Героиня множества трагедий

      I sharpen the knife And look down upon the bay For all of my life A stranger I remain

Jamie Christopherson, "A Stranger I Remain"

      «Этот «Шепчущий перекресток» оказался пустышкой. Ещё один ложный след», — в мыслях отметила Медея, проведя пальцем по выведенному на экране телефона длинному списку, чтобы вычеркнуть очередной пункт.       Автомобиль уже влился в общий поток транспорта на улицах Глена, направляясь на запад. Волшебница сидела сзади, машина подчинялась командам автопилота, придерживаясь заранее проложенного через весь город маршрута. По местным меркам технология считалась достаточно примитивной и таким блоком оснащались даже рассыпающиеся от ветхости грузовики и самые дешевые одноместные городские автомобили из переработанной пластмассы. Система автопилотирования проигрывала хоть немного обученному водителю или специально настроенному искусственному интеллекту во всём, кроме безопасности: в скорости, маневренности, поиске коротких маршрутов и объезда пробок. Однако она могла довести машину из одной точки города в другую, не разбившись — большего сейчас и не требовалась.       Волшебница не слишком торопилась, всё ещё изучая огромный мегаполис изнутри, раз ей больше небезопасно разглядывать его с высоты птичьего полёта. Кроме того, у мастера и его команды нашлось довольно важное дело: они подбирали и закупали снаряжение, с которым можно браться за серьёзную работу и, что не менее важно для наёмников, которое будет придавать им в глазах заказчиков и коллег солидный вид. Теперь в этом вновь появилась необходимость. На самом деле и данная машина была частью этого, как принято у них говорить, имиджа. Янг-Джин купил не новый, но хорошо сохранившийся «Виллефорт Кортез» буквально вчера и был крайне доволен этой сделкой. Медея подумала, что ему повезло удачно сторговаться или найти хороший товар по невысокой цене, но он сразу уточнил, что подобный автомобиль, похожий на любимую модель патрулей городской полиции, и должен стоить около тридцати тысяч евродолларов, сколько он и отдал. Тонкость была в том, что ещё неделю назад с Лоу если и не отказались бы иметь дело, то продавец задрал бы цену вдвое и не стал её даже обсуждать. Однако в этот раз Окада в качестве дополнительной награды за полное решение проблемы с «Куроиши» выступила посредником в переговорах и выставила цену, с которой согласились обе стороны. А это уже был вполне отчётливый сигнал в кругу наёмников, что она не только вспомнила о существовании Янг-Джина, но и посчитала его человеком, с которым можно вести дела. Пускай для этого ему и пришлось отдать за покупку все деньги, что он заработал за исполненный заказ, но с другой стороны автомобиль для наёмника тоже признак статуса — не на бронированном фургоне же каждый раз приезжать для разговора.       В целом данная работа отлично сыграла на славу команды, но оказалась не слишком прибыльной. Трофеев взяли мало: немного оружия, несколько тысяч эдди, которые Артур просто по привычке перевел на временные счета, пока изучал изнутри сеть работорговцев, да новый фамилиар волшебницы, который пока остался в мастерской… И с внутренним устройством которого ещё предстоит долго разбираться, если она хочет использовать все его возможности или повторить данный эксперимент с другим телом.       Однако это подождёт пару дней, а сегодня она решила всё-таки взяться за одну важную задачу, которую давно для себя наметила, но по различным причинам снова и снова откладывала на потом. Артур ещё некоторое время назад подготовил для неё карту «духовных» и «мистических» мест в Найт-сити, включая разные нехорошие дома, где люди исчезают в неизвестность без участия Мусорщиков или «Биотехники»; пользующиеся особым вниманием верующих церкви и храмы; лучшие площадки для медитаций, укрепления ци, единения с миром и тому подобных занятий. Представителей всех возможных и невозможных религий, сект и культов, а также самозваных пророков, адептов самосовершенствования и искателей ключей от истины через употребление различных препаратов в Найт-сити оказалось невероятно много и, очевидно, были места, которые притягивали их к себе сильнее прочих. Метод, откровенно говоря, не выглядел надёжным, но Медея надеялась найти хотя бы какие-то самые тонкие нити, ведущие к остаткам «подлунного мира», то есть к реальным, а не вымышленным тайным обществам магов двадцать первого века. Включая и мало кому из простых смертных известные стороны Церкви, с одним из представителей которой у неё было столько проблем в Фуюки.       Пока что поиски успешными можно было назвать весьма условно: какой-то результат она получила лишь в самом начале поездки, и то не слишком определенный. Буддистский храм на перекрестке лей-линий в Норт-Оук, который её когда-то заинтересовал по рассказам Артура, оказался выстроен и вписан в местность по всем канонам магической науки, которую в эту эпоху принято называть «геомантией»: правильно ориентирован на стороны света, не блокирует протекающие под ним лей-линии, размещен между зонами негативной и позитивной энергии, не замыкая их на себя… И при этом в нём сейчас не было ни капли магии. Ни укрепляющих стены чар, ни сигнального или защитного барьера, какой окружал храм Рюдо задолго до появления там слуги класса Кастер. Подобное сочетание казалось Медее невозможным или как минимум совершенно нелепым: словно меч воина или топор, идеально повторяющие форму и баланс, но не выплавленные из стали или хотя бы бронзы, а вырезанные из мягкого дерева вроде липы. Прекрасная копия, но совершенно бесполезная — и кто стал бы тратить на это время, силы, ресурсы и, самое главное, герметические знания, недоступные простым смертным.       Храм был собственностью Тигриных когтей и надёжно охранялся, так что волшебница не стала рисковать, приближаясь к нему, а оставила эту загадку на потом. Может быть, позже ей удастся получить у Окады-сан разрешение на небольшую экскурсию. А в этот раз она предпочла вернуться в машину и продолжить намеченный маршрут: Уэстбрук, затем городской центр и Хейвуд… Врата Инари в Джапантауне, церковь Юнитологии на границе Чартер-хилз, «мост самоубийц» над скоростной трассой Дель-Рей — во всех подобных местах не было никакой мистики, лишь «фон» веры множества людей или следы смертей и даже пыток и убийств. Разумеется, Медея не ограничивалась лишь посещением нескольких точек, по пути изучая город, потоки магической энергии и течение лей-линий на глубине в поисках любых аномалий и искажений, но и тут пока особых результатов не было. Разве что на Площади Корпораций почти оглушительно для любого мага «пахло» смертью даже спустя полвека — там, где когда-то произошёл атомный взрыв, тысячи людей погибли за мгновения, и до сих пор как напоминание часть очищенных от радиации обломков зданий была выставлена в своеобразной экспозиции, окруженной многочисленными подземными магазинами, барами и заведениями.       — Велл-Спрингс, — произнёс электронный голос навигационной системы, машина сделала поворот и остановилась у тротуара, автоматически открылась задняя дверь.       Волшебница вышла под полуденное солнце и сразу заметила нужное место. Площадка для медитаций и тренировок была выложена искусственным покрытием, имитирующим песчаник, отсюда открывался хороший вид на пляж и океан. Даже сейчас в такую жару тут нашлось с десятка два посетителей: медитирующие монахи, люди, пытающиеся изобразить особенно вычурную позу йоги или отрабатывающие какие-то стойки боевых искусств. Один выглядел особенно нелепо — киборг, на котором одежды было не больше, чем обычно носит Кирстен, двигался словно марионетка или человек, одержимый духом, его металлические руки и ноги били воздух будто по чьей-то чужой воле, механически правильно и совершенно бездумно. Артур упоминал о подобных вещах: программы на основе памяти и рефлексов опытных бойцов, которые содержат готовые навыки боя с оружием и без, они словно берут на время тело под свой контроль, заставляя его наносить правильные удары или выстраивать защиту. Крис подобные уловки презирала, называя их «костылями для слабаков».       Без спешки Медея подошла к краю площадки и оперлась на металлическое ограждение, одновременно прислушиваясь к своим ощущениям. Уже привычную «тяжесть» дюжин нечеловеческих взглядов со всех сторон, принадлежащих многочисленным камерам, она проигнорировала, концентрируясь на следах магической энергии. Складывалось ощущение, что тут использовали магию или хотя бы творили ритуалы, но отклик был очень-очень слабый: такой мог бы дать потенциальный маг с непробуждёнными способностями или не-маг вовсе, если он пользовался чужой силой. Но и это хоть какой-то проблеск среди пустой породы — стоит позже вернуться сюда и, может быть, оставить сторожевой барьер для поиска этих любителей медитации. Пока же волшебница лишь шепотом прочитала арию, повесив на ограждение простые следящие чары, которые маг из этой эпохи скорее всего даже не заметит. А пока следует закончить намеченный на день маршрут: солнце уже начинает клониться к западу, а ей ещё предстояло изучить пару «подозрительных» мест в Велл-Спрингс, взглянуть на собор в центре города и потом объехать китайский квартал в Уотсоне, прежде чем вернуть машину Лоу на базу в заброшенном мотеле. И даже так она сегодня посетит едва ли половину потенциально интересных точек на карте, но всё-таки Найт-сити слишком огромен, чтобы можно было везде успеть всего за один день.       Решив, что пять минут всё-таки ни на что не повлияют, Медея отвернулась от людей на площадке и взглянула на океан. Вода у берегов была грязной, небезопасной даже на вид, в отблескивающих на солнцах цветных пятнах химикатов, и даже к обычным запахам соли и мёртвых водорослей примешивалась какая-то синтетика. Но даже так падающие на берег волны и водная гладь до горизонта выглядели знакомо и привычно, как тысячи лет назад. И в то же время новая эпоха ярко напомнила о себе: с острова справа потянулся вертикально в небо толстый дымный столб, увенчанный ослепительно ярким даже в солнечный день огнём. Очередной шаттл отправился с космодрома Найт-сити на земную орбиту, а может быть к Луне — они взлетали и садились там по несколько раз в день, словно торговые корабли, посещающие морской порт. К обыденности этого зрелища всё ещё сложно было привыкнуть.       Проводив взглядом исчезнувший среди высоких облаков корабль, волшебница отвернулась и направилась к машине. Сегодня ещё было много дел…       До китайского квартала, с учётом пробок в центре и на мостах через реку, удалось добраться только к сумеркам. Клуб «Посмертие», несмотря на почти что легендарную репутацию в Найт-сити, выдал издалека лишь очень слабый отклик, который может означать, что сюда месяцы или годы назад заходил некто с не самыми обычными способностями, но едва ли он бывает тут регулярно. Очередной буддистский храм, окруженный искусственно выведенными вишнями, мало похожими на настоящие, вновь оказался пустышкой. Следующая остановка была посреди торгового квартала в тени одной из мегабашен — с земли казалось, что чудовищная как в размерах, так и в своей уродливости постройка закрывает треть неба. Волшебница крайне скептически отнеслась к наличию в списке среди церквей и мест сбора паломников магазина эзотерических товаров, но в сети довольно много людей утверждало наперебой, что визит туда помог им «обновить себя» и «прийти в согласие со своей кармой», что бы это ни значило.       Наличие рядом с указанным адресом пары дешевых борделей и очередного полулегального рынка с довольно сомнительными на вид людьми среди продавцов и покупателей тоже говорили против данной наводки. С другой стороны, среди некоторых магов, ведущих дела с обычными людьми, а не запершихся в собственной башне, считалось хорошим тоном прятаться в самом неочевидном месте прямо на виду. В этом городе сама Медея разместила свою мастерскую буквально в центре бедного и многолюдного квартала.       Войдя в небольшой полутёмный магазин, стены которого были увешены календарями, гексаграммами, мандалами и символами самых разных религий и учений, волшебница вполне искренне улыбнулась и произнесла, глядя на смертельно побледневшую девушку за прилавком:       — Судя по твоей реакции, я всё-таки пришла куда нужно. Хоть раз за сегодня повезло. Не волнуйся, я немного перенастроила твой барьер, и пока нам поговорить никто не помешает.       У Медеи было время, чтобы рассмотреть хозяйку этого места, окружённого слабым замкнутым барьером. Молодая, немногим старше двадцати, одета с подчёркнутым презрением к стилю в растянутый балахон, кажется, связанный вручную, тушь и тёмные тени вокруг глаз особенно ярко выделяются на фоне почти мертвенной бледности. Девушку била дрожь, она вцепилась в прилавок, чтобы просто не упасть, и вряд ли визит очередной наёмницы с кинжалом на поясе мог бы напугать её почти до обморока. А значит, она видит в «Селене Асахи» нечто иное.       — Я здесь не для того, чтобы причинить тебе вред, меня не интересуют твоя жизнь или душа, — Медея говорила спокойным тоном, стоя на одном месте. Не хотелось бы получить заклинание в лицо просто от страха — вреда ей это не причинит, но общаться потом будет сложнее. — Всего лишь хочется получить немного информации. Так, может быть, мы всё-таки спокойно всё обсудим, маг?       — Г-г-г-госпожа… — смогла та выдавить из себя, явно перебарывая желание бегом броситься к задней двери магазина.       — Ну к тебе же не сам Танатос явился на порог. Если так будет спокойнее, может предложишь чай или вина, и потом мы поговорим?       — Ч-что? — удивилась она. Затем во взгляде появилось понимание, и девушка практически испарилась, оказавшись в подсобном помещении в глубине магазина, лишь торопливо выговорила на бегу: — Разумеется, вы совершенно правы…       Через несколько минут волшебница медленно отпила ароматный, настоянный на травах чай, поставила полупустую чашку на низкий столик и медленно сказала севшей напротив хозяйке:       — Я у тебя в гостях, мы разделили стол, и потому обычай предписывает нам относиться друг к другу подобающим образом. Полагаю, этого достаточно для разговора.       — Более чем. Прошу меня простить, я никогда в жизни не встречала кого-то… вроде вас, лишь представляла с чужих слов, которым верила не всегда, — призналась она уже чуть спокойнее и без паники в голосе, тоже отставив в сторону чашку с чаем. Вряд ли девушка так уж верила в силу законов гостеприимства, скорее смирилась с тем, что от разговора не уйти, хочет она того или нет. — Не думала, что в этом городе мне однажды встретится столь сильная мистическая сущность и тем более не предполагала, что её заинтересую я и мой скромный магазин.       — Найт-сити небогат на дворцы и башни магов: я видела в городе слабые следы, но ты первый человек с магическими способностями, которого я лично встретила здесь за всё время.       — Вы крайне льстите мне, госпожа. Я не обладаю мистическими силами, лишь знаниями нашей семьи, и те крайне неполны, — ответила она, аккуратно подбирая каждое слово. — Мне знакомы некоторые ритуалы, известно о создании простых оберегов и зелий, но не более того — тут нужно лишь абсолютно точное следование указаниям, а не собственная энергия.       — Специалист по формалкрафту? — удивилась Медея. Хотя такого вполне стоило ожидать, глядя на это заведение. — Что ж, это всё ещё лучше, чем гоняться за давно остывшими следами по всему городу. Даже если ты не можешь считаться магом в полной мере, но всё равно обладаешь знаниями о скрытой стороне мира и способна ответить на мои вопросы, не так ли?       — Если вы этого пожелаете, — крайне вежливо ответила девушка. Подобная манера речи не очень вязалась с её одеждой и внешним видом, но она слишком боялась спровоцировать гостью неосторожными словами, чтобы говорить свободно.       Насколько Медея могла судить, она лишь чувствовала магическую энергию гостьи и, может быть, заметила духовную природу Слуги, но не понимала в точности, с кем имеет дело. В том числе и это пугало её так сильно.       — Для начала стоит представиться. В этом городе меня зовут Селена, — произнесла волшебница. Связывать вместе наёмницу Асахи и слугу Кастер было небезопасно, но с другой стороны, она вошла в этот магазин в местной одежде и не скрывая лицо, так что разыскать по оставшимся записям уличных камер было бы тут делом пары минут.       — Мисти Ольшевская, мисс Селена. Семья Ольшевских всё ещё практикует ритуальную магию в нашем родном городе, в Варшаве, но я не стала проходить обучение, — сразу попыталась объясниться она. — Ещё в детстве переехала сюда, взяв с собой копии нескольких книг. Я поддерживаю контакты с родными, но глубоко в их дела не погружена, так что вряд ли расскажу вам много…       — Мне не нужны тайны твоей семьи или иных магических семей. Скорее общая информация о состоянии дел, — сказала Медея правду. Тайны современных магов и в самом деле были ей неинтересны. — Давай представим, что я пропустила последние семьдесят лет в истории магического мира и теперь хочу наверстать упущенное.       — Мне-е-е понятно, — протянула она, медленно кивнув. Должно быть, подобрала в голове какую-то версию, объясняющую происходящее. Магическая сущность ведь вполне может впасть в спячку, удалиться в отдельное измерение или просто уйти в пустоши и горы от проблем обычных смертных более чем на полвека. — Но, это очень широкий вопрос, а я знаю не так уж много. Возможно, стоит начать с чего-то конкретного?       — Ассоциация магов. Её нынешнее состояние и ближайшие представители. Мне тяжело поверить, что город с населением в семь миллионов душ и не принадлежащий ни одному государству не заинтересовал магов, которые могли бы поселиться здесь и безнаказанно проводить эксперименты.       — Вы и в самом деле очень много пропустили, мисс Селена. То, что осталось от Ассоциации, до сих пор искренне презирает Найт-сити, и желающих хотя бы посетить его немного, не говоря о том, чтобы долго жить здесь. Единственный город, который они ненавидят сильнее, чем Фуюки…       — Фуюки? В Японии? — уточнила волшебница, не выдавая сразу возникшего интереса.       — Да. Вы были там… в тот момент? — с не очень понятным трепетом спросила девушка. Неужели Война Грааля стала таким большим событием в магическом мире?       — Я сталкивалась с некоторыми магами оттуда в начале нулевых годов. Тосака, Эмия, Айнцберны…       — Эмия? В начале нулевых? Но это невозможно! — воскликнула Мисти. Тут же понизила тон и аккуратно добавила: — Если вы только не путаете даты, мисс Селена.       — Почему же это невозможно? — вежливо спросила Медея, но её тон дал понять, что она в своих словах не сомневается.       — Эмия Кирицугу, маг-убийца, победил в Войне Грааля в девяносто пятом году, после чего загадал желание. Никто не знает точно, какое именно, но за несколько часов город Фуюки и половина префектуры Оита превратились в магическую аномалию, а все не успевшие сбежать люди погибли. Ассоциации и Церкви удалось совместными усилиями сдержать прорыв и прекратить его распространение, правительство и «Арасака» прикрыли всё это якобы неудачными испытаниями оружия, но множество магов тогда погибло. Многие считают, что именно с этого начался упадок Ассоциации, которая так и не сумела восстановить прежнюю силу.       — Крайне занимательно, — нейтрально отозвалась волшебница. — Это место существует до сих пор?       — Да. Закрытая область на Кюсю, совершенно непригодная для жизни, — Мисти запнулась, не зная, стоит ли это упоминания, но всё-таки добавила: — Корпорации сбрасывают туда мусор и токсичные отходы, насколько я слышала.       На последнее замечание Медея лишь слегка кивнула, её мысли занимали более важные детали услышанной истории. Если предположить, что рассказ девушки правдив, то это определённо не тот же самый мир, где Атрум Галлиаста призвал принцессу Колхиды в 2004 году как слугу класса Кастер. В принципе, к этому моменту такая идея звучала для неё не так уж и удивительно: в ходе лекций Артура о современном мире, технологиях и истории корпораций она уже несколько раз сталкивалась с несовпадениями, с упоминаниями изобретений, которые она не помнила в Фуюки начала двадцать первого века, и важных событий тех лет, информацию о которых Слугам обязан бы был вложить Грааль, но этого не произошло. Конечно, Трон Героев существует вне времени и является общим для множества параллельных миров, но тот факт, что в один из миров призвали Слугу из другой линии реальности, а не напрямую из Трона — это уже было крайне необычно. Возможно, эта аномальная зона на месте Фуюки имела какое-то отношение к столь нетипичному проведению ритуала.       — Если столь масштабное бедствие обеспечило этому городу лишь второе место, то в чём же тогда настолько провинился Найт-сити? — спросила она. — Не похоже, чтобы пустоши вокруг были порождением какого-нибудь проклятья или иного неудачного эксперимента.       — Нет, с уничтожением природы человечество и без магов отлично справляется, — невесело ответила Мисти. — А вот что касается Найт-сити, это долгая история, всех деталей которой я не знаю…       — Я никуда не спешу, — ответила волшебница. Взглянула через открытые двери на множество людей, проходящих мимо и будто вовсе не замечающих существование небольшой эзотерической лавки. — Ты, я полагаю, тоже.       — Тогда я начну издалека, — ответила Мисти, проследив её взгляд. Она поняла, что при всей цивилизованности и вежливости их беседы, в которой даже не звучало угроз, отказ в данном случае не принимается. — Как мне рассказывали, в конце девяностых у отдельных магов и у Ассоциации в целом всё чаще стали возникать проблемы с маскировкой и контролем над обычными людьми. Когда начали массово внедрять нейроинтерфейс, когда люди принялись ставить себе операционную систему, кибероптику и другой хром — многие из них стали игнорировать ментальные заклинания и иллюзии. Они чаще начали видеть то, что не должны, а магам труднее стало скрывать свои дела и даже свои дома и лаборатории, больше сил уходило на заметание следов и маскировку. Ассоциация попыталась поддерживать группы и партии, которые выступали против имплантов, вроде «Фонда человечества», но момент уже был давно упущен. Нужно было быстро приспосабливаться, и тогда они поняли, что им сможет помочь сеть.       — Сеть? — переспросила волшебница. Не то чтобы маги двадцать первого века не могли или не хотели пользоваться технологиями — самовлюблённый идиот Галлиаста показал ей, как при помощи продвинутых машин можно сократить многодневный ритуал до пары минут. Но насколько она успела узнать, в целом маги Ассоциации не слишком любили технический прогресс, считая его противовесом магии. А ведь в её времена науку редко отделяли от магии, воспринимая их как одно целое.       — Да. Те, кто использует хром, получают множество преимуществ над «органиками», как стали называть людей без модификаций. Но у всего и всегда есть недостатки, и один из недостатков имплантов это их уязвимость к взлому, — ответила Мисти, затем указала на свои глаза, явно искусственные. — Можно заставить видеть то, чего нет, или не замечать то, чего кому-то видеть не надо — это как раз очень похоже на то, что делают маги. Можно полностью взять человека под контроль, свести с ума, приказать напасть на союзников или убить себя… Тоже — похоже на то, что всегда умели маги. В Ассоциации тоже провели параллели и поняли, что у них есть способ вернуть себе прежнюю власть или даже увеличить её.       — Но ведь сеть — не реальна. Это абстракция. Лишь символы на экранах.       — Да, «согласованная галлюцинация, которую создают и поддерживают день ото дня миллиарды операторов всех наций…» — так сказал один мудрый человек. Но разве для магов так уж непривычно управлять галлюцинациями, мыслями и снами? — вопрос казался риторическим, но могло показаться, что ей в самом деле интересно услышать мнение более опытного мага или магического существа об этом. — Сеть — часть физического мира, она подчиняется его законам, а не существует где-то там, в мире духов или в преисподней. Значит, на неё может воздействовать магия, если знать, как это делать.       — На мир духов и преисподнюю тоже может воздействовать магия, — уточнила Медея. — Но я поняла идею. Им это удалось?       — У них начало получаться. Ассоциация много денег и ресурсов вложила в сетевые активы, приобрела ряд компаний и даже основала пару небольших корпораций в Европе. Они начали адаптировать магию к Сети, приобретать навыки нетраннеров, многие там практически поселились. В планах было создать замкнутый барьер, который охватит всю глобальную сеть, перепишет в ней законы в пользу магов… избранной части магов, — неохотно уточнила Мисти. — Мне часто говорили, что им не нужна была власть над миром, только сохранение своего особого положения и контроля, но я слабо верю, что люди, которые были корпоратами ещё до самих корпоратов — живущие по двести-триста лет и владеющие огромными состояниями и собственными карманными армиями, что им подобные когда-нибудь в жизни откажутся от идущей в руки власти.       — Но им это не удалось. Иначе со мной бы вышли на связь давным-давно, — сделала логичный вывод Медея. Она и сама размышляла раньше о судьбе Ассоциации магов и её нынешних возможностях. — Будь у них такой контроль над всем и всеми, меня бы быстро отследили даже в этом городе.       — Они были близки, насколько я могу судить, если бы им дали ещё лет десять или двадцать… Но тут вмешался Бартмосс.       — Этот… гениальный хакер? — припомнила волшебница, перебрав в памяти имена исторических персон, о которых рассказывал Артур. Про этого человека он ей точно говорил.       — Да, Рейч Бартмосс — самый талантливый нетраннер в истории сети, который её и уничтожил. На эту тему много домыслов и слухов, но вроде бы в 2023 власти смогли убить его где-то в окрестностях Найт-сити… лазером со спутника, настолько сильно к тому времени правительство и «Милитех» хотели от него избавиться. А после этого запустились оставленные им программы: вирусы, «демоны», скрипты, логические бомбы, дрессированные ИИ. Они начали переворачивать сеть, сжигать крепости данных, обрубать магистрали и убивать тех, кто был подключен. Позднее это назвали «датакреш». Миллионы погибли, не успев отключиться или пытаясь отбить свой кластер сети от демонов и изолировать ценные данные. Большая часть магов Ассоциации — в том числе, — уточнила Мисти, но по её тону нельзя была сказать, что она очень об этом жалеет или скучает по временам, когда Ассоциация являлась значимой силой. — Выжили по большей части ретрограды и радикалы, те кто не принял новую политику и начал искать альтернативные пути, либо просто пытался следовать старым традициям, как моя семья.       — Значит, для мага всё-таки возможно установить импланты и разъёмы в голове, но при этом сохранить свои способности? — Медея тоже не испытывала сожалений о судьбе Ассоциации, сейчас её больше занимали практические вопросы.       — Да, хотя это сложнее, чем операция для обычных людей: там есть тонкости, которые освоит не каждый риппердок, — девушка почему-то кивнула в сторону задней двери магазина. — И это ещё одна причина, почему сейчас в Ассоциации осталось совсем немного людей.       — Пока не вижу связи.       — Зачем учиться пятнадцать лет и выворачивать себя наизнанку, чтобы осваивать магию рун и пробивать стены кулаком, когда достаточно одного визита к ближайшему риперу? Простая операция, несколько тысяч эдди, час под наркозом — и вот у вас уже титановые руки с гидравликой, которые ломают сталь и крошат кирпичи. Зачем терпеть боль от магического герба и разучивать длинные арии управления пламенем, когда не так уж трудно найти доктора, который за двойную плату вставит в кисть хоть огнемёт, хоть ракетную установку с нелегальными драйверами? Неожиданно любые сверхспособности оказались доступными по бросовой цене всем желающим, так зачем цепляться за костяные копья и каменные топоры?       — Именно поэтому ты решила уехать сюда, а не учиться семейному искусству? — спросила волшебница. В голосе не было угрозы или обвинения, она не считала, что каждый, имеющий способности, обязан следовать выбранным Ассоциацией путём.       — Нет-нет, у меня самый минимум хрома, и это меня вполне устраивает, — девушка даже закатала рукава балахона и продемонстрировала руки без металла и синтетической кожи, самые обычные на вид, что редкость в этом городе. — Когда родители мне предложили выбор, я просто поняла, что не хочу всю жизнь прятаться ото всех и годами шлифовать древние чары, оставленные прапрадедушкой, чтобы продвинуться в их освоении ещё чуть-чуть дальше. Нет, я мечтала общаться с людьми и помогать им, как сумею. Порой просто один хороший совет может изменить жизнь человека больше, чем все маги и чародеи — так я считала и считаю до сих пор.       — Я могла бы поспорить с этим, — не без иронии ответила Медея. — Но я понимаю твой взгляд на вещи. Самое интересное, что вы вообще можете свободно выбирать, чем вам заниматься. Ещё в начале века перед наследником магической семьи стоял лишь один выбор: между долгом и предательством, при этом второе почти всегда означало или немедленную смерть, или бегство и постоянный риск смерти. Что ж, я поняла — хватает тех, кто хочет быть обычным человеком… насколько это слово вообще применимо в данную эпоху. Но ведь есть и те, кто продолжает следовать путём магии? Кто всё-таки смог приспособиться или просто оказался слишком упрям.       — Да, маги ещё остались, просто их куда меньше, чем было сто лет назад, власти и возможностей у них тоже намного меньше. Многие оставшиеся предпочитают Европейский союз, где не так популярен хром, а с биологическими аугментациями магия взаимодействует намного легче. Некоторые, как я, просто не развивают свои способности, нам хватает нескольких «фокусов» и мистических знаков, а порой отказываются даже от этого.       — Но ведь всё не ограничивается Ассоциацией. Даже в прошлом веке её власть не была абсолютной.       — Верно. Когда Ассоциация магов потеряла прежние позиции, да и Церковь тоже, у них осталось мало охотников и экзекуторов, а значит и ловить отступников тоже стало некому, — объяснила Мисти, передёрнув плечами. Возможно сталкивалась с подобными людьми или была наслышана об их делах. — Некоторые из таких прячутся в пустошах и заброшенных после войн городах, ставят там свои эксперименты. Другие выбирают дорогу Заклинателя и просто зарабатывают деньги при помощи своей магии, маскируясь под соло с необычными модификациями и приёмами. Третьи пытаются найти своё место среди корпораций.       — А вот здесь лучше поподробнее, — заинтересовалась волшебница. — Это важно для меня.       — Я не так много знаю: тут больше слухов, чем надёжной информации. Корпоратам кое-что известно о магах, алхимиках и призывателях, но после датакреша их воспринимают как безнадёжно проигравших конкурентов. Говорят, корпорация может иногда нанять одного-двух, если окажутся полезны, но на самом деле там куда больше шарлатанов: личные астрологи у больших шишек, разные дзен-тренеры, народные целители и экстрасенсы, — объяснила Мисти. В магазине, продающем различные благовония, гороскопы, доски для гаданий и карты таро, её слова звучали довольно иронично. — Как всякие придворные волшебники при королях и графах были.       — Ты знаешь там кого-нибудь, сама или через других людей? — продолжила расспросы Медея.       — Нет-нет, да и откуда? — Мисти обвела рукой полки, объяснив: — Порой у меня бывают покупатели из корпоратов, но корпоратский астролог или муэдзин скорее закажет что-то в магазине анонимно через сеть, чем будет лично покупать у «конкурента».       — Можно найти контакты с кем-то из магов в корпорациях? — последовал ещё один настойчивый вопрос. — Один из них добыл принадлежавшую мне вещь и пытался использовать в ритуале — я хочу разыскать этого человека. Возможно он, как и ты, даже не маг, а всего лишь обладает нужными знаниями, но они могут быть очень опасны, применённые не в то время и не в том месте, — раскрыла волшебница часть правды. В принципе она могла бы даже показать снимки: попросить Янг-Джина найти в памяти налёт на убежище банды, вытащить кадры с приготовленным для ритуала ларцом, который стал катализатором призыва. Вот только вещь, принадлежавшая принцессе Колхиды, могла бы многое рассказать девушке, которая хорошо разбирается в эзотерике.       Если цепь случайностей сделала Янг-Джина мастером слуги Кастер, то где гарантии, что ещё какой-нибудь наёмник, член банды или служащий корпорации точно так же не получит командные заклинания и власть над Арчером, Берсерком или Сейбер? С одной стороны, тогда появился бы повод вспомнить о «Разрушителе клятв», и был бы шанс всё-таки взять под контроль крайне могущественных героических духов вроде Геракла или Артурии, либо равных им героев других войн Грааля. С другой стороны, появление неизвестного Слуги или даже нескольких повторят ситуацию в Фуюки, когда не знаешь точно, с кем имеешь дело и чего от этого противника можно ожидать. С третьей стороны — заполучить в свои руки созданный каким-то магом ритуал призыва Слуг без Грааля было очень соблазнительно…       — Я… постараюсь что-нибудь сделать, — ответила Мисти без какой-либо уверенности. Было очевидно, что у неё нет таких знакомств, но и прямо отказать она боится.       — Хватит и информации о тех, кто может знать нужных людей или хотя бы имеет способы с ними связаться, — не стала давить напрасно Медея. Нет смысла ставить перед человеком невыполнимую задачу, только чтобы понаблюдать за бесплодными попытками её выполнить: так любили развлекаться боги. Хотя, наверное, в случае с Сизифом и Данаидами они даже были правы… — Нужный мне человек, скорее всего, находится далеко от Найт-сити, так что на данном этапе речь идёт лишь о пропуске в закрытый круг магов, которые служат корпорациям, и только потом я смогу начать поиски.       — Я поняла вас, — сказала девушка, кажется, сдержав облегченный вздох.       — А пока что можешь рассказать мне немного о мистической стороне именно этого города? Я сегодня нашла несколько зацепок, так что, полагаю, в Найт-сити есть другие маги кроме тебя? Или хотя бы те, кто освоил «пару фокусов» и знает о самом нашем существовании?..       В итоге разговор затянулся до темноты. Ольшевская действительно знала не так уж много и по меркам Ассоциации, в самом деле, едва ли могла считаться даже учеником мага, но до этого у Медеи несколько недель вообще не было никаких контактов с мистической стороной этого мира и этого города, так что её интересовали даже незначительные мелочи. Раз уж появился хотя бы один источник информации, и ещё неизвестно, когда удастся найти другие. Судя по рассказу — маги и в самом деле не желали задерживаться в Найт-сити…       — Благодарю за беседу, — произнесла волшебница, поднимаясь из кресла. — Надеюсь, это не последний наш разговор. Если кто-то будет интересоваться моим визитом, то хотелось бы, чтобы я узнала об этом первой… — добавила она, по пути к выходу остановилась у чучела ворона на полке, коснулась его рукой. Ожидаемо для этого города, даже кожа и перья оказались ненастоящими: пластик, резина, проволока. Но это не помешает чарам. Искусственная птица на мгновение осветилась фиолетовым, вздрогнула, беззвучно приподняла крылья и вновь приняла ту же позу, только в стеклянных глазах ещё слабо мерцали лиловые искры. — Я всегда помогу тому, кто помог мне, и не вижу бесчестья обмануть того, кто обманул меня. А способна я на многое. Если тебе понадобится помощь — позови в любое время, я услышу. Договорились? — риторически спросила она, кивнув на ворона.       — У меня редко бывают опасные клиенты, но я запомню ваши слова, — ответила Мисти всё с той же вежливостью, но хотя бы тоном попыталась показать, что в помощи она не нуждается.       — Прекрасно. Да, и вот ещё что... — подумав, волшебница решила, что девушка заслуживает награды за помощь и за то, как быстро она разобралась в ситуации и верно оценила положение гостьи и своё собственное. Медея взяла с полки один из «магических кристаллов», для разнообразия оказавшийся вырезанным из горного хрусталя, а не отлитым из пластмассы. Не изумруд и даже не халцедон, но структуру можно укрепить и магией. Когда камень заполнило тусклое фиолетовое свечение, она вернула его на полку и пояснила: — Небольшой дар за познавательную беседу и гостеприимство. Обмениваться деньгами для магов было бы просто пошло, а вот накопителю энергии всегда найдётся применение и в ритуалах: ты ведь наверняка знаешь, что нужно делать. Доброй ночи, мисс Ольшевская.       Восстановив прежнюю форму сигнального барьера вокруг магазина, волшебница направилась к автомобилю, на ходу достав из кармана куртки телефон. Несколько новых сообщений от Артура и Янг-Джина: очевидно, они отследили положение машины и забеспокоились от того, что та долго стоит на одном месте. Прямо в тексте это сказано не было, но они явно опасались, что «Селена» вновь нашла себе неприятности вроде столкновения с танками и спецназом одной из корпораций.       Быстро заверив обоих, что она в полной безопасности и даже добилась успехов в своих поисках, Медея вновь заняла место на заднем сиденье и отдала «Кортезу» команду продолжить маршрут. Вряд ли сегодня ещё раз так же повезёт, но по плану предстояло посетить ещё три места в Уотсоне, прежде чем вернуться в промзону, и она не хотела оставлять непроверенными даже маловероятные зацепки. Будет просто обидно потом узнать, что она зря потеряла несколько дней, пожалев сейчас пару часов. Позднее время не стало бы проблемой, даже если забыть, что Слугам не нужно спать. Медея с ранних лет обучения в храме привыкла к долгим ритуалам и молитвам после заката, и даже если в этом городе лунный свет, казалось, никогда не дотягивается до земли, теряясь за тысячами огней небоскребов, АВИ и рекламных голограмм на полнеба, ночью она всё равно чувствовала себя спокойнее, будто ощущая чью-то поддержку.

            ***

      — …рукой управляют искусственные мышцы на основе углеродных композитов с памятью формы, — рассказывала Крис, обходя замершего с широко разведенными руками борга модели «Килдэр», недавний трофей команды. Без сомнения, чтение лекций не было её сильной стороной, но она оставалась лучшим специалистом по хрому в команде. Указав на частично снятое с одной конечности борга покрытие, добавила: — Вот эта херня в виде связанных серых пучков, отдалённо напоминает обычные мышцы. По ней долбит током, в зависимости от его характеристик мускулы «сокращаются» в нужном направлении и двигаются конечность. Они сильнее и крепче органики раза в три, что довольно паршиво, но это всё-таки не боевая модель, а прокачанный рипердок — ему точность важнее. Кисть и предплечье проворачиваются на триста шестьдесят градусов, каждый палец может двигаться независимо, чтобы в мозгах и кишках было удобнее копаться. Пока следишь за мыслью?       — Да, вполне. Искусственные мышцы, электрический ток… — ответила Медея, тоже взглянув на частично разобранную конечность своего нового фамилиара. Она сидела прямо в воздухе, подогнув под себя одну ногу. Можно было принести и кресло, но в своей собственной мастерской волшебница точно могла не экономить магическую энергию.       Артур устроился поодаль за столом, поставив перед собой потрёпанный ноутбук в исцарапанном металлопластиковом корпусе, нетраннер отслеживал состояние того же килдэра через сеть. Янг-Джин не присутствовал — он отправился подыскивать группе новый контракт, на этот раз уже «нагло», то есть разговаривая с фиксерами лично, а не через Кирстен. Заявленная Окадой поддержкой была достаточно весомым аргументом для фиксеров поменьше, вроде Кормака, не из высшей лиги, чтобы иметь с ним дело. Сложно сказать, действительно ли Вакако требовался громкий и ещё раздутый слухами успех команды, чтобы сначала поднять им репутацию, или она изрядно кривила душой, когда объясняла, что ей одной никак не оправдать Янг-Джина в сообществе наёмников.       Для экспериментов над боргом помимо отсутствия свидетелей требовалось много места, потому заниматься этим на базе не стали, вместо этого Медея перенесла трофей и наёмников в свою мастерскую. В качестве лаборатории было решено использовать школьный спортзал, где меньше риска случайно что-нибудь зацепить или сломать. Здание было восстановлено при помощи магии до состояния перед закрытием, то есть таким оно было в начале две тысячи пятидесятых, но всё равно на взгляд волшебницы его классы и этот зал в том числе, мало отличались от таких же в школе Фуюки на полвека раньше. Среднее образование в этом городе или как минимум в этом районе не находилось на острие прогресса и внешне школа не изменилась так сильно, как многое другое вокруг неё. Артур пару раз упоминал, что в его корпоративной академии новые технологии играли в обучении куда большую роль.       — Да, мышцы и ток, — произнесла Кирстен, бесшумно развернувшись на своих механических ступнях. Руки и ноги она по-прежнему ничем не прикрывала, оставляя металл и яркий пластик покрытия на виду, а вот тело до шеи закрывала новая гибкая броня. Правда чёрно-серый материал был настолько тонким и облегающим, что демонстрировал все контуры фигуры: оставалось надеяться, что «умные» полимеры и в самом деле способны уплотняться и безопасно распределять импульс в момент попадания пуль, как обещает реклама. Словно не замечая сопровождающие её взгляды, Крис коснулась пальцем «мышц» на руке борга и продолжила говорить: — И вот тут у нас и начинается глубокая жопа. Потому что твоей кукле ток не нужен. Она ходит и двигается без него, без напряжения в цепи, без команд в периферийных системах, за счёт одной неведомой хуйни. И самое главное — никакой мозговой активности вообще, никаких сигналов от имплантов в голове. Любое сканирование даже издалека покажет, что этот человек мёртв. Но двигается. После чего вызовут копов, и твоя игрушка спалится в секунду.       — Но ведь это в принципе возможно? — предположила Медея.       — Зомби-киборг? Да, случается порой. Все вокруг просто решат, что его закоротило или тело взял под контроль умник вроде нашего Арти. Потому я и говорю, что вызовут полицию, а не каких-нибудь, блядь, экзорцистов или охотников за привидениями. Копы уложат на асфальт ходячий труп, в крайнем случае — изрешетят, тем всё и закончится. Потому использовать этого борга для разведки в городе не выйдет. Даже если он железный, выглядит прилично, не воняет и не разлагается на ходу — для систем распознавания и не совсем уж говёной кибероптики он будет выглядеть не хуже твоих костяных болванов посреди улицы. То есть пиздец как стрёмно.       — Это возможно замаскировать, Артур? — уточнила волшебница, обернувшись к нему.       — В принципе да. Непросто, но можно будет выдать ложные сигналы. Тут правда есть ещё один нюанс. Идентификаторы, регистрационные номера хрома — всё это выдаст Эрика Ульсона первому же копу или охраннику. Я тут успел пошарить в городских базах: «приличный» человек с легальной работой в клинике Хейвуда, женат, двое детей, регулярные переводы денег на благотворительность, — Артур сделал паузу, явно сдерживаясь, чтобы не выругаться. — Сейчас он официально числится пропавшим без вести, в полиции уже зарегистрировали заявление. И даже если его семья была в курсе «подработок», тела-то нет даже среди трупов в подвале клуба. Чтобы использовать корпус борга для своих нужд нам сначала нужно перебить номера и либо создать ему достоверную электронную личность, либо убедительно экранировать от сканирования, показать именно защиту, а не полное отсутствие сигналов. Я это в одиночку не осилю, — признал он, разведя руками, — с таким заказом надо к фиксеру идти, вроде той же Дакоты, у кого под рукой контакты всех нужных спецов. Так что подумай, насколько нам это нужно.       — Тем более по профилю ты его всё равно использовать не собираешься, да, скорее всего, и не сможешь, — добавила Кирстен. Со звоном постучала борга по голове. — Там в банках памяти куча всяких справочников и схем по лечению ранений и установке хрома, но твой зомбак не может ими пользоваться, это же просто кукла из стали и титана. Сумеет отрывать бошки, сумеет принимать на себя пули, но это любой дебил из Мальстрёма мог бы даже лучше. Может быть, вместо этого продадим его? Если найти покупателя, которому нужен практически целый килдэр, только мозги прошлого владельца выскрести и можно заезжать — есть шанс поднять немало эдди.       — Я думаю, всё-таки стоит ещё с ним поработать, — возразила Медея, опустившись на пол и подойдя ближе к боргу. — Даже если он не сможет проводить операции, разведчик и лишний боец, который не слишком выделяется на улицах, мне будет пока что намного полезнее. Даже если голем и не задумывался для сражений, это нетрудно исправить…       Она провела пальцем вдоль металлической руки, заставляя поверхность при касании заблестеть ярче и покрыться плёнкой электрических разрядов. Затем потратила немного энергии и материализовала в ладони три вытянутых меча с односторонней заточкой, похожих на те, что скрывались в предплечьях Кирстен. Волшебница приложила клинки к руке бывшего доктора, прикидывая, что внутри поместятся сразу все и ещё останется место. Даже если духу, занявшему это тело, недоступна тонкая электроника, это не значит, что он не сможет обращаться с простыми и надёжными механизмами внутри марионетки.       — Рассуждаешь прямо как рипер, — усмехнувшись, бросила Крис. — Починим, доработаем, улучшим. Вот только много ли ты одна сможешь? Потом добавишь ему «Керезников», моноструну, смартлинк и прокси-щиты? Или что-то вроде этого, если будет нужно?       Она вытянула левую руку, кисть провернулась на сто восемьдесят градусов и ушла вниз, формирующие предплечье панели слегка раздвинулось в стороны, давая доступ к охлаждению механизмов, а из запястья выдвинулись вперёд и начали медленно вращаться три коротких ствола. Крис сделала резкое движение назад к пояснице, зацепила патронную ленту в сумке на спине и вновь подняла руку уже с готовым к бою роторным пулемётом. Калибр по меркам сражений между киборгами был не очень большим, но это должна компенсировать скорострельность.       — Вот так, — гордо заявила Кирстен. Беспечно взмахнула рукой, обводя стволами оружия половину зала. Медея знала, что в пределах своей мастерской сможет при необходимости остановить её практически мгновенно, но всё равно движение выглядело опасным. Впрочем, Крис и сама после демонстрации лёгким поворотом предплечья заставила ленту отцепиться от патронника, та с помощью механизма в сумке втянулась обратно в сумку. Но трансформировать руку в нормальную форму девушка не спешила. — Долго думала, но всё-таки решила пожертвовать одним клинком ради увеличения дистанции расчленения и доминирования, ха. Яджи — крутой стрелок, не спорю, но и он успевает не всегда, а мудаков в этом городе слишком много и бегают они чересчур быстро. Пока не добуду где-нибудь топовый «сэнди», чтобы летать через всё поле боя, буду обходиться так. Но это всё я, — добавила она, вновь посмотрев на Кастер и затем на борга, — а ты такое сможешь?       — Дать марионетке возможность атаковать издалека? Если это будет нужно, — ответила волшебница, слегка пожав плечами. Затем швырнула мечи в руке через зал, при помощи магии позволив им долететь до дальней стены и только перед попаданием развеяв искрами.       — Слушай, Крис, откуда взялись эти наезды? — спросил Артур, показываясь из-за стола. Он нырнул туда просто на рефлексе, увидев, куда движется её оружие. — Вы же не в детском саду, чтобы письками меряться. Метафорически, разумеется. Кастер пытается усилить нашу команду, она и Янг попросили твоего мнения, раз ты лучше всех разбираешься в этом вопросе.       — И я своё мнение высказала: ненужного борга продать, а деньги команде пригодятся. Но кто б меня нахер слушал, а? Арти, Арти… неужели ты сам ещё не видишь, к чему всё быстро идёт?       — И к чему же? — то ли нетраннер не понял её намёков, то ли просто решил дать выговориться, раз уж захотелось.       — А к тому, что это уже сейчас или очень скоро будет не «наша» команда, а команда Кастер и Янга. А попозже, может быть, и просто Кастер, — она всё-таки с серией щелчков вернула левой руке относительно человеческий вид и ткнула пальцем в сторону Артура. — А наше мнение просто свернут в трубочку и запихнут глубоко именно туда, куда ты и подумал. Чего стоили только одни эти выебоны в клубе, а? Там же дебилу будет ясно, что народ внизу зачищала целая команда, а Окада хоть и древняя карга, но далеко не дура, всё ловит на лету. Она точно уже уверена, что Кастер может подписать за себя целую бригаду, чтобы кого надо загасить. А раз это так, то нахер бы мы с тобой ей сдались. А может быть и Янг тоже. Раз у неё есть теперь среди контактов девочка-волшебница, которая заравнивает проблемы.       — Даже если всё так и обстоит, зачем же мне это нужно? — спросила Медея с лёгким любопытством, сложив руки на груди.       — А откуда простой девчонке из трущоб знать, как богатеи развлекаются? Может ты как ебучий Ёринобу Арасака решила поиграться с собственной бандой? Наберешь постепенно себе команду киберпанков, начнёте шатать город. Ты ведь уже во всём заводишь у нас свои порядки, разве нет?       — Крис, если объяснять так, чтобы тебе было понятно, — тяжело вздохнув начал Артур, — ещё месяц назад мы хрен без сои доедали, а Янг перед заказами считал оставшиеся патроны по штукам. Зато теперь ты у рипера сама ведешь как себя монохром: пять штук эдди туда, пять штук сюда, и на сдачу дайте щепку с лицензионными дровами… Новые тачки, новые стволы, новые заказы, о которых потом людям хотя бы рассказать не стыдно. И кто помог нам всё это провернуть?       — Ну да, всё типа так, мы шикуем и подтираемся деньгами. Вот только год назад, когда я Яджи только что не в канаве нашла, ни её, ни даже тебя рядом ещё не было, — она резко взмахнула механической рукой, движение было почти неразличимым от скорости. — А без меня сейчас точно не было бы и его. А потом как обычно приходят корпораты и объявляют, что тут всё нахер давно принадлежит им.       Волшебница бы не могла сказать, сколько в этих словах искреннего возмущения и сколько — зависти или досады. По первым дням в этой команде у неё сложилось впечатление, что Кирстен всё абсолютно устраивало и она двигалась к тому, чтобы однажды стать не просто лицом хотя бы маленькой банды, а настоящим её главарём. А теперь шансов на это нет и не ожидается. Но и просто уйти, чтобы где-то начать всё заново, она не хочет.       — Я меньше всего хочу кем-то править снова, — ответила волшебница честно. — При жизни этого хватило.       — Ну да, конечно, корпорат не хочет власти, а в Найт-сити круглый год лежит снег… — с издевкой отозвалась Крис. — Тогда чего ж тебе надо? Ты любишь строить из себя корпосамурая с загонами на чести и говорить, как поможешь Яджи, вот только если бы я не подопнула Окаду, вы бы никого искать до сих пор не начали. Ты что-то замышляешь…       — Да, разумеется, где Медея — там всегда или заговор, или предательство. А если я просто хочу жить как человек? Без богов над головой и без героев, которым опять нужна моя жизнь.       — «Просто жить»? Что принцесса может об этом знать? Я годами училась хотя бы выживать в нашей семейке, чтобы теперь позволить себе жить, — бросила Кирстен резко. — Я блядь, в четырнадцать лично убила пиджака, чтобы только снять с него эти руки с клинками и не остаться просто мясом, как другие. И сколько раз их ещё переделывать пришлось…       — А я в шестнадцать заколола и разрубила на части родного брата ради мужчины, которого впервые увидела несколько дней назад, — холодно ответила Медея. — Мы будем сравнивать, кто больше страдал в молодости или сойдёмся на том, что у любого человека могут быть причины искать новой жизни — и у нищего, и у царя?       — «Шестнадцать»? — ошарашенно переспросил Артур.       — А сколько, по-твоему, могло быть принцессе, которой отец ещё не начал искать жениха? — спросила волшебница, обернувшись к нему. — Да, я видела женщин, которые в вашем «кино» играли мою роль, но поверь, многие из этих фильмов ещё дальше от правды, чем пьесы ахейцев.       — Ладно, я усекла, — неловко пробормотала Кирстен. — Трясти скелетами в шкафу и впрямь не стоит лишний раз.       — Мне не нужна власть, — повторила волшебница. Добавила примирительно: — И я не отказываюсь помочь ни мастеру, ни вам всем, раз дала слово.       — Да я как-нибудь и сама справлюсь, раз денег теперь хватает, — проворчала Крис, затем ещё раз взмахнула рукой и продолжила бодрее: — Короче, давай по делу. Если ты хочешь из медборга сделать просто болвана для вышибания дверей, тебе нужно всё-таки знать его устройство хоть немного, чтобы не доломать своими «улучшениями» то, что в нём ещё работает…       Возвращала волшебница наёмников на их базу так же, как и забирала — по одному, чтобы не рисковать с эффектами принудительной телепортации. Первой была Кирстен, а когда она вернулась за Артуром, тот неожиданно сказал:       — Знаешь, а ведь меня ты тоже не особо убедила, Кастер.       — В чём же? — спросила Медея, останавливаясь рядом.       — Ты говоришь, что хочешь жить «по-человечески». Но при этом сама отрицаешь, что ты ещё человек. Вечно куда-то торопишься, что-то планируешь, забываешь про еду, про сон, раз они тебе не так сильно и нужны. А если отказаться от всего, что человеку обычно нужно — то какая же это человеческая жизнь?       — Это философский вопрос даже для мага. Для многих из них своя и чужая жизнь — не цель, а лишь средство достижения цели. А может, Кирстен права в том, что сначала нужно просто выжить. Этого я, в принципе, уже добилась.       — А в чём же тогда была цель у магов?       — Это долгая история, которую нелегко понять человеку со стороны. Да и к этому веку многие из них явно оставили эту цель в прошлом, — ответила Медея. Затем кивнула, когда в голову пришла подходящая идея. — Если представится случай, я познакомлю тебя с одной из них — думаю, она объяснит всё это лучше, чем я.