Соперники возрождения

Слова Хань Цзиня были искренни. Несмотря на то, что Вэнь очень силен, в Гонконге он все еще уступал семьям Чжоу и Хань. Теперь, видя все действия Вэнь Хуаня, который испортил жизнь Чжоу и убил Чжэн Цзюэ, было очевидно, что все его внимание отныне было направлено на семью Хань. Поскольку отрасли Вэнь и Хань в значительной степени пересекались, разница заключалась в размере капитала. Если семья Чжэн может быть включена в пакет, а Чжоу не успеет позаботиться о себе, то сотрудничество Хань и Чжоу, естественно, пострадает. Но не выиграет ли от этого сам Вэнь? Все трое присутствующих были умными люди, и легко могли предугадать любой поворот. Лицо Чжэн Цзюэ было пустым, в то время как Чжоу Чэнган улыбался, чтобы успокоить Хань Цзиня: — Ви, не волнуйся, раз дядя Вэнь решил первым напасть в новом году, то, естественно, мы должны постараться, а то этот старик любезно поставил сцену, но навыков пения у него нет. Разве это не значит, что он всех подвёл? Хань Цзинь молчал с мрачным лицом, однако его плотно сжатые губы явственно показывали его отношение. Чжэн Цзюэ внимательно наблюдал за этими двумя со стороны. О Хань Цзине в прошлой жизни он слышал только то, что его методы безжалостны и беспощадны, а вот о Чжоу Чэнгане лишь хвалебные слова от некоего господина, но сейчас он присмотрелся. Тот был сдержан в эмоциях, и это действительно подходило ему. Похоже, что междоусобица Чжоу оказалась гораздо серьезнее, чем он себе представлял. — Молодой господин Чжоу, такой подход господина Вэня действительно несколько неуместен. Каждый человек — серьезный бизнесмен, не говоря уже о том, что порядочность — это основа, но также нужно обращать внимание на некоторые нормы морали. Мой отец относился к нему, как к брату, но он опустился до такой степени. Я никогда не отпущу его. Интересно, есть ли у вас другие идеи? Поскольку сотрудничество было очень важно, некоторые вещи должны были быть ясны с самого начала. Чжоу Чэнган на мгновение остолбенел, а затем улыбнулся. Он прекрасно понимал мысли Чжэн Цзюэ. Город Гонконг был очень ксенофобским. Чжэн Цзюэ опасался, что все они окажутся мягкосердечными. — Чжэн Цзюэ может быть уверен, что подход господина Вэня абсолютно неприемлем в Гонконге, — они бизнесмены, а не филантропы. Неважно, насколько они высокопоставлены, они не станут высмеивать свои собственные интересы. Чжэн Цзюэ кивнул. Хотя он и поверил в это, но все равно сомневался. Ведь он до сих пор не мог понять, о чем думал Чжоу Чэнган. Хань Цзинь, видя, как эти люди многозначительно переговариваются, не выдержал и поспешно сказал: — Раз уж так вышло, если мы хотим поразить семью Вэнь, то придется поджечь их собственные ворота. Чжоу Чэнган с улыбкой взглянул на Хань Цзиня и с добротой отвел глаза. Чжэн Цзюэ слегка смущенно нахмурился. Хань Цзинь действительно совсем говорил не о рутине. — Ви прав, семья Вэнь сейчас не монолит. Два племянника Вэнь Хуаня все еще следят за ним, да и сам он чувствует себя не очень хорошо, — Чжоу Чэнган вскинул брови. Чжэн Цзюэ тоже вспомнил, сколько усилий приложил Вэнь Хуань, чтобы привести в порядок двух своих племянников в прошлой жизни, и прошептал: — С этим легко справиться, у Вэнь Хуаня есть две внешние компании, чтобы разобраться с двумя племянниками. Боюсь, что только после того, как мы сможем восстановить наш капитал, мы сумеем этим воспользоваться. Хань Цзинь был немного удивлен: — Две компании? Чжэн Цзюэ, естественно, знал, что Хань Цзинь не мог заметить этого. Даже в прошлой жизни Хань Цзинь не обращал на это внимание. В итоге Вэнь Хуаню удалось объединить клан Вэнь, и его власть на некоторое время стала процветать. — Это правда. Новости из моего специального канала подтвердили это, — Чжэн Цзюэ слегка поджал губы и больше ничего не сказал. Хань Цзинь, задумавшись, хотел переспросить, но Чжоу Чэнган тут же подмигнул ему. Он понял, что Чжэн Цзюэ не хочет говорить об этом больше, и с улыбкой отвернулся: — Чжэн Цзюэ, это довольно хорошая идея, однако я не знаю, что это за две компании? — Фонд Вэн Ли и Недвижимость Чжаоян, — голос Чжэн Цзюэ звучал равнодушно. Чжоу Чэнган задумчиво посмотрел на Чжэн Цзюэ, а затем негромко сказал, улыбаясь: — Неудивительно… Чжэн Цзюэ непонимающе посмотрел на Чжоу Чэнгана, тот заметил это и не смог удержаться от того, чтобы не дернуть ртом: — Я уже обращал внимание на эти две компании, они очень быстро поднялись, и у них довольно тесные отношения с племянником Вэнь Хуаня. Я думал, что это его племянник оказал мне помощь, но не ожидал, что Вэнь Хуан так глубоко проникнет во все это. Чжэн Цзюэ поднял брови и промолчал, но лицо Хань Цзиня потемнело: — У меня тоже сложилось двоякое впечатление об этих двух компаниях, и я несколько раз сотрудничал с Хань. Чжэн Цзюэ не мог не улыбнуться, услышав это: — Город-порт очень большой, и такие вещи — обычное дело, но мы все равно должны все тщательно проверять, чтобы ничего не пошло не так. Чжоу Чэнган кивнул: — Лучше быть осторожным. Чжэн Цзюэ взглянул на Чжоу Чэнгана, и выражение его лица слегка изменилось. *** Трое продолжали разговаривать до полудня, пока Чжэн Цзюэ наконец не ушел. Глядя на проносящиеся за окном машины, он молча напоминал себе, что в будущем не должен провоцировать Чжоу Чэнгана. Собака, которая кусается, не станет предупреждающе лаять. Чжэн Цзюэ вернулся в компанию, и на следующий день уже была завершена работа над фильмом, в котором он сотрудничал с Лу Юньсинем. Как главный инвестор, Чжэн Цзюэ, естественно, не мог пропустить это событие. На второй день банкета Чжэн Цзюэ по указанию Лу Юньсиня снова отправился в ресторан «Хуасин». На этот раз обслуживание было намного лучше, чем в прошлый. Чжэн Цзюэ был удивлен. Казалось, что это место, с которым его познакомил Лу Юньсинь, было вполне приятно. Но всего за несколько месяцев оно не могло измениться до такой степени. Лу Юньсинь очень обрадовался, увидев Чжэн Цзюэ, и лично поприветствовал его: — Чжэн Цзюэ, мне очень нелегко было пригласить тебя сегодня. Чжэн Цзюэ понимал, что его слова означали. Из-за прошлого разговора он оставался дома на протяжении нескольких дней. В душе он осознавал, что это его вина, поэтому не рассердился, а просто улыбнулся и извинился: — Это моя вина. Компания была занята в эти дни, и я не смог договориться о встрече, поэтому я обязательно приглашу вас в будущем. Лу Юньсиня такой настрой устраивал, и он с улыбкой свернул разговор, пригласив Чжэн Цзюэ в отдельную комнату. Как только Чжэн Цзюэ вошел в личную комнату, он был ошеломлен огромным количеством красивых мужчинам и девушек. Он обернулся, чтобы посмотреть на Лу Юньсиня, однако увидел на его лице лишь многозначительную улыбку. Мужчина приблизился к Чжэн Цзюэ и прошептал на ухо: — Чжэн Цзюэ, я знаю, что несколько дней назад из-за инцидента с Линь Су у тебя пострадало лицо, но сегодня так много людей, что ты можешь выбрать любого. Я ни к кому не могу относиться плохо, тем более к тебе. Чжэн Цзюэ некоторое время не знал, смеяться ему или плакать. Он знал, что Лу Юньсинь умел поступать дерзко, но никогда не думал, что он настолько непокорный сутенер. Чжэн Цзюэ не мог удержаться от смеха и несколько раз попросил пощады: — Господин Лу, вы можете оставить все, как есть. Я не голодный призрак, и у меня нет никакого желания заниматься этим, так что давайте просто поговорим наедине. Лу Юньсинь почувствовал, что Чжэн Цзюэ стесняется. Он несколько раз хихикнул и махнул всей группе людей, чтобы они расселись, однако дразнящего выражения в его глазах ничуть не убавилось. Чжэн Цзюэ только почувствовал, как у него онемела кожа головы, но больше ничего не смог сказать, поэтому сел и сделал вид, что ничего не заметил. Все остальные присутствующие инвесторы были окружены Лу Юньсинем, и, когда они разговаривали, отовсюду доносились звуки лести. Чжэн Цзюэ ощутил, как у него пересохло во рту. Эти старые хрычи не сказали ни слова правды, но Лу Юньсинь все также продолжал смотреть на них. По его внешнему виду Чжэн Цзюэ также почувствовал, что Лу Юньсинь, который казался высокомерным и неформальным, был здесь человеком с самой глубокой подоплекой. Группа людей ела, пила, играла и смеялась. Среди них было несколько женщин-звезд, которые бросали на Чжэн Цзюэ двусмысленные взгляды, но мужчина не отвечал на эти уловки от начала до конца. Поняв, что сегодня не их день, они повернулись, чтобы поискать другую цель, и Чжэн Цзюэ в ту же секунду почувствовал облегчение. Хотя в этом отношении он не был джентльменом, в нем все же оставалась некоторая доля порядочности. Когда Чжэн Цзюэ закончил разбираться с этим хаосом и вернулся в свою недавно оформленную квартиру, было уже 11:30 вечера. Чжэн Цзюэ чувствовал себя так, словно его реорганизовали и перестроили, и ему не хотелось снова вставать. Хотелось просто заснуть. Но иногда некоторые люди просто не желали позволить Чжэн Цзюэ реализовать свои идеи. Не прошло и нескольких минут после того, как он прилег, как в дверь позвонили. Чжэн Цзюэ потер затекшие виски и пошел открывать дверь. Он все еще был немного рассредоточен, но, увидев перед собой лицо Хань Цзиня, мгновенно пришел в себя. — Чжэн Цзюэ, что с тобой? — Хань Цзинь слегка нахмурился. Чжэн Цзюэ знал, что сейчас находится в очень плохом состоянии, но, услышав естественный вопрос Хань Цзиня, почувствовал себя немного неловко: — У вас что-то произошло? — холодно произнес Чжэн Цзюэ с суровым лицом. Хань Цзинь посмотрел на него, но не смог удержаться от смеха: — Ты такой странный. Я просто хотел тебя навестить, но так как тебя сегодня не было целый день, я просто ждал внизу и только сейчас увидел, что в твоей комнате зажегся свет. Пришел посмотреть. Чжэн Цзюэ лишь почувствовал, как его мозги превратились в кашу. Он нахмурился и посмотрел на Хань Цзиня, некоторое время не зная, что сказать. Увидев его внешний вид, Хань Цзинь не мог не воспользоваться ситуацией и тут же сказал: — Я тебя сегодня целый день ждал, может, впустишь меня для начала? В висках Чжэн Цзюэ бешено стучало, а в голове было ощущение, будто он размешивал кашу в горшке. Он не стал разговаривать с Хань Цзинем, а просто повернулся и, не закрыв дверь, вошел в комнату. Хань Цзинь, увидев это, на некоторое время остолбенел. Он долго смотрел на спину Чжэн Цзюэ, а после опомнился, сразу же войдя в комнату. Уголки его рта незримо приподнялись. Чжэн Цзюэ вошел в помещение и рухнул на диван. Хань Цзинь немного опешил, быстро налил чашку горячей воды и прошептал: — Чжэн Цзюэ, выпей воды. Если ты выпил слишком много вина, то не сможешь так просто заснуть, иначе завтра утром будет болеть голова. У тебя есть дома лекарство от похмелья? Прими одно. Хотя Хань Цзинь являлся старшим молодым господином, не отличающимся прилежанием, он испытывал много болей после пьянства, и в его словах прозвучало что-то знакомое. Чжэн Цзюэ нахмурился и встал. Хань Цзинь, видя, что ему не по себе, сделал шаг вперед, чтобы помочь ему, но Чжэн Цзюэ в тот же миг отшатнулся, и его лицо на некоторое время стало неприятным. Чжэн Цзюэ не обратил внимания на выражение лица Хань Цзиня, слегка надавил на висок, указал на шкаф в углу и негромко сказал: — Лекарство против похмелья находится во втором ящике, помогите мне достать его. В одно мгновение цвет лица Хань Цзиня из пасмурного превратился в ясный.