Часть 8
13 июня 2023 г., 17:58
Последняя чистая рубашка была пропитана кровью. Гарри сжимал ее на коленях.
— У меня больше нет чистой одежды, — сказал он.
Жан обнимал его. Холодные руки липли к дряблой коже.
— В чем мне идти домой? — отрешенно спрашивал Гарри.
— У меня есть футболка.
В душевой раздавалась капель.
— Я так и не вытащил белье из машинки, — вспомнил Гарри. — Оно, наверное, плесенью покрылось.
Приятно, когда тебя обнимают. Здорово, когда о тебе беспокоятся. Жан пах одеколоном и сигаретами. Он сильный, его объятья крепкие, заботливые. Жан глубоко дышит.
— Тебе выдадут новую форму, — говорит он.
«Я не буду плакать», — сказал себе Гарри.
Он уперся лбом в плечо Жана, и горячие слезы покатились по щекам.
— Тише, — прошептал Викмар. — Ты не виноват.
Пойдем ко мне, предлагает он, у меня есть пиво.
— Она смотрела мне в душу, — говорит Гарри сквозь слезы.
Такое часто происходит на их работе. Жан гладит голую спину, мокрую после душа. Его дыхание обжигает висок. Гарри закрывает уставшие глаза.
— Пошли ко мне, — повторяет Жан. — Выпьем пива и выспимся.
Он убирает руки, чтобы достать футболку.
В раздевалке только они вдвоем. Душ протекает. Капли разбиваются об кафель с противным монотонным шлепком. Если сейчас кто-нибудь войдет, то увидит на скамье растолстевшего мужика с красными от слез глазами.
— Одевайся, — Жан протягивает черную футболку.
От нее пахнет одеколоном, потом и сигаретами. Так пахнет Жан Викмар. Гарри заливается слезами, уткнувшись в нее. Он не достоин любви, его не должны поддерживать, он делает только неправильные решения, разрушает жизни и калечит людей. Он худший работник РГМ. Не понятно, как он продержался так долго.
— Давай, Гарри, оденься, — Жан гладит его по волосам.
Они долго смотрят друг на друга.
— Я хочу умереть, — говорит Гарри.
— Я тоже, — отвечает Жан.
Я хочу умереть и ничего не чувствовать, уточняет Гарри. Я хочу, чтобы все прекратилось.
Жан молчит. На нем джинсы и летняя рубашка РГМ. Он очень красив. Рядом с ним Гарри чувствует себя убогим.
— Помнишь, как на наших глазах спрыгнул подросток? — спрашивает Жан.
Гарри качает головой. Нет, не помню.
— Я не спал неделю, — продолжает Жан.
— А что делал я?
— Пил.
«Ты оставил меня одного», — вот что хочет сказать Жан.
Его квартира маленькая и пустая. Кухня совсем крошечная. Раскладной диван, телевизор, стол — Жан решил для себя, что останется холостяком. Гарри впервые у него в гостях после амнезии. Он спрашивает, где вся мебель.
— Мне этого достаточно, — отвечает Жан.
— Где я буду спать?
— На диване.
— А ты?
Жан устало трет глаза.
— Это двухместный диван.
— Спать вместе так по-гейски, — зачем-то говорит Гарри. Такое у него проклятье — говорить все, что приходит в голову.
— Тогда я постелю тебе на полу, — Жан протягивает ему банку.
По телевизору показывают шоу, где за ширмой сидят три девушки, а мужчина должен выбрать одну, которая больше понравится. Он оценивает их голос, как они отвечают на вопросы, типа «Тебе важно, чтобы мужчина много зарабатывал?»
Чтобы ты обратила внимание на мужчину, что он должен тебе подарить?
Ты любишь роскошь и комфорт?
В целом, хорошее шоу, но глупое. Конечно же, сценаристы специально прописали роль каждой девушки, чтобы одна была бескорыстной, другую интересовали только деньги, а третья попросту дурнушка. Никто не находит любовь в таких передачах. Было бы наивно верить, что мужчина влюбится в один только голос.
«Я хочу трахаться», — подумал Гарри, рассматривая бедра одной из девушек.
Шутки ведущего построены на каламбурах. Слушать их неприятно и больно.
— Я забрал дневник Эдит Таумбаум, — неожиданно сказал Жан.
Он смотрит в экран, его взгляд мягкий и печальный.
— Хочешь почитать?
В радиорубке они нашли картонную коробку, доверху заполненную кассетами и катушками ленты. А также листы с записями, книгу «Куда мы отправляется после смерти», дневник и рабочий пропуск на имя Эдит Таумбаум.
Жан протягивает улику. Блокнот с линованными листами, обложка обтянута кожей. Блокнот распух от исписанных страниц. Гарри открывает его и видит дату: 11 марта 51 год. Горло сжалось.
Первые записи датированы летом прошлого года. В них девушка жаловалась на работу. Начальник придирался. Сосед по лестничной клетке приставал к ней каждый раз, когда она возвращалась домой. Мать издевалась над ней за то, что Эдит одинокая. В начале августа умерла ее кошка. Страницы сочились усталостью, отчаянием, одиночеством и ненавистью.
— Ты это читал? — спросил Гарри.
— До середины.
Запись за пятое сентября: «Записалась на групповую психотерапию. Не хватает денег на врача, приходится идти на бесплатную группу. Наверное, там будут одни наркоманы и зеки, нормальные же не ходят на такие собрания, а только маргиналы. На работе ходили в новую булочную. Все очень дорогое, мне хватило только на чай. Я сказала, что села на диету».
Следующая запись за шестнадцатое число того же месяца: «Сегодня мы разбирали архив десятого года, когда к нам зашел Джек Ален. Я так переволновалась, что ничего не смогла сказать. Лори с ним заигрывала, и это выглядело жалко. Боже, на какой стыд иногда идут девушки, чтобы их заметила знаменитость. Джек очарователен! Он сказал, что ему нужен список хитов за вторую половину двадцатых. Это для новой рубрики их программы. Он решил сделать что-то типа ностальгической подборки, чтобы привлечь аудиторию людей постарше. А потом он подмигнул нам и ушел. Какой же он харизматичный».
Жан лежал на диване, подогнув колени так, что упирался ими в бока Гарри. Его клонило в сон.
Запись за двадцать девятое сентября: «Сегодня была на групповой психотерапии во второй раз, и туда пришел Джек Ален! Я так хотела рассказать, как меня заебали претензии матери, но я жутко смутилась. После группы Джек сказал, что помнит меня, я та самая работница архива. Меня до сих пор трясет».
Запись за октябрь: «На работе мы с Джеком делаем вид, что не знакомы, но подмигиваем друг другу, когда встречаемся в коридоре. Джек такой милый! Так странно слушать его на группе. В жизни он совсем другой, он приветливый и харизматичный, а группе он рассказывает, как не может отпустить смерть кого-то из своих друзей. Он не говорит, кого именно. Еще на группу ходит один мужчина, его зовут Итан. Ему сорок четыре, и у него совсем никого не осталось, ни родных, ни друзей. Он занимается ловлей рыбы. Блин, вот бы покататься на его лодке».
— Она могла бы нам столько рассказать, — Гарри вспомнил огромные глаза, уставленные на него.
Жан не ответил. Гарри посмотрел на него — Жан Викмар, измученный ночным дежурством и утомленный алкоголем, спал. Наконец-то, спокойный, расслабленный, глубокие морщины на переносице разгладились. Он красив.
Стемнело. Началась другая передача, шоу, где люди отгадывали правильные варианты ответов. Им задавали вопрос, и участники должны были предложить самые распространенные ответы. Две команды по четыре человека, отвечают по очереди. Яркое шумное шоу, отвлекает от будничных проблем, в нем люди похожи на обычных прохожих, но это актеры. По телевизору все не настоящее. эмоции прописаны в сценарии. Утопия для рабочего класса.
Гарри выключил телевизор, нашел в шкафу плед и, укрывшись им, уснул на полу.
