The black stripe is always followed by a white.

Солнечные лучи просачиваются через маленькую щёлку между тёмно-серыми шторами, а по комнате витает запах чего-то очень ароматного и лёгкого одновременно. Вафли? Боже мой, да, это те самые вафли, которыми Минхо кормил Джисона в первый день их встречи. Хан невольно открывает глаза и смотрит на электронные часы, находящиеся на прикроватной тумбе со стороны Ли, которые говорят о том, что уже не то чтобы утро, а почти полдень. *Почти без двадцати двенадцать, вот это я рано, конечно...* - подумал про себя младший и начал потирать глаза для того, чтобы хоть немного проснуться. Повалявшись так ещё минут десять, Джисон всё-таки вылез из-под одеяла и направился на кухню. - Доброе утро, хён, - произнёс младший потирая глаз рукой. - Доброе, спящая красавица, - Ли по-доброму усмехнулся, - Присаживайся, сейчас я разложу всё по тарелкам, - закончил старший и отвернулся к столешнице. Хан последовал совету Минхо и плюхнулся на стул. Дори, он же единственный из трёх котов, который был на кухне, сразу подбежал к Джисону и начал мяукать и тереться об его ноги. - И тебе доброе утро, малыш, - Джисон взял котейку и посадил к себе на коленки, начиная чесать за ушком. Кот отзывался радостным урчанием. - Кушай, белочка, приятного аппетита, - Минхо ставит на стол две тарелки и две кружки с ромашковым чаем, одну перед Джисоном, а другую перед собой и садится напротив. - Спасибо, хён, и тебе приятного аппетита, - Хан уткнулся в тарелку, пряча смущённую улыбку. Как же это было, чёрт подери, вкусно. Всё то, что приготовил Ли и всё то, что успел съесть Хан было чертовски вкусно. Чувствовалось, что это всё было приготовлено с заботой и трепетом(?) А особенно эти вафли с этим чаем. Джисон соврал бы, сказав, что не смог бы есть это вечно. Эти мягкие булочки в клеточку и мягкая сгущёнка между ними пахли чертовски приятно и буквально таяли во рту, а чай с ромашкой, который Джисон полюбил благодаря Минхо , только добавлял шарму. - Джисони, напоминаю, что в пять у тебя психотерапевт и хотел бы поинтересоваться, знаешь ли ты, о чём хочешь поговорить с ним сегодня? - Минхо был и вправду заинтересован в том, чтобы улучшить состояние Хана. - Думаю, что да, но для начала вопрос...сколько продлиться консультация? - Вообще, я доплатил за то, чтобы её продлили до полутора часов, но если ты закончишь раньше, то ничего страшного. Самое главное - выбрать время, в которое тебе будет удобно посещать врача и сколько тебе нужно - час или больше? - Я хочу для начала поговорить насчёт своей самооценки и, - сглотнул, - О нём... - Должно быть, случилось что-то и вправду серьёзное, раз ты не хочешь произносить его имя вслух - Прости, хён, - младший выглядел виноватым. - Джисони, белочка, послушай меня, ты не должен извиняться за то, что та или иная ситуация нанесла тебе определённую травму, про которую ты даже говорить не хочешь. Я не вправе осуждать тебя за это, а тем более давить, если ты захочешь рассказать мне об этом, то я обязательно буду рядом и постараюсь оказать поддержку, - Минхо говорил это искренне и держа руку Джисона в своей. - Ты можешь оставить посуду на столе и пойти в комнату, а я тут приберу всё за нами и присоединюсь к тебе, может даже фильм посмотрим? - Да, хорошо. Спасибо тебе, хён, за то, что ты делаешь для меня, это правда ценно, - со всей искренностью произнёс младший и подошёл к Ли, собираясь обнять его. Минхо мигом встаёт и заключает млашего в свои объятия и делает привычный жест в виде поглаживания по голове. Джисон тает от этого. Такие объятия от старшего стали уже чем-то...родным что ли

***

- Хани, бельчонок, успокойся, всё будет хорошо, я после работы сразу за тобой заеду. Психотерапевт по отзывам очень даже хороший, да и у него пять звёзд. Самое главное, Джисони, не умалчивай ничего, даже свои эмоции и постарайся не замыкаться. - они уже сидели в машине Минхо и ехали в клинику. Старший намеренно записал Джисона в частную больницу для спокойствия как своего, так и младшего. - Хён, я стараюсь, правда, но мне всё равно очень тревожно. И почему ты вообще меня так называешь? - младший наигранно надул губы. - Ты и вправду похож на белку, особенно когда набиваешь рот едой....это даже мило, - Хо по-доброму хмыкает. - Ещё один перекрёсток, поворот налево, и мы приехали, - старший поворачивает голову на секунду, чтобы сказать последнее слово и отворачивается обратно. Ох, как же Джисону нравится вид старшего за рулём...сосредоточенный взгляд вперёд, благодаря которому Хан без проблем может разглядеть профиль Минхо: длинные ресницы, высокая переносица, родинка на носу, а скулы, да об них можно натурально порезаться...Хан хоть и не проверял, но очень хотел бы. Левая рука Ли уверенно держала руль, а правая покоилась на коробке передач. На левой руке два кольца, а на правой - четыре. Как же хорошо это выглядело. Джисон так залип на Минхо, что аж не с первого раза услышал оповещение старшего о том, что они приехали. - Джисон, всё хорошо? - А? Да...почему ты спрашиваешь? - Я уже два раза сказал тебе о том, что мы приехали. Давай зайдём, ты всё подпишешь, и я поеду, - Минхо растегнулся и вылез из машины. Джисон сделал также.

***

В детстве я очень частно думал о том, что если я попаду в аварию, то на меня обратят внимание. Хотя это необязательно была авария, я думал и о каких-то тяжело излечимых болезнях. В такие моменты я начинал плакать ещё сильнее. Чуть позже на смену этим мыслям пришли какие-то незамысловатые действия, по типу ударить себя по бёдрам или по рукам, расцарапать кожу, вцепиться в свои волосы и оттягивать до такой степени, чтобы боль была до ужаса ноющая, а ещё бывало я чувствовал себя настлько тупым, что бывало долбился головой об стол, но это было не с всей дури. Это было до поры до времени. Когда мне было одиннадцать, я впервые порезал себя...и это стало, как я назвал это, началом конца. В тот момент я более менее отошёл от истерики и в моё поле зрения попался циркуль, и я такой : почему бы не попрбовать? И я взял циркуль, раздвигул его и нанёс первые порезы. В тот момент мне стало легче, и я для большей убедительности сделал пару надрезов на правой руке. Так и появилась моя зависимость. Бабушка меня ругала за это, а я что? А я не мог ничего с собой поделать. Так прошёл мой пятый класс. Когда я перешёл в шестой, то заменил циркуль на бритву, потому что циркуль уже не помогал и нужно было что-то, скажем так потяжелей и поэффектней, так что наряду с тем, что я поменял инструмент, дак ещё и порезов на руке стал больше. Правую руку после первого раза я терзать не стал. Помню, как получил первую тройку в триместре и в тот день нехило изрезал себе руку. Тогда были каникулы, и я успел познакомиться с парнем. К сожалению, меня использовали, и после этого я сделал себе ещё надрезов на коже. К концу шестого класса я стал делать порезы каждый раз, когда у меня рука заживала. В седьмом классе ситуация обострилась. Новые порезы были буквально каждую неделю, и с каждым разом их было всё больше и больше, они были пверх друг друга. Я даже придумал цитатку "Порез на порезе, шрам на шраме". Остроумно, не так ли? В седьмом классе я знакомлюсь с парнем, в которого сразу влюбляюсь. Ох, любовь моя вышла мне боком...Он был внимательным, заботливым. Он смотрел на мои новые порезы всё снова и снова, и я удивлялся тому, как ему получалось меня успокоить, ибо псле того, как он смтрел на мою руку, я начинал рыдать. Я начал раскрываться, думал, что вот оно, моё спасение...ага, сейчас...После новогодних каникул он как бы отстранился...До этого мы виделись на каждой перемене, а после каникул он перестал так часто навещать меня. Мы в параллельных классах учились. Я ничего не говорю, у каждого есть своя жизнь и свои проблемы, но это сказалсь и на нашем общении в целом...В феврале заболела моя бабушка, у неё диагностировали рак головного мозга и это сломало меня окончательно. Я резал себя чуть ли не через день, пытаясь заглушить душевную боль физической и признаться честно, это помогало на какое-то время. В апреле она уехала на операцию и, так как я боялся ночевать один, моя родная мама, мы к тому времени уже восстановили общение, попросила моего дядю переночевать со мной одну ночь...Эта ночь стала очередным переломным моментом в моей жизни. Я готовил себе кушать с вечера, так как на следующий день после обеда мне в музыкалку, и я не хотел готовить с утра, дак вот...Он сначала просто спрашивал про мой возраст, на что я ответил - четырнадцать, на тот момент это был мой настоящий возраст. Он говорил мне о том, что я выгляжу на лет шестнадцать минимум, одаривал меня комплиментами. Ближе к позднему вечеру он постоянно лез ко мне с обнимашками, и иногда эти обнимашки перехдили черту : он могл как бы случайно коснуться моих ягод или провести по бедру. В один момент, когда я сидел на стуле, он сел передо мной на пол и обхватил мою ногу, как бы обнимая. Мы просидели в таком положении минут десять. Псле того, как я сказал о том, что я хочу спать, он снова заключил меня в свои, так называемые, объятия и сказал, что половина одиннадцатого это ещё рано, чтобы спать ложиться. Он говорил это расслабленным полушёпотом, от которого мне становилось не по себе. Мне удалось спустя долгие минут десять убедить его в том, что мне нужно в ванную и спать. После того, как я зашёл в спальню, где предварительно включил телевизор, я увидел его, лежащего в тильняшке и в джинсах в кровати. Я был в пижамной футболке и в шортах. В этот момент мне было всё равно, так как постирать пстельное бельё для меня не проблема, а проблема была в том, что он лежит на кровати, на которой должен был спать я. Делать было нечего, и я лёг. Я лёг не на самый край, но биже к нему. Пролежав пять минут я слышу, как он встаёт, а после этого звук пряжки ремня и как джинсы летят на кресло рядом с кроватью. В этот ммент я как будто не дышал. В следующий момент он ложится на кровать и, взяв меня под талию, притянул к себе. В эту секунду его половой орган упёрся мне между ягодиц, а дальше он сделал просто отвратительную вещь. На утро я еле как выпроводил его из квартиры и меня накрыла очень сильная истерика и паническая атака. В тот день я не пошёл в музыкалку и почти вскрыл себе вены... - Джисон, давайте остановимся на этом, иначе мы по времени не успеем. Давайте разбёрем то, что вы рассказали мне сейчас, а продолжим эту историю на следующей консультации. Кстати б этом, когда вам будет удобно ходить ко мне? - М...можно в субботу к-к пяти, - сквозь слёзы сказал Джисон. - Хорошо. А длительность?, - Можно так и оставить - полтора часа? - Хорошо, значит по субботам с пяти до половины седьмого. А теперь давайте разберём вашу ситуацию...