Dream of angel

Ангел божий снова спустился с небес, чтобы испачкать кончики перьев в грязи человеческого мира. Казалось, секунду назад он видел перед собой маленького мальчика, который вместе с матерью послушно молился, а сейчас от прошлого в жизни человеческого создания не осталось совсем ничего. Не было ни милого ночника, ни любимого младшего брата, ни нежных рук матери, что успокаивали бы. Юное лицо искривилось в гримасе ужаса, рука нырнула куда-то в сторону, на доли секунд подарив парню мнимое спокойствие - черты его лица немного разгладились, стоило пальцам сомкнуться на рукояти ножа, прежде чем он снова беспокойно заворочался. Бледные губы тревожно что-то шептали и Кастиэлю пришлось приблизиться, чтобы понять бессвязную человеческую речь: - Так точно, сэр...я вас понял, буду ждать здесь...защищать Сэмми, да...никуда не идти... Ангел ничего не понимал. Ни почему этот человеческий ребенок разговаривает сам с собой во сне, ни почему его, Кастиэля, будущее задание, данное ему самим Богом, будет как-то связано с ним. С человеком. С человеком, чья вера не была сильна. Чьи молитвы он не слышал уже более 10 лет. Будто бы тот маленький улыбчивый ребенок, доверчиво приносящий небу свою мольбу, был нещадно кем-то убит и больше его не существовало. Кастиэль не знал, не понимал человеческой души и поведения. Единственное, о чем он точно ведал: не верить в Бога и не молиться ему - наибольшая человеческая глупость. Если бы не Он, то людей бы никогда не существовало. *** - Кастиэль, дружище, тебе еще не надоело? Я, конечно, прекрасно понимаю, что ты хочешь выполнить свое будущее задание как можно лучше, чтобы порадовать Отца, и что готов ради этого... - Бальтазар на доли секунд запнулся, не зная какое слово бы поехиднее подобрать, прежде чем продолжить: - хм... Посвятить делу прямо таки всего себя, но ты же понимаешь, что не обязан присматривать за этим человеком каждый день? - его безразличный взгляд скользнул по мечущемуся на кровати Дину и на доли секунд в нем промелькнуло презрение. Кас не смотрел на старого друга и ничего не видел. Все его мысли были заняты другим. - Бальтазар, зачем ты пришел? - Зачем я пришел? - ангел, казалось, готов был задохнуться от негодования. - Все небо только и твердит о том, что Отец поручил тебе великую миссию. Я, как твой друг, пришел поздравить тебя, между прочим. - он весело стукнул Кастиэля по плечу, но тот не оценил этот жест и отступил от Бальтазара на шаг. - Спасибо, Бальтазар. Я ценю твою заботу. - все то же безразличие в голосе и жестах, Кастиэля выдавали лишь небесного цвета глаза, чей взгляд на доли секунд потеплел. В этот миг ангел был готов поспорить, что Отец создавал человеческое небо по его глаз подобию, но не сказал ничего. Всего лишь задорно хмыкнул, прежде чем оставить старого друга в покое. В конце концов, он сможет понадоедать ему и потом - сейчас он и сам слишком за него рад, чтобы дурачиться. *** Ангел следовал за Дином Винчестером по пятам. Стыдливо отворачивался, когда юноша цеплял очередную девчонку, нетерпеливо взмахивал крыльями, подобно птице, когда приходилось подолгу стоять на одном месте и ждать чего-то, с безразличием наблюдал за тем, как связанный с его миссией человек получает новые ранения, как в душе его поселяются новые страхи и как иногда его пальцы резко начинают подрагивать - итог пережитых ужаса в смеси с адреналином. Подобное могло произойти в любой момент: в один миг он спокойно держит в руках стакан пива, в другой - из-за дрожащих пальцев тот выскальзывает у него из рук и сотнями маленьких небесных искорок разбивается о землю очередного паба. Кастиэль видел это не раз и не два, но всякий раз ему было это безразлично. Он наблюдал за Дином Винчестером не для какой-то определенной цели. Скорее затем, чтобы, подобно послушному ученику изучить, с чем он имеет дело. Затем, чтобы подобно хорошему сыну порадовать своего отца, который обратил на него свое внимание. Затем, чтобы быть готовым ко всему и предусмотреть любой шаг столь любимых и оберегаемых Богом существ. Говоря по правде, Кастиэль, поначалу питавший к Дину Винчестеру какое-то чувство, что можно было бы охарактеризовать словами "немного больше чем отсутствие интереса", сейчас не питал ничего. Тот перестал молиться, регулярно и с изысканным удовольствием богохульничал, а слова "черт" и "дерьмо" заменили ему, казалось, весь лексикон мира. Дин Винчестер был жесток, озлоблен на мир и опасен: Кастиэль не понимал, какова может быть миссия связанная с этим человеком и почему именно с ним. *** В какой-то момент Кастиэль перестал приходить. Он чувствовал, что чем больше времени проводит с людьми, тем более странные мысли рождаются в его создании и заставляют его задаваться все более и более странными вопросами, а он этого не хотел. Ангелу божьему подобное не нужно. Он родился солдатом. Был создан Отцом, Всевышним, чтобы охранять царствие небесное , бороться против демонической армии и охранять покой избранных небом душ. Никак не наблюдать за ежедневно вливающим в себя литры алкоголя Дином Винчестером с небес, не приходить к тому, когда тот находится в полубеспамянстве и не отгонять от его сознания кошмарные сны прикосновением руки, лишь бы дать этому слабому и смертному существу хоть небольшую передышку. Под его глазами залегли круги от недосыпа, его дыхание хриплое и тяжелое - ребра перевязаны, - видимо, ему как обычно досталось. На всем теле синяки и кровоподтеки, где-то - порезы, где-то - следы от когтей, где-то - шрамы от пуль. Рука Кастиэля на миг будто потянулась к изломанному телу, чтобы уменьшить его муку, но ангел божий тут же одернул себя. Если он поможет одному, то разве не будет обязан поступить так же со всем миром? Разве предпочесть кого-то одного всему миру - не грех? Разве могут у ангела божьего появляться подобные мысли? Разгневавшись на самого себя, Кастиэль сбежал. Вскоре ему раскрыли его первую миссию, связанную с Дином Винчестером и он, никогда не чувствовавший ничего, ведь был небесным существом и выше этого, почувствовал невыносимую боль где-то в районе груди. Ту самую, которой не ощущал раньше никогда и о которой когда-то беседовал с Ханной, не зная как объяснить. Теперь он знал, как это сделать. Но никому это не было нужно. У ангелов нет эмоций или чувств, у них есть только воля божья и Кастиил ее выполнял.