Саньхэхуэй

Се Лянь еле поспевал за уверенно идущим Фэн Синем, то и дело озираясь по сторонам. Му Цин периодически оглядывался, проверяя, не отстал ли он. Троица шла по нищему району, где жизнь кипела и днем, и ночью. Улочка, по которой они двигались, представляла из себя нагромождение старых зданий вперемешку со спонтанным новостроем, причем эти двух-трехэтажные домишки так рьяно липли друг к другу, что если задрать голову, то можно было увидеть лишь тоненькую полоску синего неба, изрезанную под разными углами линиями проводов и веревок для сушки белья. Заблудиться тут было легче легкого: народ сновал туда-сюда, торговцы хватали за рукава, зазывая в свои грязные обшарпанные лавчонки, местные дешевые проститутки норовили утянуть в чуть менее людный уголок, хозяйки опорожняли ведра с мыльной водой прямо на дорогу. Никаких табличек с названиями улиц или номерами домов здесь не предусматривалось: ты либо местный и хорошо знаешь этот район, либо делать тебе тут нечего. Перед глазами Се Ляня то и дело мелькали на скорую руку сколоченные таблички с криво намалеванными иероглифами, уведомляющими, что здесь находится парикмахерская или секонд-хэнд, электрические щитки с торчащими из них проводами, лавки с бесконечными рядами перекошенных тазиков, жареных лягушек и бумажных зонтиков. Пахло специями, уксусом и человеческим потом. Фэн Синь двигался уверенно, внимательно рассматривая вывески, чтобы не пропускать нужные повороты. Было видно, что он тут не впервой и хорошо знает путь. Они свернули направо, и дышать стало чуточку легче: народу резко сделалось поменьше, шумные возгласы местного населения остались позади. Сыщики еще минут пять петляли по лабиринтам дворов. Изредка перед Се Лянем проскакивали жирные пятнистые коты, из узких окошек на него с недоверием пялилась местная детвора. Наконец, они вышли на еще одну узкую улочку, которая была почище предыдущей, да и народу тут было поменьше. — Пришли, — провозгласил Фэн Синь, стоя перед более-менее приличной дверью, надпись на которой гласила, что здесь находится ветеринарная клиника. Все трое вошли внутрь. Клиентов тут не наблюдалось. Се Ляню уже объяснили, что это заведение — просто способ отмыть деньги, полученные от мафии. Безусловно, в этом районе обитали и кошки, и собаки, но почти все они были бездомные. Местное население было слишком бедным, чтобы позволить себе иметь питомцев. Очень редко сюда обращались люди из соседних районов с просьбой кастрировать животное или поставить прививку от бешенства. Им, конечно, не отказывали, чтобы не вызывать подозрений. Се Лянь, Фэн Синь и Му Цин вошли внутрь. В помещении было прохладно и неестественно тихо по сравнению с улицей. Тишину нарушила только маленькая бамбуковая музыка ветра, висевшая над дверью. В холле ветеринарки никого не было. У столика, который, видимо, служил чем-то вроде стойки информации для посетителей, никто не стоял. Се Лянь с минуту порассматривал плакаты, иллюстрирующие устройство органов разных животных. Они висели здесь для имитации деятельности ветеринарной клиники. Вдруг из комнаты, которую загораживала штора из деревянных бусин, вышла молоденькая девушка нейтральной наружности в белом халате, судя по всему, работница данного заведения. — Мы ищем господина Пэя, — уверенно сказал Фэн Синь, — он сегодня здесь? — А…собственно… по какому вопросу? — смутилась девушка. Действительно, попытка найти владельца этого сомнительного заведения выглядела странно. — По личным вопросам. Я приятель его младшего брата, — ответил Фэн Синь. Работница немного успокоилась, развернулась и жестом позвала друзей за штору из бусин. Четверо людей проследовали вглубь помещения. Девушка подвела их к двери, на которой висела металлическая табличка с надписью «Директор», и постучала. — Господин Пэй, — позвала она. — Да-да, — послышался низкий звучный голос. — К вам посетители. Говорят, насчет вашего младшего брата. — Войдите… Девушка отворила дверь в кабинет, а после того, как сыщики вошли, беззвучно затворила ее. В кабинете не было окна, оно освещалось ярко горящей электрической лампой. Вдоль стен стояли стеллажи с папками для документов, а прямо напротив двери стоял массивный письменный стол, за которым в удобном кресле восседал статный красивый мужчина лет тридцати с хвостиком. — Здравствуйте, — низким хриплым голосом поприветствовали вошедших, — вы ко мне на операцию? — с обворожительной белоснежной полуулыбкой произнес черноволосый мужчина в очках и, отпив из хрустального стакана что-то похожее на бренди, пригласительным жестом указал на дверь в другое помещение. — Здравствуйте… — тихо сказал Се Лянь смутившись от шутки директора клиники, заметив на операционном столе отходящего от наркоза кастрированного кота. — Нет, не надо нам таких операций! — прыснул Фэн Синь, приобнял двух друзей за плечи и, приободряюще похлопывая, подтолкнул вперед в открывшуюся перед ними дверь. Му Цин демонстративно цокнул языком и скинул руку своего вечно раздражающего коллеги. — Прошу, присаживайтесь, — галантно протянул Пэй пройдя к центру комнаты и присел на угол стола, плавно потягивая напиток. Комната была средних размеров. Сразу бросался в глаза стоявший слева от входа стол из массива дерева и придвинутый рядом боком к нему «царский», роскошный стул, обитый изумрудным велюром. Большую часть пространства занимали диваны повернутые друг напротив друга с низким железным столиком посередине, на котором громоздились всевозможные склянки с дорогой выпивкой. По полу раскинулся ярко алый ковер с диковинными птицами и сказочными цветами. В комнате было душно, чувствовалось, что давно не проветривали. Ощущался едва заметный запах алкоголя. Се Лянь проследовал вглубь залы, обогнув один из диванов. На том, что стоял спинкой ко входу, развалился человек, которого парень не сразу заметил. Молодой крепкий мужчина в мятой рубашке спал лицом вниз, подложив локоть под лоб. У дивана криво стояла пара снятых ботинок. — Ши Уду, подъем! — спокойно, но требовательно произнес Пэй Мин, все еще восседая на столе и попивая напиток. «Ши Уду? Он-то что здесь делает?» — пронеслось в голове у Се Ляня. Мужчина пробубнил что-то звукообразное себе под руку, нехотя поднялся, растирая сонное лицо с двухдневной щетиной. — Давайте сразу к делу. Я знаю, что вы пришли насчет исчезновения Ши Цинсюаня, — сказал Пэй Мин, поправив очки на носу, — этот мне все уже рассказал. Он указал на пьяного Ши Уду, который уже надевал ботинки. Видимо, Пэй приютил его у себя в клинике. Ши Уду, насколько Се Лянь помнил из рассказов Ветерка, жил в Пекине, так что в Шанхае, кроме брата, ему негде было остановиться. Но дом Ветерка был опечатан, поэтому он оказался здесь. Видимо, он был слишком расстроен исчезновением брата, и ему не оставалось больше ничего, кроме как топить свою тревогу в алкоголе. — Вы сказали «рассказал»? А вы сами, разве не знали, что Ши Цинсюань пропал? — уточнил Се Лянь. — Нет, конечно. Я что, слежу за ним, по-вашему? — Тогда, чем вы занимались в период с одиннадцати по двенадцать часов вечера 4 сентября? — напрямую спросил Се Лянь. — Одна красотка утащила меня подальше от всей этой суеты… пришлось отвлечься, — Пэй Мин оперся одной рукой на стол, расправив крепкие широкие плечи. Се Лянь на мгновение засмотрелся на него, а директор клиники продолжал, — я был занят всю ночь и все утро, так что о пропаже Ши Цинсюаня узнал только вчера. На фразе «всю ночь» Му Цин и Фэн Синь переглянулись, а Се Лянь невозмутимо продолжал: — Кто может подтвердить, что той ночью вы не покидали ресторана? Вы ведь понимаете, что являетесь одним из подозреваемых по этому делу? — Се Лянь чувствовал себя не очень уверенно, но старался сохранять спокойное выражение лица. — Прошу прощения, это вы расследуете это дело? Я думал, господин Фэн. — Я просто помогаю, — отозвался Фэн Синь, развалившись на диване. — Меня зовут Се Лянь, а это Му Цин. Извините, что сразу не представились, — быстро исправил ситуацию Се Лянь. — Приятно познакомиться, — Пэй Мин смерил Му Цина долгим сальным взглядом с головы до ног и медленно перевел глаза на Ляня, которого смутили такие манеры. — Кхм…продолжим. У вас есть алиби? — Конечно, Лань Чан все подтвердит. Отлично работает, кстати, рекомендую ее. Некоторым, возможно, придутся по вкусу такого рода услуги… не всем, — глаза Пэя прошлись по застывшей фигуре удивленного парня с высоким хвостом. Му Цин уставился в пол не понимая, что за странные намеки, и почувствовал на себе еще один насмешливый взгляд еле сдерживающего смех Фэнь Синя. — Ты идиот?! — зло фыркнул Му Цин и перекинул другую ногу на ногу. У Се Ляня покраснели кончики ушей, но он ничего не сказал. Он сегодня и так перенервничал, ему было не до похотливых шуток этого ловеласа. «Лань Чан работает в «Призрачном городе», значит, надо и ее потом будет опросить», — подумал он. Все на мгновение умолкли. — Я курить, — вдруг поднялся с места Ши Уду. — Ммм, давай, — промурлыкал Пэй. Хлопнула дверь, повисла неловкая пауза. Се Лянь кашлянул, пытаясь заново завести разговор. — Мне нужно задать еще несколько вопросов, потерпите немного. Это ведь было празднование дня рождения Ши Цинсюаня, верно? — Не совсем. С ним в один день родился еще один человек. Черновод. Слышали, может. Конечно, слышали. Черновод, по слухам, был главой одного из самых крупных наркосиндикатов Китая. — В один день, значит. А настоящее имя у него какое? — Не знаю. Се Лянь сразу смекнул, что Пэй Мин не стал бы вот так просто разглашать тайны своих клиентов, поэтому задал следующий вопрос: — Кто-то на вечеринке вел себя подозрительно? — Не обратил внимания. Говорю же, я не был в тот вечер с основной компанией, — он залпом допил остатки бренди. — Что ж, спасибо за ответы, — Се Лянь сделал последнюю пометку в блокноте. — Если возникнут еще вопросы, буду рад помочь следствию. Пэй Мин прошел к двери и открыл ее. Се Лянь, Фэн Синь и Му Цин засобирались на выход. Му Цин шел последним. Когда он уже собирался перешагнуть за порог, то вдруг услышал у себя над ухом низкий томный голос: — Красивые волосы. Выпученными глазами, слегка покрасневший парень, смерил ухмыляющегося Пэйя раздраженным взглядом. Под слащавое цоканье языка, Му Цин фыкнул и быстро юркнул мимо него, нервно перекинув хвост на другое плечо. Захлопнулась дверь кабинета, как только испуганный парень исчез за углом коридора. Се Лянь уже вышел на улицу, где курил Ши Уду. — Могу я задать пару вопросов? — Конечно. — Расскажите о своем приезде в Шанхай. Как вы обнаружили, что Ветерка похитили? — Да очень просто, — Ши Уду затянулся, щуря красные сонные глаза, — у меня отпуск, решил брата проведать, с днем рождения поздравить. Как с поезда сошел, так сразу к нему домой отправился. Подъезжаю, а там дверь нараспашку, а внутри кавардак. Я сразу все понял и пошел в полицию. А ночевал здесь. Мы с Мин-сюном давно знакомы. — Понятно. 5-го сентября приехали, значит.Почему не 4-го? — Да. Ну, брат предупредил, что весь день рождения проведет в ресторане, не хотел мешать ему. — У вашего брата были недоброжелатели? — Не знаю. Он с таким количеством людей водился, что и не уследить. Были люди, которым его творчество не нравилось или которые ему завидовали. Но вряд ли они стали бы его красть. Знаю только, что в последнее время он часто в «Призрачном городе» появлялся, а там мафия ошивается. Вот они на всякое способны… Он кинул бычок, помолчал, а потом заглянул в глаза Се Ляню с таким отчаянием и тревогой, что ему стало не по себе. — Вы уж найдите его, хорошо… — Обещаю! — выпалил Се Лянь, — Можете на меня положиться. С этими словами он покинул Ши Уду и подбежал к Му Цину и Фэн Синю, стоявшим поодаль. Му Цин тихо возмущался на «невоспитанного чурбана» и «сального типа», и на этот раз эти ругательства не были адресованы Фэн Синю. — Так, здесь закончили. Теперь едем в «Призрачный город»!