Саньхэхуэй

Очередная толстая стопка желтых документов плюхнулась на стол, подняв в воздух облачко пыли. Се Лянь отряхнул руки и посмотрел на часы. Без пяти одиннадцать. Через пять минут должен прийти Хуа Чэн. Бюро уже опустело, во всем здании Се Лянь был один. В коридоре раздались звонкие ритмичные шаги. Се Лянь вышел за дверь, чтобы встретить гостя. — Доброй ночи. Архив здесь. Хуа Чэн молча кивнул и прошел в комнату, едва не коснувшись предплечьем локтя Се Ляня. Черная атласная водолазка обволакивала острые широкие плечи и подчеркивала стройные и изящные линии тела, ярко обрисовывая грудные мышцы. Волосы, забранные в высокий хвост бликовали иссиня чёрным, а кольца в ушах покачивались при каждом движении хозяина. Се Лянь почувствовал слабый запах табачного дыма и древесного парфюма. Парень ощущал неловкость от присутствия этого человека. Как к нему лучше обращаться? Господин Хуа? Как-то слишком официально. Гражданин? Да какой к черту гражданин! Градоначальник? Да как-то не к месту. Ну уж точно не Собиратель цветов! И вообще, почему он сам никак не поздоровался с Се Лянем? Повисла неловкая пауза. Только тусклые электрические лампы под потолком неприятно гудели и пощелкивали. — Что ж… — Се Лянь решил начать диалог, — это и есть наш архив. Старые деревянные полки с кипами бумаг поглощали звуки, поэтому его голос звучал слегка приглушенно. Се Лянь подошел к столу, заваленному документами. — Я уже успел найти несколько дел о пропаже людей. Нам предстоит просмотреть их и выяснить, были ли похожие случаи похищения. Хуа Чэн все так же молча подошел к столу и взял первую попавшуюся папку. У него были красивые крупные руки с длинными аккуратными пальцами, на которых сверкали раритетные серебряные перстни с кроваво-красными рубинами. Хуа Чэн рассеяно пробежал взглядом по делу и вдруг спросил: — А до этого момента вы разве не изучали похожие дела? Резонный вопрос. — Честно говоря, нет, — замялся Се Лянь, — как только я узнал, что Ветерок пропал, то ужасно разнервничался и сразу отправился на расспрос. Я так и пробегал несколько дней. А до архива руки только что дошли… — Вы близко знакомы? — на лице Хуа Чэна читалось неподдельное любопытство. Се Лянь спохватился, поняв, что сболтнул лишнего. Да еще и назвал Ши Цинсюаня Ветерком прямо при Хуа Чэне! — Да… — он решил не лукавить, — мы учились вместе. Под пристальным взглядом Хуа Чэна Се Лянь засмущался еще сильнее. — Сколько вам лет? — Двадцать два, — зачем Хуа Чэну знать его возраст? Се Лянь окончательно растерялся, — а вам? Боги, на кой черт он это спросил?! К счастью, Хуа Чэн только добродушно ухмыльнулся: — Двадцать семь. Почему-то от этих слов Се Ляню стало немного легче. Мысль о том, что Хуа Чэн — самый обычный человек, простой смертный, да еще и не сильно старше его самого, почему-то успокаивала. Тем временем Хуа Чэн недовольным взглядом рассматривал горы макулатуры на столе. — Такими темпами мы тут остаток жизни проведем. Просто так просматривать все эти бумажки — пустая трата времени. — Тогда что вы предлагаете? — Вы слышали про Безликого Бая? — Это же просто городская байка! Вроде Джека Потрошителя, — Се Ляня удивило, что такой серьезный человек, как Хуа Чэн, может верить в подобную ерунду. — Почему вы так уверены? Люди ведь действительно пропадали, это не выдумки. Просто дела остались нераскрытыми, вот люди и навыдумывали предположений. — В любом случае, как это может быть связано с исчезновением Ве… Ши Цинсюаня? — Очень просто: Безликий Бай славился тем, что уносил жизни самых разных людей, почти не оставляя улик. Их просто похищали, а потом не находили. Между всеми похищенными не было никакой взаимосвязи, за исключением одной детали: все они так или иначе были связаны с миром наркотиков. Вы же хотели найти несколько похожих дел. Вот по этим признакам я и предлагаю искать. Се Лянь потер точку между бровей. Хоть он никогда не верил в эту сказку про загадочные исчезновения людей, тем не менее, то, что предложил Хуа Чэн, было хотя бы какой-то системой. Так действительно удобнее просматривать дела. — Давайте попробуем так, — сдался Се Лянь, — какой период времени нам выбрать? — Если мне не изменяет память, первые слухи о Безликом Бае поползли лет пять назад. На том и порешили. Се Лянь стал отбирать дела за последние пять лет, а Хуа Чэн в отдельную стопку собирал случаи нераскрытых преступлений. В итоге они отобрали штук десять похожих дел, не меньше. Тщательно изучив все папки они убедились, что все эти случаи действительно были так или иначе связаны с наркотрафиком. — Вот, например, еще одно дело, — декламировал Хуа Чэн своим низким голосом, — тут про молодого чиновника. Решил начать свою карьеру с продвижения закона об ужесточении наказания за хранение запрещенных веществ. Похищен посреди рабочей недели, так и не нашли. Свидетели видели машины без номеров в его районе. — А вот еще про инкассатора какой-то случай, — Се Лянь передал Хуа Чэну очередную папку. — Так, здесь написано, что этот человек на инкассаторской машине нелегально развозил товар по точкам. В прошлом году его похитили. Пожилая соседка сообщила, что видела, как на него напал ночью человек в черном. — Ага, — продолжил развивать мысль Се Лянь, тоже начиная улавливать логику, — а в этом деле говорится про серийное исчезновение наркодилеров. Троих похитили буквально полгода спустя после исчезновения того чиновника. У двоих из них в офисах были обнаружены следы хлороформа. — Я же говорил, все эти дела похожи. Видимо, вашего Ветерка тоже похитил Безликий Бай. — Господин Хуа, то есть, Градо… ну, в общем… — Се Лянь так и не определился, как ему удобнее называть Хуа Чэна, — вы были правы! Похититель Ветерка, видимо, серийный преступник, у которого зуб чуть ли не на весь преступный мир! Чувствую, с вашей помощью дело пойдет куда быстрее! На этих словах Се Лянь почувствовал, что опять сболтнул лишнего. Наверное, не стоило так по-панибратски разговаривать с Хуа Чэном. Но тот вдруг поднял взгляд на собеседника и расплылся в довольной улыбке. Се Лянь никак не ожидал, что этот загадочный и суровый человек может быть падок на похвалу. — Если вам будет так удобнее, можете называть меня Сань Лан. — Сань Лан? — Да. «Это его настоящее имя? Какое странное» — подумал Се Лянь, — «Не похоже, чтобы у него были старшие братья, ведь судя по всему, он единолично владеет всем своим огромным бизнесом. Они все умерли?» Се Лянь не стал задавать лишних вопросов, боясь снова показаться бестактным. Хуа Чэн не обратил внимания на его задумчивость. Он еще какое-то время поводил глазами по строкам документов, затем резко закрыл папку. Раздался гулкий хлопок, который вернул Се Ляня к реальности. Он удивленно уставился на своего «коллегу». — Что ж, — задумчиво протянул Хуа, — если предположить, что исчезновение Ши Цинсюаня действительно связано со всеми этими нераскрытыми преступлениями, — он окинул взглядом просмотренные за сегодняшнюю ночь папки, — то можно прийти к выводу, что его основная цель — контроль над наркотрафиком Китая. — Причем судя по всему, — подхватил Се Лянь, — он не планирует искоренять эту сферу. Ци Жун говорил, что он хотел долю от его бизнеса, когда шантажировал его… подопечных. Видимо, он именно хочет завладеть этой сферой. — Похоже на то. Только вот в чем загвоздка: вряд ли это какая-то мелкая сошка. Очевидно, что у этого человека есть и деньги, и связи, и влияние. И наглость, самое главное. Но как такой крупной рыбёшке удается все время оставаться незамеченной? Как на протяжении пяти лет он действовал, оставив так мало улик? На эти вопросы у Се Ляня не было ответа. — Он пытался воздействовать непосредственно на мафиозные группировки, но поняв, что они сильны и не боятся его, решил найти обходной путь. — Он похитил вашего друга с вечеринки главы самого крупного наркосиндиката Китая, вы понимаете это? Это можно было бы назвать красивой угрозой, не сделай он это из-под тишка! Выходит, он не только узнал, что ваш друг близок с Черноводом. Он знал, что у них день рождения в один день. Он знал, что Черновод согласился устроить вечеринку, хотя обычно не празднует. Он знал, что банкет будет происходить именно в моем ресторане! Более того: он нашел какой-то способ выманить Ши Цинсюаня с праздника и заставить его срочно поехать к себе домой, никого не предупредив! Черновод сразу понял, зачем именно похитили Ветерка и чего от него этим добиваются. Видимо, Безликий Бай прекрасно понимал это. Его информаторы проделали просто фантастическую работу! Хуа Чэн нахмурил брови. Се Лянь прекрасно понимал его чувства: жил себе своей обычной жизнью, и тут вдруг кто-то вторгся в твою повседневность, поставив под угрозу слишком многое из того, что ты любишь и к чему привык. — Не хотите выйти покурить? — вдруг предложил Хуа Чэн. — Можно выйти на балкон, там вид хороший. Они вышли из архива и направились вверх по лестнице в кабинет Се Ляня. Выйдя на балкон, на котором еще совсем недавно его друзья подсматривали за ним, Се Лянь ощутил облегчение. Последнюю неделю он очень плохо спал, мало ел и целыми днями работал. Сейчас все его тело ощущало прохладу сырого осеннего воздуха. Была глубокая ночь. Тишина. Умиротворение. Сонно покачивались красные макушки деревьев, роняя на черный асфальт капли недавно прошедшего дождя. В лужах отражались желтые блики от фонарей и окон. Раздался щелчок. Се Лянь смотрел, как Хуа Чэн достает из дорогого серебряного портсигара, украшенного гравировкой в виде маленьких бабочек, сигарету. — Будете? — он вытащил сигаретку в красивой темной бумаге и протянул Се Ляню. От нее пахло гвоздикой. — Ну… можно попробовать, — он принял сигарету, зажал ее в губах. Хуа Чэн поднес зажигалку, в темноте можно было разглядеть его белые тонкие пальцы, из-под края водолазки выглянул кончик черной татуировки. Чирк! Се Ляня ослепило золотым всполохом огня, а потом в темноте загорелась красная точка сигареты. Он затянулся и… — Кхэ-кхэ-кхэ!!! — дым обжег трахею, неприятно осев в легких. — Вы не курите? — Хуа Чэн изогнул соболиную бровь. — Вообще-то, нет, — прохрипел свое признание Се Лянь, — на первом курсе пару раз пробовал, но мне не очень понравилось. — Зачем же сейчас решили покурить? — Вы предложили, и мне захотелось. Хуа Чэн добродушно ухмыльнулся, закуривая. Затянулся, медленно выпустив дым. Он облокотился о холодные металлические перила балкона, отчего те слабо и жалобно загудели под его весом. Се Лянь рассматривал красивый профиль этого молодого мужчины, его крепкие и одновременно грациозные плечи. Кончики его черных волос едва колыхались на осеннем влажном ветру. Се Лянь попробовал втянуть сигаретный дым еще раз: уже не так больно. Во рту остался приятный запах табака и гвоздики*. Голова, уставшая от постоянных тяжелых мыслей, вмиг опустела и слегка закружилась. Хуа Чэн какое-то время смотрел за горизонт ночного Шанхая и вдруг нарушил тишину: — У Безликого Бая определенно есть информатор в «Призрачном городе». Вы сможете завтра подъехать? — Да. — А после того, как закончим дела, могу предложить вам покурить кальян. Вы когда-нибудь пробовали? — К-кажется, нет. — Что ж, — губы Хуа растянулись в загадочной улыбке. В темноте он выглядел непривычно бледно, как призрак, — кальян курится гораздо легче и приятней, чем сигареты.