Глава 8. Ветры зову и гоню, облака навожу и свожу я.
13 октября 2023 г., 17:31
The hot wind blowing Jagged lines across the sand The crumbling buildings In our minds are all that stand
Jamie Christopherson, "The Hot Wind Blowing"
— Trofa. Кастер возникла в центре комнаты с фиолетовой вспышкой, от которой во все стороны разлетелись быстро гаснущие яркие искры. Они не поджигали стены или мебель: либо были слишком холодными, либо и вовсе являлись иллюзией, мало отличающейся от голограмм. — Десять эдди, — вдруг произнесла Крис, протягивая руку. — Ладно, спор я продул, — со вздохом согласился Артур, отдавая ей банкноту. И среди более состоятельных наёмников было принято расплачиваться за проигранное пари физическими деньгами вместо электронного перевода, если есть возможность. Давняя традиция, которую охотно подхватила молодежь. — Они забились, действительно ли ты сможешь «телепортироваться» через весь город или это была какая-то игра слов, — объяснил Янг, встретив непонимающий взгляд Кастер. Когда она внезапно написала в общий чат отряда, что сейчас переместится прямо на их базу — он тоже не очень-то поверил. — Да и просто хотели проверить, что ты вообще можешь телепортироваться. — Тогда ставка для этого была слишком низкой, — сделала странный вывод Кастер, проходя к верстаку и опуская на него небольшой свёрток. — Маги начала этого века не верили, даже когда видели моё заклинание собственными глазами. Пространственное перемещение даже для них осталось чем-то, близким к чуду и легендам — для людей, способных заклинать духов и чтением слов создавать огонь и лёд. — Ну, это конечно обалдеть как невероятно, но я не думаю, что абсолютно невозможно, — произнёс Артур, задумчиво делая оборот в своём кресле. — В смысле, и европейцы, и Советы, и НАСА с японцами изучали квантовую телепортацию и прочие там гравитационные искривления, чтобы создать какой-нибудь гиперпривод и добраться до других звёзд. Может, Европейское агентство даже чего-то и смогло достичь, не зря они уже давно впереди всех в космосе. Уверен, рано или поздно, если не случится очередной корпоративной войны на орбите, мы к этому всё-таки придём. — Тогда почему ты ставил против? — удивилась Крис. — А ты в новостях видела размеры ускорителя массы на Килиманджаро? Или хотя бы наш космопорт и шаттлы, которые там садятся? И делать нечто сравнимое с одной стальной палкой в руках, просто «когда захочется»… Конечно, я сомневался. — Тяжело быть дохера умным, я это много раз говорила, Арти… — На самом деле мою мастерскую можно считать «установкой» для проведения данной мистерии. И у меня всё же есть серьёзные ограничения, — заметила Кастер, обращаясь к Артуру. — Это заклинание требует обходить многие правила и законы магии, потому я не могла пользоваться им сразу после призыва. Мне нужна полностью функциональная и привязанная к местности мастерская, и даже так перемещение вне её территории будет ограничено городской чертой. Сначала я переношусь в свои владения, а уже из них — в требуемое место. — Почему именно так? — уточнил Артур. — Обычный маг в лучшем случае сумел бы перемещаться в пределах замкнутого барьера своего особняка или лаборатории. Однако если допустить, что в момент телепортации точка в моей мастерской и точка где-то в городе ненадолго принудительно совмещены в пространстве, то формально я перемещаюсь через свой замкнутый барьер в пределах искажённых им законов реальности. — Звучит как софистика. Кто бы мог подумать, что у магов и адвокатов будет что-то общее, — Артур лишь покачал головой. — Мне интереснее, а «городская черта» — это в каком именно смысле? — задал более насущный вопрос Янг, заинтересовавшись. — По законам или по карте? Или по тому, как считают люди? Пасифика уже несколько лет официально не относится к Найт-сити, чтобы статистику по трупам в городе у легавых дно совсем не пробивала, но вот ты сможешь туда телепортироваться? — Думаю, что да, — после паузы ответила волшебница. — То, как люди воспринимают свой город, куда важнее записанного в очередном указе или сказанного мэром с трибуны. А что, у нас и там есть работа? — Не, это я так, на будущее. Срочные заказы бывают самые неожиданные, о таких тонкостях лучше заранее узнать, а не на бегу. Но что касается работы… да, этот трюк ты показала очень вовремя. — Вчера со мной связалась Вакако, — не без доли самодовольства произнесла Крис. Она со дня той встречи каждый раз припоминала Янгу слова фиксера, и что та была готова вести дела лишь с теми, кто сам пришёл к ней, «и не зассал». — Появился у неё для нас заказ. Хотя и не срочный, в пределах недели. — Надо посетить один клуб в Джапан-тауне, добраться до подвала и кое-что оттуда незаметно унести, — продолжил Янг. — Войти не проблема, правда, только без оружия, но выбраться с грузом было бы непросто. Однако с тобой вместе это теперь перестанет быть проблемой. — Не думаю, что я готова так рисковать, — возразила вдруг Кастер. — Как я уже поняла, данная способность для ваших технологий недостижима, а значит и непонятна. Раскрыть её даже случайно тем, кто всё ещё может меня искать, было бы ошибкой. По крайней мере, в ситуации, когда речь идёт лишь о деньгах, а не о выживании. — Обычно в нашем мире деньги и выживание — это одно и то же, — заметил Янг. — Не для меня, — ответила волшебница твёрдо. — Да и у вас теперь есть определённый выбор и свобода в принятии решений за счёт тех самых денег. Вакако-сан заплатила достаточно, чтобы не браться теперь за любую работу, мне так кажется. В крайнем случае, я могу подготовить менее… невероятные способы решения данной задачи. Просто заклинание или магический предмет, который не выдаст нас посторонним, даже если его увидят. Несколько я как раз принесла с собой, как и обещала. Изучите их и сделайте выводы: что может вам понадобиться уже для конкретной ситуации. — То есть если нам будет нужен, скажем, артефакт, который можно воткнуть в стену и он вместо этого сделает там дверь — ты сможешь его изготовить? — уточнил Артур. — В легендах о Медее я такого не читал. — Стоит напоминать, что к вашему веку сохранились лишь пересказы пересказов и тех — едва ли треть? — спросила в ответ Кастер. — Я даже не говорю о том, сколько аэды придумали того, чего не было и сколько они не поняли из того, что было… Да, более всего я искусна в зельях, но это не значит, что создавать для себя и для других магические инструменты мне не приходилось ещё в смертной жизни. Вы скоро в этом убедитесь. Первый дар как раз для тебя, юноша. Кастер вынула из свёртка кобуру со старым револьвером, который ей отдал Янг. Он тогда честно предупредил, что оружие допотопное и держится на слое ржавчины и честном слове, но волшебница ответила, что так даже лучше. Теперь пушка блестела полированным металлом, будто только что с витрины, и не подумаешь, что этой «Увертюре» уже тридцать с лишним лет — одна из самых первых версий данной модели. Янг первым придирчиво осмотрел ствол, отметив, что на нём нет никаких модификаций или хотя бы дополнительного прицела, разве что рукоять из яркой синтетической кожи обвивает тонкий ремень с вытравленными на нём узорами или буквами. — И что он делает? — уточнил Артур, принимая оружие. Лоу знал по личному опыту, что творение «Малориан Армс» весит два кило с небольшим, но нетраннер держал его легко, будто пластмассовый смартган без ствола. — Попадает в цель, — дала Кастер абсолютно правильный и столь же бессмысленный ответ. — Попробуй выстрелить, поймешь всё сам. — Не здесь, — сразу вмешался Янг. — Выйдем во двор, в этом районе стрельбой всё равно никого не удивить. Лоу по такому случаю уступил Артуру свой импровизированный тир за мотелем в виде горы картонных ящиков у забора (для улавливания пуль) и изгрызенного попаданиями пластикового стола с рядами банок и бутылок перед ней. Это место лидер их группы использовал в основном для развлечения и чтобы навык не терять. Если время позволяло, пристреливать новое оружие и проводить его сопряжение с имплантами он предпочитал на нормальном стрельбище в одном из десятков оружейных магазинов Уотсона. — Стреляй, — спокойно произнесла Кастер, когда Артур медленно зарядил оружие и неуверенно занял место у «барьера» в виде обрывка полицейской ленты между двух бетонных блоков. — Только не используй свои программы, всё делай сам. Так надо. — Ну да, понимаю, это магия… — пробормотал он, перехватывая рукоятку двумя руками. — Давай, — велел Янг, затем включил прицепленный под стволом своего «Либерти» лазер и указал им на пивную бутылку. Громыхнул мощный выстрел, револьвер подскочил в руках Артура, тяжелая пуля уничтожила мишень точным попаданием. Затем была пивная банка, разлетевшаяся жестяным конфетти, ещё одна бутылка, пластиковая коробка из-под лапши… Каждый раз попадание с первого выстрела в красную точку лазерного целеуказателя. Когда барабан опустел, полуоглушенный нетраннер опустил оружие и взглянул на Янга. Тот лишь покачал головой и убрал «Либерти» в кобуру. После чего растерянно произнёс: — Но это же полный бред… Неправильный хват, гуляющий как пьяный ствол, киношная стойка. Он должен был попасть один, может быть два раза только за счёт случайности. — Именно, — легко согласилась Кастер. — Этот амулет называли в моё время «удача новичка». Мастер, когда берёт в руки лук и стрелу, может точно предсказать свои шансы на попадание. Он по опыту многих лет уже знает, хорошо ли натянута тетива, помешает ли ему ветер, велика ли дальность и хорошо ли уравновешен наконечник… Ученик, едва взявший в руки оружия, сумеет натянуть тетиву, но и только, а подобные тонкости откроются ему не скоро. Он может рассчитывать лишь на милость богов и надеяться, что выстрел будет удачным, не зная наверняка, возможно ли вообще поразить эту цель. Эти чары работают тем лучше, чем слабее стрелок представляет себе весь процесс попадания в мишень и свои действия. — Реально? — переспросил Артур. Затем он торопливо зарядил ещё три патрона в барабан, нашел взглядом относительно целую картонную коробку. После чего поднял оружие на вытянутой руке и трижды выстрелил, повернув голову в другую сторону. — Да ну нахер… — пробормотала Крис, глядя на идеально ровный треугольник из трёх пулевых отверстий в старом картоне. — В принципе, этого можно добиться имплантами, — произнёс нетраннер, тоже взглянул на результат своей стрельбы. — Смартлинк, «Керезников», хорошая модель «Кироши» и дополнительная синхронизация оптики с оружием, позволяющая перенаправлять умные снаряды уже в полёте. Но вот достичь того же, никак не используя хром — это внушает. — А смысл тогда? — отмахнулась Крис, пожав плечами. — Немного прокачать Яджи железо, и он сможет не хуже. — Экономия, — ответил вместо Артура Янг. — Если оружие само по себе позволяет добиться такого результата, можно сфокусировать хром на другую задачу. На ближний бой, к примеру, или на незаметность. — И раз мы заговорили об этом, предлагаю вернуться внутрь, — произнесла Кастер. — Я принесла не только это оружие. Крис неохотно, но всё-таки повесила на шею амулет, судя по объяснениям Медеи, обеспечивающий ограниченную манипуляцию кинетической энергией. Иначе говоря, любая пуля и осколок, которые не пробьют её бронежилет, подкожную броню или покрытие механических конечностей, сразу рикошетят, словно от монолитной стены, не замедляя и не сбивая движение. Теперь пистолетные пули и картечь можно было практически игнорировать, если они не разогнаны до запредельных скоростей электромагнитным оружием. — Это… нож? — уточнил Янг, когда дошла очередь до него. Вытянул из ножен короткий кинжал, который он отдал Кастер на эксперименты вместе с прочим пришедшим в негодность старым оружием. — Да, — последовал ответ. — С невероятной прочностью и возможностью резать сталь клинки этой эпохи уже справляются и без магии. Потому я доработала иной аспект ножа. Закрепи ножны на себе. После этого оружие всегда окажется в твоей руке, не тратя и секунды, как только ты этого захочешь. — То есть… — Лоу послушно повесил ножны на поясе. Затем отработанным движением отвёл руку для удара… и сразу ощутил в ладони тяжесть. Кинжал уже был там. Он вернул клинок на место и повторил снова, уже с другими ударами: оружие каждый раз оказывалось в руке. — Это тоже телепортация? — Нет. Он просто очень быстро прыгает в руку, если пространства для этого достаточно. Магия всего лишь доводит до предела умение мастеров выхватывать клинок для атаки или для защиты почти мгновенно. Небольшая игра с вероятностями в пределах возможного, небольшой обман. Могу использовать тот же эффект и для твоего пистолета — Его я держу правой рукой, — напомнил Янг, демонстративно сжав механические пальцы. — Это не помешает? — Нет, для данной концепции это всё ещё твоя рука, которой ты держишь оружие, — объяснила Кастер, приняв «Омаху», которую протянул ей Лоу. Затем произнесла что-то, неуловимое для нормального человека, прочертила пальцем над затвором цепочку символов, вспыхнувших в воздухе фиолетовым светом, чтобы тут же пропасть. После чего вернула оружие. — Это очень древние чары. Но они всё ещё действуют. Единственное ограничение — если оружие физически не сможет оказаться у тебя в руках. Например, если враг обхватит тебя руками, закрыв ими ножны. — Это мелочь на фоне того, что я смогу теперь делать, — отмахнулся Янг, уже прикидывая новые возможности. Убрал «Омаху» в кобуру, затем пустой рукой указал на стену и сложил пальцы, словно на рукоятке пистолета… которая через мгновение там и оказалась, ствол был уже направлен в нужную точку. — «Небольшой обман», да? Мне страшно думать, что тогда для тебя «большой обман законов природы», — сказал Артур, касаясь пальцами своего оружия в кобуре. — Хотя да, телепортация без многотонной установки — это вполне сойдёт. — Я способна на многое, — просто ответила Кастер. — И пока у нас общие цели, я буду помогать вам с оружием и бронёй. Сейчас мне куда больше недостаёт не возможностей, а знаний о современных сражениях, чтобы подготовить вас, да и себя, наилучшим образом. С другой стороны, я уже выяснила, что смогу работать с вашим «хромом». — С хромом? — переспросили все трое с разной интонацией, кто недоверчиво, а кто с сарказмом. — На концептуальном уровне, — слабо усмехнувшись, ответила Кастер. Казалось, она не сомневалась, что смогла бы справиться с этим и в полном смысле слова, нужно лишь дать ей время. — С точки зрения магии, вы, как и все обладатели имплантов, являетесь калеками. Вы лишились рук, глаз, возможно даже сердца, пускай и получили протезы взамен. В мифах, а так же в легендах и хрониках поздних веков пусть не так часто, однако встречались люди и боги, получившие увечья, однако обретшие что-то взамен или проявившие свои таланты даже в таком положении. Хромой Гефест — непревзойдённый кузнец Олимпа; потерявший руку Тюр — всё ещё бог войны скандинавов. Тиресий, которого за слепоту Зевс одарил долгой жизнью и даром прорицания… — Морган Блэкхенд, Джонни Сильверхенд… — продолжил Янг, Артур только молча кивал. — Оба прославились именно механической рукой при минимуме прочих имплантов, и оба они вошли в легенды Найт-сити. — Да, современные «мифы» тоже будут иметь определённое значение, раз этих людей помнят до сих пор, — согласилась Кастер. — Я могу дать вам определённые способности, которые будут действовать «параллельно» хрому, если можно так выразиться. Краткосрочное предвидение в обмен на отсутствие собственных глаз, к примеру, но это не помешает вам пользоваться электронным зрением и его функциями. — По-моему это нечестно, — с сомнением произнёс нетраннер. — Как брать пособие по инвалидности, когда ты вместо органических рук уже поставил у риппера новые титановые от «Биодайн». В легендах за попытки обойти магические правила через лазейки обычно смертных превращали в жабу. — Вот только я — маг. Мои дела через сотни лет превращались сказителями в эти легенды. И я сама решаю — что будет «честно», а что — нет, — гордо ответила Медея. — А вы слишком много значения придаёте договорам и формулировкам, отсюда и в легендах устные клятвы превратились в контракты с демонами, написанные кровью. Вы же не думаете всерьёз, что создания Гайи умеют читать хоть по-гречески, хоть на английском? — Любая помощь будет нам полезна. Особенно если она даст преимущества, которые никто не ожидает, — рассудительно произнёс Янг, как старший в команде. — Если само наличие у нас имплантов что-то значит для всей этой магии, то надо пользоваться случаем. Мы вообще взяли неплохой старт, и если продолжим в том же темпе, то с новыми возможностями скоро надо будет искать себе место поприличнее. А то просто несолидно… — На самом деле, если мы слишком резко пойдем вверх, то привлечем слишком много внимания, — заметил вдруг Артур. — Ну типа и что теперь? — удивилась Крис. — Не ты ли громче всех кричал, что станешь легендой Найт-сити? Будешь как следующий Вейланд или Джон Джонс или кто там ещё? — Ну, так не прямо завтра же! — воскликнул Артур, даже взмахнув руками. — Соло и киберпанки работают на всех и против всех. Банды, корпорации: вопрос только кто больше платит. Если наша команда вдруг засветится перед корпами, среди них будет и «Зетатех». И за мной могут прийти не только потому, что мы особо извращённым способом обнесли их драгоценный склад. — А вот тут можно поподробнее? — уточнила Крис. — Мне вообще всегда было интересно, если у «пиджаков» всё так шоколадно, как люди говорят, хули ты оттуда свалил в ужасе тогда, монохром? — Крис, — попытался остановить её Янг. Разговор явно пошёл не в ту сторону. — Ты лезешь не в своё дело. — Нет, а что сразу «Крис»? Ты в курсе этой истории, а мы вот с новенькой — нет. Если она к пацану в мозги не закопалась, конечно. — Я уважаю право своих союзников на тайны, — ровным тоном ответила Кастер. — Пока они не угрожают моей жизни, по крайней мере. — Но тут наш дека-люб сам сказал, что за ним могут прийти. А корпораты за нормальными людьми обычно приходят сразу с группой захвата и ударными дронами. — Ладно, вынужден признать, сейчас ты говоришь по делу, — вздохнув, произнёс Артур. — Бывает такое иногда. И это действительно может задеть нас всех, а просто сидеть и не высовываться уже не выйдет. Я расскажу, почему сбежал и что нам угрожает, а вы уже думайте, как к этому относиться. Для начала, вы же в курсе, что корпорации предпочитают иметь в штате семейных людей, а не одиночек? — Слышал что-то подобное, — ответил за всех Янг. — Вроде того, что их легче контролировать. Меньше шансов, что они свалят к конкурентам, да детей всегда можно взять в заложники, если сотрудник начнёт смотреть на сторону или творить какую дичь. — Да, это ещё одна причина, — кивнув ему, подтвердил Артуру. — А ещё сотрудники с семьёй охотнее берут у корпы кредиты, дополнительные часы, ночные смены, если за это положены бонусы и прибавка к зарплате. Скорее всего, в выигрыше всегда остаётся казино… то есть, компания, но что-то выгадать себе каждый пытается всё равно. Так было и с моим отцом — должность второго заместителя регионального директора «Зетатех» он получил только после того, как у него появилась семья, а сын, то есть я, пошел в корпоративную школу. И там даже учителя у нас часто использовали фразу: «дети — это проект». Тратишь время, вкладываешь ресурсы, идешь на риск, чтобы в конце получить результат и прибыль. — Не то чтобы это чисто их фишка, — проворчала Крис. — «Мы тебя родили — теперь ты на нас пашешь» — такое можно встретить хоть у кочевников, хоть в бандах. Мудаков везде хватает. — Вроде того. Я все веду к тому, что для родителей это был «чистый бизнес». Они могли месяцами даже не видеться и не говорить, кроме как на общих совещаниях в корпе. И когда моя мать погибла во время кем-то организованного налёта «Мальстрёма» на офис, отец женился снова уже через два месяца. А это значит, что у него скоро будет новый «проект» наследника должности в корпорации. А старый… спишут, — спокойно произнёс Артур, даже без злости или отвращения. Давно смирился, что так вот обстоят дела. — Я думал, что через год просто поступлю в колледж и дальше буду делать карьеру сам по себе, возможно даже фрилансить на другие компании. Потом меня попытались обнулить через сеть… как бы всё случайно, никаких следов, просто фаервол баганул, да-да. Затем ещё раз, это уже была персональная атака другого раннера, меня попытались зажать в киберпространстве, и я едва смог уйти. Отцу было наплевать, так что решил не ждать, когда ко мне в реале просто подвалит пара ребят с дробовиками, и ушёл сам, затерев все следы, уж как смог. Кажется, меня пытались искать через сеть, я видел там следы. И если наша команда вдруг попадётся на глаза корпоратам, и моя дорогая мачеха решит теперь закончить всё наверняка… Мысль всем понятна? — Это бесчестно, — вдруг холодно произнесла Медея. — То, что Саманта пытается меня убить чужими руками? Простите за грубость, ваше высочество, но разве вы не делали то же самое? — без обычной сдержанности бесцеремонно спросил Артур в ответ. Всё-таки рассказать эту историю ему было тяжело, хотя и прошло уже полгода. — Отравление Тесея? Там за столетия перепутались несколько мифов. Подумай сам, если бы я годилась ему в матери, то каким образом Ясон мог дурить мне голову историями об Ариадне и Тесее, когда я ещё была наивной девой? В Афинах всё было несколько сложнее, и сейчас речь не обо мне, — спокойно объяснила Медея. Затем её тон стал жестким: — Я говорю о твоём отце. Даже в мифе, о котором ты говоришь, Эгей рискнул, чтобы спасти от смерти своего незаконнорожденного ребенка, как и должно поступать. А подобное равнодушие к родному сыну достойно лишь презрения. Впрочем, решить проблему с его новой женой я могу без проблем, если ты попросишь. — Не-е-ет, спасибо, я слишком хорошо представляю, на что это будет похоже… — вздрогнув, ответил нетраннер. — Если мы сможем с ней разойтись, хотя бы и оставшись на ножах, такое меня вполне устроит. — …если наша команда станет достаточно известной и если определённый сотрудник «Зетатех» будет знать по именам всех участников нашей группы, — добавил Янг. — Ты сильно торопишь события, Арти. Предусмотрительность, конечно, продлевает жизнь, но пока она не доходит до паранойи. Тебе ли не знать, что «пиджаки» за лечение своей шизы всяким мозгоправам вагоны эдди отгружают каждый год? Вот и давай смотреть на текущие проблемы. Пока надо проработать заказ, который подкинула Окада. И прикинуть, как с магией мы сможем незаметно там всех обыграть. Ты же у нас самый умный, кому ещё над этим голову ломать? — затем он повернул голову и предложил: — Раз уж ты здесь, Кастер, не задержишься немного? — Что-то ещё случилось? — Нет, просто мы собирались ужинать, и я хотел предложить тебе присоединиться. Знаю, тебе это не так уж нужно, но, я думаю, расширение арсенала и нашей команды, и твоего, можно было бы отметить. Не каждый день бывает. — Что ж… — она всерьёз задумалась. Казалось, для Кастер согласие на совершенно рядовое для наёмников, даже не состоящих в одной команде, предложение перекусить вместе почему-то многое значит. Наконец, она медленно кивнула и произнесла: — Я приму приглашение, мастер, и обещаю уважать его.***
— Печальное зрелище, — тихо произнесла Медея, глядя на полуразрушенные дома, темные и безжизненные, освещенные лишь заходящей к горизонту луной. Это поселение было покинуто много лет назад. Она лишь предполагала, что когда-то два десятка семей занимались здесь земледелием, пытаясь вырвать у пустошей плодородную почву и защитить её от налётчиков и любителей собирать дань с тех, кто слабее, будь то бандиты или корпорации. Однако местные жители потерпели неудачу, что бы ни было тому причиной. Ветер и песок давно уничтожили поля, колючие кусты проросли сквозь почти исчезнувшую дорогу, когда-то протянувшуюся через весь посёлок, только рассчитанные на песчаные бури стены ещё как-то держались и после бегства обитателей. Судя по следам вроде закопченных кострищ прямо внутри дома или блестящих в песке гильз, люди порой сюда наведывались, но скорее для встречи в безопасном месте вдали от города и больших дорог, а вот желающих тут поселиться больше не осталось. Конечно, волшебница легко могла бы узнать всю печальную историю данного поселения в подробностях и по датам, стоило лишь обратиться к Артуру или задействовать свои «умные» очки с поисковой системой внутри. Вся информация о городках и посёлках всего в дне пути от Найт-сити наверняка найдётся без проблем. Однако она не хотела ставить в известность кого-либо и рисковать, задавая вопросы программе, которую с высокой вероятностью контролирует Кэмбелл, а может быть и Лоу. Не то чтобы она вдруг решила полностью отказать своему мастеру и его команде в доверии, но сейчас речь потенциально шла о страховке на крайний случай, а если о ней знают хотя бы два человека — это уже слишком высокий риск. Тем более в мире, где смертные научились копаться друг у друга в головах даже без намёка на магию и божественные чудеса. Потому Янг-Джин и остальные знали лишь об очередном визите в пустыню для медитации и отдыха от шума мегаполиса, но не о конкретной точке назначения. Потому и очки, регулярно сверяться с которыми она уже привыкла, остались в городе вместе с «униформой» Селены Асахи. Медея, уже в своём оригинальном наряде, телепортировалась из мастерской на крышу одной из недостроенных многоэтажек на восточной окраине города, в пределах радиуса действия мистерии, а оттуда полетела в пустоши, пользуясь ночной темнотой. По пути она сделала несколько поворотов, даже прошла пару километров по остывающему песку пешком, прежде чем вновь подняться в воздух и взять направление к нужной точке среди низких холмов, дополнительно изуродованных десятками ржавых «ветряков». Возможно, кому-то из героических душ средних веков подобные скрипящие на пыльном ветру конструкции напомнили бы кривое отражение крестьянских мельниц над пашнями… Однако для Медеи с высоты эти шпили, некогда выкрашенные в белый цвет, но теперь покрытые многометровыми ржавыми разводами, напоминали скорее огромные рёбра разлагающихся чудовищ, вроде оставшихся на Флегрейских полях гигантов. Она не участвовала в том сражении, её не звали: Геката предпочла отправиться в бой лично, без своих жриц и учениц, богам тогда оказалось достаточно помощи и одного смертного героя. Вот так размышляя о делах былых эпох, она и долетела до этого затерянного среди песков вымершего посёлка, сверху ещё можно было с трудом различить контуры когда-то размеченных вокруг полей, но не осталось и следа ведущих сюда дорог, словно пустоши поглотили их после ухода людей. Разумеется, её интересовали совсем не брошенные дома и полуразрушенная заправочная станция в центре. Как раз напротив: для этого мира скорее удачная случайность, что на перекрестке лей-линий вообще нашлось какое-то поселение людей, а не просто голая пустошь или скалы. Здесь за много километров от городской черты, где даже зарево в небе от ночного мегаполиса почти терялось, наконец-то сходились две «вены дракона», пересекающие север и юг Найт-Сити. Причём южная линия была продолжением той, на которой Медея выстроила свою новую мастерскую в Санто-Доминго, а значит вполне в её силах установить связь между двумя перекрестками, даже перекачивать между ними магическую энергию. В прошлой жизни… даже в Фуюки она бы не стала так рисковать, открывая своё местоположение другим магам, однако здесь едва ли найдутся те, кто сможет отследить её убежище, проведя черту на карте вдоль силовой линии планеты. Прежде чем устраиваться здесь надолго, следовало для начала хотя бы немного оглядеться. Поисковые заклинания не фиксировали в руинах посёлка живых людей, однако в этом мире подобное ещё никак не означало безопасности и свободы от сюрпризов и непрошеных гостей. Да и ощущение чужого взгляда присутствовало где-то на самой границе сознания, хотя тут его вполне может порождать какая-нибудь видеокамера с автономным питанием, забытая на стене одного из домов много лет назад. Медея ходила между ветхими стенами, заглядывая в выбитые окна и не тратя даже капли силы на создание огней, ей хватало света луны и звёзд. Разруха, запустение, песок, ржавчина и пыль… Везде одно и тоже. А через час начнёт всходить солнце, и к этому вскоре прибавится ещё и зной вместо прохлады утренних сумерек. Зрелище наводило на волшебницу меланхолию. Не то чтобы она ещё при жизни не видела десятков таких же опустевших деревень и городов, разорённых войной, бедствием или мором. Некоторые она опустошила и сама… Но в её время каждое новое поселение приходилось отвоёвывать у природы: у лесов, гор, моря, у зверей и чудовищ. И видеть, как тысячи лет спустя Гея измором забирает у людей то, что когда-то уступила — это было свидетельством поражения. А такое можно увидеть теперь в сотнях и тысячах мест по всей Земле: люди отступали, вновь прячась в больших городах от внешнего мира. Медея даже могла бы предположить, что к этим мыслям о судьбе человечества её, принцессу Колхиды, подталкивает не собственное прошлое, а сущность героического духа, принадлежащего Алайе. Решив сосредоточиться пока что на своих собственных проблемах, волшебница обошла относительно целый широкий дом и остановилась на заднем дворе у выбитой двери в подвал. Сглаженная ветром полоса песка полностью скрывала ступени и тянулась внутрь в темноту. Медея резко взмахнула рукой, подчиняясь её воле, она взлетела вверх и так же ровно легла на землю, даже не зацепила плащ. Следующий жест создал поток ветра, который начал вытягивать песок наружу, рассыпая вдоль изломанного пластикового забора ровным слоем. Только когда подготовка была завершена, Медея начала спускаться, движением кисти создав над плечом бело-голубой световой шар. Ещё один подвесила в подвале под не таким уж и низким бетонным потолком. Волшебница не хотела тратить на маскировку запасного убежища столько же сил и времени, как на сокрытие основной мастерской прямо в центре людного района мегаполиса. Его удалённость от Найт-сити должна стать важным фактором и сама по себе. Вполне достаточно будет развернуть замкнутые барьеры под землёй, скрывшись от наблюдателей — главное, чтобы она могла получать энергию, а синхронизация двух перекрестков позволила расширить мистерию перемещения сюда, это даст возможность телепортироваться из мастерской сразу в убежище. В дальнейшем возможно будет расширить доступное пространство собственными силами, благо контролировать подземные вибрации и шум в глубине посреди пустошей некому, пробить пару тоннелей удастся легко. Перекресток под ногами отзывался на её присутствие, делясь энергией даже без создания полноценных контуров и барьеров, которые будут концентрировать её на маге, хватало и просто повышенного «фона» магии. И именно едва заметные колебания этого эха дали ей понять, что вокруг происходит что-то неправильное. Как-то вдруг слишком много людей обратили внимания на эти никому давно не нужные руины… Медея выскочила из подвала, оглядывая светлеющее небо, и тёмные безжизненные дома, но вокруг ничего словно не изменилось. А ведь она ещё на подлёте тщательно проверила местность на случай встречи с невидимыми противниками, и никого не нашла. С другой стороны, она как обычно искала тех, кто закрылся от чужого взгляда и иных чувств с помощью магии. А здесь возможны и другие варианты. — Aetes! — выкрикнула она, материализуя в руках посох и вонзая его в землю. В следующее мгновение окружающий песок словно взорвался, взлетая в воздух и поднимая пыльную бурю. Сил было вложено много, часть она позаимствовала у перекрестка, потому в радиусе сотни метров от волшебницы песок, пыль и мелкие предметы поднялись вверх и разлетелись в стороны под порывами ураганного ветра. Смерчи, жёлто-серые завесы из пыли и песка, облака сконденсировавшегося от перепада давления тумана: всё это расходилось вверх и в стороны дальше от покинутого людьми поселения. И примерно в километре к западу несущийся с огромной скоростью песок встретил твёрдое препятствие, вызвав мерцание и разноцветные отсветы в «пустом», как могло показаться небе. Сосредоточив внимание, Медея смогла разглядеть зависший над землёй силуэт, очерченный потоками ветра и песком. Вытянутая угловатая машина, такие часто можно увидеть над городом. АВИ, не очень большая модель с расчётом на экипаж из двух или четырёх человек. А когда пару секунд спустя маскировка отключилась, не выдержав порождённой магией бури, стало возможно разглядеть на чёрном борту квадратный логотип и белые буквы: «Милитех». Волшебница с досадой подумала, что на её месте Арчер или даже Лансер наверняка обнаружили бы посторонних по вполне заметным для них признакам вроде искажения звёзд через маскировочные поля или потока воздуха даже от скрытых различными ухищрениями двигателей. Но Медея, как и многие маги на её месте, искала в первую очередь противников, укрытых чарами или отводом глаз, а не исключительно техническими средствами без капли магии. С другой стороны Арчер на её месте, не имея возможности принимать астральную форму, бежал бы через пустыню, а не летел, привлекая внимания всех в окрестности на километры вокруг… Волшебница вскинула левую руку, сквозь пыль и песок с небольшой задержкой ударили три ярких сиреневых луча. Машина сумела уйти от первого, но второй легко пробил броню на корме, а третий удачным попаданием превратил АВИ в пылающий шар. Дым и мелкие обломки сразу начал сносить в сторону продолжающий бушевать ветер. Оставаясь в тихом центре бури, волшебница расправила плащ и взлетела на сотню метров над гнущимися под порывами урагана крышами. Она вполне понимала, что уничтожения соглядатаев недостаточно, и они наверняка успели передать информацию об интересующей весь город персоне своим соратникам и командирам. Оставалось лишь надеяться, что ближайший патруль «Милитех» окажется достаточно далеко и не успеет перехватить «нарушительницу» прежде, чем она улетит. — Hyetos fotos! — воскликнула Медея, заметив стремительный силуэт, метнувшийся в её сторону сквозь облака песка и пыли. Даже указала на цель посохом, чтобы эффективнее фокусировать энергию в смертельный свет. Полтора десятка лучей протянулись через бурю, на мгновение осветив заброшенный посёлок и пустыню вокруг. Противовоздушную ракету, пытавшуюся сманеврировать перед заходом на цель, несколькими попаданиями разрубило на куски, неразорвавшаяся боеголовка унеслась по инерции куда-то вверх, вспыхнули и тут же искрами разлетелись на ветру остатки топлива в баках. — Argos, — произнесла волшебница, взяв посох двумя руками и окружив себя защитным барьером. Приближающаяся от земли цепочка ярких белых огней ничего хорошего не сулила, так что не стоило рассчитывать лишь на укрепленную чарами одежду. Уже через пару секунд вокруг начали рваться десятки снарядов, в магический щит со всех сторон ударили тысячи и тысячи небольших, но смертельно опасных осколков. Барьер сдерживал и их, и ударную волну, но множество вспышек и чёрный дым от сгоревшей взрывчатки на несколько секунд скрыли всё вокруг, сократив видимое пространство до объёма защитной сферы. Медее было достаточно одного желания, чтобы созданная ею буря сместилась совсем немного, мощные порывы ветра почти мгновенное разметали в стороны гарь металлические осколки. Однако этот залп был нужен, чтобы отвлечь её и задержать на одном месте. От земли, но уже с другого направления, почти мгновенно протянулась полоса бело-голубого света: разогнанный до безумной скорости снаряд практически испарился от удара о барьер, создав взрыв как бы ни мощнее всех, что произошли несколько секунд назад, вместе взятых. Медея почувствовала, что даже укрепленный щит начинает трескаться, не справляясь с нагрузкой, да и энергии требует всё больше и больше. Долго под таким обстрелом не продержаться, вися в небе, словно мишень для стрелков. Она практически рухнула вниз, лишь на последних метрах затормозив падение и опустившись между качающимися от порывов ветра домами. Над головой донёсся грохот, сверкнула ещё одна вспышка, но второй снаряд из рейлгана прошел мимо и унёсся в небеса: ни волшебницы, ни её барьера в расчётной точке уже не оказалось. Однако в остальном ситуация складывалась неприятная. «Милитех», патрулирующий пустоши, стягивал сюда все ближайшие силы, возможно и из города тоже вскоре прибудут подкрепления. А Медея не могла просто телепортироваться отсюда: пришлось бы сначала синхронизировать перекресток лей-линий с тем, на котором находится мастерская, и на это потребуются несколько часов и сложные ритуалы, которые сложно проводить под обстрелом. А значит, остаётся или принимать бой с неизвестным количеством врагов, или пытаться исчезнуть среди пустошей, чтобы потом вернуться в город другим маршрутом. На принятие решения ей осталось немного времени, уже через несколько секунд над крышами разорвался снаряд, вылетевшие из него контейнеры заискрились, словно фейерверки, выпуская по паре дюжин «умных» боеприпасов, сразу по ломаным траекториям метнувшихся к единственному человеку, обнаруженному их системой наведения. В сумерках они напоминали рой взбесившихся светлячков. — Celaeno, — волшебница направила энергию не в единственный мощный разряд, а создала над собой плотную сеть из молний, уничтожившую и самонаводящиеся пули, и выпустившие их кассеты с миниатюрными камерами и радарами. Этот выстрел ясно дал понять: даже укрывшись среди домов или в подвалах, она не будет в безопасности. К тому же в небе сквозь вой ветра доносился быстро приближающийся гул двигателей, а значит, скоро посёлок будут плотно контролировать и сверху, дожидаясь подхода наземных сил. «Милитех» крайне серьёзно относился к своим притязаниям на пустоши. Или, что более вероятно, очень хотел познакомиться с человеком, не так давно с лёгкостью разгромившим штурмовую группу другой корпорации. — К вашему сожалению, вы дали магу лишнее время, — негромко произнесла Медея. Затем воткнула посох в каменистую землю, не прикрытую больше нанесённым песком, прислонилась спиной к металлической стене и начала читать заклинание, одновременно левой рукой выписывая перед собой в воздухе цепочки медленно тающих фиолетовых символов. Она ещё помнила лекцию Артура о современных методах ведения войн, и тот момент в ней, что воины будущего уже полсотни лет предпочитают парить над землёй, а не ездить по ней, ведь так можно не зависеть больше от качества дорог, не думать о рвах и закопанных минах. Летающие танки, ракетные установки, армейские транспорты для перевоза солдат и грузов — у всего этого имелся один важный недостаток. Они сами поддерживают себя в воздухе, не соприкасаясь с поверхностью, а значит и сильный шторм, который был бы небольшой проблемой для старых гусеничных и колёсных машин, для них превратится в смертельную угрозу. Стоит напомнить людям, что не стоит шутить с силами природы. Уже через две минуты порывы ветра превратились в сплошную тёмную стену торнадо, закрутившегося вокруг центра посёлка. Безопасный и тихий глаз урагана имел радиус около десятка метров вокруг волшебницы, дальше начиналась вращающаяся мешанина из песка, подхваченных с земли обломков, кусков домов и вырванных из земли заборов. На высоте примерно третьего этажа он резко сужался до пяти метров, в результате ударивший с юго-запада ракетный залп не достал до земли: снаряды разорвались от ударов о переломанные фрагменты стен и крыш, закружились вместе с бурей, сбились с пути и улетели куда-то далеко в пустоши. Та же судьба постигла пару «Виверн» — пытавшиеся пробиться к центру торнадо дроны просто перетёрло крупными обломками и разогнанным практически до скорости пистолетных пуль песком. А вот пилот транспортного АВИ, понадеявшийся на прочность армейской «Мантикоры», добился большего… в некотором роде. Машина протаранила стену ураганного ветра, выдержала песок и мелкие обломки, пока крупный кусок обгоревшей брони от сбитого первым разведывательного аэродайна не снёс один из четырёх двигателей. АВИ сразу потерял устойчивость и начал заваливаться вниз, очередной поток ветра, который пилот и бортовому компьютеру не удалось компенсировать, швырнул машину на дома в центре уже почти разрушенного стихией и обстрелами поселения. — Fotos, — ещё до того, как аэродайн потерпел крушение, Медея вскинула посох и использовала «Дождь света». Людей начала двадцать первого века и одно крушение воздушного судна наверняка убило или искалечило бы, однако солдаты две тысячи семьдесят четвёртого года вполне способны это пережить без тяжелых травм… хотя в их случае чаще уместно слово «повреждений». Лучи резали и пробивали бронированный корпус, в падении загорелся ещё один двигатель, один из люков отлетел в сторону после удачного попадания… Ожидаемо, сидевшие внутри бойцы тоже не захотели быть лёгкой мишенью для расстрела и начали выпрыгивать из разваливающейся машины прямо на ходу. У некоторых на сапогах и доспехах вспыхивали небольшие двигатели, тормозя падение, другие надеялись лишь на свою прочность и вес, ломая металлическими телами стены и оставляя небольшие кратеры в земле. Не опуская посох, волшебница отвела в сторону левую руку, создала над ней огненный шар и швырнула в замедлившихся перед приземлением солдат. Прямое попадание разорвало одного из них на куски, отблескивающие металлом и истекающие белой искусственной кровью, остальных разбросало взрывной волной в стороны. Не давая им опомниться, Медея вскинула руку к небесам, из собранных вокруг торнадо тёмных туч ударила ветвистая фиолетовая молния. Которая вопреки законам природы прошла мимо громоотводов и высоких антенн на нескольких уцелевших крышах, а вместе этого поразила одного из солдат, за мгновения превратив двухметрового киборга в боевой броне в груду оплавленного ещё светящегося от жара металла. Медея постоянно боролась с искушением использовать ранее проверенную тактику: подняться над землёй и расстрелять врага с высоты. Увы, здесь различные летающие машины всех возможных размеров и форм давно являются привычными целями, так же как и люди, умеющие планировать с большой высоты или прыгать на много метров между крышами. И если обычные пули и даже ракеты вряд ли пробьются сквозь колонну штормового ветра, то вот для разогнанных электромагнитами абсурдно быстрых снарядов она надёжной преградой не станет. И, разумеется, люди будущего оказались достаточно умны, чтобы использовать подобное оружие против воздушных целей. Так что с оставшимися солдатами придётся иметь дело, стоя на земле и не поднимаясь в когда-то безопасное небо… — Fotos, — повторила она арию, расправляя за спиной плащ и перехватывая посох двумя руками. Дюжина ослепительно-ярких сиреневых лучей на несколько секунд протянулась через улицу под разными углами, формируя подвижную ассиметричную сеть. Один из приземлившихся ближе бойцов попытался закрыться от выстрела, потому первое попадание только испарило огромные покрытые бронёй руки, а второй луч разрубил его надвое. Другой киборг попытался укрыться за стенами частично уцелевшего дома, однако несколько взрывов заставили всю конструкцию обрушиться на него грудой обломков и раскалённого металла. Последний из солдат «Милитеха», двигаясь с нечеловеческой скоростью, ухитрился в прыжке проскочить между сходящимися лучами, после чего он ловко приземлился на выгнутые назад механические ноги, и сразу же навёл на волшебницу свой автомат. Медея не стала тратить время на укрепление простого барьера, пули тот отразит, а вот приближение такого противника на расстояние удара было бы намного опаснее его выстрелов. Потому она просто выбросила вперёд левую руку, отдавая мысленный приказ. Порыв ураганного ветра ударил навстречу двигающемуся неровными рывками солдату, для обычного человека это походило бы на удар с разбега о каменную стену, но в теле этого бойца едва ли что-то ещё не было заменено на пластик и металл. Потому он лишь ненадолго запнулся, сбившись с шага и попытавшись удержать в руках автомат. — Atlas, — по команде волшебницы воздух сжался вокруг противника в твёрдую прозрачную сферу, приподняв его над землёй и лишив ноги опоры. Ударившая из посоха молния преодолела изолирующее покрытие и сожгла тонкие механизмы и провода под заменившей кожу бронёй: — Celaeno. Волшебница сделала два шага к уничтоженным врагам, но вдруг за тёмной стеной вихря заметила вдалеке среди однотонной пустоши огни и блеск металла. Примерное в километре от посёлка над перекатывающимся песком завис летающий танк, «панцер», как их тут принято называть, и он уже прицелился вдоль прямой как стрела улицы. У пилота хватило ума не соваться близко к торнадо, уже подхватившему и разбившему о землю и летающие обломки пару прибывших первыми панцеров, зато появившийся из-за дома силуэт сразу был обработан бортовым компьютером и не распознан как союзник, после чего поступила команда на атаку. Стрелять они начали одновременно. Лазерный луч из танковой пушки частично был ослаблен поднятым в воздух песком и кружащимся в торнадо мусором, но двухсекундного импульса всё равно хватило, чтобы уничтожить щит Медеи и заставить её закрываться укреплённым магией плащом и завесой маны, чтобы поглотить остатки энергии выстрела. Попавший в панцер сиреневый луч заставил его покачнуться, на броне прогремел взрыв, но она не была пробита, лишь вышли из строя несколько камер кругового обзора. — Hyetos fotos, — быстро произнесла Медея, указав на вражескую машину посохом. Над головой и за плечами вспыхнули магические круги, и затем в цель ударил уже залп из двенадцати лучей. Танк дёргался от попаданий, гремели взрывы, разлетались куски обшивки и какие-то мелкие детали, но он продолжал парить на том же месте, держа «нарушителя» в прицеле. Увы, Артур не стал тогда подробно останавливаться на подобных армейских машинах, не предполагая, что встреча с ними случится так скоро, так что волшебнице оставалось лишь вспоминать отдельные фрагменты его объяснений. «Композитная броня», «абляционное покрытие»… судя по всему, подобные машины в будущем оказались рассчитаны на противостояние энергетическому оружию, а не только попаданиям снарядов или ракет. К счастью, магу такого уровня не требуется «перезарядка» или «охлаждение» после каждого выстрела, в отличие от лазерного орудия. В результате после десятого луча, пробившего броню и задевшего что-то взрывоопасное, панцер вспыхнул изнутри и закружился на месте, разбрасывая искры и капли горящего металла. Это была победа, но далеко не такая простая, как хотелось бы, и нет гарантий, что возомнившая себя хозяйкой пустошей корпорация не направит сюда ещё десяток подобных или даже более опасных машин. Из этого боя нужно было выходить, отрываясь от преследования. Сделать это в пустыне, когда численность и расположение вражеских патрулей неизвестны, будет непросто, потому лучше добраться до города и раствориться в нём, там власти «Милитеха» не хватит, чтобы заглянуть под каждый камень и прочесать каждый дом. Правда лететь к Найт-сити по прямой линии, без защиты и маскировки, было слишком опасно, хотя бы на несколько минут требовалось обеспечить своему манёвру надлежащее прикрытие. Практически не обратив внимания на залп небольших ракет с северо-востока, бессильно затерявшихся в круговерти торнадо, Медея быстро взлетела к тёмным тучам. Воронка смерча без подпитки её энергией продержится ещё минут пятнадцать, прежде чем рассеяться, волшебница же пролетела над ней и направилась на запад, скрытая собранными вокруг тёмно-серыми грозовыми облаками. Ливень, ураганный ветер с тучами песка и проскакивающие изредка молнии должны хотя бы частично прикрыть её от тонкой поисковой электроники, на которую уж слишком полагаются во всех сферах жизни современные люди, солдаты в том числе. С учётом скорости шторма, до города восемь минут полёта. В античные времена, когда люди измеряли расстояния дневными переходами, а письма переносили птицы и гонцы, это время не принимали бы в расчёт. Но сейчас, когда в пределах огромного мегаполиса установлена почти мгновенная связь, практически со скоростью мысли Гермесу на зависть, восемь минут — это значимая величина. «Милитех», уже получив информацию от своих войск в пустошах, может попытаться организовать оборону на подходе к городу, поднять в воздух авиацию и подтянуть к восточной окраине пушки. С другой стороны, в «цивилизованных», если можно так выразиться, местах они не могут столь же свободно перемещать солдат и технику, не насторожив другие корпорации, это поможет выиграть немного времени. А ещё есть проблема, о которой она говорила Янг-Джину пару дней назад, когда они обсуждали новую работу. Медея и так раскрыла сегодня слишком много своих возможностей, которые надеялась до поры сохранить в тайне. Если она вдобавок телепортируется у всех на виду, едва достигнув города, искать её после станут намного упорнее — в этом узнавшие о её новой способности наёмники были абсолютно уверены. Уж слишком давно ученые и дающие им деньги корпорации мечтают освоить пространственное перемещение… А значит, требуется создать хотя бы слабую дымовую завесу для своего «трюка». Как в прямом, так и в переносном смысле. Когда внезапный ливень обрушился на Чартер Хилз, Медея нашла взглядом заброшенный жилой комплекс из нескольких частично обрушившихся трёхэтажных зданий. Затем несколькими лучами снесла крышу у ближайшего из них и резко снизилась, влетев на верхний этаж через проделанную дыру. Не тратя времени, начала читать заклинание, отчего под ногами синим светом засиял формирующийся магический круг и сразу начал проплавлять бетон за счёт одной концентрации магии. Простейшая чародейская ловушка, которую опытный воин её эпохи отыскал и обошел бы без малейших усилий. Добавление зелий уже делало её намного более непредсказуемой, однако сейчас и этого будет вполне достаточно. Знакомую арию волшебница дочитала быстро, после чего сосредоточилась на своей мастерской и произнесла: — Trofa. Мгновение спустя она уже стояла в восстановленном подвале школы, в отдельном помещении, которое освещал нанесенный на полу круг восстановления. Это было предусмотрено как раз на случай перемещения из опасной ситуации, когда ей или кому-то из спутников потребуется немедленное лечение, но сейчас Медея просто опёрлась на материализовавшийся вновь посох и опустилась на одно колено, коснувшись пальцами идеально чистого пола. За километры отсюда в покинутом ею здании уже, наверное, сработали её чары: магический взрыв должен снести верхний этаж, оставив преследователей копаться в щебне и золе, чтобы отыскать следы «тайного хода» или иного способа побега. Пусть тратят время и ломают голову. Пока что волшебница сосредоточилась на собственной мастерской и на том месте, где в недрах земли сходились лей-линии города. «Свой» перекрёсток сразу же начал восполнять обильно потраченную в схватке энергию. Медея не подошла сегодня к доступному ей после обретения мастерской пределу, однако даже по своим меркам отдала немало сил, при этом почти с нулевым результатом… Перекресток в пустошах теперь наверняка окажется под постоянным надзором, а «Милитех», да и все прочие корпорации будут искать «киберпсиха», в одиночку уничтожающего танки и аэродайны, куда активнее. К тому же она на практике могла убедиться, что в прямом противостоянии даже могущественного мага и колоссальной организации, легко способной бросать в бой десятками новейшую технику и целые отряды солдат со сверхчеловеческими способностями, силы у мага, скорее всего, закончатся раньше…
