Over the rainbow

      Вскоре принесли обед: смесь для Янгмена и шприц, и два сандвича с курицей, огурцом, салатом и майонезом для Гая, с чашкой некрепкого кофе с молоком и сахаром, и на десерт — груша. — Не густо, да, Янгмен? — негромко произнёс он, осматривая поднос с обедом. Янгмен только первый час лежал под капельницей и устало смотрел в стену. — Давай я сначала накормлю тебя, а потом и сам поем. — он взял миску со смесью и шприц с подноса и подошёл к сыну. Янгмен перевёл взгляд на него, спокойно и с интересом разглядывая папу. — Меня уже научили как это делать, я утром тебя уже сам покормил. Приятного аппетита, Янни. — чмокнув его в губы, он набрал смесь в шприц, подсоединил его к трубке и принялся раз за разом вводить содержимое миски в зонд. Янгмен спокойно лежал и терпел не очень приятную процедуру, но зато он чувствовал безграничную заботу своего отца и то, как быстро наполняется желудок питательной смесью. Он периодически шмыгал носом и постоянно что-то глотал, но Гай быстро понял что это — из-за мешающейся внутри трубки. Миска быстро опустела и Гай снова его поцеловал. — Это вкусно, пап? — он смотрел на пустую миску, на стенках которой были остатки смеси. — Я не знаю… — растерянно ответил Гай. — Давай попробую. — он пальцем собрал остатки смеси с миски и попробовал, сразу с отвращением отреагировав на вкус. — Ни солёное, ни сладкое, гадость какая-то, хорошо что это надо есть не через рот! — отложив в сторону миску со шприцем. Янгмен улыбнулся. — Ты будешь обедать?.. — тихо произнёс он, когда Гай поправлял ему одеяло, укрывая того по самую шею, дав в свободную руку его плюшевого медвежонка. — Мой заботливый мальчик, конечно, — он поправил волосы Янни, — сейчас приступлю к трапезе. — Приятного аппетита, мой удивительный ангел-хранитель… — Янгмен продолжал улыбаться. — Боже, Янни… — он в чувствах припал к нему и лёг головой на живот, уткнувшись лицом в одеяло и обняв любимого за бока. Он старался не расплакаться от нахлынувших чувств, но слёзы все равно выступили у него на глазах. — Я люблю тебя так сильно, Янни… Ты самое дорогое, что у меня есть на свете. Без тебя всё было бы бессмысленно… — шептал он, целуя живот сына. Янгмен мягко погладил его по голове рукой. — Я тоже люблю тебя, папа. В любом состоянии и всегда… — он нежно ответил и улыбнулся своему отцу.       Пролежав так некоторое время, пока Янни гладил его волосы, играя с ними, Гай очень нехотя поднялся, вновь поцеловав руку сына и спрятав её ему под одеяло и подошёл к своей койке, где его ждали два сандвича и остывший кофе с грушей. Сандвичи оказались на вкус отвратительны, хотя выглядели они хорошо. Запив кофе, он с аппетитом съел грушу, которая к счастью оказалась очень сочной и сладкой.

***

      Они вместе поспали. Заботливо переодетый отцом Янгмен всё ещё был под капельницей, шёл третий час его нахождения под ней. Периодически он рассматривал падающие капельки, даже не стараясь сейчас их считать. Гай сидел рядом с ним и держал его за руку, погрузившись в свои размышления. — Янгмен, солнышко, можно вопрос? — шёпот отца звучал мягко. — Гхм?.. — он перевёл свой взгляд с капельницы на любимого. — Ты отпустишь меня домой, на пару часиков, малыш? — как ему не хотелось этого говорить, сейчас он чувствовал вину за сказанное но, ему нужно было проверить обстановку дома. Глаза Янгмена мгновенно наполнились влагой и он был готов вот-вот расплакаться. — Ну, ну… Янни, ты чего? Маленький… — он склонился к нему и начал целовать его в висок. — Я же сказал — на пару часиков, может я вернусь к тебе раньше… Мне нужно проверить, всё ли дома в порядке, сказать прислуге что ты в порядке и пригнать машину хотя бы на стоянку к госпиталю, а то она стоит у входа метро, я вчера очень торопился к тебе. Я сразу же вернусь к тебе, Янни! — он вытер слёзы с его глаз. — Не плачь, звёздочка моя, я к тебе вернусь. А ты пока можешь снова поспать. — Гай чмокнул его в нос. — Ты обещаешь вернуться? — шёпотом спросил Янгмен, с трудом сдерживая слёзы. — Обещаю, малыш. Я обязательно вернусь к тебе. Ты же знаешь, что я всегда держу свои обещания, верно? — улыбнулся отец и погладил его по голове. — Пока что отдохни, а я вернусь к тебе как можно скорее. Я люблю тебя, солнышко. — Хорошо, папа… — он закрыл глаза и повернулся на правый бок. Гай, хорошо укрыв его и поцеловав, снял шёлковую рубашку Янгмена с себя и надел свою, в которой он приехал с ним в госпиталь. Осторожно, на цыпочках, чтобы не мешать его сну, он вышел из палаты и взглянул на её номер чтобы по возвращению не заблудиться.       Благополучно выйдя из госпиталя, Гай вдохнул свежий воздух. Солнце приятно припекало, со стороны реки дул ветер. Сперва он решил пойти сразу домой, взять с собой что-нибудь из съедобного в госпиталь, а заодно из одежды для себя хотя бы халат или пижаму.       Дойдя быстро до дома, за четверть часа он позвонил в дверь своего дома. Дверь ему открыл Сол. — Гай, как я рад тебя видеть! — бросился на него с объятиями прямо на пороге дома, затаскивая его внутрь. В следующую минуту Гая облепили горничные и повар. — И я рад тебя видеть, Сол… — вздохнул Гай. — Гай, мы все так переживаем за Янгмена! — сложив руки на груди вскрикнула Марта, — Как он? Мы всё прибрали, помыли пол, вернули занавеску на место!.. — Давайте-ка не на пороге, хотя бы. — устало ответил он, пройдя с толпой в зал. Он сел на диван, откинув голову назад и закрыв глаза. — Гай, полиция нашла осколки стеклянного графина. — сообщил ему Сол. — Там и кровь на осколках обнаружили. — Который для виски был? Господи… — Гай в ужасе закрыл лицо. — Он же с толстыми стенками… Бедный Янни, его голова… — его затрясло от осознания: какую боль испытал его любимый в момент удара. — Как твой мальчик, Гай? — подошла к нему Бев. — Ты такой бледный стал! — Там отвратительное питание, вот и бледный. В общем, слушайте все. — он сменил позу и теперь он сидел, уперевшись локтями в свои колени. Толпа из прислуги затихла, ожидая вестей. — У Янгмена сотрясение мозга, череп в порядке, мозг не очень, — из толпы были слышны всхлипы женщин от шока, — и множественные ушибы с порезами. Но это всё лечится. Он в сознании, но много спит. Кормлю через шприц, сейчас я оставил его на время под капельницей. — Какой ужас, Гай! — простонала Анжела, — как долго он будет вот так лежать? Бедный мальчик! Какой ужас он пережил!.. — причитала она. — Согласен, Анжела, у меня сердце сжимается, когда я вижу своего сына, свет моей жизни таким беспомощным, беззащитным… Мне так не хотелось его покидать на время. Он даже садится пока с трудом, его шатает, словно куклу… — с дрожью в голосе он закусил нижнюю губу. — Его тошнит, у него сильно кружится и болит голова, у него болят синяки. Душераздирающе и больно видеть его таким, но без меня он бы там погиб, я вам всем клянусь. Я не высыпаюсь, постоянно слежу за его состоянием, утешаю его, ухаживаю за ним. Даже когда он в январе болел ангиной, я так за него не боялся, как боюсь сейчас… Думал, хуже уже не будет… — из его глаза потекла слеза и капнула на ковёр. — Гай, — она подошла к нему и остальная прислуга обступила его, — ты молодец, что не оставляешь его, ты делаешь всё возможное чтобы помочь Янгмену, и мы готовы помочь тебе в любое время. — Спасибо, Анжела. Я знаю, что на вас на всех можно положиться. Мне просто нужно помочь Янгмену выздороветь, я должен заботиться о нём в два раза больше. — Он очень ценит твою заботу и любовь, Гай. — высказалась Бев, подав ему чашку горячего чая с молоком. — Я знаю, и это мне даёт силы. — он взял чашку и согрел свои дрожащие руки. — Но мы должны дать Янгмену время и покой, чтобы он мог полностью восстановиться. Поэтому я прошу вас не беспокоить его после выписки. Я буду держать вас в курсе всех изменений в его состоянии. — Конечно, Гай. Мы будем ждать твоих новостей, и будем молиться за его скорейшее выздоровление. — сказала Марта, громко согласившись. Остальные прислуги кивнули в знак поддержки. — Его можно навещать? — вмешалась горничная Энн. — Лучше всего не беспокоить его, ему нужен максимальный покой, даже из его выписки никакой праздник не делайте, пожалуйста, ему предстоит ещё реабилитация, хоть бы до осени восстановился… Это только мне сделали одно большое исключение, предоставив возможность находиться с Янни круглосуточно. Лежать в стационаре будет неделю, а в худшем — десять дней. Но я чувствую, что дольше, чем на неделю мы там не задержимся. Мне ещё придётся выступать его адвокатом в суде. Янни выпишется из больницы, и подаст иск против Джеффа. Все побои зафиксированы, уже и главная улика есть. Я не оставлю всё это просто так. Я хочу правосудия, справедливости. Я хочу, чтобы этот ублюдок оставил мою любовь в покое, чтобы Янгмен мог жить свою жизнь и не бояться за неё, не ходить по улице и не оглядываться с опаской. Я хочу, чтобы наказали виновного. Я готов на всё, чтобы достичь этой цели. — Гай говорил твёрдо и решительно, допивая чай. — Чудовище, предатель… — у Гая от злости ещё сильнее задрожали руки и он поставил допитую чашку на столик перед собой. — Мы тебя поддерживаем, Гай, — сказала Бев, и остальные прислуги кивнули в знак согласия. — Спасибо, друзья. Я знал, что на вас можно положиться. Но сейчас мне нужно взять пижаму и халат в госпиталь, забрать машину от Арундел-стрит и вернуться к Янгмену. — Гай встал и поднялся на ноги. В его голосе уже уже звучала решительность. — Я должен быть с ним, он нуждается в моей заботе.       Взяв сумку с необходимыми для себя вещами, в том числе с бритвенными станками и пеной для бритья, с зубными щётками и пастой, он решил пройтись пешком до Арундел-стрит, вся дорога до места назначения заняла у него полчаса. Подойдя к месту, где он оставил свой лимузин он обрадовался тому, что машина стояла на месте, а около неё стоял констебль и наклеивал на лобовое окно машины уже второй штраф. — Сэр! — Гай его окликнул, — Это моя машина, прошу прощения за неудобства, у меня вчера произошло ЧП, не требующее отлагательств. — он подошёл к машине и взял две бумаги со штрафом. — Тысяча фунтов стерлингов? Вы с ума сошли? — глаза Гая округлились. — Не я устанавливаю правила, или Вы платите штраф, или сегодня вечером Ваша машина поедет на штраф-стоянку! — грозно ответил ему констебль. — Хорошо, я заплачу штраф, но мой бумажник остался в этой машине. Позвольте. — он достал из кармана брюк ключи и открыл дверь автомобиля, сел в него и взяв бумажник, вытянул из него две купюры и дал в руки констеблю. — Надеюсь, Вы довольны? — спокойно смотрел он на констебля. — Вполне, вполне, всего хорошего, — улыбнулся он и убрал деньги в карман. — Всего хорошего, сэр!       Тронувшись с места, его по дороге к госпиталю приятно осенило. Развернувшись Гай поехал в сторону Линкольнс Инн Филдс, где неподалёку располагается цветочный магазин. Он прекрасно знал, какие конкретно цветы обожает его Янгмен, и он не мог вернуться к нему с пустыми руками. А на данный момент позитивные эмоции Янгмену очень важны.       Из цветочного магазина Гай вышел с большим и красивым букетом из алых роз и розовых пионов и направился к Мерседесу. Теперь можно со спокойной душой возвращаться к Янни.