Over the rainbow

      Гая разбудили. На этот раз пришла медсестра с завтраком на тележке: миска с питательной смесью и большим шприцем для Янгмена и овсяные хлопья с тостом, маслом и чашкой кофе для Гая. Медсестра не стала высказывать свои возмущения по поводу того, почему Гай лежит вместе с сыном на одной кровати. Он снова встал и начал наблюдать за тем, как всё ещё спящему Янни медсестра подсоединяет к его трубке из носа большой шприц, наполнив его смесью из миски, которую она поставила на прикроватную тумбочку рядом. — Простите пожалуйста, — вмешался он тихим голосом, — я могу попробовать сам его покормить, если Вы не возражаете? — мужчина скромно улыбался. — Да, конечно, — она улыбнулась ему в ответ и передала из рук в его руки шприц. — Мне хотелось бы это делать самому, знаете… И облегчить Вам работу. — Гай сел к сыну на кровать и держал в руке шприц. — Что мне нужно делать? — Вот, смотрите сюда, — она подошла к нему и показала на место соединения шприца и трубки, — придерживаете эту штучку одной рукой, а другой медленно вливаете смесь. Попробуйте. Гай, придерживая трубку в необходимом месте начал вливать питательную смесь внутрь, наблюдая, как желтоватая кашица уходит по трубке дальше, вглубь носа. По коже Гая пробежали мурашки. — Теперь отсоединяете шприц, берёте им смесь и подсоединяете обратно. Справитесь? — спокойно спросила она. — Да, конечно. Его вчера уже кормили данным способом? — вбирая в шприц смесь поинтересовался он. — В семь вечера, по режиму. Я могу идти? — медсестра снова улыбнулась. — Да, можете. Хорошего дня. — чуть громче сказал Гай, подсоединяя шприц со смесью обратно к трубке. Медсестра покачала головой и поставив поднос с завтраком на вторую койку и ушла с тележкой дальше, оставив Гая и Янни одних. Гай продолжал кормить сына, осторожно вливая смесь в его трубку. Его любимый всё ещё спал, не обращая внимание на кормление. Когда миска со смесью опустела, Гай отсоединил шприц и положил его в миску, а потом, поправив усы Янгмену поцеловал его спящего в губы.       Затем он поднялся с кровати Янни и приступил к своему завтраку на кровати, полив хлопья молоком из стакана и намазав тост маслом. Овсяные хлопья казались настоящей наградой после всех трудностей за последние несколько часов. Но самая настоящая награда — это то, что он с Янни. С аппетитом позавтракав и отложив в сторону поднос с пустыми тарелками, он взял чашку с кофе и подошёл к окну, слегка приоткрыв рукой жалюзи и открыв саму форточку он впустил свежий воздух к себе в палату, и сделав первый глоток, поморщился — слабый кофе с молоком и сахаром, но это лучше чем ничего. Из окна их палаты был виден Вестминстерский дворец, само аббатство и Биг-Бен. Как интересно, обстоят дела в их доме? Надо бы сегодня позвонить домой и поинтересоваться. Вчера как раз на первом этаже недалеко от стойки регистрации в холле больницы он увидел телефон-автомат. Но у него не было мелочи, а бумажник лежал в машине, которую он вчера бросил неподалёку от «Темпль». Болван. Хотя, до дома недалеко — можно и не звонить а дойти пешком, пока Янни много спит и не требует к себе повышенного внимания. Да, наверное стоит по-быстрому сбегать домой и поинтересоваться обстановкой, поделиться последними новостями о Янгмене. Погрузившись в эти мысли Гай и не заметил, как допил кофе.       Отойдя от окна и поставив пустую чашку на поднос к тарелкам, он вновь подошёл к койке Янгмена, сел рядом с ним и снова взял его за руку, прижимаясь губами к его пальцам и щекоча их своими усами. Янгмен сонно открыл глаза. — Спи малыш, спи. — он поцеловал каждый палец его правой руки и погладил тыльную сторону ладони другой рукой. — Мне давит моя повязка, пап… — едва слышно произнёс он, опустив глаза. — Где давит, Янни? — обеспокоился Гай, отпустив кисть сына и начав аккуратно трогать его бинтовую повязку, которая представляла собой своеобразную «шапочку» на голове, подвязанную под челюстью. Янгмен запустил пальцы под повязку, показывая место дискомфорта, снова шмыгнув носом. — Да, действительно, — убедился Гай, — врачи явно перестарались в своих силах, подвязывая тебя… — он провёл пальцами под полоской бинта, попытаясь слегка расслабить её, потянув, но она не удлинилась ни на толику. — Янни, давай дождёмся с тобой врача, он наверняка должен навестить тебя в ближайший час, и я ему скажу о повязке, хорошо? В ответ Янгмен кивнул, улыбнувшись с закрытыми глазами. — Ты моя радость!.. — протянул Гай, многократно целуя его в сухие губы. — Губу не больно? — Голову немного больно… — вздохнул он, вновь открыв свои большие голубые глаза и посмотрел на отца. — Это пройдёт, Янни, совсем скоро пройдёт. — Гай ласково гладил его по щеке.       Ближе к десяти часам утра, когда медсестра забрала поднос с пустыми тарелками, в палату зашёл врач — доктор Петерсон. — Доброе утро Янгмен, доброе утро господин Гранд, — тихо поздоровавшись, он сразу подошёл к дремавшему Янгмену, руки которого обнимали плюшевого медвежонка. — Открывай глаза, Янгмен, как самочувствие сегодня? Гай сел к нему на постель, взяв Янгмена за левую руку. — Так себе, тошнит и сильно кружится голова… — прошептал он, снова шмыгнув из-за зонда. — Скоро к обеду тебе поставят капельницу с лекарствами, чтобы не тошнило и не кружилась голова. Не болит сейчас ничего? Янгмен слегка помотал головой. Он сейчас был под сильным обезболивающим, поэтому не ощущал боли в теле. — Доктор Петерсон, прошу прощения, что вмешиваюсь, — начал Гай, — но он мне жаловался пару часов назад, что повязка ему сильно давит где-то под челюстью. Может, её лучше снять? — растерялся он. — Если там небольшая рана… — снова посмотрел на своего любимого, который сжимал его руку. — Было кровотечение, поэтому наложили повязку, предварительно промыв и обработав рану. Она совсем небольшая. — Так может, снимете её сейчас? А то он мучается… — Гай с жалостью смотрел на сына. — Мой мальчик… — не стесняясь доктора он поцеловал Янгмену руку и проведя подушечкой пальца по костяшкам и обручальному кольцу. — Как скажете, господин Гранд, — он достал из кармана халата ножницы. — Садите его. Гай пододвинулся к сыну поближе и запустил руку ему под шею, поднимая его, поддерживая второй рукой его за талию. Янгмен обессилено ссутулился. Мужчина посмотрел на его спину, где «красовалось» два больших синяка в районе правой лопатки и поясницы, и несколько мелких. Смотря на это, он почувствовал в себе ярость. Как ему хотелось сделать то же самое Джеффу, чтобы он прочувствовал на себе всю боль его сокровища. Обрезав полоску бинта на голове, доктор Петерсон начал аккуратно разматывать его, освобождая Янгмена от белых оков. Теперь перед Янгменом лежал комок бинта, а сам он теперь улыбался, проведя пальцами под своей челюстью. — Так, теперь давай посмотрим рану, — доктор встал, надев резиновые перчатки и начал щупать его рану на голове. — О, прекрасно, сухая и уже скоро затянется корочкой. Тогда пусть она «дышит», скорее зарастёт. — Спасибо доктор… — тихим голосом поблагодарив доктора, Янгмен запустил пальцы в свои волосы, почесав кожу головы. Гай аккуратно погладил его по волосам, и поцеловал его голову несколько раз. — Больше ничего тебя не беспокоит, Янгмен? — доктор Петерсон наматывал из бинта клубок, спрятав его в кулаке. Янгмен снова медленно помотал головой и доктор ушёл, оставив его с отцом наедине.       Медленно уложив обратно в постель Янгмена, юноша, раскидав свои длинные волосы по подушке, несколько раз похлопал по свободному месту матраса рядом с собой, приглашая отца лечь к нему, и мужчина с радостью к нему прилёг. Янгмен расположился на его плече, уложив свою многострадальную голову к нему на грудь и обняв его. Протяжно вздохнув, он уснул. Гаю же ничего не оставалось делать, кроме как просто лежать и наслаждаться спящим Янгменом и поглаживать его плечо. Но, в конце концов Гай и сам заснул.

***

      Ближе к полудню, проснувшись и переодев Янгмена, Гай стал ждать визита медсестры — его сына ожидала капельница с препаратами от головокружения и тошноты.       Медсестра, зашедшая в палату случайно громыхнула стойкой с растворами, заставив Янгмена мгновенно проснуться от испуга. Гай подлетел к нему начал целовать его в висок. Медсестра подошла к юноше и начала обрабатывать ему локтевой сгиб. — Нет, нет, не надо… Я не хочу, нет… — забормотал он, увидев в руках женщины иглу. — Уйдите! — Янни, ты просто некоторое время полежишь с капельницей, и тебе станет лучше, малыш. — Гай прошептал ему на ухо, и снова поцеловал его в висок. Но Янгмен не послушавшись, скрестил руки на груди, готовый разрыдаться. — Пожалуйста, Янни, ради меня, — и совсем тихим голосом добавил, — звёздочка моя, птенчик… — ласково произнёс он прямо в ухо Янгмену. Гай уже давно знал, что Янгмен до дрожи боится уколов, даже когда он болел дома с температурой, чтобы ему доктор сделал укол в попу требовалось, чтобы Янни держало трое крепких мужчин: он сам, Сол и… Джефф. А Янгмен кричал от страха так сильно, что после укола его приходилось долго успокаивать. А сейчас Гаю приходится взять его руку и разогнуть её, удерживая, чтобы Янгмену ввели иглу в вену. Юноша, сдавшись, поддался, только ради папы. Медсестра снова обработала ему руку и молча ввела иглу, отрегулировав скорость подачи жидкости. Янгмен протяжно вздохнул и по его щекам потекли слёзы. — Ну, Янни, вон какой ты умница у меня, — он поцеловал его в щёку, — видишь, и совсем не больно! — улыбнулся он сыну. — Скажите, сколько ему часов так лежать? — обратился он к медсестре. — Пока не закончится лекарство, четыре часа. Руку не сгибать. — она ушла из палаты. — Я не буду лежать четыре часа вот так… — жалобно протянул Янни, слёзно смотря на отца. А сам Гай понял, что скорее всего, его сегодняшний визит домой откладывается на неопределённое время. — Но это необходимо, Янни. Я понимаю, это твоя первая капельница, но тебе будет лучше, тебе же врач всё сказал. Хочешь, я буду держать тебя за руку всё это время? — улыбнувшись, он взял правую руку сына, в которую была вставлена капельница. Янгмен счастливо улыбнулся и молча кивнул. Гай взял его за руку, но старался не поднимать её. Он её удерживал от того, чтобы Янни ненароком её не согнул. Они молча смотрели друг другу в глаза, долго ведя немой диалог, понятный только им двоим. Тишину палаты нарушил тихий, бархатный голос Гая: Somewhere over the rainbow, way up high There's a land that I've heard of once in a lullaby. Somewhere over the rainbow, skies are blue And the dreams that you dare to dream, Really do come true… Снова улыбнувшись, Янгмен подхватил и тихо продолжил: Someday I'll wish upon a star And wake up where the coulds are far behind me. Where troubles melt like lemon drops, Way above the chimney tops, That's where you'll find me… И, начав тихонько петь в один голос, они продолжили: Somewhere over the rainbow, bluebirds fly Birds fly over the rainbow Why then, oh why can't I? If happy little bluebirds fly Beyond the rainbow why, oh, why can't I?       Потянувшись к отцу за поцелуем, он сладко и с удовольствием поцеловал его. — Моя любимая песня… — Янни сиял от счастья, позабыв о пережитых страхе и боли, сосредоточившись на том, что его любимый рядом и никогда его не оставит. Гай всегда ему её поёт эту песню в трудные моменты, подбадривая сына.