Посмертные воспоминания 2

Мои глаза не застилала злость, не дурманила рассудок и не подталкивала на бездумные поступки. Нет, внутренности покрывал холод, морозил мышцы и выступал в виде снежинок на кожи. Стучу в дверь знакомой квартиры. — Какого хуя тебе нужно? Растрепанный, помятый, домашний до безобразия. Ударяю Марка по яйцам, перешагиваю порог и закрываю дверь за собой. — Блять! — падает на спину, хватается руками за пах. В помещении пахнет им, тяжелый, густой аромат, что буквально впивался в разум. Может он и сильнее меня, но я не собирался драться честно. Как и тогда, с Германом, хотя в отличие от того раза, собственная смерть в план не входила. Приподнимаю его за ворот халата, бью в кадык от чего парень заходится кашлем и начинает задыхаться. Мерзко. Ничего не меняется, мое отношение к насилию не изменилось. — Сука… Не встанет, не после такого. Из кармана куртки достаю деревянный молоток, что прежде использовал в создании украшений, точная и мягкая обработка метала, сейчас же инструмент служил оружием. Всего один удар в висок, чтобы Марк был на грани потери сознания. Глаза закатываются, губы мельком трепещут, то ли матерится на меня, то ли просит отойти. — Я ведь говорил, — большими пальцами надавливаю на его глазные яблоки. — «Попробуешь навредить ему и я перестану быть твоим братом.» Меня не волновал бы его поступок будь он направлен на кого-то другого, даже на меня, но не Миша…он затянул его в это болото. — Ты больной, — хриплый смех. Обвиваю его шею, нащупываю сонную артерию и постепенно сжимаю. Да, здесь, всего немного и он быстро исчезнет. Цепляется за меня, старается отбиться и на мое удивление у него получается, Марк отпихивает меня подальше. — Иди нахуй! — хватается за собственную шею, словно проверяет, исчезали ли мои пальцы с нее. — Ты напрочь ебнутый! — злится, истерит подобно детству. Вот только сейчас я не собирался уступать. — И что ты сделаешь? — улыбаюсь в ответ. — Расскажешь родителям или же пойдешь к ментам? — присаживаюсь на корточки рядом с ним. — Ты тварь подсыпал ему наркоту… — Так ты из-за этого? — Из-за этого? — обнимаю его лицо двумя ладонями. — Знаешь, что произошло? — Отъебись. Боится. Почему сейчас? Почему он боится меня именно сейчас? — Он вернулся ко мне в комнату… — большим пальцем забираюсь внутрь его рта, проскальзываю по поверхности щеки. — …и изнасиловал. — Лер! — старается отвернуть голову. — Миша, — наклоняюсь ниже. — Помнишь? Тот милый и ранимый мальчик, — фиксирую, не позволяю отодвинуться. — Сам ведь знаешь, ты вырос с ним, а теперь подумай…как именно произошедшее повлияло на него? Блять, как же я завидовал этому. Возможность расти вместе с ним, наблюдать за его взрослением. — Хватит… Чувствую, что он хочет отвести взгляд или хотя бы закрыть глаза, но не может из-за психологического барьера. — Ты не меня разрушил, — отпускаю парня и выравниваюсь над ним. О чем он думал? Насколько же безмозглый поступок… — Это была случайность, — вытирает слюни краем халата. — Бокал предназначался для тебя. — Что… — Блять, — смеется. — Ты выпил, но нихуя не сработало и тогда я подумал, что одного недостаточно, нужен еще один, чтобы наверняка… — Планировал накачать меня? Видимо из-за прошлого с Германом у меня появилась устойчивость к подобным веществам. Блядство. Что мне делать? Выйдет ли эта ситуация за границы того говно, что уже происходит? Если Миша решит встретиться с Марком, попытается поговорить или же разобраться. — Исчезни на месяц, — отхожу к стене. — Идиот? — Без каких-либо шуток, это даже не угроза, для меня ты подобен Герману… — поправляю собственную одежду. — Не появляйся у Миши на глазах. — Он спрашивал о тебе… — Что? — Спустя какое-то время после твоего похищения у меня начались сеансы с ним, — упирается головой в стену. — Во время одного сеанса он спросил, хочу ли я, чтобы ты вернулся. Тело замирает в панике. — Вопрос был странным, совсем не похожим на те, что звучали от других людей, слишком глубоким, откровенным и я понял, это он… — Неужели… — Именно из-за меня он не отпустил тебя, — тихий смешок. — Нет, — отступаю назад, ближе к выходу. Соври он, даже просто промолчи, Герман бы вернул меня к родителям. Он знал, кто именно похитил меня? Марк знал всё это время, больше десяти лет плена, издевательств и насилия… — Тебе следовало умереть в том подвале. Я бы мог вернуться домой. — Ты… Одно лишь слово. — Надеялся, что он убил тебя сразу после моего ответа. — Ты оставил меня с ним. Из-за неприязни? Ненависти стоящей мне жизни?