Глава 5. Общее дело у нас, сообща мы его и обсудим.
4 августа 2023 г., 21:39
Can we live a real life? A real life; and do we even know what that means? Can we live a real life; and know people outside machines? Can we live a real life between the devil and the digital sea?
Greek Fire, "A Real Life"
Кастер села ровно и сложила руки на груди, она казалась одновременно надменной и искренне оскорблённой. Чтобы это продемонстрировать был нужен немалый опыт, если учесть, что она занимала потрёпанное офисное кресло, когда-то давно утащенное из офиса какой-то корпы, и в таком человеку тяжело даже просто не выглядеть нелепо. Однако она неизвестным образом ухитрялась занимать его с величественным видом. Оглядев всех ещё раз, Медея повторила: — Нет. Я отказываюсь. Янг тяжело вздохнул. Вечер так хорошо начинался: они обсудили план будущего налёта, Кастер не стала строить из себя утончённую госпожу, а наоборот, предложила свой вариант действий, хотя и откровенно безумный, но в случае успеха он позволит серьёзно сэкономить на подготовке к операции. А ведь Лоу уже собирался поставить на этот шанс награду от фиксера и все накопленные за несколько последних заказов деньги. Но теперь, если она не преувеличивает свои возможности, можно будет использовать совершенно нестандартный подход к делу, такого никто и не ждёт, меньше будут шансы попасться или влететь в разборки с копами. В общем, перспективы у них появились замечательные, разговор свернул к мелочам, вроде подготовки Медеи к (почти) легальному существованию в Найт-сити, и тут вдруг она решила покапризничать. — Это не самое лучшее решение, если ты хочешь остаться в городе надолго. Даже в любом другом городе или штате, — попытался давить на логику Артур. — Пусть не кибероптика, но хотя бы базовая операционка, личный порт и СИД, необходимые просто для повседневной жизни в городе: для доступа к сети, взаимодействия с транспортом, оружием, техникой. В конце концов, для идентификации личности. Уже много лет как нельзя просто отпечатать на принтере водительские права или паспорт на случайное имя и тыкать этим в лицо копам. Даже фальшивые документы должны быть цифровыми. — Мозг — то, что связывает вместе сознание, душу и тело человека. А значит, его состояние прямо влияет и на магические способности, — холодно произнесла Кастер. Могло показаться, или на стенах правда показалась изморозь? — Мне не нужны «более совершенные» руки или глаза и уж точно я не позволю ни одному недоучке, возомнившему себя Асклепием, лезть ко мне в голову своими грязными руками. — Если твоя «магия» тоже работает за счёт мозгов, хром мог бы сделать и её намного эффективнее, — попыталась вмешаться в спор Крис. — Так же как импланты улучшают память или способности к вычислениям. — Если бы ваши мясники имели хотя бы малую толику понимания, как тело и мозг взаимодействуют с магической частью души, за мной уже давно бы явился отряд Магической Ассоциации из десятка киборгов со способностями к колдовству, превосходящими даже мои. Если бы всё решали только деньги, необходимые на исследования и переделку себя в машину, ради большей силы они бы охотно на это пошли и довели до полного абсурда, — добавила волшебница презрительно. Представители Ассоциации из двадцать первого века понимали свой «путь магии» невероятно странным и где-то даже оскорбительным для неё образом. — Но очевидно, что эту взаимосвязь нащупать и поставить на поток не сумели. И я подопытной для подобных экспериментов тоже становиться не собираюсь. Да и вам вряд ли вместо сильной и одарённой чародейки нужна будет ещё одна посредственная наёмница. Всё-таки не каждый же человек на улице у вас ходит с железом в голове, должны быть исключения. Из любого правила есть исключения, мне ли этого не знать. — Исключения есть, — признал Янг, встав с дивана и пройдясь по комнате в раздумьях. Покосился на всё ещё висящие на мониторе у Артура черновики их плана. Без Кастер всё это можно удалять и начинать заново. — Всё же никто не рождается с хромом, если только не верить упоротым байкам кочевников, про «городских», будто бы их отрезают от пуповины и сразу втыкают в розетку… Проблема в том, что эти исключения не очень бьются с твоей легендой, — он начал отгибать пальцы на левой руке: — Маленькие дети, фанатичные буддисты, отбитые сектанты вроде амишей и неолуддитов, отдельные неудачники, организм которых полностью отторгает хром и иммуносупрессоры, как этот, не помню как его, был там один известный учёный или эколог лет пятьдесят назад. Да чёрт с ним… Суть же в том, что такие люди обычно не идут в наёмники, и тем более — не делают этого в Найт-сити. Потому тебе нужен хром, если хочешь, чтобы твоя легенда хоть отдалённо походила правду. — Я могу создать иллюзию, — предложила Кастер, указав на металлические части по бокам головы у Артура, затем пальцем откинув в сторону косу и коснувшись своего виска. — Не взлетит, — быстро перебила её Кирстен. — В городе сканеров дохера, а в центре вообще на каждом перекрёстке, кто-то быстро заметит, что на самом деле у тебя нет хрома. А если ты при этом опять будешь закрываться от пуль из револьвера рукавом или что-то подобное вытворять, то к нам появятся вопросы. Чё-то я сомневаюсь, что твоё колдовство умеет обманывать радары микроволнового диапазона. Так что хотя бы самый минимум… — Вообще есть один вариант, — начал Артур прежде, чем Медея снова резко отказалась. — Закосить под соло из Европы. В ЕЭС хром в целом не очень котируется, они предпочитают прокачивать себя биомодами. Дополнительные мышцы, изменённая кожа, вживлённые железы с ядом и всё в таком духе. Они в целом не такие мощные, как нормальные импланты, но и засечь такое со стороны куда труднее, а обслуживание проводить проще. Вполне рабочий вариант, даже акцент имитировать не придётся — Кастер и без того по манере речи невозможно принять за местную. — Но что соло из Евросоюза могла забыть в моей команде? — удивился Лоу. — А это никого ебать не должно, — грубо ответила Крис. — Где была — там уже нет, заблудилась, потерялась, сбежала от кого-то. Как и все мы. Арти вон тоже первый месяц ходил и пялился на склады и промзоны, типа никогда из окна своего небоскрёба их вблизи не видел… Но я остаюсь при своём мнении: если хочешь чего-то стоить в этом городе, тебе нужен приличный хром. — Я приму это к сведению… — подчёркнуто вежливо ответила Кастер. Затем обратилась к Янг-Джину. — Хотя у меня есть встречное предложение. Мастер, если ты хочешь увеличить свои шансы победить в бою и остаться невредимым, я бы предложила усилить тебя. Даже без зелий, я чарами могу ненадолго сделать воина быстрее, сильнее, крепче в десятки раз. Тот очень быстрый и живучий боец «Кан тао», что уклонялся от наших выстрелов — тебе не составило бы труда перехватить его в момент атаки и победить даже голыми руками. — Звучит круто. Как эффект боевых стимуляторов, только ещё в квадрате, — с энтузиазмом отозвался Янг. Нынешняя команда не могла позволить себе такую роскошь, но в прошлом отряде они армейской химией иногда пользовались. — И в чём подвох? Почему ты это не сделала прямо там или во время замеса с Мальстрёмом? Нужно подписать отдельный договор? — Я уже озвучивала своё мнение о бумажных договорах. Нет, чтобы наложить эти чары, твоё тело должно быть человеческим на сто процентов. Никаких искусственных мышц и десятка компьютеров внутри, иначе они просто сгорят от перегрузки, пытаясь угнаться за твоей скоростью. Если восстановить тебе сначала лицо, руку, глаза и всё остальное, то мы могли бы попробовать, — предложила Медея. С её точки зрения только дурак откажется от такого шанса. — Ты сумел бы ладонью отбивать мечи и проламывать стены, и это вовсе без каких-либо «имплантов». — Яджи, не ведись на эту разводку, — сразу возмутилась Кирстен. — Не уверен, что такой обмен будет выгодным, шеф, — засомневался и Артур. — Я… подумаю над этим предложением, — Лоу не стал сразу говорить «нет», скорее перефразировал ответ Кастер недавно. Он всерьёз сомневался, что отказ от давно привычного компенсатора отдачи и баллистического компьютера стоят мутного шанса, что некое колдовство сделает его равным по силе хромированному солдату корпы с Сандевистаном профессиональной модели. — Ну а пока, раз мы всё-таки решили, как это дело провернём, всё равно нужно обеспечить Кастер хотя бы минимум нормального взаимодействия с обществом. Чтобы просто на такси проехать или в магазине пушку себе купить. Иначе говоря, нам понадобится то, что носят с собой дети и монахи. — Чего? — Кирстен застыла на месте, в самом деле задумавшись над этой «загадкой». — Нормальный телефон и AR-гарнитура. Как ещё ты будешь хотя бы принимать звонки и переводить деньги, не имея кибероптики? — Янг постучал себя по брови над глазом. — Собирайся, Кастер, пройдёмся, заодно увидишь ночной «Кабуки». Визит к риперу отменяется пока, но нам всё равно стоит посетить рынок. Возьми оружие и свои магические штуки: это за несколько станций на метро отсюда, на нас вполне могут напасть по пути… Арти, пока накидай список, какое железо тебе понадобится на апгрейд срочно, и одолжи Кастер свою взломанную транспортную карту. — Ты извини, что Крис так напирает на эту тему, — сказал Лоу, когда они поднялись от станции метро и вышли на улицы в центре Уотсона. Как ни странно, в полупустом вагоне за недолгую поездку на них никто не попытался напасть. Там хватало мутных личностей, но очевидно никто из них не был настолько пьян или под кайфом, чтобы лезть с заточкой на пару вооружённых наёмников. — Просто она выросла в таких условиях, где свой и чужой хром определяет для людей всё: статус, богатство, силу. Ей тяжело понять, что кто-то может думать по-другому. — Мне столь же тяжело видеть, насколько можно не ценить собственное тело и разум. Но по-своему мило, что она так верна своим убеждениям, — ответила Кастер, изучая район, в котором она оказалась впервые. В отличие от Джапан-тауна, где был довольно чётко выдержан общий японский стиль, Кабуки выглядел скорее абстрактно «восточным». В лавках на первых этажах зданий легко могли сочетаться китайский орнамент, вывеска на корейском, индийская музыка и ассортимент малазийской электроники, беспардонно копирующей новейшие тайваньские бренды. Голограммы над небольшими клиниками обещали на десятках разных языков новую внешность и новую жизнь практически даром. Янг отлично знал, что визит туда всегда будет той ещё русской рулеткой, причём с «Бурей», заряженной бронебойными флешеттами: можно за сотню эдди получить премиальный хром, только вчера утащенный наёмниками со складов какой-нибудь корпы, а можно отойти от наркоза, раскиданным по пяти мусорным мешкам в разных районах города. Второй вариант стабильно обеспечивал фиксеров и наёмников Найт-сити заказами на поиски исчезнувших без следа людей, либо на устранение тех, от кого пациенты уходят по частям. — Нам сюда, — сказал Янг, указав на широкую улицу, проезд на которую был перекрыт железобетонными блоками с проходами между ними. Здесь тоже было множество лавок слева и справа, но и помимо них сотни человек продавали свои товары со складных прилавков, из недр неведомо как запаркованных внутри грузовиков, просто разложив всё на листах картона или плёнке. Ценник легко мог оказаться написан на бумаге от руки или являться мутной расфокусированной голограммой, столь же разнообразным был и ассортимент: от высокотехнологичных патронов к смартганам в снаряженных кассетах и ещё официально не выпущенных в продажу брейндансов до самопального алкоголя и допотопных автомобильных движков на водороде. И разумеется самые разнообразные импланты и стволы на любой вкус: японские, американские, советские… — Самый большой серый и чёрный рынок на западном побережье, — не без лёгкой гордости произнёс Янг. — Говорят, в Штатах только в Нью-Йорке есть многоэтажный мегабазар покруче этого, и то я сомневаюсь. Здесь мы… — А с этим бродягой что произошло? Янг обернулся и заметил, что Кастер отстала и теперь стоит у бетонной скамьи, вмурованной в тротуар неподалёку от входа на рынок. Там сидел оборванного вида человек в растянутой футболке неопознаваемой рок-группы и грязных выцветших шортах, его лицо закрывала исцарапанная ярко-зелёная коробка обруча для брейнданса очень древней модели. Парень, возраст которого сложно было определить из-за громоздкой гарнитуры на голове, слегка подёргивался в электронном трансе, но и только: стоящую рядом женщину с кинжалом на поясе он в своём нынешнем состоянии заметить не мог. — Всего лишь брейновый торчок, ничего особенного, — отмахнулся Лоу. — Таких здесь в Уотсоне навалом. — Кто? — переспросила Медея без какого-либо понимания. — Ну, наркоман… Только обычно они долбят «блестяшки», «стим» или «стекло», а такие как этот разжижают себе мозги напрямую. — «Разжижают себе мозги»? — Ну не в прямом смысле, — признал Янг. Кастер явно заинтересовало непонятное ей явление, так что придётся удовлетворить любопытство. Это ведь тоже часть их договора. — Брейндансы это… как объяснить проще? Обычный фильм воздействует только на зрение и слух. А есть технология, которая позволяет записывать на диск вообще всё, что было у человека в голове: пять чувств одновременно, плюс мысли, эмоции, ощущения, переживания. Один человек их сохраняет, а потом другой может проиграть, с помощью вот таких очков войдя в транс. Ты будто становишься на время тем, кто писал брейн: чувствуешь вкусы, запахи, даже прикосновение, боль от пыток или оргазм… Тем более если это не сырой вирт, только из головы, а профессиональная запись, то её обрабатывают редакторы: убирают лишние мысли, усиливают эмоции, делают восприятие ярче. Когда смотришь приключения какого-нибудь супер-ниндзя из «Арасаки», то там в записи даже песок под ногами хрустит выразительнее, а вспышки от гранат кажутся в три раза больше настоящих. — Интересно. Я могу сделать с человеком нечто подобное, погрузив в свои или его собственные иллюзии, но тяжело представить того, кто захочет сделать это сам, — задумчиво произнесла Кастер, ещё раз оглядев человека на скамье. — И я пока всё ещё не вижу причин называть любителя таких «фильмов» наркоманом. Странно лишь, что он решил смотреть их прямо посреди улицы, словно тут нет других людей. — Одно связано с другим. Понимаешь, брейнданс бьёт по чувствам куда мощнее, чем кино или даже игры в виртуале. И многие этого не выдерживают. Когда мир вокруг состоит лишь из говна и ржавчины, легко найдётся человек, который будет раз за разом крутить в голове один и тот же брейн. Например, где он — отвязный рокербой, который нюхает килограммы кокса с сисек своих поклонниц; глава штурмового отряда «Милитеха», с ховерпанцера как в тире расстреливающий перепуганных разбегающихся повстанцев; любовница важного корпората из «Биотехники», которой он купил личный особняк в Норт-Оук с толпой андроидов-слуг, деревянными полами и забитым натуральными продуктами холодильником… — припомнил Янг несколько последних модных брейндансов, о которых треплются в сети. — Многие проигрывают эти фантазии бесконечно на повторе, отключаясь лишь отлить и закинуть в глотку сухой суп одним куском, так что однажды перестают осознавать: где их настоящая жизнь, а где — ночной кошмар с фонящей водой в кране и пищевой пастой из перемолотых опарышей. Этот явно из тех, кому брейн уже заменил всё. Таких и называют безнадёжными торчками. — Да уж… Уже после моей эпохи римляне придумали фразу о хлебе и зрелищах. Люди этого века довели зрелища до такого совершенства, что и хлеб стал почти не нужен. Но ведь с точки зрения корпораций такой человек для них бесполезен, — попыталась Кастер рассуждать в реалиях этого века. — Если он не может даже работать на них, чтобы покупать у них же себе новые записи, если он лишь сутками слушает одну «мелодию» у себя в голове. — А кому не похер, кроме Мусорщиков, что такие растения подбирают с улиц? Корпам, правительству? Если на пять человек, работающих хоть где-то и спускающих все эдди на новый брейн, один превратится в овощ, это всё равно выгодно. Какой-нибудь мудила-продюсер из «Дайвёрс Медиа» скажет, что эти люди не вписались в аудиторию. А я скажу, что брейнданс, в отличие от тяжелой синтетики, зависимость с одной дозы не вызывает, на них нельзя подсесть случайно. Если ты долбишь эту дрянь день за днём, то никто другой в том не виноват. Так что я их не жалею. — И тем не менее, печальное открытие. Хотя, без сомнения, не последнее. Идём. Потребовалось несколько минут, чтобы среди рядов с самым странным товаром отыскать прилавок, заполненный очками весьма странного вида. Некоторые выглядели почти нормальными, вполне уместными на человеке начала двадцать первого века, другие же представляли собой нечто, больше похожее на воинский шлем с глухим непрозрачным забралом. Торговец с металлическими руками и неподвижной пластиковой маской на месте лица лишь молча взглянул на потенциальных покупателей, не пытаясь расхваливать свой товар. — Экран дополненной реальности даст тебе необходимый интерфейс, — начал объяснять Янг. — Возможность видеть указатели, прокладывать маршрут, переводить надписи и даже речь на других языках, получать из сети информацию о людях, заведениях, незнакомом оружии или технике. Перекидывать файлы и деньги. Это просто необходимый минимум. — Поверю на слово, пока не разберусь сама. Но стоило ли тратить на это время? Плачу всё равно не я, так что смогла бы работать и с теми очками, которые ты выберешь сам. — На самом деле прийти стоило. Знаешь, киберпанков, «бегущих по краю», многие называют позёрами и выпендрёжниками, но это часть нашей жизни, — серьёзным тоном произнёс Лоу. — По-моему, даже Бестия говорила в одном интервью, что ты конечно крут, если можешь один из засады перестрелять всю группу захвата «Арасаки»… Но вот если ты вломишься в их ряды с двумя навороченными пистолетами и в плаще поверх любимой футболки вместо брони, а потом сможешь выжить — то на улицах о тебе будут говорить совсем по-другому. Человека делают легендой поступки, но яркость этой легенде всегда придаёт стиль. Ты неплохо ухватила эту тему со своим нарядом и ножом, испортить такой образ неудачным элементом было бы обидно. — Можешь не объяснять, — слабо взмахнула рукой Кастер. — Я с несколькими десятками таких «легенд» месяцами делила одну палубу. Насмотрелась на всю жизнь и на несколько последующих. Похвальба, у кого искуснее выкован щит или больше требуется мужей, чтобы натянуть его лук — я уже видела всё это. История вновь сделала полный круг, а Уроборос укусил себя за хвост. Но раз уж для вас это так важно, я подойду к выбору серьёзнее. — Тем более что у тебя могут быть…необычные предпочтения, — намекнул Янг на её магию, которая может ставить ещё какие-то странные условия, как с хромом. — Хм, а вот в этих какой смысл? — спросила Кастер, поднимая две толстые панели из чёрного полиуглерода, скреплённые под небольшим углом, чтобы создавать своеобразный клюв. — Если через них ничего не видно. — Внутри — экраны, а снаружи — с десяток разнесённых камер. Они постоянно снимают всё вокруг и собирают общую картинку для пользователя с необходимыми дополнениями. — Так и чем это лучше электронных глаз? Если ты всё равно постоянно видишь искусственное изображение. Нет, если уж делать выбор, то лучше вот это… — она взяла с прилавка более простые очки, выглядящие как широкая пластина из фиолетового полупрозрачного пластика. Сама поверхность, похожая на толстое стекло, представляла собой экран дополненной реальности, однако он лишь дорисовывал необходимые элементы, а всю картину сквозь них человек видел собственными глазами. Модель где-то две тысячи тридцатых, давно устаревшая, но всё ещё ценимая параноиками, которые боятся нетраннеров и тихого взлома более продвинутой оптики с их стороны. Чтобы включить гарнитуру и провести сопряжение с купленным по пути телефоном под недовольным взглядом продавца, Янгу потребовалось секунд сорок, включая настройки соединения и режима работы. Внешняя сторона обладала почти зеркальной поверхностью, так что разглядеть сквозь неё значения и отметки на экране не смог бы даже человек с продвинутой моделью кибероптики. Убедившись в этом, Лоу повернул очки в руке и протянул Кастер, приглашая протестировать. — Занятно… — произнесла она медленно, потратив пару минут на то, чтобы осмотреть рынок, толпу вокруг, ассортимент на прилавках, снующие над головами дроны и аэродайны на высотной трассе. — С таким количеством сигналов и отметок даже улицы не кажутся такими грязными, когда всё вокруг мерцает и бежит. Значит, вот как ты видишь мир? — Да, приблизительно, — Янг не стал вдаваться в детали и объяснять, что у него интерфейс так же отображает состояние имплантов и настройки для уже сопряженных с сопроцессором моделей оружия. — Интерфейсом можно управлять с телефона или движением глаз, быстро научишься. В целом модель подходит? Прекрасно, — он обернулся к продавцу, открыл канал связи и перевёл эдди, не торгуясь. После чего направился дальше по улице. — Теперь ко мне вопросов у властей этого города не будет? — спросила Кастер, когда они отошли от прилавков на несколько шагов. — Железо само по себе ничего не даст. О тебе должны быть записи в сети, в базах данных, идентификационные номера и перекрестные ссылки между ними. А в телефоне будет храниться лишь ключ к ним. — В такие моменты я действительно понимаю, насколько этот мир и его правила далеки от всего привычного, — признала Кастер. — В моё время с этим было куда проще. У многих людей было всего одно имя и, может быть, два-три прозвища. — Можешь считать эти гиперссылки и цифровые ключи, — Янг неопределённо покрутил в воздухе механической рукой, словно пытаясь указать на протянувшуюся повсюду глобальную сеть, — аналогом тех записей, что хранились у богов о каждом смертном, несмотря на все их имена и клички. Так Артур это объяснял. — Клото плетёт нити, Атропос их перерезает… Да, я понимаю, что ты хочешь сказать. Но, уже освободившись, вновь отдавать нить своей судьбы в чьи-то руки… я от этого не в восторге. — Не забывай, это будет даже не настоящая нить. Я знаю кое-кого, она профи в своём деле, когда человек должен исчезнуть из Найт-сити без следа или наоборот, появиться так, будто всегда тут и существовал. И я думаю, с твоей помощью договориться с ней будет даже проще, — вдруг добавил Янг. — Вот как? — Кастер, ты говорила, что много знаешь о «целительстве», когда дело не касается хрома. А ты сможешь вылечить обычную болезнь, никак не связанную с имплантами, если я опишу симптомы и как она возникла? — Полагаю, что да. Однако для этого где-то на местном рынке… — она обвела рукой торговые ряды с разложенными на картоне и листах пластика механическими конечностями, компьютерными модулями, винтовками и упаковками мяса «идентичного натуральному». — Нам понадобится найти в продаже определённые травы, в зависимости от недуга. И медный котёл.***
— Дакота, — произнесла Крис, изучая появившееся на мониторе изображение немолодой женщины с тёмными волосами, лёгкая седина в которых напоминала дорожную пыль. Она была одета в выцветший на ярком солнце зелёный комбинезон, крепкие руки покрывали словно немного смазавшиеся от времени татуировки. — Кирстен, — сразу ответила та, бросила короткий взгляд на Артура, чуть дольше задержалась на Кастер. Янг предусмотрительно в поле зрения камеры не попадался. — Решила поработать в пустошах? Так это прекрасно, дел тут всегда полно. — Нет, не в этот раз. Сегодня уже я предлагаю деньги. Мы тут, знаешь ли, подобрали одну девочку издалека, которая по пути в лучший город на планете слегка потеряла все свои документы. Ты ведь из сострадания не откажешься ей помочь восстановить своё имя в базах? А скромное пожертвование в пользу кочевников не заставит себя ждать. Сейчас Янг почти дословно диктовал Крис, что нужно говорить — беззвучно, сразу набирая текст через даталинк. Та за год работала на Дакоту Смит всего три раза, очень неохотно выбираясь за пределы Найт-сити, и Артур её в этом полностью поддерживал. С другой стороны, Лоу был знаком с фиксером из пустошей много лет, ещё до переезда в город. — Всякий человек нуждается в сострадании, живёт ли он в дороге или остаётся на одном месте. Уверена, мы найдём решение проблемы. Перешли мне биометрию и имя, и завтра можешь заехать за своим заказом. — А если я прибуду одна часа через три? — спросила Медея. — Мы бы лично всё обсудили, как подобает в таких случаях. — Ты планируешь после темноты добраться из Уотсона ко мне за три часа? — удивилась Дакота, вновь медленно оглядев Кастер и её наряд. — У тебя есть личный АВИ, девочка? — Я знаю нетривиальные способы путешествий. — Что ж, будет любопытно на это взглянуть. Кирстен? — Да, — отозвалась Крис, её глаза засветились, отражая интерфейс подключения. — Отправила файлы. Дакота лишь кивнула, ничего более не сказав, и выключила связь. — Ты серьёзно? — спросил у волшебницы Артур. — Собралась туда лететь? — Да. Ночью это будет сделать проще. — Но зачем? Мы бы вполне могли съездить днём. Тем более теперь, когда уверены, что тачка не сдохнет где-то посреди плато за километры от города. — Хочу вдохнуть немного свежего воздуха. Побыть одной, подумать по дороге. А здесь это сделать просто невозможно. — Понимаю, — серьёзно кивнул ей Янг. — Город давит на человека, а уж тем более такой. Иногда хочется просто голову проветрить от всего этого, я сам так делаю иногда. — Полная херня… — пробормотала Крис, родившаяся и выросшая в Найт-сити, Артур тоже слегка кивнул. — А я всё хотела спросить, — проигнорировала их Кастер. — Если у вас есть мгновенная связь, в том числе и прямо в голове, откуда вообще необходимость в личных встречах? — Это не то чтобы необходимость, скорее традиция, — объяснил Артур. — После того, как рухнула сеть, а в центре Найт-сити подорвали бомбу, от многих технологий люди надолго отказались. Аэродайны стали редкостью, сеть всё время падала, связь отрубалась, многие сами заменяли импланты старыми моделями, потому что обслуживать самые крутые навороты стало некому и не на чем… — Тогда же нередко реально было проще съездить или даже сходить к фиксеру и порешать вопрос, чем ждать, пока наладится связь хотя бы по телефону, — добавил Янг. — Лет двадцать пять назад дела пошли на лад, но традиция осталась, особенно у старых фиксеров и наёмников. — Что ж, тем более нам с ней будет проще найти общий язык без молодежи рядом, — Медея слегка улыбнулась. — О нашем уговоре я тоже не забыла, мастер. А пока что покажите мне точные координаты, где искать в пустошах нужное место. Она жестом заставила свой стеклянный шар подлететь и зависнуть рядом, усилием воли изменила масштаб в нём, так что теперь рядом с светящимся от множества живых людей массивом Найт-сити тусклыми серыми линиями была обозначены ближайшие земли с холмами, оврагами и равнинами. Артур при помощи древнего проектора вызвал рядом одну из своих карт, отрегулировал под тот же масштаб, затем Янг уверенно ткнул в место сбоку от одной из пересекающих засушливые пустоши дорог. Яркая точка появилась там же и в шаре у Кастер. — Удачи в пути, — произнёс Янг. — Не подставляйся под камеры и не попадайся «Милитеху», они в последнее время всё чаще думают, что пустоши им теперь принадлежат. — Я буду осторожна, — серьёзно ответила Медея, направляясь к выходу. Она уже приняла мысль, что пока не изучит этот мир как следует, его неприятные сюрпризы не стоит недооценивать. Ночью в этом районе едва горели несколько фонарей, автоматические машины двигались в темноте по дорогам, словно касатки или акулы в толще вод. Даже обитающие в заброшенных зданиях бандиты предпочитали выбираться в более людное место для развлечений или грабежей. Потому волшебница без проблем преодолела три квартала и вошла сквозь выбитые двери в недостроенную многоэтажную башню. Здесь даже бездомных не было, они могли найти себе и более удобные места без необходимости каждый день спускаться и подниматься по узким лестницам. Медея убедилась, что чужих глаз, живых или электронных, поблизости нет, после чего материализовала свой плащ и создала под ним иллюзию платья вместо наряда местной наёмницы. Раздеваться здесь, чтобы потом вызвать свою первоначальную одежду, ей не хотелось. Закончив с маскировкой, волшебница взлетела вверх к темнеющему над головой квадрату ночного неба — там, где заканчивались возведённые на две трети этажи, а крышу так никто над зданием поднимать и не стал. Ступив на крошащийся под ногами бетон и оглядев уже становящуюся знакомой панораму огромного мегаполиса, Медея отвернулась к тёмным пустошам, пересечённым несколькими яркими нитями шоссе. Затем сняла очки и убрала в карман куртки. В пустошах они ей пока не понадобятся. Нет необходимости приукрашивать реальность вокруг и получать постоянный поток полезной и бесполезной информации: температура воздуха, скорость ветра, влажность, направления до ближайших важных точек на карте, названия звёзд и коды движущихся по небу орбитальных станций… Ей хотелось ненадолго просто чувствовать мир вокруг, а эта бегущая череда цифр и отметок только мешала. Сделав это, она наложила на себя отвлечение внимания, чтобы скрыться хотя бы от части взглядов, потом взлетела над городом, направляясь на восток. Преследовать её ни одна машина не попыталась, хотя вряд ли совершенно никто не заметил странный силуэт в ночном небе. Волшебница всё ещё испытывала трудности в ситуациях, когда наблюдать за ней пытались не люди, пусть и с искусственными глазами, а телекамеры или сенсоры механизмов с подобием интеллекта — такое внимание сложнее было заметить и тем более отсечь. Она уже думала над оберегом, который позволял бы её видеть лишь живым человеческим глазам, скрывая от любого искусственного зрения, но пока для внедрения этой концепции требовалось учесть слишком много параметров. Уже неподалёку от нужного участка пустыни она заметила в темноте движение, при этом не ощутив поблизости живых людей. Две чёрные машины, едва различимые в свете звёзд и луны, патрулировали местность. Одна, размером с большой чемодан, парила над землёй, другая, более массивная и в пару метров длиной, почти касалась песка, поднимая двигателями небольшие смерчи вокруг. «Виверна» и «Грифон»… и в самом деле, людям мало было игр в богов: исчезнувших в незапамятные времена чудовищ они тоже попытались заменить новыми, механическими. — Fotos. Первый луч, сорвавшийся с руки волшебницы, разнёс напоминающий коробку корпус «Виверны» на мелкие куски. «Грифона» пробили насквозь сразу три, оставляя широкие оплавленные разрезы и сжигая хрупкие механизмы под бронёй. Медея надеялась, что её заклинание сразу же сумело поразить «мозг» машины, Артур демонстрировал на одной из схем, когда рассказывал о современном оружии, что тот должен находиться в корпусе по центру и немного правее. Во всяком случае, робот сразу же неподвижно рухнул на землю. Проверку можно было считать вполне успешной, однако оставлять хозяевам этих машин лишние поводы для размышлений и догадок не стоило, потому следующим заклинанием Медея заставила металл резко вспыхнуть, после чего развернулась и через пустоши направилась в нужную сторону. Когда синий магический огонь остался за спиной, волшебница убрала плащ и сняла иллюзию, вновь оказавшись в одежде этой эпохи. Вряд ли кто-то мог видеть её здесь ночью в пустыне, вот позже выходить к людям в облике женщины, которую разыскивают по всему Найт-сити, было бы не самым мудрым поступком. Обернувшись, волшебница взглянула на целый океан света, окутывающий мегаполис и закрывающий звёзды в небе даже за много километров от этих стеклянных башен с негаснущими даже на ночь окнами, парящих между ними голограмм и рекламных экранов в сотню метров высотой. Мастер был прав, город на неё и в самом деле сильно давил своей массой, миллионами жизней и десятками жестоких смертей каждый день, тихое эхо которых она ощущала среди магических потоков. К тому же абсолютная, местами едва ли не нарочитая искусственность всего вокруг: бетон, асфальт, пластик, даже почва и деревья в редких парках являлись синтетикой, имитацией или гибридами, которые учёные практически собирали из отдельных фрагментов разных видов растений. Даже привыкнуть к Фуюки за те несколько дней ей было проще, тот город был всё ещё намного ближе к природе, несмотря на небоскрёбы в центре и железобетонные мосты, переброшенные через реку. Но здесь и сейчас, одной в ночной пустыне, ей было проще почувствовать себя в знакомой обстановке, на своём месте. Точно так же она когда-то брела одна в темноте через ливийские пески, надеясь однажды добраться домой, туда, где отец уже давно лишился трона. Пускай за тысячи лет даже казавшиеся вечными звёзды сместились, изменив рисунок созвездий над головой, пускай её современники не имели и представления об этом материке, но песок под ногами, редкая чахлая трава и льющийся на землю лунный свет остались теми же самыми. Несмотря на все усилия человечества превратить планету в одну сплошную гору мусора, она всё-таки оказалась слишком велика. Да и города на Луне выглядели лишь песчинками на поверхности, затерянными среди кратеров и равнин. Пусть Медея всё это время и пользовалась божественными словами и магическим искусством, когда-то выученными в храме Гекаты, здесь она впервые за всё время пребывания в этой эпохе действительно почувствовала связь со своей наставницей и покровительницей, пускай сама богиня давно оставила мир смертных. — Tartar. Она почувствовала, как земля послушно гулко вздрагивает под ногами, легко отзываясь на её приказ. В нескольких местах почву прорезали глубокие тёмные трещины, в которые словно отказывался проникать звёздный свет. Однако Медея не стала продолжать ритуал, оставив этот участок пустыни в покое. Ей пока нет срочной надобности в тенях мёртвых, а отправлять их обратно будет слишком много напрасной мороки. Ещё через двадцать минут пути по пустыне после очередного холма впереди показались огни фонарей, окружающих несколько одноэтажных зданий, протянувшихся вдоль пустой в такое время дороги. Над ними, внимательно присмотревшись, можно было различить на фоне неба пару небольших машин, размером с мяч, играющих роль дозора. Прежде чем её можно будет разглядеть, волшебница провела рукой вдоль тела, приводя одежду в свежий вид и сбивая дорожную пыль. В астральной форме было бы ещё проще, но и нужные чары она ещё при жизни успела изучить. После этого Медея направилась к самому большому из строений, демонстративно не замечая несколько сопровождающих её движение турелей на крыше. Внутри здания, похожего на большой гараж для разнообразной техники, было людно, несмотря на поздний час. Несколько человек собрались вокруг одной из полуразобранных машин, горячо что-то обсуждая и размахивая руками. Женщина, с которой недавно общалась Крис, сидела у стены на отдельном стуле, наблюдая за работой. Обветренное лицо и тёмный загар мешали точно определить, сколько ей лет, легко могло быть и сорок пять, и семьдесят. У неё не было заметно явных модификаций, да и к хирургу ради сохранения молодости она вряд ли пошла бы, так что волшебница склонялась в оценке к седьмому десятку. — Селена Асахи? — с едва заметной иронией уточнила Дакота, увидев гостью из команды Кирстен на пороге. Интонация вполне отчётливо намекала, что фиксер ни на секунду не поверила, что выбранное для «восстановления» документов имя настоящее. — Мисс Смит, рада лично встретиться с вами, — вежливо ответила Медея. Теперь она смогла заметить закрепленный на комбинезоне Дакоты небольшой баллон с кислородом и маску, связанную с ним шлангом, Янг предупреждал об этом. С выбором вымышленного имени волшебница не стала слишком всё усложнять. Как ни тяжело было в это поверить, учитывая, насколько ярко потомки прославили некоторые её подвиги, и сколько чужих злодейств ей приписали, но даже в конце двадцать первого века девочкам порой дают имя «Медея». Но оно всё-таки слишком редкое в этих землях, чтобы не привлекать внимания, как и имя «Геката». С другой стороны, иной богине луны повезло куда больше, и до сих пор встретить на улице женщину по имени Селена или Селина совершенно в порядке вещей. Японскую фамилию она выбрала в память о предыдущем мастере. — Что ж, ты не соврала, — хмуро произнесла Дакота, жестом приглашая пройти в офис за мастерскими. Могло показаться, что она раздражена поздним визитом, но Янг настаивал на том, что фиксер всегда так выглядит, мрачной и недовольной всем вокруг, а вести дела это ничуть не мешает. Она даже свою флягу с водой человеку, два дня бредшему через пустоши, протянет с точно таким же видом. — Я привыкла считать, что более вежливо будет нанести визит лично, а не доверять слова какой-либо связи, — искренне сказала Медея. — Значит, ты теперь в нашем бизнесе? — спросила Дакота, занимая место за столом с несколькими мониторами и жестом указывая на стул для посетителей, даже на вид жесткий и знавший лучшие времена. Фиксер сняла прозрачную маску с крепления, медленно вдохнула чистый кислород, и затем продолжила говорить: — Что ж, тебе, кажется, не терпится нырнуть в проблемы с головой… Тогда сразу перейдём к делу. — Прошу вас, — волшебница достала из разных карманов очки и телефон, пододвинула через стол. На то чтобы подключить их к своему компьютеру, вскрыть, заменить какую-то деталь, заново собрать и настроить, ушло самое большее пять минут. Медея даже удивилась, что Дакота занимается этим сама, а не поручила одному из множества подчинённых, но, может быть, с её стороны это был ответный жест вежливости к посетившему её новичку. — Всё готово. Теперь вы официально являетесь гражданкой вольного города Найт-сити, мисс Асахи, — в крайне вялой пародии на официоз чиновников произнесла она. — Одного из постоянных кандидатов на звание худшего места для жизни на североамериканском континенте. Никаких записей в базах полиции по твоей биометрии нет, однако я сомневаюсь, что это продлится долго. — Полагаю, теперь мне нужно сделать так… — волшебница надела уже включённые очки, движением глаз нашла меню переводов, затем интерфейс взаимодействия с местной сетью и отправила сумму, которую мастер заранее сохранил на временный счёт. Хотя на её взгляд вот так переносить одни цифры с экрана на экран, не держа в руках серебра или хотя бы бумажных денег, было как-то легкомысленно и несерьёзно. — И к тому же вот это тоже будет уместно — добавила Медея, доставая из ещё одного кармана куртки небольшой пузырёк из тонкого стекла, наполненный тёмно-зелёной жидкостью. На вопросительный взгляд хозяйки, она пояснила: — Небольшая любезность от нашего с вами и Кирстен общего знакомого. Он хочет вновь привлечь ваше внимание. Да, юноша наделал в молодости ошибок, но кто не может сказать о себе того же? Особенно если его вина лишь в том, что он слишком верил одному человеку. — Тебе нравится его версия? — Дакота прекрасно поняла, о ком идёт речь. — Он уже несколько раз помог мне, хотя не был обязан. Я считаю, в Найт-сити это уже очень много говорит о человеке, так что я не склонна видеть… в нашем знакомом предателя своих соратников. Тем более, когда все просто сразу решили поверить стороне, успевшей оправдаться первой. Хотя меня там не было, я могу лишь доверять интуиции и только. Ну а перед вами просто знак того, что этот человек хочет понемногу восстановить свою репутацию и свои контакты с людьми, чьё мнение для него многое значит. — Я давно вынуждена сидеть в окрестностях Найт-сити и слышала немало историй из пустошей. Ты знаешь, как он потерял правую руку? — спросила Дакота, сделав ещё один вдох с помощью маски. — На фермах в округе детей отправляют в дозор высматривать Стилетов и просто бродячих отморозков в том возрасте, когда отдачей от папиной винтовки перестаёт сбивать с ног. Нашему знакомому было четырнадцать, когда во время такого патруля он решил завалить тачку Стилетов, и в ответ разрывной пулей ему оторвало руку почти по локоть. Хитори Шимура, в будущем один из моих контракторов, а тогда его друг и сосед, сделал жгут и нёс парня несколько километров через пустоши до стоянки Альдекальдо, где нашёлся рипердок. А что было с ними дальше, кажется, ты и сама уже знаешь. — И это делает произошедшее ещё прискорбнее. Всем однажды приходится делать выбор между своими амбициями и доверием близких, и немногие делают этот выбор правильно, увы. Я своего мнения не изменила. И наш знакомый всё-таки поверил, что однажды сможет убедить в своей правоте и вас. Хотя бы заставить обдумать всё повторно. — Что там эдакого, кстати? — спросила фиксер равнодушно, указав на пузырёк, который волшебница несколько часов назад выплавила магией из стеклянной массы. — Наркотики, элитный алкоголь? — Всего лишь лекарство. Наш знакомый уверен, что вы хотите оставить свои лёгкие, не спешите выращивать на заказ новые или быстрее устанавливать хром, как поступили бы другие. Лично мне такое решение по душе, — совершенно искренне добавила волшебница, — вот я и согласилась по его просьбе поделиться одним составом. Никакой синтетики, биодобавок и прочих наномашин — только травы, цветы, побеги. Даже не представляете, как тяжело было найти в Найт-сити обычную крапиву… Это очень старый рецепт против фиброза, но он никогда меня не подводил. — Как экзотично… в наше-то время, — ответила фиксер с едва заметным удивлением, аккуратно двигая ёмкость по столу и изучая падающий через стекло и густую жидкость свет ламп. — Будет интересно оценить такой подарок. Медея признала мысленно, что реши Дакота попробовать лекарство от своей болезни прямо сразу, то она бы заслуживала куда меньше уважения. Хотя настолько глупые и доверчивые люди, вероятно, в пустошах не живут долго. Тем более среди тех, кто торгует самой разной информацией и весьма сомнительными услугами. — И насколько я знаю… нашего знакомого, сперва «задобрив» меня, он захочет попросить что-нибудь ещё, не так ли. — Вам нельзя отказать в проницательности. Он практически уверен, что у вас найдётся в запасах старая антенна для перехвата дронов, которую мы могли бы выгодно приобрести и освободить от неё ваш и без того забитый склад.***
Ограбление, которое Янг в мыслях просчитывал так много раз, началось практически буднично. Оставить свой новый автомобиль в тихом переулке, угнать грузовик службы доставки, принадлежащей «Найт-корп», быстро замазать номера и наглухо затонировать жидким полимером из баллончика стёкла… По меркам Найт-сити это работа для пацанов лет двенадцати, а в пустошах завести брошенную тачку и пригнать её домой любой должен уметь ещё раньше. Лоу проделал всё это быстро и не привлекая внимания, теперь нужно было привести «одолженную» для дела машину к тем самым складам. Крис сидела рядом, по привычке поглаживая предплечья со скрытыми клинками. Артур остался на базе: половина успеха всей операции сейчас зависела именно от его навыков. Янг всё ещё считал, что Кастер предложила невероятную авантюру. Пускай он и видел своими глазами больше её возможностей в бою, чем соратники, но всё равно долго сомневался в успехе. Однако продемонстрированное им «оборудование», если тут это слово вообще уместно, тоже выглядело достаточно убедительно. В результате, помимо сделки с Дакотой, им потребовалось перед этим делом лишь полностью обновить начинку в нетраннерском кресле Артура, а не спустить все эдди на системы электронных контрмер и взрывчатку, как планировалось изначально. — Почти на месте и по графику… — произнесла Крис, сверяя время. — Давай, Яджи, изобрази умирающего за рулём водилу после шестнадцатичасовой смены. Заворачивай плавно, как будто ты уже закинулся горстью колёс, чтобы не уснуть. — Ты сама когда-нибудь научишься водить машину руками, а не подрубившись через личный порт к бортовому компу? — Не-а, не дождешься. Лоу свернул с полупустой в такое время магистрали на уже знакомую дорогу вдоль складов у канала. Всё было спокойно по меркам этого района, то есть ближайшая перестрелка, судя по эху над водой, шла километрах в двух отсюда. Задняя камера грузовика показывала даже пару патрульных, курящих у своей побитой тачки на перекрёстке. Может, даже пасут эти ангары, потому что нужные люди очень попросили. Не исключено, что как раз местные банды, которым хозяева барахла платят за «крышу»… В Хейвуде у полиции были довольно причудливые отношения с криминалом, и ситуация, когда в большой семье один брат служит копом, другой записывается в Валентино, и они друг другу прикрывают задницу — вещь совершенно нормальная. Привлечь сейчас чьё-то внимание могло бы разве что странное движение курьерских дронов над складами. Но для этого требовалось внимательно приглядываться к ним, чтобы заметить, что машины прибывают за грузом, однако не опускаются на крыши и не улетают обратно. Просто кружатся наверху одной медленно увеличивающейся «стаей». Ночью их было не так уж и много, картина выглядела не настолько неправильно, чтобы сразу звонить в полицию и жаловаться на пакости нетраннеров. И вряд ли кто-то сразу свяжет эту воздушную «пробку» и ещё сутки назад запаркованный на другом берегу фургон 54-го канала, как и положено новостникам — с огромной, хотя и слегка проржавевшей антенной на крыше. Четыреста метров над водой и без препятствий для узконаправленного сигнала — сущие пустяки. — То есть мы вот так просто у всех на виду подкатываем свои яйца к нужным воротам и закупаемся по стопроцентной скидке? — уточнила Крис, пока её оптика автоматически отмечала ближайшие камеры, которые Артур засёк во время их прошлого визита. — Такой был план. Она говорила, что это сработает… — начал Янг, но тут же выматерился и вывернул руль, с заносом тормозя машину. Стоило грузовику пересечь невидимую линию, как тёмные ряды бетонных зданий с редкими фонарями между ними сменились полем боя. Роботы выстроились у своих контейнеров двумя рваныи шеренгами и поливали огнём молча идущие на них тёмно-серые силуэты. Фигуры, напоминающие скелеты явно нечеловеческих пропорций, держали в руках самое разное холодное оружие вроде грубо сделанных мечей и топоров. Одиночные пули отскакивали от «костей», сосредоточенный огонь нескольких ботов ломал их довольно быстро, но место выбывшего костяка в строю тут же занимал другой, по пути подобрав выпавшее оружие «собрата». Турели справлялись лучше, но их осталось мало. — Ебучие жестянки… — выговорила Крис растерянно, почти с сочувствием к андроидам «Зетатеха». Около трети роботов уже превратились в металлический хлам: лёгкая броня не была рассчитана на то, чтобы по ней часто и с огромной силой били метровым тесаком или тяжелым молотом с каменным навершием. А скелеты пёрли вперёд, не обращая внимания на потери, им было куда важнее завалить противника костями, сбить на землю и разломать на части. Особенно если робот уже длинными очередями расстрелял все имеющиеся патроны и попытался использовать свою винтовку в качестве дубины, такие падали под ударами с разных сторон почти сразу. В этот момент выдвинувшийся из стены тяжелый пулемёт смялся от удара, прикрытый армированным пластиком прицельный комплекс разлетелся на куски, раскалённый докрасна от непрерывной пальбы ствол согнулся почти под прямым углом. Полуметровый кусок железобетона разнёс турель, ударив по ней на скорости несущегося автомобиля, так и повис, зацепившись торчащими зубьями арматуры. Проследив любезно просчитанную баллистическим процессором траекторию, Янг заметил стоящую у ограждения Кастер, рядом с ней зависла в воздухе такая же глыба, под ногами валялось ещё с полдесятка, очевидно вырванных из земли. Перед чародейкой сверкал ярко-фиолетовый полупрозрачный щит, тормозящий долетающие пули: по бетону их рассыпалось уже с сотню, а то и больше. По жесту Медеи кусок бетона окутался тёмно-сиреневой дымкой, взлетел в воздух, обойдя её барьер сверху, и точно рухнул на счетверённую мелкокалиберную турель, плевавшуюся огнём с крыши склада. — И всем похер, да? — почти риторически спросил Янг. Высунулся в окно по пояс и, не скрываясь, оглянулся на перекрёсток. Копы продолжали курить, о чём-то спокойно болтая, словно в паре сотен метров прямо сейчас не идёт перестрелка, которой позавидуют улицы Пасифики. — Argos. Ещё один фиолетовый щит побольше прикрыл грузовик до того, как со стороны склада ударила очередь из автоматического гранатомёта. Четыре взрыва расцвели огнём, но осколки и ударная волна не прошли через это «силовое поле», выбивая пыль и оставляя отметины на асфальте в метре от машины. Копы и редкие прохожие всё происходящее по-прежнему начисто игнорировали. Кастер именно это и обещала, но видеть такое самому всё ещё было немного нереально… По её словам некий «барьер» на время отрезал небольшой участок города от всего остального мира, не давая со стороны увидеть, что там происходит, и одновременно блокируя любые сигналы, звуки и вспышки изнутри. Именно поэтому роль Артура в этом плане была так важна: помимо загрузки вируса для запутывания дронов, ему требовалось заранее отследить соединение автоматического склада «Зетатеха» с главным офисом и ближайшими филиалами родной корпы, а так же найти их каналы для предупреждения копов и частной охраны. После чего их молодой нетраннер должен в течение часа вручную рулить сетевым трафиком, отсылая наверх сигналы о спокойствии на объекте и одновременно обрабатывая поступающие к складу запросы и команды, чтобы никто раньше времени не понял, что приказы уходят в пустоту. С дронами оказалось даже проще: когда их набралось достаточно много, они сами начали распространять вирус между собой через навигационные сигналы и обмен позывными. — Круто, что не придётся тупить клинки о железяки, но я типа чувствую себя мебелью сейчас, — пожаловалась Крис, глядя через открытое окно как скелеты добивают последних роботов, перемалывая их корпуса и оружие. У Янга было желание попросить Кастер, чтобы её механизмы оставили целыми хотя бы винтовки, но он решил, что жадничать не стоит. Таких болванов для охраны обычно вооружают, просто отгружая целой партией нужные стволы, часто там даже номера идут подряд. Это не тюнингованная пушка какого-нибудь наёмника, которая пять раз могла бы перейти из рук в руки, потому засветиться на улицах после успешного налёта с такой винтовкой, снятой с корпоратского робота, может быть опасно для здоровья. Тем временем, разобравшись с парой последних турелей, Кастер даже не прошла, а пролетела три десятка метров до склада, опустилась на асфальт рядом. Затем положила руку на дверь и неподвижно простояла с полминуты, будто говоря сама с собой. Толстая стальная плита, способная выдержать таран легковым автомобилем или удар кузовом грузовика в кривых руках обдолбавшегося на работе стажера, не стала подниматься вверх, как ей полагается. Она просто осыпалась на землю целым валом ржавой пыли. Несколько десятков уцелевших скелетов словно сами собой без команды расступились влево и вправо, освобождая проезд, Медея же обернулась к наёмникам и указала рукой на открытый склад. Вероятно, компьютер системы безопасности в этот момент попытался отослать всем, кому возможно, ещё с десяток сигналов о проникновении на территорию, как делал это все последние минуты. Хотя скоро это не будет иметь значения: пока Артур разбирается с контролем объекта извне, Янгу предстояло уничтожить все системы наблюдения и контроля, расположенные прямо здесь. Никаких видеозаписей, никаких логов о противодействии неизвестной угрозе, никаких цифровых улик — только разбитые в пыль компьютеры и множество вопросов для всех, кто будет вскоре изучать разгромленный склад. — Это было жестко, только я спросить хотел, — начал Янг, подогнав машину ко входу и развернув кузовом к складу. — Твоих зомбаков потом не отследят по ДНК? Тут же вокруг горы костей. — Это имитация: всего лишь камень, глина и земля, принявшие определённую форму, скоро тут останутся только грязь и пыль, — Кастер указала на остатки скелетов, уничтоженных первыми на дальних подступах, они уже начинали разваливаться. — Металл оружия съест ржавчина. А те, что уцелели, после нашего отъезда затеряются по переулкам и подвалам, я собиралась использовать их по ночам для разведки города. А завтра можно будет собрать их в безлюдном месте и на грузовике перевести ближе к вашей базе в качестве резервной охраны. — Знаешь, для волшебной принцессы ты на удивление хорошо справляешься с налётами и ограблениями, — заявила Кирстен, выбираясь из машины. — А чем, по-твоему, большую часть времени занимались и мой отец, и цари Эллады? Всей разницы, что мечи у них тогда были из бронзы, — надменно усмехнувшись, она добавила: — К тому же грабить тех, кто метит на место богов и мечтает управлять смертными с небес — на это я пойду с большой охотой. — Крис, на тебе отбор самого ценного барахла, — сказал Янг, тоже выпрыгивая из кабины. В правой руке у него уже был пистолет, а в левой — ящик с инструментами. — Я обнулю охранные системы, а потом мы всё это будем грузить. Не жадничай, по габаритам этот грузовик в точности как наш, а нам потом перекидывать всё к себе и добираться через полгорода до базы, не хочется, чтобы банды или копы интересовались, почему это мы от перегруза скребем асфальт. — Знаю-знаю, только хром четвёртого поколения и самый редкий третьего, из тех, что продают из-под прилавка и своим. Я в этом дерьме разбираюсь, а Арти ещё и последний их каталог подогнал, чтобы сразу тащить всё, чего там пока нет и на рынке не купишь. Прежде чем отправиться вглубь склада, Янг взглянул на Медею, так и стоящую у дверей. Казалось, что она полностью погрузилась в свои мысли, вновь опираясь на появившийся в руках посох. Со стороны она напоминала работающего нетраннера, те тоже имели привычку выпадать из окружающего мира. Вероятно, волшебница сейчас была занята управлением своими маскировочными полями, чем бы они ни были. В данный момент помимо общей картины неповреждённого склада ей требовалось добавлять ещё и их грузовик, якобы спокойно и без поднятия тревоги вставший на штатную погрузку. Что ж, у неё тут своя работа, а у Лоу — своя, и она тоже немало значит для успеха… В итоге благодаря опыту и механическим конечностям Крис они отобрали всё ценное и загрузили в кузов, уложившись в намеченные полчаса. Кастер предупреждала, что «барьер» простоит недолго, созданный на скорую руку и без всех правильных ритуалов, подключения к источникам энергии и вписывании в местность… Лоу мало что понял из её объяснений, кроме общего вывода — у них будет чуть меньше часа от прибытия к складу и штурма до отхода. Уже перед самым отъездом Янг оставил несколько блоков с дымовыми гранатами и часовым механизмом. Перед самым отключением барьера они сработают, так что для всех наблюдателей склад не превратится в одну секунду из целого в разрушенный: они увидят облако дыма, и только когда он рассеется, смогут разглядеть руины. Могут даже подумать, что место накрыли из миномётов или расстреляли с АВИ. — Итак, я полагаю, теперь мы сможем заняться и поисками подходящего места для моей скромной лаборатории? — спросила Кастер, занявшая место в достаточно просторной кабине вместе с остальными. — Боюсь, ещё на одно подобное представление мне без этого сил уже не хватит.
