Я люблю тебя, понимаешь?

Быстрее, быстрее, быстрее! Пока она не ушла слишком далеко...

***

*Несколько минут назад*

***

Люк с огромным хлопком закрылся. Саша молниеносно вскочил и стал ходить туда-сюда по комнате, как это делала Алёнка пару минут назад. В голове вертелись разные мысли. Почему она ушла? Зачем? Вернётся? Почему она извинялась? Неужели?.. Абрикосов остановился у стола. Сердце снова бешено скакало: оно так и не успокаивалось. На столе был полный кавардак: диски с компьютерными играми, какие-то зарисовки Васи, поверх всего этого тетрадка с каким-то вкладышем внутри. Алекс схватил последнее и открыл тетрадь. В нём были стихи, а в самом углу – фотография Алёны. Сашу бросило в жар. Он же уснул с этой фотографией... Как она оказалась здесь? Сюда её юноша точно не перетащил, ведь он проснулся с чувством тепла в ладонях, ещё внимательно их рассматривал... Фотографии у него уже тогда не было. В углу фотографии что-то блестело. Парень приблизил бумажку к свету и прищурился. На краю, блеском для губ с лёгким оттенком красного, сияло очертание поцелуя... Стало ещё жарче. Взгляд неминуемо метнулся к строчкам в тетради. Безумие, отчаянье, боль, Ведь я в твоей жизнь ноль. Окутала ты меня огнём волос, Раскиданными в стороны вразброс. Люблю тебя. Повторять я не устану, Никогда от тебя я не отстану. Весь смысл жизни лишь в тебе, Хотел бы я тебя прижать к себе!.. Хотел бы я рисовать, да не умею, Портрет бы сделал красотою я твоею. И лучше я себя быстрее утоплю, Но не устану повторять: тебя я лишь одну люблю. Это стихотворение Саша написал ещё давно, года два или три назад. Поражённый смелостью Алёны в перепалке с Огненным Дэвом, рыжая настолько сильно засела у Абрикосова в голове, что он расписал первые две страницы этой тетрадки небольшими стишками, отрывками поэм, рисуночками и признаниями. Эта, первая страница была полностью исписана в один день. Парень, перечитав своё давнее творение, грустно улыбнулся. Его глаза начали бегать по всем углам, рассматривая зарисовки двух-трёхлетней давности. В самом углу у стихотворения была подпись. Саше стало холодно, а потом снова жарко... Другим почерком, другими чернилами. Буквы были выведены максимально аккуратно, как будто боялись, что испортят всю красоту страницы. У Саши почерк был узкий и немного косой. А этот был широкий, круглый и прямой. Но не менее красивый. Сердце забилось ещё сильнее. Точно выпрыгнет!.. А глаза так и бегали по этой надписи, как будто не веря в происходящее. «Я тебя тоже люблю. Твоя Алёнка.»