Единственная из рода...

Валентин Придд. Ротгер потребовал удалиться и плотно закрыл дверь. Время опять потянулось. Духота в жарко натопленной комнате давила, заставляя без того натянутые нервы звенеть. Я примостился на стул у окна и ждал. Через пять минут или пару часов, я не совсем понимал сколько времени прошло, входная дверь с грохотов распахнулась и внутрь влетел мой бывший однокорытник Арно Савиньяк. Я поднялся на встречу, он заметил моё движение и ринулся ко мне находу выхватывая шпагу и приставляя её ко моей шее. — Потрудитесь объясниться, граф, почему моя сестра почти при смерти?! — глаза Арно пылали дикой яростью, за которой скрывался всепоглощающий страх. Я не двинулся, лишь приподнял подбородок, сталь холодила шею. — Теньент Сэ! — грохнул сзади кто-то командным голосом — Прекратить! — И не подумаю! Я жду ответа, граф. — С недавних пор — герцог. — спокойно поправил я виконта. — Я предлагаю дождаться вице-адмирала, тогда я готов всё вам подробно рассказать. Но могу поклясться я не являюсь причиной болезни вашей сестры. Напротив, я постарался сделать всё, чтобы скорее доставить её к лекарю. Терпение не было сильной стороной виконта Сэ даже в Лаик, когда ни ему, ни его близким не грозила опасность, а сейчас Арно был готов взорваться. — Уберите шпагу, теньент, иначе я отправлю вас на гаупвахту! — я наконец разглядел того, кто пытался усмирить разошедшегося Савиньяка. Генерал был похож на Робера Эпинэ, только старше и не столь несчастный. Арно рыкнул, но шпагу убрал. — Представьтесь. — карие глаза генерала смотрела на меня неотрывно, за ним я заметил еще одного военного, бергера с льдистым внимательным взглядом. — Полковник Придд. По распоряжению Первого маршала Талига направлен в Северную армию. Полковник Гирке должен был вам доложить, что меня задержало здоровье графини Савиньяк, оберегать которую я поклялся лично герцогу Алве. — при этих словах я неосознанно подтянут вниз правый рукав мундира, скрывая брачный браслет, хотя его и так никто не мог видеть, он был надет гораздо выше запястья. — Полковник! — фыркнул Арно — ну надо же… С каких пор Рокэ стал раздавать чины паркетным шаркунам. — Виконт! — вновь шарахнул генерал. Арно только ещё раз фыркнул — Бумаги о вашем назначении? — похожий на Эпинэ протянул руку. — Простите, с кем имею честь, генерал? — Генерал Жермон Ариго, командующий авангардом Северной армии. — я кивнул и вытащил из внутреннего кармана мундира документы. — Патент и назначение. Письмо герцогу Ноймаринен я должен передать лично в руки. — Передадите. — ворчливо проговорил Ариго и развернул бумаги. — Что ж… похоже всё в полном порядке и присвоение звания, и назначение. Арно собирался вновь что-то сказать, но отворилась дверь и к нам вышел вице-адмирал. — Как вас много, однако. — устало заметил моряк. — Любезный, — он обратился к лекарю, который почти слился со стеной в своем собственно жилище — пару дней графиня проведет у вас, сейчас перемещать её опасно. Ей потребуются тинктуры для восполнения кровопотери и обычный укрепляющий отвар. — Будет сделано. — Если вернется лихорадка — обычные жаропонижающие тинктуры. — Что с ней? — Арно шагнул вперед, но вице-адмирал поднял руку прекращая все возможные вопросы — Не здесь. Главное её жизнь больше вне опасности. — Вальдес небрежно накинул плащ и поторопился к выходу — Теньент Сэ, полковник Придд прошу за мной. Никто и не думал останавливать ни Вальдеса, ни нас с Арно. Мы поспешно вышли на улицу, не оборачиваясь легкой походкой Бешенный направился к замку, что-то насвистывая. Я видел как виконт кипел изнутри, но не решался задать вопросы. В уютных покоях, в которые нас привел вице-адмирал было прохладней, чем в лекарской. Вальдес скинул плащ, достал три бокала и щедро плеснул касеры во все три. — Пейте! — виконт насупился -Поверь, Арно, тебе лучше выпить. — выдохнув сквозь зубы, младший Савиньяк одним махом опустошил бокал. Я помедлил, но проделал тоже самое. Вальдес уселся прямо на стол и, стянув с пальца перстень, подкинул его вверх, поймал, задумчиво покрутил в руках, а затем впился в меня таким взглядом, что я опять понял почему он именно Бешенный. — Рассказывайте, полковник, с самого начала, как так получилось, что Беатриса Савиньяк оказалась в Багерлее? — Что?! — Арно взвился, Ротгер поймал его за плечо и резко рванул назад, кинув крайне красноречивое «сядь!». Я начал свой рассказ с момента как столицу захватил Альдо. Как сам покинул Багерлее. Как вся столица судачила, что Савиньяк ушла с кэналлийцами, еще бы несовершеннолетняя девочка с отрядом головорезов. Рассказал про дуэль с Окделлом и что после смог добиться эксгумации останков родных и что именно тогда заметил Беатрис. Рассказывал свои мысли о штурме тюрьмы и надеялся на помощь Эпинэ, которую в итоге удалось получить. О Доре и суде над герцогом Алва. О затее отбить Первого маршала и забрать из столицы графиню. Рассказал про переговоры в Фебидах. И что после этого мы отправились в Лихтенбау. Говорил я долго, в это время Арно смотрел на меня с какой-то странной эмоцией. Когда я замолчал за окнами уже занимался серый зимний рассвет. — Ты говоришь, что Ричард заключил мою сестру в Багерлее? — подал голос Арно — Тот самый, который даже в Лаик играл в рыцаря? — В оправдание герцога Окделла могу сказать, что он был обманут Альдо Сэц-Приддом. Я видел рапорты о содержании графини в Багерлее, в них говорилось, что её содержат равно её положению в камере, в которой ранее содержалась королева Катарина Оллар. Ричард глуп и наивен, но он не садист. И как вы правильно заметили, виконт, насилие над женщиной ему претит. — Но он все-таки признал Алву виновным? — Признал. — Сэц-Придд? — в отличии от Арно Вальдес был куда внимательнее. — Верно. Принц Эркюль, сын королевы Бланш, был сыном Эктора Придда, а не Эрнани Последнего. В семейной библиотеке предостаточно писем истеричной королевы. Из семейных хроник следует, что Эктор Придд мечтал захватить власть, ему почти удалось, но тут вдруг отыскался Франциск, а затем и Рамиро Алва, которого Первый маршал Талигойи ненавидел чуть ли не сильнее, чем бергеры ненавидят дриксов. — Занятно. Вы знали это с самого начла, но не помешали воцарению своего родича. — Ротгер сузил глаза. — Вступать в открытую конфронтацию было не логично. Герцог Алва находился в Багерлее, вокруг недо-Ракана собралось полно подхалимов и трусов. Необходимо было оглядеться и понять, что можно сделать изнутри, чтобы пострадало как можно меньше невинных людей. — Какая удобная тактика. — прошипел Арно — Ты кормился с руки этой дряни, а теперь вроде как задумывал это с самого начала. Спрут одним словом! — Ваш друг Ричард Окделл ненавидит меня с тем же жаром, что и вы. — Может он и прав. Посмотрим как у тебя получиться извернуться в армии. — Прекратите! — Ротгер не повышал голос, но спорить расхотелось мигом — Герцог, зная Рокэ Алву достаточно давно и относительно хорошо, я могу предположить, что для вас стало крайне личным благополучие герцогини Беатрис. — Герцогини?! — Арно поднялся и положил руку на эфес шпаги. — Арно, сядь! — но тот остался стоять, лишь вскинул голову. — Вы правы. Меня и графину Савиньяк обвенчали в ту ночь, когда мы отбили герцога Алву. Графиня просила не распространять этот факт, я не смог ей отказать. Полагаю, герцог поступил так узнав затруднения графини… — Затруднения?! — Виконт Сэ, вашу сестру опорочил Альдо Сэц-Придд, пока та содержалась в Багерлее. — Ротгер говорил так, словно зачитывал морской устав, сухо и без эмоций. — Беатриса до последнего надеялась, что недомогания связаны с месячным пребыванием в холоде и недоедании. Но в Фебидах видимо поняла всю тщетность своих надежд и не придумала ничего лучше, как принять морисский порошок, который вызывает естественное отторжение. К сожалению, срок не позволил пройти этому безболезненно, что привело к такому вот состоянию. Я уверен Рокэ надеялся, что Беатриса будет не столь отчаянной в своей ненависти, но просчитался. — Странно такое слышать о Первом маршале — задумчиво проговорил я и перевел глаза на Арно. Виконт стоял будто сраженный фамильной молнией. Глаза его разом потухли, лицо посерело. — Герцог… — не глядя на меня глухо проговорил Арно — Каковы ваши намерения в отношении моей сестры? — Я клялся перед Создателем защищать её жизнь и честь. Беатриса не желает быть мне супругой — это её право. Но если у кого-то хватит смелости или дерзости уличить её в чем-то постыдном, я дам ей покровительство своей фамилией и титулом. — Благодарю. — словно кукла он вышел из покоев. Ротгер проводил его печальным взглядом. — Герцог, состояние Беатрисы не вызывает больше опасений. Но в дальнейшем… — он вздохнул — Боюсь, она не сможет подарить вам наследников. — Мне это совершенно без разницы. Помимо меня есть еще двое моих братьев, уверен у кого-нибудь получиться оставить наследников. — Вы любите её. — наконец-то улыбнулся Бешенный. — При всём уважении, вице-адмирал, мои чувства к этой девушке не являются сферой ваших интересов. — Вальдес присвистнул. — Я не хотел вас оскорбить, герцог. И… спасибо. Эта девочка дорога не только вам. Я поднялся, поклонился и вышел, впереди ещё был разговор с Ноймариненом, а мне хотелось только упасть и проспать пару Кругов. Ротгер Вальдес. Рокэ нужно расстрелять, утопить, закопать, откопать обратно и вздернуть вверх ногами! Неужели не мог просчитать, что эта сумасшедшая выкинет?! Можно было потребовать от Придда доставить её в Ноймар, оттуда в Хексбрег, если уж меня тут бы не оказалась, а там мы бы придумали, что делать. В конце концов старая добрая Доротея бы помогла если уж не разродиться, то избавиться от нежеланного плода. А что на счет чести девушки, так это ещё решили по дороге в Кэналлоа. Как сказала сама Беатриса, я достаточно Бешенный, чтобы на ней жениться. А чтобы совсем не было вопросов, даже браслетами обменялись. Внутри меня всё кипело от злости, пока я считал капли до одури удушающей настойки. Беатриса метаться перестала, только иногда с губ срывался еле слышный вздох. Кары на голову дурехи я не позволял себе призывать даже мысленно, дабы не гневить Создателя. Леворукий упаси, приберет ещё. Но это же надо быть такой оголтелой! Как ей удалось обвести вокруг пальца прислугу в Лихтене не понятно, но если ни Придд, никто из местных дворовых не заметил перепачканных простыней и полотенец, то кто-то красавице явно помогал. Кто-то идейный… С лиловыми вроде как прибыла какая-то девчушка, вот пожалуй и ответ. Закончив считать удушающее зелье, я влил его Беатрисе, та дернулась, ещё бы, мало того что, запах может быка свалить, так ещё и настояно на самой злой касере. Ничего, в следующий раз думать будет… Я вздохнул… а будет он, следующий раз? Из соседней комнаты слышались голоса, там явно кто-то с кем-то разбирался. Я узнал голос Арно, ну тут понятно, юный мститель будет отстаивать честь сестры. Надо бы чтобы эти двое успокоились и не хватались за шпаги. Разговор занял добрые полночи. Когда Придд откланялся, за окном уже посерело. С одной стороны спать смысла не было никакого, с другой — я нуждался в отдыхе. Не спать сутками не проблема для любого моряка, если попал в шторм, который тебя пару дней шпыняет с волны на волну особенно не поспишь, но я чувствовал, что устал. Не физически. Морально. Ещё год назад в гостиной замка Сэ милая Трис улыбалась, протягивая руку для поцелуя и казалась очаровательной, но совершенно маленькой девочкой. В гнезде на Астере, перед тем как налетел шторм она хохотала, будто ей не больше пяти, она восторженно носилась по палубе и задавала миллион вопросов, совершенно позабыв и свой холодный нрав и дворянские манеры. Год назад Рокэ был злее всех Тварей заката на меня и Беатрис, за наш побег на Марикьяру, но потом беззаботно смеялся, глядя на Трис, что как багряноземельская обезьяна влезала по мачтам. А ведь он что-то подозревал. Он хотел забрать Беатрису ближе к себе, к Лионелю и Эмилю, в ненавистную столицу, чтобы не упустить, не проглядеть. Проглядел таки. И всё полетело в закат! Короля низверги, Рокэ в Багерлее, а беззаботная когда-то Беатриса на узкой больничной койке. Я со злостью рванул мундир и отправился спать. Через сутки, обсудив всех Раканов, выходцев, гоганов и прочее прочее, я отправился к Беатрис. В том, что молодое тело справиться я был уверен полностью, яд морисского порошка я нейтрализовал, с остальным должны были помочь обычные тинктуры. Возле Бестрис нашелся Арно. Сама девочка спала. — Она недавно уснула. — прошептал виконт. Случившееся сильно повлияло на теньента Сэ. Арно был всегда нечто средним между Эмилем и Лионелем. Ли я знал гораздо лучше и для меня он был в разы понятнее, чтобы не говорили о моей неустойчивой натуре, Эмиль был слишком порывист. Но сейчас в глазах Арно начали появляться ледяные искры, которые могут выстудить горячее море карих южных глаз. Сам виконт выглядел так, будто был у постели неизлечимо больной сестры и каждый миг мог быть последним. — Уснула — это хорошо. Ты давно здесь? — Давно. Хотел поговорить с ней. — Удалось? — Я не Лионель и не Рокэ! — огрызнулся Малыш — Она подтвердила брак с Приддом и заключение в Багрелее. Сказала, что Окделл ведет себя странно. На этом всё. — А что ты надеялся ещё услышать? — Не знаю… — Арно, ты спал с её появления в Ноймаре? — У меня не получается. — Значит придется напоить тебя касерой. Найди Фельсенбурга и идите ко мне. Я скоро буду. — Не буди её, пожалуйста. — Арно вышел, прикрыв дверь. Я вслушался в шаги и только потом обратился к Беатрис. — Он ушел, можешь не изображать из себя ветошь. — та открыла уставшие глаза. — И что это было? — Мне тяжело смотреть ему в глаза и видеть, как он превращается в Ли. Ещё пару потрясений и он станет даже злее и упертей старшего-старшего. Многовато для Талига двух озверелых Савиньяков. — Как самочувствие? — Жива. Спасибо тебе за это. — Пожалуйста. А теперь поговорим. — я закинул ногу на ногу — Каких кошек, Беатриса?! Где ты вообще достала эту морисскую дрянь?! — Я говорила тебе вчера, в Олларии. У Сантьяго. — Да простит меня Хуан, но я пристрелю его брата! Зачем ты это сделала? — Поняла, что просчиталась. Решила не тянуть. — А надо было потянуть. — Чтобы что? Чтобы было совсем поздно? А потом бы я героически умерла в родах, принеся себя в жерту этому ублюдку?! — Этого никто не знает. — Брось, Ротгер. То, что мне крайне трудно будет произвести дитя на свет меня просветил лекарь ещё в Сэ. И если уж делать такую ставку, то не ради этого отродья. — Ты выросла… — Мне пришлось. Оллария на редкость мерзкое место, а Ракана — и вовсе сточная канава. Но с волками жить, по волчьи выть. — Ноймарам не скажи, обидятся. — Ты сможешь забрать меня в Хексберг? Я не выдержу находится так часто рядом с герцогиней. Одно её «ох, Трисси, как ты нас напугала, я сейчас же напишу Арлине, что с тобой все хорошо». Зубы сводит. — Заберу. Даже если с боем. Только, Беатриса, больше никакой самодеятельности! Я не Рокэ, прощать тебе любые твои капризы я не буду. — хм… да уж, этот меня больше всех балует! — Трис, а кто во всё виноват? — Я знаю, что я сама виновата во всём, Ротгер! Знаю! Я отослала Хуана, я напала на белоштанную мразь, я молчала в Багерлее. Но это не значит, что меня можно как вещь отдать кому-то лишь бы сбыть с рук и прикрыть мои грехи. — Выросла, но не повзрослела. — я аккуратно убрал черную прядь — Я и сам вчера злился и призывал на голову Россио небесные кары, но потом здраво рассудил, он нашел лучший способ. Он выдал тебя замуж за человека, который не побоялся рискнуть всем ради своей страны. Человеку, который на балагане под названием суд открыто плюнул всем придворным уродам в лицо, отказав признавать сфабрикованную вину. Человеку, который позаботился о тебе дважды, вытащив тебя из Багерлее и из Раканы. Рокэ выдал тебя за мужчину, который не лишен благородства и который тебя по-настоящиму любит. И который, в отличии от меня, каким бы Бешенным я не был, готов терпеть все твои выходки. Одно то, что он смог довезти тебя сюда, неплохое тому доказательство. — Придд достоин лучшего. — В понимании Рокэ он его облагодетельствовал сверх меры. — И все равно я не могу ему этого простить. — Лучше постарайся, дела скверные и как долго Алва будет лететь против ветра один Леворукий знает. — Поэтому твои девочки так кричат? — Ты слышишь их? — Впервы я услышала их в Доре. Они постоянно кричат на старогальтарском proditor и impostor . — Даже так? — я смотрел на девушку на узкой кровати и понимал, что в ней просыпаются какие-то очень странные силы. Беатриса смотрела на меня озадаченно — Я слышу только их плач, Беатрис. Только плач.