человек такую правду но все равно продолжать верить в своего обидчика? Конечно, нет. Он просто напросто отрекся бы от тебя и не желал больше иметь с тобой дел, но этот демон продолжает упорно стоять на своём. Тебе не кажется, что это больше похоже все таки на сильную привязанность, появившуюся от твоего ложного добродушия, нежели на настоящую любовь? Хуа Чэн и Се Лянь были сильно удивлены этой речью. Бог Войны понял, что слова его товарища действительно не лишены смысла. Князь Демонов же ясно понимал, что существо в белых одеяниях перед ним читает его как открытую книгу, ведь всё было именно так, как он и сказал.. Спустя минуту молчания Бог Войны, привязанный к колонне напротив Князя Демонов тихо сказал что-то сквозь тряпку, но из-за того, что его рот был закрыт получилось лишь негромкое мычание.