Dragon Winner

***

      — …Три наши эго-состояния — ребёнок, родитель и взрослый — довольно известная концепция, вы со своими терапевтами наверняка все эти вещи прорабатывали. Даже не сомневаюсь. Я же вам хочу сегодня рассказать о том, что вы все внешне взрослые мужчины, но внутреннее ваше состояние, степень вашей человеческой зрелости очень разная. Кто-то себя в сорок лет ведёт как дурной подросток, а кто-то в двадцать лет уже так мудр, как взрослый человек. Причём, в стрессовой ситуации человек может, благодаря своей зрелости, отреагировать как настоящий взрослый, а может на короткое время повести себя так, словно его откатило на предыдущий уровень.       Намджун сделал паузу и взглянул каждому по очереди в глаза.       Когда парни вошли в зал, он предложил им сесть так, как они хотят. И вообще не удивился, когда все сели ровно в том же порядке, как и при первой встрече. Ближе к двери уселся, раскидав ноги, Леон. Рядом с ним аккуратно присел, бросив никому особо не адресованные извиняющиеся взгляды, Дейл. Флёр спокойно поправил стул и сел третьим. Как раз в этот момент стало понятно, что будущие драматические актёры садятся в той же последовательности. Богарт сегодня выглядел как настоящий антипод своего соседа: Флёр был нежно-дымчатый с еле уловимой, будто перламутровой искрой на ткани струящихся брюк, а Богарт появился в кожаных штанах, в тяжёлых ботинках и растянутом свитере. Так на контрасте они и уселись одновременно. Нирвана, погружённый в свой высокомерный и агрессивный настрой, отодвинул стул от Богарта, оказавшись ближе к Тэхёну, который сел раньше. Обнаружив это, красавец, нервно изогнув губы, несколько секунд демонстративно вымерял расстояние, чтобы не быть ближе к кому бы то ни было. Тэхён сдержал саркастическое фырканье, вспомнив слова Намджуна: «все эти люди сделали свои шаги».       — Но если на предыдущую ступень зрелости мы можем упасть, то подняться нас никакой стресс не заставит. Вверх — только благодаря работе над собой. Резкие реакции, необдуманные слова, приносящие страдания не только нам, но и нашим близким, с каждым восхождением утихают. Мы можем лучше контролировать эмоции, реагировать мудрее, сдержаннее.       — Среди нас есть достаточно взрослые люди? — спросил Богарт, натянув рукава своего свитера на пальцы.       — Да, среди вас двое взрослых, — улыбнулся Нам, глядя прямо в глаза спросившему.       — Судя по тому, как ты улыбаешься мне, словно ребёнку, взрослый — не я, — хмыкнул тот, и рядом с ним тактично улыбнулся Флёр.       — Ребята, я бы не хотел все эти вводные понятия обсуждать сейчас. Каждый из вас получил анкету с «драконовыми» вопросами. И если вы её заполнили, то, конечно, уже увидели, какой именно у вас главный, несущий дракон. Чаще их несколько: один в любом случае чуть сильнее, остальные слабее. Важнее всего, чтобы вы начали всматриваться в морду вашего личного чудовища. Посмотреть ему в глаза — это уже немало.       Дейл поднял руку:       — Признать проблему — это уже начать её решать, не так ли?       — Да, конечно, — кивнул Намджун. — Сегодня вы получите ещё один опросник с тем, чтобы смогли понять степень своего ментального взросления. Должен вам сказать, что в современном корейском обществе есть преобладающая возрастная прослойка. И в нашей группе она тоже самая многочисленная.       — И какая же? — прищурив глаз, со смешком выдал Леон.       — Не скажу, друг мой, — развёл руками ведущий, — иначе вы начнёте искать эти присущие черты в самих себе. Так что сначала ответите на вопросы, а на следующей встрече я уже постараюсь разъяснить суть того, что получилось. Ну что, за работу?       — Да, конечно, — закивал Дейл. Тэ взглянул на него и подумал, что, хотя дракона подобострастия и не было в списке, но Дейл явно его ярый поклонник.       — Мы всё ближе подходим к тому, чтобы начать участвовать в психодраме. Актёры перед спектаклем непременно играют в каких-либо этюдах, пробуя возможности друг друга. Но, в принципе, они и без того играют в одной труппе. Сегодня мы с вами сделаем странную на первый взгляд практику. Мы будем говорить друг другу комплименты.       И снова замолчал, улыбаясь. Тэ с удовольствием любовался этими милыми ямочками. В моменты, когда Намджун их демонстрировал, он становился похожим на мальчишку.       — Скажи, Хуан, а ты нам расскажешь на следующем заседании о своих драконах? — спросил Тэхён.       — Конечно, Герда, я ведь рядом с вами тоже изучаю себя. Знаете, как сказал Карл Густав Юнг? Примерно так: идеальная терапевтическая ситуация возникает, когда пациент становится лекарством для душевных ран терапевта, — прервался он на некоторое время, дав возможность полюбоваться изящной фразой. — Я не могу застывать в своём развитии и почивать, натянув на затылок красивый лавровый веночек. Если терапевт внезапно подумал, что он всё знает и съел всех положенных собак, то с ним, как с психологом, нужно прощаться в тот же миг. А ещё лучше — накануне.       — Я не смогу никого похвалить, — негромко в наступившей тишине сказал Нирвана.       — А с тебя мы и начнём.       — Ты попал, — хохотнул Богарт.       — Я посмотрю на тебя, какой ты мне комплимент скажешь, — тут же рыкнул ему Нирвана. На это смельчак театрально поднял руки, сдаваясь.       — А нам всем надо это сказать или кому-то одному? — спросил Леон.       — Я бы предложил обойтись пока малой кровью. Для начала. Сейчас выбирайте, кому вы хотите сказать. Воспринимайте это, как игру! Потом, когда вы разогреетесь и разохотитесь, все друг другу наговорим комплиментов.       — Ещё и останавливать придётся, — захихикал Дейл.       — Похвал много не бывает, особенно если они искренние. Это, кстати, главное условие — искренне найти что-то, что вам захочется отметить своей симпатией. Сейчас, пожалуйста, рассмотрите друг друга. Может, кто-то уже отметил какие-то внутренние качества — ведь вы немного себя проявили. Но и внешними чертами, заслуживающими похвал, не пренебрегайте. Я ставлю песочные часы — у них две минуты. И у вас тоже. Нирвана, ты будешь первый.       Тэхён на миг растерялся: каждому из присутствующих он совершенно искренне может сказать «ты красивый», но ведь это нейтрально, никак. Он так не любит. В каждом человеке можно найти какую-то изюминку. А кого бы выбрал сам Тэ, чтобы, глядя в глаза почти не знакомому парню, сразу вот так сказать что-то приятное? Ха, будет выглядеть подкатом. Тэхён улыбается своей идее.       Внезапно он понимает, что кто-то останется непохваленным. Всегда так бывает: кто-то один оказывается без подарка на праздник, кого-то не пригласили на вечеринку, где собрался весь класс. Вот сейчас его поразила и расстроила эта мысль. Кто из парней самый несимпатичный, кому никто не найдёт что сказать? Надо попробовать для каждого одну-две похвалы. И если будет кто-то без мысленного комплимента, то именно ему и надо постараться найти доброе слово!       Тэхён смотрит на парней изучающим взглядом, почти со всеми столкнувшись глазами — ведь они сейчас одну работу делают. Итак. Леон… «Ты очень решительный, мне нравится твоя смелость». Да, его наглость — это на другом полюсе смелость, однозначно. Такой не даст себя в обиду. Похрустывает суставами, по очереди опираясь пальцами на колено в прорези широких джинсов.       Флёр? Ну, тут всё просто — ему наверняка половина парней скажут комплимент: он нежный, милый, спокойный, скромный. Сплошные добродетели! Тэ почувствовал укол ревности к такому многогранно-прекрасному Флёру.       Богарт. «Твой стиль и подача себя — это очень круто». Блин, слово никакое. Круто…       — Время, друзья мои.       Тэхён быстро пролетает взглядом по двум оставшимся мужчинам и понимает, что как раз Дейлу и Нирване он не найдёт, что сказать. Ладно, «ты красивый» — тоже вполне себе комплимент.       — Итак, Нирвана, — очень мягко, почти ласково обращается Намджун, — кого ты выбрал?       — Тебя, Хуан.       — Что? — действительно не ожидал тот. — Ну-у… Не запрещено. И очень приятно, — улыбнулся. — Смотри мне в глаза, пожалуйста, а когда будешь говорить, то называй моё имя, — ободряюще моргает первому игроку.       — Хорошо, — тихо отвечает парень, и без того глядя в лицо ведущему. Вот он хитрый или умный! Ведь именно терапевту он с самого начала иногда смотрел в глаза, он знает его, наверняка уважает — супер ловкий выход нашёл! — Хуан, мне очень нравится твой ум. Это очень… привлекательно, — всего раз запнувшись, заканчивает он.       — Спасибо, мне очень приятно! Действительно, — и чуть кланяется в ответ. — Вот сейчас вы все поступите так же, как это с большим успехом сделал Нирвана. Я чувствовал его искренность, его желание сказать приятное. И я так же искренне поблагодарил его за доброту и внимание ко мне. Всем понятно? — мужчины закивали, всё ещё поглядывая друг на друга, явно оттачивая комплименты. — Кто следующий?       — Я, — изящно поднял руку Флёр. — Я хочу сказать комплимент Дейлу, — ему пришлось развернуться к соседу и, глядя в глаза так близко сидящему человеку, он сказал: — Ты очень добрый. Твоё желание согреть сквозит в каждом жесте и слове. Это очень красивое качество, — улыбнулся он совершенно обворожительно.       А Дейл задрожал подбородком и ничего не смог сказать.       — Дейл? — напомнил ему Намджун о благодарности.       — Да? — обернулся тот к терапевту.       — Поблагодари Флёра.       — Я… Мне…       — Постой, — уверенно остановил Намджун, — я попрошу тебя повторить то, что сказал для тебя Флёр, — по-доброму всмотрелся в лицо мужчины.       — Я… Я не помню… — прошептал Дейл, часто моргая и бегая глазами.       — Флёр, повтори, пожалуйста, свои слова, — с большой теплотой попросил ведущий.       — Да, с удовольствием, — почти не смутился тот.       — Дейл, постарайся, пожалуйста, смотреть в глаза соседу, хорошо?       Дейл кивнул и тоже сильнее развернулся, чтобы видеть Флёра. С очевидным усилием он старался удержать свой взгляд хотя бы в направлении красивого лица рядом с собой.       — Я говорил тебе, Дейл, что ты мне кажешься очень добрым человеком. Что мне очень нравится эта черта в тебе.       Дейл, наконец, посмотрел в глаза своему визави и опять ничего не сказал.       — Теперь ты бы смог повторить слова похвалы? — негромко спросил Намджун. — Дейл, просто скажи, что о тебе думает Флёр.       — Что я… Что я добрый. И ему… Ему нравится это, — еле слышно закончил мужчина.       — Что ты почувствовал от слов Флёра? — самым мягким, самым добрым голосом помогает Хуан.       — Я не знаю… Вообще не помню, когда мне говорили… Боже… — он резко поднял руку и спрятал лицо в сгиб локтя.       — Так, парни, давайте дадим Дейлу собраться с мыслями. Кто ещё хочет похвалить?       — Я! — Богарт поднял два пальца, как ковбой свой кольт, и повёл плечами, сбрасывая напряжение.       — Очень хорошо, — Намджун отвлёк внимание от потрясённого Дейла. — И кого же выбрал ты?       — Флёра, — он уверенно развернулся всем корпусом к своему соседу, почти задевая его жемчужно-серую штанину коленом. Мужчина чуть откинулся назад, будто охватывая взглядом не только лицо и глаза, а и всю фигуру. И молчал, пока Флёр не поднял на него свой спокойный взгляд. После этого медленно сказал красивым низким голосом: — Флёр, от тебя веет такой эстетикой. Ты сам как театр, как сцена.       — Спасибо, Богарт, — почти без смущения ответил тот, но сразу после этого резко опустил взгляд, покраснев щеками.       — Я должен согласиться с Богартом, — усмехнулся Намджун, — ты действительно как театр, Флёр.       Тот улыбнулся мягко, так и не подняв взгляда, и спокойно поправил причёску.       — Ну что ж. Я сейчас хочу обратиться ко всем — и тем, кто уже выполнил задание, и тем, кто ещё не играл. По реакции человека на комплимент можно сделать выводы. Как минимум, вы сейчас удивлены разницей в восприятии слов похвалы. Не так ли?       — Конечно, — уверенно кивнул Леон. — Я теперь хочу сказать. Я же могу?       — Да, да, — повернулся к нему Намджун. — А кого ты выбрал?       — Герду.       Ему не нужно поворачиваться, потому что этот Леон сидит дальше всех от Тэхёна, но ровно напротив него. Тэ удивлён выбору. Но старается смотреть в глаза мужчине, не отворачиваясь. А это, оказывается, сложно! Глазные яблоки живут своей жизнью! Тэхён усилием удерживает их от хаотичных бегающих движений. А Леон терпеливо ждёт. Умеет же быть сдержанным! Говори уже быстрее свой комплимент, пока Тэ поймал глаза.       — Герда, гм-гм… Я впечатлён твоей смелостью. Такое имя взять среди парней — это нехило. Ты сильный.       Тэхён почувствовал шок. Он? Смелый? Смелый Тэхён? Где он смелый? В каком месте?       — Герда? Ты забыл поблагодарить, — как сквозь вату слышен голос терапевта.       — Да-да…       — Пожалуйста, скажи Леону.       — Да, конечно, — опускает глаза Тэ и чувствует просто дикое смущение.       — Давай, — подгоняет и Леон, не скрывая нетерпения. Он в недоумении от того, что его слова будто не услышали.       — Ты сможешь повторить слова Леона? — спрашивает Намджун.       — Н-нет…       — Леон, повтори, пожалуйста, для Герды, — помогает ведущий.       — Ну… — чуть смущён уже и второй участник спарринга. — Я сказал, что мне нравится его смелость. И ещё мне нравятся твои руки, Герда. Посмотри на меня! — внезапно приказывает он. Тэ как током пробило. Он не может поднять взор. — Герда, посмотри мне в глаза, — твёрдо повторяет Леон.       Тэ хочется провалиться сквозь землю: от приказа в голосе, от сказанных при всех слов похвалы, от того, что он не может заставить себя взглянуть в чужие глаза. И тут происходит неожиданность, которую Намджун даже не попытался остановить: Леон встаёт и идёт через зал прямо к Тэхёну. Все остальные с неподдельным интересом наблюдают разворачивающуюся сцену.       Мужчина останавливается в шаге от сидящего Тэхёна и говорит:       — Встань и посмотри мне в глаза, Герда, — в последнем слове такая мягкость, что Тэ помимо воли поднимает лицо. Теперь у него нет сил вырваться из плена чужого взгляда. — Встань, — тихо приказывает Леон.       Намджун сидит как на иголках: этот парень в дырявых джинсах — самый яркий из присутствующих тут представителей юношеской зрелости. Он резкий, решительный, спонтанный, искренний. И очень ранимый. Взрослый человек с юношеской душой готов бросаться отстаивать своё мнение с транспарантом и самодельной винтовкой. Но нужно дать ему довести дело до конца. Ведь Намджун тоже юноша в душе — он-то точно знает, просто очень умело сдерживается. Но ему безумно интересно, куда приведёт Леона и Герду эта ситуация.       А Леон идёт ещё дальше: он протягивает руку, упрямо добиваясь своего. Медленно, теряя силы, изящная ладонь касается чуть грубоватой поданной руки, и Тэхён встаёт, оказываясь напротив усмехающегося красавца. Леон сильнее сжимает чужую кисть и говорит негромко, глядя прямо в глаза:       — Мне нравятся твои пальцы, Герда. И ты очень смелый. Даже не сомневайся, — он ухмыляется уголком рта, наблюдая потрясённое выражение лица: — Ну, теперь тут твоя реплика. Ты хочешь меня поблагодарить.       — Я благодарю… — без голоса говорит Тэхён. И, резко взяв себя в руки, отвечает громче: — Мне приятно.       — Да? — поднимает бровь наглец Леон и проводит подушечкой большого пальца по запястью Тэ.       — Леон! — наконец прерывает отдельную психодраму ведущий. — Все пункты плана соблюдены, даже более того. Садись на место, пожалуйста!       Тут Богарт неожиданно громко и медленно начинает аплодировать. Его поддерживает Нирвана. Остальные просто покачивают головами, показывая своё восхищение прекрасным представлением. А Леон, отпустив руку Тэхёна, поворачивается к «публике» и манерно кланяется.       Тэ без сил опускается в кресло… Игра какая-то неигривая…       Между тем Намджун постарался всем дать испытать себя:       — Ну как, друзья мои? Страсти накаляются? — смотрит он на Дейла. — Ты готов?       — Да, — говорит тот своим обычным подобострастным тоном. — Я хочу сказать комплимент Богарту.       Тут же Флёр откидывается на кресле, чтобы дать Дейлу возможность увидеть глаза выбранного партнёра. Богарт же немного поворачивается и внимательно смотрит, чуть прищурившись, на робкую улыбку.       — Богарт, ты мне кажешься очень глубоким и умным человеком. Очень привлекательным и нестандартным, — Дейл тянет вверх уголки губ в тренированной гримасе.       — Богарт, минуту, — прерывает Намджун, — ты сможешь повторить слова Дейла?       — Конечно, — уверен тот. И чётко произносит, красиво модулируя голосом, делая комплимент себе ещё более выразительным: — Я произвожу впечатление глубокого и умного человека, привлекательного и нестандартного. Правильно я понял?       — Да-да, всё правильно, — покивал Дейл.       — Благодарю тебя, очень рад такое слышать, — с уверенным поклоном говорит мужчина, удерживая его взглядом.       — Очень хорошо! Дейл, как ты думаешь, почему ты не смог повторить сказанные тебе слова, а Богарт смог?       — Эм-м… Очевидно потому, что он… Богарт часто слышит в свой адрес комплименты. А я нет, — развёл он покорно руки. — Я даже будто не понял, что это мне сказали… — посмотрел он на Флёра извиняющимся взглядом.       — А ты, Флёр, что почувствовал, когда твои слова Дейл не смог даже повторить?       — Я? — тот поднял брови и ясно посмотрел в глаза терапевту. — А что тут чувствовать, Хуан? Человек может слышать меня, а может и не слышать. Это его причины. Я выразил свою симпатию, вот и всё. Но ведь не каждый обязан во все уши внимать моим словам, не так ли?       — Конечно, не каждый. Я понимаю тебя. Спасибо за ответ, — уважительно кивает головой Намджун и поворачивается к Тэхёну. — Герда, ты готов сказать комплимент? Ты последний остался.       Всё это время Тэ боялся поднять голову, чтобы не встретиться взглядом с Леоном. Этот убийца оказался совсем не львёнком. Он как взял сегодня Тэхёна на мушку, так и не выпускал из своей оптики.       — Герда, ты сможешь?       Да блять! Что его, как девочку, жалеют?! Сможет он, вообще без сомнений!       Вот только выбор, который он сделал, заставляет дрожать от возбуждения: он скажет свой комплимент злой Нирване, чтобы только отвернуться от парня, сидящего напротив и сверлящего его своим взглядом.       — Да, я хочу сказать, — поворачивается он к ближайшему соседу и, ровно глядя ему в глаза, говорит: — Я очарован тобой, Нирвана. Ты очень красивый.       Выдох.       Никак. Точно те же слова можно сказать и стене — «ты очень красивая, прямо-таки очаровательная стена». Но на большее у Тэхёна сейчас нет сил.       — Спасибо тебе, Герда, — тихо отвечает мужчина, глядя исподлобья.       — Молодец! — хвалит Намджун, а Нирвана хмыкает, нервно сцепив пальцы. — Таким образом, остался только я. Комплимент я получил, надо вернуть. Чтобы завершить цикл. Я совершенно искренне восхищаюсь героем дня. Леон, — встаёт он и идёт к парню, — я хочу сказать тебе, что ты своим решительным комплиментом сделал сегодня прорыв. Присоединяюсь к аплодисментам, которые ты заслужил.       Намджун крепко жал руку Леону, а тот улыбался милой мальчишеской улыбкой, натыкаясь на одобрительные взгляды своих товарищей. И только двое не согрели его своими глазами — Герда и Нирвана. Как будто после слов о красоте высокого мужчины с яркими пухлыми губами они оба погрузились в понятное лишь им молчание и сосредоточение.       Леон чуть потух от этого игнорирования — ведь ведущий назвал его героем дня, совершившим прорыв! Почему же Герда не может просто посмотреть и поздравить хотя бы взмахом ресниц? Леон ощущает, как обида сжимает горло возле яремной ямки, как вонзает когти дракон нетерпения и гнева, шепча в ухо:       «Ну как? Чувствуешь, что тебя опустили? Так это он тебя обидел. Холодная сучка…»       Леон поджимает губы, а затем со злой радостью улыбается Намджуну и сидящим дружной тройкой Дейлу, Флёру и Богарту.       — Выводы по нашему сеансу я не стану делать. Но сила слов, надеюсь, вообще не подвергается сомнению, правда? — все посмотрели на ведущего с облегчением. Сеанс явно был более насыщенным, чем могло показаться вначале. — Хочу закончить историей, которая мне очень нравится. Она о свободе выбора и о том, что каждый из нас волен слышать по-своему. Даже одни и те же слова приводят к совершенно разным результатам. Так вот история. Мать в сердцах сказала двум своим сыновьям: «Вы оба попадёте в психушку!» В результате у одного из братьев развилась психическая патология и он стал постоянным пациентом клиники, а второй… — Намджун почему-то взглянул на Нирвану, задержав на секунду взгляд на его мгновенно скривившихся губах, и закончил: — А второй стал прекрасным психиатром.

***