Посмертные воспоминания 2

Дни длились удушающе долго, анализы, тесты, перед глазами менялись цвета униформы и я совсем не успевал запоминать лица работников, от чего казалось, что нахожусь в крутящемся колесе, без возможности остановить этот дурацкий аттракцион. Всё было гораздо хуже, чем я думал, хронический стресс буквально пожирал меня изнутри, распространяя осложнения на сердце. Сперва похищение Лера, отец, суд и теперь это…       Лер не посещал меня, не звонил и не писал…возможно, он решил дать мне время на поправку, но я скучал, мне постоянно снились сны о нем, теплые прикосновения и та нежная улыбка, которой он не переставал одаривать меня.       Голову разъедали мысли о том, что ему самому нужно время. Глубоко внутри я боялся того, что вдали Лер наконец-то осознает и примет произошедшее, а после не захочет смотреть в мою сторону…хотя это ведь было бы правильным решением? Черт, на что я надеюсь, о чем думаю? Всё пошло по пизде именно из-за меня, моей одержимости. Не будет. Лер больше не вернется. Я ведь сам разрушил наше будущее. Превратил нас в непонятно что…

***

Спустя две недели меня наконец-то отпустили домой. Видимо, мама еще в больнице попросила Лера переехать обратно, ведь по моему прибытию дом был абсолютно пуст. Очевидная просьба, логически объяснимая, но от чего-то раздражение внутри кололо сердце иглами. Я…неосознанно привык к тому, что Лер находился рядом? Словно он больше никогда не исчезнет, не утечет из моих пальцев Дергаюсь из-за скрипа двери. Лер? — Какого хуя ты здесь делаешь? Последним кого я хотел увидеть был Марк. — Екатерина позвала всех на ужин, остальные подъедут позже, — плечом упирается в стену. — Как себя чувствуешь? — Ты… Слова никак не подобрать, я был зол, хотелось разорвать его, избить до смерти и в то же время душу пожирала обида. — Сказали, что тебе нельзя нервничать, — подходит ближе. — Зачем?! — пальцами впиваюсь в край стола, находящийся за спиной. — Какого хера, Марк?! — Вышло случайно, — с каждым шагом уменьшает дистанцию между нами. — Ты выпил его бокал. Признается настолько легко, словно для него это ничего не значит, простая издевка, минутное развлечение…стоящее наших с Лером отношений. — Блять, ты издеваешься?! — Не думал, что он станет тебе отказывать, — пальцами сжимает предплечье моей руки. Лер просил остановиться… Меня всегда пугало его поведение, слишком явные прикосновения и мысли, что скрывались за ними. Когда я успел просто смириться с этим, подстроился под него лишь бы не забывать… Мерзко. — Ты знаешь? — съеживаюсь в его руках. Откуда? Неужели Лер рассказал ему? — Почему дрожишь, словно выебали тебя… — второй рукой упирается в стол, полностью перекрывая возможность избежать нежелательного контакта. — А не ты? — у самого уха, носом касается моей щеки и упирается лбом. Затихаю. Боюсь издать лишний звук, чтобы не спровоцировать его еще сильнее. Если мне настолько неприятно от подобных прикосновений, то что испытывал Лер в ту ночь? — Пиздец возбуждает, — опускается ниже, целует мою шею. — Когда ты весь такой послушный… Пробирает подобно резко начавшейся грозе, моментально хватаюсь за оскверненный участок…он ведь не оставил след? — Марк?! — упираюсь в его грудь. — Какого хуя ты делаешь? — рассматриваю знакомое лицо. — Я…я так и остался для тебя детской игрушкой? — Что? — засмеялся, настолько легко, искренне. — А я хотя бы на секунду был для тебя человеком, а не искаженным отражением Лера? Верно, не будь у него лица Лера, то и наше общение прекратилось бы сразу после похищения. Так или иначе мы оба преследовали собственные цели, совсем не стараясь скрыть гнилую корыстность.

***

Как и говорил Марк, мама действительно пригласила всех на ужин, включая человека, которого я хотел увидеть больше всего в жизни. — Мы можем поговорить наедине? Почему он выглядит настолько уставшим, истощенным и поникшим? Привычная бледная кожа, сейчас отдавалась голубоватым оттенком. Краска с волос давно смылась и теперь его тело обволакивали ручьи серебряной реки… — Да, конечно, — провожу его в свою комнату. — Как ты? Черт, может, следовало отвести в кабинет? — Всё хорошо. Несмотря на мои опасения, парень спокойно заходит внутрь и присаживается на кровать. — А ты? Сесть рядом? Нет. — Намного лучше, — присаживаюсь на корточки у его ног. — Я скучал. — Прости, — начинает первым. — Мне…следовало выслушать тебя, — царапает кожу на пальцах. — Я боялся, что ты можешь погрузиться в ненужные мысли. Боялся, что произошедшее может сломать тебя и… — Лер, — переплетаю наши пальцы, стараюсь успокоить. — Мне больно от того, что в подобной ситуации ты думаешь больше обо мне, нежели о собственным чувствах. — Я просто не хотел, чтобы наш первый раз произошел по пьяни, — забирает руки на мгновение, лишь для того, чтобы прикоснуться к моему лицу. — Мне жаль, — хочу обнять, но боюсь…я боюсь прикоснуться к нему. — Мне до смерти жаль. Как же приятно он пахнет, совсем ненавязчиво, но хочется вдыхать глубже с каждым вдохом. — Я знаю, — пальцами забирается в мои волосы, поглаживает настолько нежно, что хочется плакать от приятных ощущений. — Это не твоя вина. — Лер… — Первое время я даже не понимал, что Герман накачивает меня этой хуйней, — опускается ко мне на пол. — Думал у галлюцинации. — Прости. — Я знаю каково это, помню ощущения, — всматривается в мои глаза. — Это не твоя вина… До меня запоздало доходит смысл его слов. Лер бы никогда не лег под похитителя добровольно, так же как и я бы никогда не прикоснулся к нему. Но в то же время… Лер не станет винить меня в произошедшем, ведь если обвинит, значит и он был грешником в том подвале? — Прости, — глаза заливаются мутью. — Прости… — Тише, — становится на колени и прижимает мою голову к своей груди, прячет в своеобразном коконе, закрывая от всего мира. — Я ведь обещал всегда быть с тобой, помнишь? — нежный, чувственный голос. Детское общение, которое я хранил в сердце на протяжении десяти лет, согревал его и подпитывал надеждами. — Прости меня… — сжимаю край его толстовки. — Я всегда буду рядом, слышишь? — обнимает крепче обычного. — Теперь уж точно, больше ничего не произойдет и я никуда не исчезну. Всегда.