Сопереживание и суд

Вей У Сянь разлепил потяжелевшие веки и устало взглянул перед собой. Взору предстал белый потолок, украшенный золотистыми узорами в виде пионов. Он, как никто иной, знал, что это символ ордена Ланьлин Цзинь, да и не единожды видел такие потолки, когда сопровождал главу ордена Цзян на собрании кланов в Башне Кои. Осознавая, где находится, Вей Ин подскакивает на постели, и обнаруживает себя в гостевых покоях Золотого дворца. За окном уже смеркалось, поэтому в помещении было достаточно темно. Лишь последние лучи солнца служили здесь светом. Но больше его поразило не это, а то, что рядом сидел в позе лотоса Цзян Ваньинь и, кажется, пребывал в глубокой медитации. Брови его были сомкнуты на переносице, дыхание ровным, спина прямой. Как всегда до безупречного идеальный. Кровать была достаточно широкой, что позволило темному заклинателю не потревожить брата. Мужчина улёгся обратно на постель, чтобы перебрать в голове последние события. Он направлялся с Вэнь Нином на торжество в честь празднования первой луны А-Лина, но по пути они наткнулись на сотни заклинателей из клана Цзинь на тропе Цюнци. Ублюдок Цзинь Цзысюнь сломал его подарок для племянника, чем несомненно вывел его из себя, но на удачу подонка подоспели Цзинь Цзысюань и Цзян Чен. А ещё и шицзе. Если бы не они, то не факт, что этот подлец остался бы жив. Цзинь Цзысюня уже поймали с поличным и отозвали его "армию" адептов обратно в орден, но он все равно умудрился тяжело ранить Вей У Сяня со спины. А дальше он ничего не помнит. Прислушавшись к своим ощущениям, Вей Ин неожиданно для себя осознает, что его тело полностью опустошено. Будто все его меридианы окатили большим источником духовных сил, из-за чего в нем не осталось и намека на темную ци. Снова подскочив на постели, он отбросил одеяло и взглянул на свою грудь. Там должна была образоваться глубокая рана, ведь без золотого ядра он не может быстро восстанавливаться. Но вопреки его ожиданиям, там лишь красовался свежий шрам. – А-Сянь, наконец-то ты очнулся.– Произнесла дева Цзян, когда тихонько, чтобы не побеспокоить братьев, вошла в покои. – Шицзе... Девушка, держа в руках горящий подсвечник, прошла в глубь комнаты, и поставила его на, стоявший возле кровати, стол. После чего, аккуратно разместилась на краю постели, поближе к Вей Ину. – Как ты себя чувствуешь?– Спросила она, ласково улыбаясь и не скрывая своей радости. – Словно и не был ранен.– Ответил Вей У Сянь, улыбаясь сестре в ответ.– Сколько я пролежал без сознания? – Шесть дней и пять ночей.– Недолго думая, произнесла шицзе. Темный заклинатель невольно нахмурился. Шесть дней довольно долгое нахождение в таком месте для отступника вроде него. Даже, если бы этого хотели Цзинь Цзысюань и Цзян Янли, им бы не позволили оставить его в своем ордене, да ещё и в гостевых покоях, лечить и ухаживать. Для всего этого должна была быть либо веская причина, либо его держали здесь в тайне от всех. Да ещё, и ко всему прочему, если его осматривали лекари, отсутствие золотого ядра явно не осталось незамеченным. А это напрягало больше всего. – А как долго Цзян Чен здесь?– Поинтересовался он, не зная пока, что ему спрашивать. Дева Цзян ненадолго поджала губы, обдумывая, как бы мягче преподнести для брата последующие новости, а после взяла мужчину за руки. – Второй господин Лань сказал, что духовные силы А-Чэна пребывают в беспорядке, и, если не привести их в надлежащий покой с помощью медитаций, его может настигнуть искажение ци.– Проговорила молодая госпожа Цзинь, замечая как дрогнули руки брата. – Что-то произошло, пока я был без сознания?– Тут же встревожился он, одной рукой коснувшись запястья шиди. Он не имел навыков врачевания, и золотого ядра у него уже нет, но благодаря Вэнь Цин кое-что все таки понимал. И проследив за потоком светлой ци в его меридианах, убедился, что он действительно беспокойный, однако не такой сильный, чтобы исказиться. – Не волнуйся, он уже сутки проводит в медитации. Выходил всего раза два, чтобы переговорить со своими подчинёнными, а после возвращался к тебе и продолжал медитировать. Уверена, его духовные силы уже приходят в норму.– Поспешила заверить его Цзян Янли. От того, что Цзян Чен все это время проводил с ним, не отходя без веских на то причин, становилось все ещё более непонятным. Помедитировать он мог и в своих гостевых покоях, а это значит, что шиди просто не желал оставлять его, скорее всего, чтобы не пропустить пробуждения. Но зачем? – Но что все-таки произошло? Девушка вздохнула, погладив мужчину по руке, и не могла найти слов, которые бы помогли объяснить А-Сяню все ситуацию. Это ведь была не просто вынужденная мера, а целое вторжение в душу. Она не знала, как он отреагирует, а потому не спешила с ответом. К счастью или нет, молчание нарушил вошедший в комнату Цзинь Цзысюань. – Вижу ты пришел в себя. Как самочувствие?– Спросил он, стоило ему оказаться подле раненого. Вей У Сянь внимательно осмотрел пришедшего. Наследник ордена Цзинь выглядел как обычно, за исключением одного, что старался скрыть свою нервозность и волнение. А это значит, если к этому добавить состояние его брата, очищение тела от темной ци, и нежелание шицзе говорить правду, что-то все таки произошло. И ему почему-то кажется, что это что-то явно ему не понравится. – Было лучше, пока не понял, что вы что-то от меня скрываете.– Сурово буркнул он, нахмурив брови. Пришла очередь Цзинь Цзысюаня вздыхать и скрещивать руки на груди. – Не успел очнуться, а уже хочешь влезть в неприятности? Неужели не можешь спокойно хотя бы пару часов провести?– Упрекнул его наследник ордена Цзинь, смерив Вей Ина таким же строгим взглядом. Говорили они достаточно тихо, чтобы не помешать медитации главы ордена Цзян. Но даже так в словах чувствовалось напряжение. – Я не собираюсь ждать, когда вы молчите о чем-то важном. Что, черт возьми, случилось?– Возмутился Вей У Сянь, не заметив как повысил голос. Он также и не заметил как дыхание Цзян Чена сбилось, и мужчина вышел из медитации. Громко цокнув языком и, заставив шисюна вздрогнуть, он резко поднялся с постели. Взгляд его был явно недовольный, как и голос, которым он заговорил: – Твои вопли даже из глубокой медитации способны меня вывести!– Воскликнул Ваньинь, а после перевел дыхание. Прощупывая свои меридианы, чтобы проверить их состояние, он уже более спокойно спросил:– Что вы опять тут устроили? Убедившись, что ци немного под успокоилась, Цзян Чен скрестил руки на груди и оглядел всех присутствующих. – Это я бы хотел узнать, что здесь произошло! Ни шицзе, ни Цзысюань ничего мне не говорят.– Все также возмущался Вей Ин, переключив свое внимание на шиди. Глава ордена Цзян же фыркнул и чуть приподнял брови. – А что мы должны тебе рассказать? Как ты, идиот, подставил спину врагу? Скажи спасибо, что своевременно оказали лечение и тебе не пришлось отдавать душу небесам.– В своей обычной манере проворчал Цзян Чен, но от его слов Вей У Сянь только сильнее нахмурился. Потому что чувствовал, как Цзян Ваньинь больше всех здесь волнуется и пытается скрыть это наигранным недовольством. Склонив голову набок, темный заклинатель ещё какое-то время внимательно понаблюдал за братом, а после повернулся к Деве Цзян. – Шицзе, ну хоть ты будь честной со мной. Даже если это что-то настолько ужасное, я не смогу ничего сделать, потому что в моем теле не осталось ни капли темной энергии.– Вей Ин заканючил в детской манере перед сестрой, чтобы смягчить напряжение между ними, но от его слов все только вздрогнули. Поэтому, тон сделался его очень строгим:– Так, а ну-ка признавайтесь. Цзян Чен опустил руки вдоль тела и сжал их в кулаки, а цзыдянь на его указательном пальце ярко заискрился; Цзян Янли мягко погладила А-Сяня по голове, то ли жалея, то ли поддерживая; Цзинь Цзысюань напряжённо выдохнул и серьёзно посмотрел на Вей У Сяня. – Как ты помнишь, Цзинь Цзысюнь обвинил тебя в проклятии.– Начал говорить наследник ордена Цзинь, на что темный заклинатель согласно кивнул.– Мой отец, Цзинь Гуан Шань, присоеденился к обвинениям, требуя немедленного разбирательства. Поскольку глава ордена Цзян и Лань выступали против обвинений, ситуация требовала расследования. Но твое состояние было слишком тяжёлым для этого. Если бы мы допустили это, тебя бы поместили в местные камеры и держали бы до окончания выяснения обстоятельств. Однако, ты скончался бы раньше, либо сам, либо кто-то бы тебе помог. Поэтому...– Цзысюань сделал паузу и отвел взгляд.– Всеобщим решением на собрании присутствующих орденов было принято провести сопереживание. Последнее слово, словно глухим ударом выбило дух из тела Вей У Сяня. Его переполняли сейчас смешанные эмоции: и злость, и страх, и растерянность. Сопереживание показывает хоть и не все, но очень важные для души, воспоминания. Это и правда о золотом ядре, и то, как он стал темным заклинателем, и его чувства к своему шиди, которые никак нельзя было назвать братскими. Он так сильно желал скрыть все эти тайны, унести с собой в могилу, но все это разоблачилось заклинателями, желающими провести суд таким своеобразным образом. – Хочешь сказать, что толпа заклинателей вторглась в мою душу?– Сурово спросил Вей Ин, после чего его лицо взяла в свои руки Цзян Янли и заставила посмотреть на себя. – Что ты, А-Сянь. Сопереживание проводили только главы четырёх великих орденов и я. Даже главы ордена Цзинь не было, его заменил Цзысюань. Поэтому число посторонних было сведено к минимуму. Прошу, не гневайся на нас. Это был единственный способ решить все быстро и безопасно. Мы не хотели, чтобы тебя представили перед судом за ложные обвинения.– Быстро, на одном дыхании, проговорила молодая госпожа Цзинь, боясь, что не успеет объясниться. Темный заклинатель отвернулся от сестры и несколько раз глубоко вздохнул. Его пробрала дрожь. Не то от гнева, не то от отчаяния, не то от всего вместе. Все его страхи, чувства и скрытые поступки теперь были известны, и он даже не знал, как реагировать. Да как вообще можно спокойно к такому отнестись? Как ему теперь с этим жить? Да, возможно, его и оправдали, но теперь каждый знающий будет смотреть на него с жалостью, а любимый шиди, и вовсе, будет ненавидеть ещё больше, или станет чувствовать себя виноватым. А У Сяню этого не нужно. – Цзинь Цзысюань, забери шицзе.– Отрешенным голосом произнес Вей Ин, прикрывая глаза, чтобы совладать с нахлынувшими на него эмоциями. – А-Сянь!– Воскликнула девушка и бросилась на шею к брату, прежде, чем ее заставили отстраниться. Она не выдержала слез.– А-Сянь, прости нас. Мы поступили ужасно. Мы не должны были лезть в твою душу. Но мы так испугались потерять тебя, что нам оставалось делать? Мы не видели другого выхода. А-Сянь... Вей У Сянь удивился, ведь это был первый раз, когда девушка поддалась порыву и эмоциям. Она всегда была очень тихой, и даже если ей очень хотелось, она все равно сдерживала свои чувства. Поэтому сейчас для него резкие объятия стали неожиданностью. Но это ни сколь не меняло того факта, что все самое сокровенное не просто стало известно, а было нагло разоблачено без его ведома и согласия. Пусть даже и во благо. От того, он не решился обнять сестру в ответ, лишь опустил голову и болезненно поморщился. – Ну и чего ты корчишь такое лицо? Не нравится, когда за твоей спиной спасают твою шкуру? Что-то, когда ты вырезал свое ядро, ты ни сколько не волновался о том, понравится мне это или нет.– Процедил Цзян Чен, раздражаясь от поведения брата. Он и без того понимал, что Вей У Сянь не будет рад от произошедшего. Его брат хранил и скрывал в себе очень многое, а теперь это было известно другим людям, что не очень-то было хорошо. Но сестра сейчас распиналась перед ним и плакала, а это значит он должен засунуть свою гордость куда-нибудь подальше, хотя бы до тех пор, пока она не успокоится. – А ты и не должен был этого знать! Что, понравилось увиденное? Доволен теперь, что все обо мне знаешь? Удовлетворил свою гордыню? Ах, или быть может наоборот недоволен? Какой-то сын слуги одарил его своим золотым ядром. Какое унижение ты поди испытываешь!– Не выдержал темный заклинатель, от чего весь гнев вылился на брата. – Ты... Ты... Вей У Сянь! Цзян Ваньинь был уже на грани призыва цзыдяня. Слова шисюна доводили до яростной дрожи, но он сдерживал себя из-за присутствия сестры. Он вообще не желал ссориться с братом. Не после увиденного, и уж точно не тогда, когда он ещё не оправился. Но Вей Ин словно специально выводил его из себя. – Глава ордена Цзян. Разрешите донести.– Послышалось из коридора, благодаря чему напряжение немного поутихло. Адепта ордена Юнь Мен Цзян впустили в комнату, и он, склонив руки в приветственном поклоне, обратился к Цзян Чену. – Ваши распоряжения о людях из клана Вэнь были выполнены, гора Луанъцзань была очищена от трупов, а глава ордена Не оповестил о проведении собрания кланов через три дня.– Четко и коротко проговорил заклинатель, после чего был отпущен. На совсем короткое время в комнате воцарилась тишина, которая вскоре прервалась шипением со стороны Вей У Сяня, что разгневанно смотрел на своего шиди. Цзинь Цзысюань испугался такой перемены и быстро протянул жену к себе, чтобы мужчина ненароком не задел ее. – Что ты сделал?– Спросил Вей Ин, еле держа себя в руках. Неужели Цзян Чен действительно поступил так? Пользуясь тем, что он без сознания, добрался до остатков людей из клана Вэнь и убил всех? Как он мог? И как вообще смог пройти через армию мертвецов, которую он специально оставил на стражу? – А что я сделал?– Будто не понимая о чем речь, ответил вопросом на вопрос глава ордена Цзян, чем вывел своего шисюна на крик. – Ты... Ты убил их всех? Как ты мог так поступить? Они же ни в чем не повинные люди! Воспользовался моей слабостью и решил делать все, что заблагорассудится? Да как ты... Его злостную тираду прервал звук резко открывающейся двери и возмущённый женский голос. – Чего ты разорался? Не успел очнуться, а уже вопит как не в себя! Ты, самонадеянный мальчишка, совсем ничему не учишься? Где все твои мозги?– Проговорила вошедшая Вэнь Цин, стремительно приблизившись к темному заклинателю и больно потянув его за ухо. – Ай, больно. Цин Цин, ну все, отпусти. Я больше не буду кричать. Отпусти.– Завопил Вей У Сянь и вся его злость будто бы испарилась. Девушка отпустила его ухо, которое мужчина непроизвольно потёр и даже досадливо всхлипнул. Но все это стало не важно, когда он полностью переключил взор на деву Вэнь. Она стояла перед ним живая, такая же строгая и гордая, и укоризненно на него смотрела. Ее обычное белое ханьфу с красными огнями на рукавах сменилось на пурпурное лекарское одеяние с вышитыми лотосами. Одежда и узоры прямо говорили о том, что она целитель ордена Юнь Мен Цзян. Вей У Сянь перевел не верящий взгляд на своего шиди, который фыркнул и отвернулся от него. Он явно был обижен услышанным, но не мешал воссоединению. – Дядя Цзян, Дядя Цзян.– Послышался детский голос где-то из коридора, а после на пороге появился трехлетний мальчик, который бросился к Цзян Ваньиню и тут же оказался у него в руках. – Чего бегаешь по коридорам?– Строго спросил Цзян Чен и тихонько стукнул ребенка по носу.– Ты ел локву? А ну-ка не трогай мое лицо своими липкими руками. Проворчал глава ордена Цзян, когда дитя хотело погладить дядю по щеке, чтобы тот не ругался. Ваньинь, смущённый, протянул мальчика к Вей Ину, который растерянно принял ребенка. Он все ещё не мог поверить, что сейчас перед ним был малыш А-Юань в клановых одеждах ордена Цзян и более того с колокольчиком ясности на поясе, который носят только члены семьи Цзян и их приближенные. Вей У Сянь крепко прижал к себе мальчика и глазами, полными счастья, слез и благодарности, посмотрел на брата. – Цзян Чен... – Замолчи! Не хочу слышать тебя, понял? Чтоб глаза мои тебя не видели! Паршивец.– Выругался Санду Шэншоу и вылетел из покоев, словно ошпаренный. А темный заклинатель не смог удержать чувств. Он был так счастлив и благодарен, что его шиди принял сестру Цин и малыша А-Юаня в орден, дал им такое хорошее место. Слезы сами просились наружу и мужчина дал им волю, все ещё прижимая дитя к себе. Теперь ему не придется бояться за них и переживать, что им нечего будет есть. Теперь у них будет достойный дом и место в этой жизни. Он безмерно рад. – Ну что ты сопли тут развел? А ну прекращай сырость разводить!– Обратилась к нему уже целительница ордена Цзян, отбирая ребенка.– Молодая госпожа Цзинь, могу я попросить вас подержать А-Юаня, пока осматриваю вашего бестолкового брата? Дева Цзян кивнула и расплылась в улыбке. Тяжесть в ее груди спала, стоило ей увидеть слезы счастья на глазах А-Сяня. Взяв мальчика на руки, они начали наблюдать за осмотром. Дева Вэнь проверила пульс, затянувшуюся рану, пустые меридианы, а после больно ущипнула того за руку. – Ай! За что? – За то, что не следишь ни за своими действиями, ни за словами! Тебе повезло, что глава ордена Цзян вовремя остановил твою кровь и быстро отдал лекарям. Если бы не он, ты бы уже был мертв! Но что я слышу, когда прихожу? Ничего не узнав, обвиняешь его в убийстве! Бесстыжий!– И на свою строгую тираду добавила шлепок по руке. – Цин Цин, я больше не буду. Я просто...– Вей Ин понурил голову и вытер оставшиеся слезы.– В нашу последнюю ссору он говорил, что лучше избавиться от вас, поэтому я и подумал... – Подумал он! Да ты вообще думать не умеешь. И уж лучше не пытайся! По приказу твоего любимого шиди всех наших людей поселили в одной из деревень на территориях Юньмэна, недалеко от Пристани Лотоса. Скрипя зубами, он даже Вэнь Нину разрешил остаться! Взял А-Юаня на обучение к себе в орден. Ты хоть в курсе, что он вызвался сам обучать его? Нет? А о чем ты тогда вообще в курсе? И если ничего не знаешь, какого черта вопишь? Целительница отчитывала его, совсем не беспокоясь о том, что позади стоял наследник ордена Цзинь и сестра пациента. А тем кажется было это даже в удовольствие. Для Цзысюаня праздное зрелище, а для его жены успокаивающее. Кажется, небо, что затянулось над ними грозовыми тучами, немного просветлело.