Dragon Winner

***

      «Нет-нет-нет-нет… Это невозможно… Мне показалось! Просто… Просто похож голос!» — лихорадочно шептал Тэхён, сдернув с головы гарнитуру. Его ушные раковины опалило простыми словами. Только сказаны они были голосом, который взорвал в нём всё! Чувства, накрывшие и придавившие Тэ, буквально удушали своей дикой смесью — потрясение! Злость! Недоумение! Шок!       Он оттолкнулся от стола, будто ото дна бассейна, куда его неожиданно и стремительно утягивала неизвестная сила. И если бы он не откатился от экрана и не втянул со всхлипом воздух своей комнаты, то, наверное, мог бы задохнуться или захлебнуться золотом пещеры… И этим голосом…       Чонгук. Сука… Как он… Чонгу-у-ук!!! И он всё это время знал, что рядом с ним Тэхён?! Бля-а-ать! И мгновенно стали понятны все его блядские намёки, эти слова про «нравишься», «ты нежный», «иди ко мне»… Тэхён со стоном закрыл ладонями глаза, чтобы не видеть, как его персонаж по-прежнему лежит на груди эльфа, плотно прижимаясь раздвинутыми ногами к его бёдрам…       Какое же выбешивающее чувство — словно он какой-то наивец, слепым щенком тыкавшийся в чужие коленки, в то время как на него сверху смотрел человек и усмехался с издёвкой, всё зная… С-с-сучара! Если бы сейчас ему попался грёбаный Чонгук, он бы придушил его нахуй голыми руками! Не! Сначала бы разбил ему рожу! Чтобы стереть с его губ «Иди ко мне, детка»! Да бля-а-ать!       Тэхён вскочил с кресла и в один прыжок оказался у дивана, сдёрнул с него две длинные кожаные подушки и со всей силы принялся лупить по ним руками, ногами, локтями… И с каждым ударом всё громче и злее выдыхал: «На, сука! Хуй тебе! Блять!..»       Так долго и с таким искренним остервенением он, наверное, никого и ничего не избивал со времён старшей школы… И тогда, скорее всего, они с Каем и с ещё парой друзей не настолько планомерно покрывали ударами своих врагов, не доводили себя почти до изнеможения.       Уже несколько минут он молча пинал и лягал подушки, упавшие на пол, лишь невольно хэкая и нанося удары…       Тэхён остановился, дыша открытым ртом, ощущая, как закололо в боку от напряжения. Снял с себя почти мокрую футболку, вытирая ею пот со лба и висков, и рухнул на избитые ни в чём не повинные кожаные бруски. По-прежнему тяжёло дыша, он распластался на одном из них, чувствуя, как липко присосалась его горячая живая кожа к прохладному чехлу…       Не доносимый до него через наушники голос Чонгука вызывал и увещевал, убеждал перестать дурить и закончить игру — ведь они были буквально в шаге от победы!       И когда на экране появилась надпись: «Тэхён, пожалуйста, давай закончим! Встань с меня и возьми себя в руки!», одновременно с нею включился десятисекундный таймер.       »…3 …2 …1! Время вышло!»       И этого Тэхён тоже не увидел, как и того, что сейчас, обессилено обхватив бёдрами диванную подушку, он сам копировал позу Герды, лежавшей на Харусе…       *       Чонгук уже понял, что поторопился открыться… Ещё бы немного, совсем чуть-чуть, и с криком «Победа-а-а!» он бы мог не так оттолкнуть от себя этого неженку…       И вот сто процентов, что звони-не звони, пиши-не пиши — но Герда не отзовётся. Значит, надо набраться терпения и до завтрашнего включения игры не отсвечивать своему напарнику. Тиммейту, блин…        Чон медленно встал из-за стола и прошёл на кухню. Чай или кофе? М-м-м… Молоко.       Задумчиво глядя на закручивающуюся в спираль белоснежную струйку, он пытался договориться с Тэхёном, который в его фантазии сейчас плотно скрестил руки на груди и демонстративно смотрел в тёмное окно…       Поставив стакан ненадолго в микроволновку, заглядывал в глаза, смотрящие на него с акварелей, но не подходил близко, чтобы не испугать…       Размеренно глотая молоко, он позволял себе мысленно касаться тонкого запястья с браслетами и гладить нежную кожу на косточке…       О боже…       Вначале, когда всё так озорно и прикольно началось, когда Чонгук с наслаждением окунулся в игровое приключение, ему казалось, что так же легко он откроет Тэхёну, с кем тот идёт в паре по лабиринтам игры… А Тэ скажет примерно следующее: «Ох ни фига себе! Это судьба!» Только сейчас Гук осознаёт, что такой вариант событий возможен в тех самых слащавых дамских романах писателя Ким Тэхёна. В их же суровой и беспощадной геймерской действительности Герда на такой хуище пошлёт симпатягу Харуса, что хрен соберёшь себя по частям, даже если и умостишься на этот пресловутый хуй…       Потерпеть. Терпеть. Да и легко!       Что?!       Чонгук даже поперхнулся последним глотком молока.       Так-так-так. Он аккуратно сел и ещё раз прокрутил в голове, что он сейчас самому себе сказал: легко потерпеть. Легко. Потерпеть. Подождать. И да, при этом ме-е-едленно выпивая молоко.       И не испытал ни малейшего дисконнекта со своим личным нетерпеливым драконом, который спать, что ли, лёг?       Боясь спугнуть странную удивляющую радость, которая разлилась в душе, Чонгук всё так же медленно поднял взгляд на самый большой портрет Тэ и сказал вслух:       — Хотя бы за это я тебя благодарю. Кого бы я ещё ждал?              *       — Кай, блять!       — Почему я блядь?       — Потому что я перестаю играть! Это какой-то пиздец, что произошло!       — Хэй, брат! Ты перестань орать-то, скажи, где болит?       — Нахуй со своими шутками иди! Там Чонгук! Чонгук, понимаешь?!       — Где? Он тебя нашёл?       — Нет! Я сам к нему на ручки пошёл! С-с-ука… Это Харус! Харус, блять!       — Стой-стой! Поправь меня, если… Харус — это твой Чонгук?       — Он, сука, не мой!       — Да не ори!       — А я не могу! Он всё это время знал, блять, что это я! А сам! Сам прятал голос! Бля-а-ать! Убью его!       — Тэхёни, я не могу слушать эти вопли, честно. Во-первых, слишком громко. Во-вторых, давай ты приедешь ко мне и расскажешь специально обученному психологу, какого хера ты орёшь, а?       — Да мне не нужен психолог! Я не буду играть и всё!       — Точно нужен. И не психолог, а психиатр. Это ж клиника — бросить игру за один шаг до выигрыша.       — Откуда ты знаешь, что один шаг? Ты смотрел игру?!       — Бля-а-а…       — Кай! Ты смотрел игру?! И ты всё знал?! Да я теперь точно приеду и убью тебя первым! Ах вы ж суки две… Всё. Жди меня, блять, и прощайся с Софией!       *       Кай закусил нижнюю губу, словно так он смог бы удержать озорную улыбку.       — Ты чего такой счастливый, Ким? — конечно же, заметила Софи.       — Я не просто счастлив, я воодушевлён. Я, сука, в восторге!       — Ну-ка, ну-ка, — девушка уселась на диван напротив и уложила уставшие ноги на колени своему мужчине. Тот сразу начал аккуратно массировать.       — Я прямо-таки охреневаю от Тэ! Понимаешь, как будто он снова подросток! Такой живой! Злой! И если бы ты видела… м-м-м… Если бы ты видела, как он спасал своего напарника! Это было… О господи! Я чуть не кончил, когда понял, что нас всех обошёл! Он никого не послушал, сделал всё так, как сам придумал или почувствовал — не знаю, что было. Ну он же сейчас прискачет меня убивать, вот я перед смертью и спрошу, — рассмеялся Кай. — Но какой же он классный!                    — Неужели только игра так его возбуждает? — поудобнее переложила ноги Софи, чтобы дать доступ рукам Кая к своим икрам.       — Игра это хорошо, конечно. Действительно неплохо получается. Я ж тебе говорил, что Тэхёнов напарник нашёл баг, и мы с ним решили сыграть на ошибке?       — Конечно, говорил. Вы хотели, чтобы этот новый дракон заманивал всех в ловушку. Нечестно, согласись, но всё как в жизни. Лань в шкуре дракона — и наоборот.       — Во-о-от. Всё пошло почти по плану: Тэхён полез искать своего тиммейта, забрался в самую противную расщелину, чуть не блевал, пока полз — он вообще каким-то брезгливым стал в последние годы. А тут, понимаешь, проглотил свою тошноту, чтобы дойти до Харуса!       — Харус — это дракон?       — Да, напарник Тэ. Ну, то есть мы ждём, что сейчас Тэ доберётся, Хар его обнимет, типа «Здравствуй, дорогой доктор!», чтобы Тэ не вырвался, когда босс будет орать в третий раз, а Тэхён надел шапку-невидимку и…       — Стоять. Стоять, милый, — с улыбкой прервала его Софи. — Мне нужно знать эти подробности? Я уже нить утеряла.       — Эм-м… — всё равно озорно и счастливо посмотрел Кай. — Наверное, нет. Важнее, что Харус — это Чонгук. А я этого не знал. И Тэ не знал. А теперь знает.       — Кто у нас Чонгук?       — Парень из той психологической группы, где Тэ был. И у них как-то… Назовём, симпатия. Да, возникла симпатия. Когда Тэхёни говорил о Чонгуке, то загорался — тихо, сдержанно, скрываясь… Ведь он будто и не он всё это время был: вот эта блядская культурность, задвигание себя в последние ряды, неуверенность такая дикая… А тут он говорит — и глаз горит! Но ты пойми-и-и! — аж застонал Кай и резко развёл женские колени. — Они встретились на моей игре-е-е! Их будто судьба столкнула! А-а-а! — и неожиданно ласково и серьёзно взглянув в глаза напротив, сказал тихо: — Хочу тебя… Я очень хочу тебя, София-а-а…              — Кай-и, милый, — улыбнулась она, — ты смешиваешь причины возбуждения. И чертовски возбуждаешь меня… Но сейчас ведь придёт твой убийца Тэхён-и?       — М-м-м… Да, точно… Сейчас спрошу его. А вдруг он удачно в пробку встрял? — схватил телефон и уже занёс пальцы, как в домофон позвонили.       Кай без вопросов нажал кнопку открытия, увидев на экране растрёпанного Тэ.       — Сейчас тоже обалдеешь, — обещает он женщине, — мне кажется, ты его таким ещё не видела!       — А ты видел?       — Конечно! Семь лет назад. Он только таким и был. А теперь даже ещё круче, наверное. Ведь он вообще не ребёнок. Прикрой меня, ага?       — Даже интересно, — София встала и поправила одежду.       — Харус, блять! Тьфу, сука! Ка-а-ай! — зарычал из прихожей Тэхён.       И первое, что услышал в ответ — хохот своего друга.       — Ты всё это время о Харусе думаешь, что даже меня так назвал? — сквозь смех спросил он.       — Да я вас обоих в рот… Ой, Софи, привет, — в мгновение ока побросал своё словесное оружие и обезоруживающе улыбнулся. — Прости, я ругался…       — Привет, — девушка, тоже улыбаясь, рассматривала человека перед собой: всё в нём выдавало свободу, раскрепощённость, эмоциональность, открытость. — Тэхён, какой ты красивый, господи…       — Что? — заморгал тот.       — Я говорю, ты какой-то потрясающе красивый! Не могу понять, что изменилось… Даже запах другой — такой свежий, лёгкий! — вдохнула она.       — А я, по-моему, знаю, что случилось, — вкатился в прихожую Кай.       — И что же? — с весёлой злостью спросил Тэ, раздеваясь.       — Ты влюбился.       — Да иди ты нах… Ой, Софи! Можно я его при тебе пошлю как можно дальше, а?       — Конечно! — и она кокетливо прикрыла ушки ладонями.       — Идите вы оба нахуй! И ты! И Чонгук! И Харус! — тут же воспользовался Тэхён.       — Так-то трое, да?              — Главное, чтобы нахуй! — лишь на секунду стушевался писатель. И выставил на телефоне авиарежим.       — Не вопрос, — засмеялся Кай. — Я так понял, что убийство ты решил отложить, да?       — Да, это я успею. Перед тем ты расскажешь, что это было!       — Пиво? — спросила Софи.       — А покрепче? — понадеялся Тэхён.       — И покрепче есть, конечно. За мной! — скомандовал Кай. И оставив ненадолго за спиной любимую женщину и лучшего друга, испытал счастье и облегчение. И снова возбуждение… Что делать-то? И с Тэхёном бешено хочется поговорить, и на Софию смотреть невозможно — член рвёт.       *              — Ещё? — хозяин показал глазами на опустевший стакан Тэхёна.       — Не, одной порции вполне хватит… Ты же знаешь, я не по алкоголю, — стал задумчивым Тэ. — Оно мне нужно было, как пощёчина. Так в фильмах обычно показывают: герой бесится, орёт, а тут ему — бац! по морде — и он затыкается и успокаивается…       Софи коротко переглянулась с Каем. Она уже четко поняла, что писателю очень важно выговориться — слишком много на него обрушилось. Только что из этого он хочет продолжить, а от чего желает откреститься и забыть — пока не ясно. Пусть говорит, психолог слушает.       — Ты понимаешь, что он, сука, всё это время издевался надо мной! «Ты Герда, моя девочка, малышка, хочу-тебя-не-могу»! А я даже увлёкся, что ли… Ну, я тебе говорил, — отдаёт он стакан Каю, — как это у меня работает.       — А мне скажешь? — попросила Софи.       — Да ты и сама знаешь! Совершенно подростковое дерьмо. Вот на тебя кто-то смотрит так, — поиграл бровями и дополнил сексуальным движением языка по губе, — а ты на него типа не обращаешь внимания. А он продолжает. И ты вроде как подсаживаешься на эти проявления. Тебе приятно, что тебя выделяют и явно симпатизируют. Понимаешь?       Девушка кивает.              — А пока я не знал, кто такой Харус, думал про него, как про чужого парня — я ж ему так и говорил: «Мы незнакомы! Ты не знаешь, какой я!» — то постепенно привыкал к его подкатам. И мне это, суко, нравилось! Да!       — Тэхён, по-моему всё очень даже славно… — начинает Софи.       — Кроме того, что он знал, кто я, а я — нет!              — Ну и что? — спросил Кай. Ему слишком нравится такой активный, живой, откровенный Тэтэ. — Что тебе не в кайф? Хар классно и изобретательно сыграл на своём отключённом микрофоне! Ну представь: он узнаёт тебя и орёт в чат: «Тэхё-о-он! Приве-е-ет! Это я, Чонгук!» Что бы ты ему сказал?       — Послал бы к херам! — без малейшего сомнения сразу отвечает Тэ.       — Вот! И он, скорее всего, это знал. Он всё-таки умный парень. Дураки не становятся такими шикарными геймерами.       — Ой, я тебя прошу… Умный… Озабоченный он!       — Кем? — чётко спрашивает София. И на её лице мягко расцветает улыбка, когда она наблюдает, как встал в тупик от этого вопроса Тэхён, как моргает и хмурится, пытаясь не дать себе ответить и понять.       — Мной? — наконец, сипло выдавил он.       Девушка просто кивает несколько раз. Кай подъезжает ближе и берёт её руки к себе на колени, лаская пальцы.       — И как мне… Что теперь… — не глядя на влюблённых, вслух размышляет Тэ.       — А чего ты хочешь теперь? — интересуется Софи, чувствуя дрожь в руках своего парня. Он сдерживается снова — она чувствует его возбуждение.              — Трахаться.       — Что? — Кай, конечно, хочет ровно того же самого, судя по дыханию женщины — и она тоже. Но так, чтобы Тэхён открыто сказал да ещё и при… м-м-м… даме? — Тэхён-и, это точно ты? — улыбается друг.       — Точно.       Причём, отвечая прямо и без экивоков, Тэхён смотрел на Софию, смущая её своим взглядом.       — Тэ-э? Что с тобой? — негромко позвал его Кай, заметив направление внимания своего обновлённого друга.       — София очень красивая… Кай-и, третьим возьмёте? — неожиданно весело предложил Тэхён.       — А ты не охуел ли? — тоже прямо спросил геймер.       — Нет, я серьёзно спрашиваю. Когда мы с тобой втроём или вчетвером были? Лет сто назад?       — Тэхён-и, ты немного перегибаешь, не кажется?       — А ничего, что я тоже это слушаю? — девушка встаёт и отходит к стойке, опершись на неё спиной. Она очень взволнованно дышит. Пуговички на блузке с трудом скрывают кружево белья, но она не замечает этого. — Во-первых, я не хочу знать, с кем вы втроём, а тем более вчетвером были. И сейчас кое-кто получит по морде — от меня или от Кая.       — Это буду я? — совершенно бесшабашно поворачивается к Софии хулиган Тэхён. — Но мне кажется, что я ещё не достаточно натворил делов, чтобы мне морду бить.       — Не, точно охренел… — определяет Кай. — И что ещё надо натворить?       — М-м-м… Ну наприме-е-ер, — якобы в задумчивости тянет Тэ, расслабленно-сексуально подходя к Софи, — раздеть твою женщину. Для начала…       И едва коснувшись блузки одной рукой, расстёгивает сразу две пуговицы на груди, а вторую руку запускает внутрь на дрожащее плечо. В это же мгновение раздаётся резкий звук пощёчины, отрикошетив от всех стен.       — Да-а-а! — счастливым голосом завопил Тэхён, раскинув руки и закружившись живым вертолётом. — Да! Я люблю вас! Обоих, бля-а-а!       София, раскрасневшаяся, удерживающая расстёгнутую блузку, с яростью смотрит на ненормального писателя. Что с ним?! Где тормоза?! Кай, чтобы не врезаться в этого дурака, подъезжает насколько возможно близко и кричит ему:       — Остановись, блять! Ты вообще сдурел, да?!       И Тэхён останавливается, со счастливым лицом берёт Кая за щёки и звонко целует в губы. Тот отталкивает друга и вытирает рот, глядя на плюхнувшегося на задницу Тэ со смесью испуга и злости.       — Всё, — шумно выдохнул Тэхён, — я в порядке… Но, суко, как же я был счастлив только что… — Он обхватил колени и уткнул в них подбородок. Помолчав, негромко добавил: — Я будто вернулся домой. Сам к себе… — опять замолчал. — Простите меня, хорошо? И я только правду говорил: я вас обоих люблю, София офигенно красивая, я хочу трахаться. Но я точно хочу не тебя, — посмотрел на Кая и перевёл затем взгляд на Софи, — и не тебя, милая. Вы уж сами, хорошо? Про третьего я пошутил. Мне бы второго найти… У тебя нет адреса Чонгука? — опять обратился к другу.       — Блять, Тэхён-и… Ты меня напугал. Я думал, ты совсем съехал… Нет у меня твоего Чонгука, я тебе говорил, что мы не знаем своих игроков, — Кай подал руку и помог ему встать. — Ты бешеный, как в детстве! Даже хуже! Тогда бы ты не прикоснулся к моей девушке, побоялся бы! — ощутимо ткнул нарушителя в грудь.       — Так у тебя и не было таких девушек, чтобы твоя-твоя, — сжал кулаки и встал в стойку. Кай с широкой улыбкой подставил обе ладони, а Тэ, прыгая по-боксёрски, стал шлёпать по ним. — Ты, знаешь ли, тоже был несерьёзный и бешеный.       — Как ты сейчас! А я за это время повзрослел, в отличие от тебя, дурака! — опять ударил Тэ в грудь, а тот сделал вид, что сейчас совсем умрёт: хватая ртом воздух, выпучил глаза и прощально помахал, пятясь на неверных ногах.       София, наконец, с облегчением рассмеялась и упала на диван.       — Ну вы даёте, молодые люди! Я уже думала, что в дурдом попала! Тэхён, ты предупреждай в следующий раз, когда будешь счастлив, хорошо? — покачала она головой, расслабляясь.       — Ну я ж попросил прощения! — засмеялся Тэ. — Помочь тебе, кстати, пуговички застегнуть?       — И ещё одну пощёчину получить?       — Оу… Нет, тогда сама застёгивай. Что я в пощёчинах не видел… И да, я собираюсь почаще так себя чувствовать — мне очень понравилось.       Кай снова подъехал к Софи:       — Прости, детка, — ласково погладил её колени, — ты в порядке? Он такой и был всегда. Чудовище, правда? Но я его кошмар как люблю, — радостно улыбнулся, переводя взгляд с друга на девушку.       — Всё, — устало вздохнул Тэ, — пойду я. Спасибо, что выслушали.       — Да уж, наслушались, — рассмеялась София.       — Кай-и? А можно я её поцелую, чтоб она меня простила? Ты как?       — Я нормально. Чего мне тебя ревновать, ты явно не в Софию влюбился.       — Давай целуй и скачи к своему Чонгуку, — разрешила девушка.       Тэхён подошёл к дивану сзади и, аккуратно взяв девушку за щеки, запрокинул её голову на мягкую спинку. Помолчал, глядя в перевёрнутое нежное лицо, а затем медленно наклонился и поцеловал в лоб, шумно выдохнув ей в глаза.       — Я же говорил, что люблю тебя? — прошептал.       — Да, несколько раз за сегодня.       — Ну, не забудь об этом. Если что, жалуйся на этого мне, — и возвращает голову в прежнее положение. Очень серьёзно протягивает руку, перегнувшись через диван. Кай крепко жмёт ладонь в ответ. — Мы завтра с Чонгуком выиграем, бро.       — Не сомневаюсь! Вы отличная пара!       — Иди нахуй, — одними губами за спиной Софии говорит Тэ и уходит в коридор.       Довольно аккуратный щелчок замка вскоре за «Я ушёл!» ни Кай, ни София уже почти не слышали — они набросились друг на друга с поцелуями и ласками, потому что возбуждение, которым их напитал Тэхён, было слишком сильным. Не остановить!       *       Тэ вышел в ветреную ночь и, удерживая полы пальто, пошёл к своей машине. В салоне включил любимую радиостанцию и аккуратно разблокировал телефон, ожидая несколько секунд загрузки сообщений…       Ни одного. Ни одной буквы…       Мотор негромким урчанием успокаивал и звал скорее вернуться домой и завалиться в постель.       Но вместо этого Тэхён уткнулся лбом в скрещенные на руле руки и… зарыдал.

***