Героиня множества трагедий

      This is how a legend is born It’s nothing more than a bouquet of lies, ink burning darker than black But it’s a curse you will live with,

A curse you will die with Forever reaching for things that don’t exist

Kalafina/AmaLee, "Heavenly Blue"

      — И всё-таки странно, что ты так резко переменил своё мнение, Мастер, — заметила Кастер, когда обсуждение следующего дела закончилось, а файл с черновиком плана операции отправился к фиксеру. — Мне казалось, ты совершенно не доверяешь этой женщине и потому никаких контрактов от неё видеть не хочешь.       — Думаешь, что меня взломали и прополоскали мозги? — ответил Янг собственным вопросом. — Опасение логичное в целом, но не в этот раз. Я всё ещё считаю Реджину продажной журналюгой, которая ради бабла положила болт на свои последние принципы. И не то чтобы их с самого начала было много с такой профессией… Но раз уж в этот раз она предложила работу, которая мне самому очень интересна, грех было бы отказываться и нос воротить.       На самом деле, когда Янг решил последовать совету Вакако и взглянуть на предложения от других фиксеров, доступные для их команды, он оказался изрядно удивлён. Курьерские поручения, оплаты за которые едва хватит на потраченное топливо, исчезли из списков, так же как и самоубийственные контракты на зачистку беспредельщиков. Вместо этого для Лоу и его наёмников были доступны вполне приличные заказы в разных частях города и с разным профилем работ. Не высшая лига пока ещё, но на жизнь вполне хватит, да и списки того, что тот или иной фиксер сможет достать и с кем организовать встречу — значительно расширились. Тем более странно было, что при таком ассортименте Янг решил поработать не на того же Дино, находящегося в большом авторитете и обладающего внушительными связями, а на бывшую журналистку Джонс, которую сам едва переносит.       — «Биотехника»? — задал почти риторический вопрос Артур, понимающе кивнув.       — Да, херовы «биотехи», — отозвался Янг. Сжав металлические пальцы в кулак. — За возможность отстрелить кому-то из них яйца можно и потерпеть мутного посредника.       — Это что-то личное, насколько я помню прошлый разговор? — уточнила Кастер, снимая очки и глядя прямо на него. — Тогда, может быть, перед началом всего дела мне стоит знать больше? Если мы столкнёмся с людьми, с которыми у тебя есть личные счёты, и я кого-то из них убью, лишив тебя права на месть… Такое с моей стороны было бы, самое меньшее, неуважением.       — Кастер, ты всё-таки иногда думаешь и рассуждаешь уж очень… старомодно, — запнувшись, подобрал Янг подходящее слово. — С корпами очень редко бывают «личные» счёты. Чаще корпорация — это просто грёбаный летающий бульдозер с ракетными установками и отбойником, который обычного человека на пути размажет и не заметит.       — Даже если очередной охуительный план, как сэкономить полмиллиарда на лицензиях, фильтрах и компенсациях, придумал конкретный поц с последнего этажа небоскрёба — простой человек с улиц, въебавший с утренним туманом порцию фосгена, никогда об этом не узнает, — добавила Крис, демонстративно покосившись на Артура. Тот лишь развёл руками, не пытаясь отрицать, что примерно так дела и делаются в крупных компаниях.       — Да, вроде того, — согласился Янг. — В нашем случае всё ровно так и было. Так что чем ты больше этих мудаков убьёшь, тем лучше. Моё… право на месть распространяется на них на всех. Но если тебе будет понятнее, то объясню. Всё это произошло пять лет назад. Когда Майерс пошла на второй президентский срок и решила вернуть в НСША все Свободные штаты, включая Калифорнию, началась война. Потом её назвали Войной объединения или Стальной войной, потому что там в сражениях со всех сторон бросили кучу новейших панцеров: американские, японские, советские… Нам с семьёй тогда все эти разборки были до фонаря, — отмахнулся он, сделав рукой жест ниже пояса. — На ферме и без того забот полно, если вокруг пустоши. Когда Найт-сити под шумок решил объявить независимость ото всех, в «Биотехнике» кто-то почуял отличный шанс и начал скупать окрестные земли, не дожидаясь конца войны. Нас пугали танками «Милитеха» и бомбардировками, одновременно предлагая хорошее жильё в НС, взрослым — постоянный контракт на работу в корпе, детям — место в их школе. Первые три семьи, которые рискнули — и в самом деле получили приличные квартиры в Чартер-хилз, нормальную работу, потом приехали рассказывать остальным. В итоге община согласилась на предложение.       — Обычная тактика корпорации, — неохотно произнёс Артур. — «Кто успел — тот и съел», кажется, она прямо так и называется в учебнике для менеджеров.       — Да, — с мрачным видом согласился Янг. — Но мы тогда этого ещё не знали. Технически корпокрысы не соврали: мы получили палаточный лагерь под мостом, но в пределах городской черты Найт-сити. Работа на белковых фермах… выращивание пищевых опарышей в условиях, где не справляются роботы, но это был легальный трудовой контракт с «Биотехникой». Даже места в школе действительно нашлись… но корпа вносила оплату лишь за первый месяц, дальше — сами. В том ёбаном договоре почти всё было написано мелким шрифтом в шестнадцатеричном коде… в файле, лежащем на внутреннем сервере «Биотехники», куда из основного контракта вела только ссылка в двадцать седьмом приложении, — он ударил кулаком по кресло и длинно выматерился по-китайски. Продолжил уже спокойнее, почти безразлично: — А через четыре месяца наш лагерь сгорел: налёт «Стилетов» из пустыни, херня случается, нестраховой случай, мать его. Только слишком уж удачно они явились, как по мне, да и вместо грабежа стали жечь всё вокруг, но меня полицейские с моими «догадками» быстро послали в жопу. И это ещё по-доброму с их стороны, могли и закрыть на пару лет за «клевету». Из близких никто тогда не выжил, так что я пошел к Хитори в отряд — а что мне тогда оставалось?       — Понятно. У тебя более чем веские причины, чтобы мстить всей этой филе… — ровным тоном ответила Медея.       — Чему? — не понял Янг.       — «Фила» — это по-гречески что-то типа «клана» или «общины», — объяснил Артур. Скорее всего, подсмотрел в сети, а не выудил это из памяти. — А ещё раньше так называли отдельные племена. Типа родился в одной филе, в ней будешь жить и в ней помрешь. Есть что-то общее с пожизненным наймом в корпы вроде «Арасаки».       — Примерно так, — подтвердила Кастер. Совершенно серьёзно добавила: — То есть, у тебя есть полное право мстить всей этой компании. Мы же можем делать это вместе с тобой без урона чести.       — Последнее для тебя так важно? — удивился Янг.       — Да. Действие рождает противодействие. Подлость рождает месть. Помощь рождает долг. Когда больше нет бессмертных, играющих нашими судьбами в кости, людям стоит оставаться людьми и жить, как подобает людям.       — Мстить — значит быть людьми? — переспросил Артур. С сомнением добавил: — А как же… ну-у-у, прощение и всё такое.       — Я не была сторонницей этой идеи ещё при жизни. Не стала ей и сейчас. Да и в вашем мире, где столкновение машин на перекрёстке обычно заканчивается перестрелкой с дюжиной смертей — мне кажется, люди сами о нём уже давно забыли.       — Кстати, раз уж мы заговорили о прошлом. У меня тут есть вопрос, Кастер, — начал Янг. — Кое-чего я никак не могу понять о тебе. Понимаешь, я недавно сходил в библиотеку…       — Не-не-не, нахер, это без меня! — воскликнула Кирстен, подскакивая с места. — Вся эта философия, история, книги и прочая мутотень для квадратноголовых монохромов. А у меня от этого башка взорвётся. Стучитесь, когда будет что по делу…       — Куда это она? — спросила Кастер, проводив взглядом девушку, пробежавшую через внутренний двор мотеля.       — Домой, — ответил Артур. На вопросительный взгляд волшебницы, уточнил: — Денег нам теперь хватает, так что тесниться тут по номерам уже необязательно. Крис сняла квартиру тут неподалёку: нашла место, где вместо документов сразу принимают эдди. Может, с тебя берёт пример.       — Пусть развлекается, теперь можем себе позволить, — добавил Янг. — Какой девушке не хочется собственный шкаф для шмоток и полочки для… ещё какой-нибудь мишуры. Хотя в случае Крис, там, наверное, будут лежать сменные детали для хрома и наборы для техобслуживания рук и ног, но если ей так нравится — почему нет? Так или иначе, делу это не помешает, а в крайнем случае ей сюда бегом добраться по крышам — пять минут.       — А вы?       — Не хочу палиться перед корпами, — быстро ответил Артур. — Светить зря фамилию или даже лицо. Мы думаем теперь найти себе базу поприличнее и оснастить по первому разряду: гараж, сервера, турели, мины, твои скелеты вместо роботов. Тут у нас всё равно сплошной самопал, — он демонстративно постучал механическим пальцем по стене, — а навешивать титановую броню поверх картона и опилок — трата денег впустую. Короче говоря, переберёмся в новое логово — буду жить там, а пока и тут неплохо.       — Я думал найти жильё где-нибудь в Уотсоне, но тоже — после того, как сперва подберём другое место для отряда, — сказал Янг.       — Вы даже не предполагали устроить лагерь в моей мастерской? — слегка улыбнувшись, спросила Кастер.       — Не-е-ет, даже я понимаю, что магические штуки — они сами по себе, — ответил Лоу. — Тем более для всех вокруг твоя школа ведь так и стоит заброшенная. Если оттуда станут выезжать машины и люди регулярно выходить, то теряется весь смысл маскировки.       — Ценю ваше чувство такта, — ответила она. Затем напомнила: — Так о чём ты хотел поговорить, Мастер, и при чём тут библиотека? Я скорее даже поражена, что они ещё остались в этом городе.       — На удивление, их даже несколько. Я заходил в ту, что при университете Найт-сити. Там нашлось много книг, которые или вообще оцифровывать не стали, или в общем доступе их не найдешь. По греческой мифологии, например, в сети почти ничего нет, кроме брейн-дансовых боевиков про разборки богов и порно с кентаврами, а вот в библиотеке мне чуть ли не целый грузовик книг принесли.       — Шеф, а ты не сдал нас всех там с концами? — осторожно уточнил Артур. — Если приходит вдруг киберпанк и берёт десятки книг про чародейку из Колхиды, а у нас половина города бегает и ищет какую-то непонятную летающую даму с посохом, у которой мощи как у орбитального лазера…       — Молодой, ну не держи старика совсем за маразматика, — покровительственно ответил Янг. — Я же не стал сразу говорить, чего мне надо. Набрал всего по куче мифов и по истории вдобавок: Одиссея, Троя, титаны, боги, подвиги Геракла… Ну а там уже выбирал, что нужно, из завалов.       — Если тут все постоянно под надзором от корпораций и властей, даже это наблюдатели могли счесть странным поступком, — заметила Кастер. — Наёмник, который вдруг открыл в себе тягу к мифам многотысячелетней древности.       — Ты, как и Арти, несколько однобоко смотришь на нашу работу. «Эджраннеры» — это звучит дерзко и опасно, но на деле мы, когда нет больших заказов, перебиваемся всякой ерундой, — усмехнувшись, ответил Янг. — Доставка грузов, работа вышибалой, выезд на чужие разборки «для внушительности», как недавно Майн со своей бандой, слежка за неверными супругами, кража или возвращение краденного… Я пару раз в брейн-дансах снимался даже, правда в массовке. Почему-то всегда в роли копа, лицо у меня, что ли, подходящее? Что я хочу сказать, наёмник, которому заказчик-корпорат с какого-то перепуга велел прочесть все греческие мифы за два дня, чтобы потом перед гостями на тусовке изображать Купидона с композитным луком и выстрелами сводить вместе тех, кого хозяину нужно — не самая безумная картина для Найт-сити.       — Эрота, — без какого-либо выражения поправила его Медея.       — Что, прости? — переспросил Янг.       — Божок «любви и страсти», крылатый сводник, сын Афродиты. В греческом пантеоне этот ублюдок с луком зовётся Эрот.       — Извини, тупой был пример, — виновато произнёс он, когда кое-что из недавно прочитанного всплыло в памяти. — А я — козёл, раз напомнил об этом.       — Ты не пытался меня задеть или оскорбить. Это всего лишь ошибка… досадная, но не более того, — ответила волшебница, в её голосе вновь появились человеческие эмоции. — Забудем об этом, меня больше интересует — всё-таки какой же вопрос ты так хотел задать после знакомства с книгами.       — Да, точно, — бодро воскликнул Янг, мысленно утерев пот со лба. Все инстинкты громко кричали, что он только что разминулся с очень серьёзными проблемами… Системы наведения и поиска целей не подавала сигналов, но интуиция наёмника, которую не заменит никакая электроника, явственно ощутила смертельную опасность. — Я, в общем, пока там сидел, перебирал легенды и статьи разные о Медее, заодно пытался свести всё это вместе: биография, способности, основные события. Как в делах, которые фиксеры и легавые на нас заводят. И у меня ничего толкового в итоге не вышло, я совсем запутался: один автор противоречит другому, третий приводит сразу несколько разных версий, и ни одна не сходится со словами тех двоих… Твоя семья, твой брак, твоё путешествие и даже твоя смерть: разные легенды или не стыкуются между собой, или говорят противоположные вещи. И это там чётко к датам ничего не привязано, но даже так авторы постоянно путаются, что было раньше, что позже, а чего вообще не было… В общем, я хотел узнать, а как же на самом деле? Верна какая-то одна версия? Или сразу несколько? Ни одна из них? И это я вообще молчу о том, как образ из этих мифов сочетается с твоими собственными словами и способностями, которые мы уже видели собственными глазами.       — «Собственными глазами»? — повторила Кастер с не слишком скрываемым сарказмом. — Однако в целом, вопрос интересный. Проще всего было бы повторить то, что я уже говорила Артуру: к этому веку настоящих историй обо мне сохранилось не больше трети, и те — из вторых и третьих рук. А остальное — различные легенды по мотивам. Этот ответ был бы правдой… но не всей правдой. Всё несколько сложнее, чем просто истина и ложь, чем настоящие и вымышленные события. Да, я помню свою жизнь в качестве смертной и могу примерно угадать, что обо мне придумали уже намного позже. Например, как я могла быть мачехой Тесея, если он куда старше меня? На самом деле, когда я вышла замуж за Эгея, он был уже в возрасте, а отравить Тесея пыталась первая жена царя за много лет до этого… Но потом её поступки начали приписывать мне — правильно, кому же ещё? В Коринфе я оставила сыновей в храме Геры, надеясь, что она вспомнит всё, что я сделала, и защитит их. Но когда им того хочется, память у богов даже короче, чем у людей. А жителям города потом оказалось проще рассказать историю о варварской принцессе, сошедшей с ума от ревности. Хотя убийства Креонта, его дочери и его слуг я не отрицаю и не стыжусь, мстила я с холодной головой, и полностью всё осознавая.       — Кстати, всегда хотел спросить, — вмешался Артур, когда она сделала паузу в рассказе. — Ты — могущественная чародейка, это и в легендах написано, и сами мы уже видели много раз. Так зачем было придумывать такой сложный план? Отравленная диадема, которую отправила в подарок через других людей… Почему не сделать всё лично?       — Потому что мы не о современном мэре или директоре корпораций говорим. Креонт был излишне мягок и доверчив для своего положения, но он оставался царём, — покачав головой, ответила Кастер, — одним из героев Эллады, который сам в первых рядах сражался с чудовищами и полубогами. Выйди я без поддержки даже против него одного, не говоря о его лучших воинах, и прожила бы несколько секунд, даже со всей своей магией. Это к словам о том, что я могу сделать человека «равному античным воителям».       — Ладно, это я понял, — сказал Янг. — А что ты говорила о том, что дело не только в настоящих и придуманных событиях.       — Моя жизнь была наполнена ложью. Ещё больше лжи появилось после моей смерти. Но то же самое можно сказать о любом герое. О нашей жизни и о нашей смерти ходят легенды, потом уже из этих легенд рождаются другие легенды, и все они, так или иначе, влияют на нас — на Героических Духов, на Слуг Грааля. Дают нам силы или слабости, определяют наши возможности. Как самый яркий пример этому возьмём Небесные Фантазмы. Фантазм — не просто прославленное оружие героя, не просто сильный артефакт или неостановимый удар, но скорее воплощение веры, страхов и мечтаний людей в материальной форме, связанной с героем, кристаллизация чего-то невероятного в подлунном мире. Фантазм короля Артура в самом буквальном смысле воплощает в себе свет людских надежд. Фантазм Геракла воплощает его подвиги и невероятную мощь, делая почти бессмертным. А мой фантазм — «Разрушитель клятв», — волшебница отвела ладонь в сторону, материализовав в ней причудливо изогнутый кинжал с тонким радужно переливающимся клинком. — Воплощает все мои настоящие и вымышленные предательства в форме оружия, которое одним движением отменяет любые магические контракты, обязательства, проклятья и связи.       — То есть при жизни у тебя его не было? — уточнил Янг.       — Разумеется. Хотя такой кинжал много раз мог бы пригодиться. В руках мага и в войне против магов — ценнейшая вещь, так что я не вижу даже смысла обижаться на воображение человечества, одарившее меня подобным образом за всё. «Я избираю это наказанье и вижу в нём венец моих злодейств…» — добавила она, повернув клинок в ладони, будто любуясь им, и затем вновь заставила растаять искрами. — Разумеется, эту фразу я тоже не произносила… уж точно, не в таком виде. Но сформулировано неплохо, для трагедии вполне сгодится.       — Если я правильно всё понял, — медленно заговорил Артур, — значит, тебя, как «Кастер» определяет не только настоящая личность принцессы Медеи из Колхиды, но так же и сохранившаяся в памяти человечества информация о ней: мифы, истории, пьесы, сказания, картины, а в наше время, может быть, даже фильмы и сериалы?       — Последние — в меньшей степени, не успели оставить в истории след. Но суть ты уловил верно, юноша. Я как маг хотя бы могу отделять своё подлинное прошлое от того, что мне навязывает мир, а многие герои… попроще, не стали бы даже утруждать себя подобными размышлениями.       — Это до ужаса похоже на некоторых искинов, — заявил вдруг нетраннер. — У нас очень мало сведений о том, что творится за Чёрным заслоном, и тем более — что там происходило в первые дни после падения сети. Однако обрывочные данные оттуда и уже современные эксперименты с энграммами людей дают представление, что на базе оцифрованной памяти человека можно создать искусственный интеллект, который при естественном процессе будет сам включать в себя помимо основы и другие массивы или фрагменты информации, достраивая себя… С этой точки зрения куда легче понять, почему ты не считаешь себя в полной мере человеком. Если ты — результат синтеза разрозненной информации, пусть и вокруг ядра настоящей личности. К тому же в искусственном теле. Извини, если прозвучало грубо.       — Нет, мне кажется вполне любопытной эта аналогия, — ответила волшебница непринуждённо, словно речь не шла о самой сути её существования в мире. — Она не полностью верна и не учитывает многие нюансы… хотя бы в том, что процесс этот не был естественным. Но в целом мне эта идея нравится. К тому же по этой логике я не перестаю быть принцессой Медеей, даже в ином воплощении и иной форме. Кстати, было бы любопытно пообщаться с одним из этих «искинов на основе человеческой памяти». Сравнить наши ощущения и взгляд на мир, если можно так сказать.       — Ты всё ещё не хочешь подключаться к сети напрямую, — вместо Артура ответил Янг, лишь разведя руками.       — Уверена, подобные ограничения можно и обойти.       

      ***

      Рабочая поездка в пустоши проходила достаточно… напряжённо.       Если за командой Янга кто-то всё-таки вздумал следить, для них всё должно выглядеть как обычный рабочий момент, ещё одно мелкое поручение из множества. Отвезти Дакоте Смит пару заказанных имплантов из города, забрать у неё носитель с электронными идентификаторами на подставные имена, какими пользуются изредка почти все наёмники. Может, сделать пару остановок по пути, но в этом тоже ничего странного быть не должно.       Проблема была в том, что у Артура и Янг-Джина хватало иных дел с подготовкой к будущей операции, все детали которой с фиксером ещё не утрясли, и потому нескольких лишних часов на прогулку за город у них не нашлось. И выступать посредником в общении Медеи и Кирстен было некому, а потому не было и общения — лишь тишина, а точнее гул двигателя и шелест шин по древнему асфальту, частично занесённому песком. Крис скорее всего слушала музыку напрямую через аудиоимпланты, а то и через кибероптику смотрела какой-нибудь сериал «в окне», как делают многие обладатели хрома в долгих поездках, но внешне это никак не проявлялось. Девушка просто неподвижно замерла на водительском месте, глядя перед собой и сложив руки на груди: управляла автомобилем она через тянущийся к разъёму на шее провод.       Впрочем, подобное молчаливое игнорирование волшебницу не задевало, да и нелепо было бы обижаться на такие детские жесты. К тому же у неё тоже хватало дел. К примеру, стоило ещё раз продумать все детали ритуала, который им вскоре предстоит. Она была уверена в выбранном подходе и в том, что подготовила всё необходимое, но в магии, тем более заигрывающей с силами богов, незначительных мелочей быть не может.       — И всё-таки, я не понимаю! — практически выкрикнула Кирстен, первой не выдержав молчания. С их выезда за пределы Найт-сити прошло полтора часа, солнце уже начало заходить за небоскрёбы мегаполиса, отбрасывая в пустыню километровые тени.       — Чего же? — спросила Медея спокойно, взглянув на неё. Из-за железа и пластика, которых у Лейк в голове даже больше, чем у многих в этом городе, она не могла читать её мысли, но что наёмница рано или поздно захочет поговорить — догадывалась по опыту.       — Какого хрена ты тратишь своё время, чтобы усилить меня и провести апгрейды? Да, типа Янг приказал, для успеха в следующем деле нам понадобятся все ресурсы и все возможности по максимуму… и подобная херь. Но ты же согласилась без возражений, не ноя и не кривясь, — добавила Крис, затем ткнула пальцем в сторону Кастер, не отводя взгляда от дороги. — Ты мне не нравишься. И я знаю, что я тебе тоже не нравлюсь, у нас тут полное понимание, только переспать по взаимной ненависти и осталось… Так какого ж дьявола ты так охотно готова мне помочь, а?       — Не веришь, что это может быть выгодно и мне?       — Вот не начинай со всем этим корпоратским дерьмом. Мало я что ли таких как ты видела в жизни? Даже если им это выгодно, если ты работаешь на них и ради них, корпораты будут смотреть на тебя, как на токсичную плесень. Некоторые будут демонстративно улыбаться, но такие мудаки даже ещё хуже, всегда видно по глазам. А ты ведешь себя неправильно. И я. Этого. Не. Понимаю!       — Я не испытываю к тебе ненависти, — ответила Медея честно. Она могла бы многое высказать о манерах Кирстен, её приоритетах и, особенно, отношению к собственному телу. Но всё это вызывало в худшем случае раздражение, брезгливость или точно такое же искреннее непонимание. А ненависть к себе ещё требуется заслужить. — Даже если наши взгляды во многом различаются, мы всё же союзники. Помощь в обмен на помощь, смерть при попытке предать — такой у нас с Янг-Джином был заключен договор, и он, как лидер вашего отряда, распространил его действие на всю свою команду. Несмотря на наши разногласия, я буду помогать тебе, так же как я помогала бы мастеру — такова сделка, и я не нарушаю её условий.       — А Яджи много на себя взял… Хорошо, что души наши тогда не продал, или как это у вас называется. Хотя замес с «Кан тао» вышел жестким, тогда обещать можно что угодно, лишь бы выбраться живым — тут я его понимаю. Но с тех пор уже сколько времени прошло — неужели те слова для тебя так много значат?       — Без сомнения. Контракты на бумаге, магические клятвы… электронные подписи — всё это не имеет для меня значения. Если я пожелаю, то заставить меня против воли подчиниться ничем не получится, ни расписками, ни долгами, ни заклинаниями. Но я всё ещё верю в данное слово. Пока все стороны придерживаются своих обещаний, разумеется, им буду верна и я.       — Что ж, Найт-сити — вольный город, — ответила Крис, разведя руками. — Каждый может верить в любую хрень, какая больше нравится. Некоторые на этом ещё и деньги зарабатывают, проповедуя другим за пару-другую эдди «в пользу бога». А ты, я думаю, просто раньше с юристами корпораций не пересекалась: у них и Сатана бы выплатил все штрафы и компенсацию за моральный ущерб… Ладно, заболтались, — она огляделась по сторонам, задержав взгляд на разрушенной заправке у съезда с шоссе, — а нам не пора уже останавливаться?       — Налево, и до следующего перекрёстка через два километра, встанем там, — ответила Медея, сверившись с интерактивной картой. Всё-таки в этом будущем встречались и довольно полезные изобретения. — Начинать нужно после заката, так что немного времени в запасе ещё будет.       — Даже спрашивать не стану — зачем именно там и именно в такое время, — отозвалась Кирстен, по команде через кабель руль автомобиля резко дёрнулся, машина с небольшим фонтаном пыли в скольжении вписалась в поворот и дальше поехала по грунтовой дороге без асфальта.       Подобранное для ритуала место не только было неподалёку от дороги, ведущей к обители Дакоты, но вдобавок этот перекрёсток скрывался в небольшой низине, почти овраге, так что заметить остановившуюся тут машину издалека будет сложно. Впрочем, уже убедившись, что в этих пустошах наблюдатели на земле и в воздухе встречаются куда чаще, чем хотелось бы, невидимые в том числе, Медея первым делом начала создавать замкнутый барьер, который заставить выглядеть это пересечение двух грунтовых дорог посреди пустыни… ничем не примечательным. Два человека решили остановиться по пути: развести огонь, подогреть какую-то синтетику в банках до чуть более съедобного состояния, побродить по окрестностям и насладиться выцветшими видами пустынных колючек.       Тем временем Кирстен, несмотря на постоянное ворчание, довольно бодро выгружала из багажника все необходимые для ритуала приспособления: топливо, краска, разные зелья в укреплённых флаконах из небьющегося стекла и отдельно одно — в пластиковой канистре, уж слишком много его потребуется этим вечером. Взглянув на это, волшебница тихо вздохнула и продолжила соединять вместе маскирующий и сигнальный контур барьера, запитывая их от внешней маны. Всё-таки в её время даже на границе ливийской пустыни проще было найти деревья для ритуального костра, чем здесь, где древесина давно превратилась из дешевого топлива в роскошь. Не высушенные кактусы же использовать в качестве дров, так что придётся обойтись брикетами угля, пропитанными «чохом» в сочетании с разнообразными химикатами. Хотя основой самого популярного топлива этой эры является синтетический спирт — возможно, есть способ заставить его сжигание учитываться ритуалом как жертву вином…       На подготовку к обряду ушло ещё полчаса, ведь всё пришлось делать своими руками, а Крис оставалось лишь терпеть всё, что с ней делают и точно следовать указаниям — в этой части приказы Янга были совершенно однозначны, ради её собственной безопасности в том числе. Медея подготовила три будущих костра, затем нанесла на землю и траву сложный узор, напоминающий изображение раскрытого цветка с Кирстен в самом центре пересекающихся линий, нарисованных смесью из краски и зелий. Ещё несколько линий и надписей уже другим зельем украсили механические руки и ноги Крис прямо поверх металла и пластика имплантов. Когда со всеми приготовлениями было закончено, солнце уже скрылось, перекресток дорог погрузился в сумерки. Волшебница отдала в руки Кирстен последний флакон с непрозрачным тёмным зельем и напомнила:       — Выпьешь сразу, как только вспыхнет пламя и начнётся ритуал. После этого стой неподвижно. Да, и вот ещё… перед началом мне нужно узнать твоё настоящее имя.       — Чего?! — возмутилась та.       — Крис, очевидно, что Янг знает, как тебя зовут на самом деле. И Вакако, и Мейн, да и Артур, вероятно, тоже знает. Мне безразлично, что ты скрываешь, но сейчас это необходимая часть ритуала. Важно понимать, для кого он на самом деле предназначен, так меньше будет риск.       — Об этом Яджи не предупреждал, но я ему потом напомню… — наёмница оглядела перекрёсток, костры, надписи на своих руках и флакон с зельем, затем махнула левой рукой и произнесла: — Да вашу ж мать! Кристина Озерова. Ну что, довольна? Да, моя семья приехала нелегально из Союза, да они были Мусорщиками и потрошили людей ради хрома. И чё дальше?       — Ничего. Просто стали выше шансы, что всё пройдёт без осложнений, — спокойно ответила волшебница. Затем вышла из магического круга, взглянула на потемневший горизонт и развернулась лицом к месту ритуала и всё ещё раздражённой Кирстен.       — Да пофиг… — пробормотала та тихо, пожав плечами.       — Kephalis! — торжественно произнесла Медея, вскинув руки. Затем материализовала жреческий посох и ударила им о землю. Одновременно зелёным пламенем вспыхнули три костра и от них — внешний контур круга. Крис практически проглотила зелье, скривившись от мерзкого вкуса, и так и осталась стоять с пустым флаконом в руках.       При жизни Медея бы читала гимны и взывала к богам, в первую очередь к Гекате. Но здесь уже тысячи лет, как бессмертных в небесах и под землёй больше нет, потому почти весь обряд она вела молча, направляя жестами потоки энергии и лишь иногда отдавая команды на божественном языке. Холодное магическое пламя танцевало по линиям на траве, постепенно приближаясь к Кирстен.       Волшебница уже продумывала раньше, как ей усилить соратников за счёт их «увечий», то есть потерянных при установке хрома частей тела. Самая большая тонкость была в том, что в ритуале ей придётся играть сразу две роли, и мага, который пытается получить компенсацию, и божества, которое её человеку подарит. Да, божественный язык, её собственное происхождение и связь с богами позволят обойти ограничения и убедить мир, что воздействие высших сил было допустимо и возможно, но на всё это нужно очень много собственной и внешней магической энергии.       Когда пламя уже колыхалось почти вплотную к Кирстен, волшебница вновь ударила посохом по земле и воскликнула:       — Didomi doron!       Призрачный огонь метнулся к Крис со всех сторон, не обжигая, заполнил весь магический круг, а через мгновение — погас. Наёмница с удивлённым видом замерла на месте, совершенно невредимая, только все нанесенные зельем линии и строки исчезли с тела. Вокруг на пару метров трава и кусты застыли неподвижно, словно слепленные из серого пепла. Приблизившись к Кирстен, Медея небрежно коснулась посохом ближайшего, и как по команде все растения в круге осыпались мелким прахом под ноги.       — Типа… всё получилось? — неуверенно спросила Крис, крутя флакон в механических пальцах. — В системе никаких обновлений нет.       — Я бы очень удивилась, если бы они там были. В целом да, ритуал прошёл успешно, — ответила волшебница, внимательно рассматривая её. — Я сделала не так много, как могли бы на моём месте настоящие боги, но ведь даже это — лучше, чем ничего, не так ли? К примеру, за потерянные глаза ты сможешь в бою предвидеть действия врага на три секунды вперёд. С твоими собственными улучшениями реакции — это уже немало. За отсутствие рук ты получила телекинез в небольшом радиусе… примерно расстояние вытянутой руки.       В качестве иллюстрации своих слов волшебница жестом заставила вылететь свой кинжал из ножен, зависнуть в воздухе, перевернуться несколько раз, прежде чем упасть в подставленную ладонь. Кирстен недоверчиво посмотрела на неё, затем расстегнула подсумок на поясе, откуда под её взглядом неуверенно выплыл и, покачиваясь, завис в воздухе медицинский ингалятор.       — Круто, хотя и странно… А людей можно этим бить?       — Только если в радиусе действия найдётся подходящий предмет для воздействия. Но можно отнимать оружие, отводить удары, раскрывать чужие доспехи… Освоишь, это не так уж трудно, — ответила Медея. — Ещё одно: парение и скольжение в воздухе за потерянные ноги. Это не полноценный полёт, но на полметра вверх ты можешь подняться и не касаться земли столько, сколько захочешь.       — Да ладно?! — Кирстен взглянула вниз, сосредоточилась… и в самом деле на десяток сантиметров приподнялась над засыпанной прахом землёй. — Охренеть, а ещё что-нибудь есть?       — Увы. Все остальные варианты не сделали бы тебя сильнее: непробиваемая для ножей кожа, нечувствительность к боли, быстрое заживление ран… Твои модификации уже обеспечивают всё это.       — Ну, так-то предвидение действий врага или плавное падение тоже можно хромом обеспечить, — заметила Крис, всё ещё стоя в воздухе. Со всеми её компенсаторами и гироскопами в ногах держать равновесие было нетрудно. — Насчёт телекинеза не знаю, хотя магнитные захваты позволяют неплохо жонглировать доступным снаряжением.       — Но теперь у тебя есть эти способности постоянно и вне зависимости от того, чем ты в дальнейшем будешь заменять свои руки, ноги или глаза. Они теперь — часть тебя. И в куда большей степени, чем твои… импланты. А что вы научились достигать похожих эффектов при помощи механизмов, так даже лучше. Меньше вопросов, если кто-то заметит их в бою.       — Да и обучающие программы проще будет найти.       — Тем более. Ладно, осваиваться начнёшь, когда будем в Найт-сити. А пока нам надо ещё успеть к Дакоте и потом вернуться до рассвета, верно? — напомнила Медея, первой направляясь к машине. На ходу движением руки заставила траву тлеть в нескольких местах. Если кто-то поедет по их следам, то потом обнаружит, что не затушенный костёр заставил выгореть небольшой участок пустошей, только и всего.       

      ***

      «ЭМГ-132 — станковый рейлган, предназначенный для вооружения пехоты в боевой броне, штурмовых и десантных боргов, равно как для установки на бронетехнике и наземных дронах. За счёт оптимизации конструкции ускорителя, а также совмещения в едином модуле одноразовой батареи и оперённого снаряда с покрытием из ферромагнетика удалось существенно уменьшить время перезарядки и тем самым повысить реальную скорострельность…»       Одну из комнат, предназначенных для руководства школы, Медея превратила в свой рабочий кабинет. Здесь она обычно читала различные статьи об истории и технологиях этого мира, о его многочисленных угрозах и достижениях, которые можно применить в собственных мистических знаках или заклинаниях. Данный материал прислал Янг-Джин, и описанное здесь оружие являлось значимой угрозой, но одновременно могло послужить и источником вдохновения. Даже небольшой снаряд, разогнанный выше пяти скоростей звука, наносил при попадании просто титанический урон. Ради этого инженерам двадцать первого века приходится идти на множество ухищрений и компромиссов, чтобы оружие при этом не было размером с аркбаллисту. С другой стороны, магия способна обходить многие технические ограничения…       Волшебницу отвлёк от чтения сигнал телефона. Здесь в мастерской ей очки носить требовалось не так уж и часто, так что это была не уже привычная надпись в углу поля зрения, предупреждающая о новых сообщениях, а простая мелодия от лежащего на столе аппарата. По меркам современных жителей Найт-сити — примитивно и отстало, но у Медеи были другие представления об «удобстве» и о том, чем за него можно заплатить.       — Слушаю, Артур, — сказала она, отложив планшет со статьёй об электромагнитном оружии и подняв телефон.       — Кастер, если ты пока не очень занята, я там тебе сейчас ссылку на гарнитуру скину, — торопливо произнёс он. Голос звучал самую малость искусственно: скорее всего, нетраннер был подключен к сети напрямую, и вещал оттуда в мир вещественный при помощи программы-синтезатора. — Надевай очки и переходи по ней. Бродил тут по всяким левым бордам, наткнулся на один раздел, где тебя сейчас очень активно обсуждают. Я туда уже влез, но так, с краю, чисто послушать: вдруг помимо слухов и бреда какая инфа от свидетелей всплывёт. Возможно, тебе тоже будет интересно.       — Я пока ещё мало что понимаю в вашей «сети».       — Там даже не текст, а ВР-чат. Я тебе прописал гостевой доступ, для этого и дополненной реальности хватит. Просто сразу лучше сядь где-нибудь с гарнитурой. Не очень безопасно с полным погружением поджигать комменты и задницы в виртуале, пока ведешь машину или носишься по городу…       — Я у себя, так что никаких проблем. Раз уж ты и в самом деле думаешь, что там мы сможем услышать что-нибудь полезное… — согласилась Медея. Отложила телефон, жестом призвала в руки гарнитуру дополненной реальности, оставленную на диване, надела, движением глаз открыла чат и запустила «адрес», состоящий из множества словно бы случайных чисел и символов.       Ушло несколько секунд на загрузку, затем изображение в очках сменилось, и теперь через них было видно не школьный кабинет, а нечто куда более экзотическое. Вымощенная природным грубым камнем площадь, окружённая пологим амфитеатром, зелёные холмы и скалы поодаль… Волшебница не сразу узнала Ареопаг и Акрополь с постройками на нём, но после этого уже нетрудно стало сориентироваться: виртуальная комната для споров имитировала агору — городскую площадь Древних Афин, где часто проводили собрания и дискуссии. Имитация, правда, была очень и очень сильно «по мотивам», где фантазия художников пыталась восполнять недостаток знаний. К примеру, над Акрополем возвышался довольно убедительный царский дворец, хотя Медея и запомнила его совершенно иначе, но выглядело всё достаточно роскошно и соответствовало стилю. Вот только во времена, когда владыки Афин занимали этот холм, агора представляла собой ряды гробниц, обширную усыпальницу, а торговые ряды и скамьи для любителей послушать ораторов появились здесь много веков спустя, насколько волшебница успела узнать. Впрочем, как декорация, как занавес в театре — и такая площадь ничем не хуже прочих.       Оглядевшись по сторонам, волшебница успела разглядеть десятки безликих фигур на ярусах амфитеатра вокруг. В серых плащах, скорее соответствующих средневековью, чем имеющих что-то общее с греческим пеплосом, они сливались в общую массу и вероятно обозначали зрителей, таких же наблюдателей, как и она сейчас, которые не принимают участия в дискуссии лично. Сами спорщики обнаружились вокруг каменного стола на нижнем ярусе, напоминающего чисто срубленную ударом гиганта толстую колонну.       Пять человек, точнее — пять виртуальных образов, служащих масками для ораторов из реального мира. «Тень_дракон» — героического вида блондин с мечом на поясе и плащом за спиной, похожим на драконьи крылья из серого тумана. Понятно, в чью честь Артур Кэмпбелл придумал себе этот псевдоним, и стоит отдать должное — в его облике тут было что-то близкое к Королю Рыцарей… если бы тот на самом деле был мужчиной, а не вечно юной девушкой. «Джек-Фрост» — подросток в лёгкой одежде с белыми, будто покрытыми инеем волосами вокруг которого постоянно кружились снежинки. «Вестник Тьмы» — тёмная фигура, чьи очертания скрывает клубящийся мрак. «Просперо» — мужчина средних лет с непримечательным лицом, но его «аватар» постоянно менял стиль изображения от нарисованного до реалистичного, имитирующего голограмму или упрощённую графику. Последней была «Химе-сама» — девушка восточной внешности в дорогом кимоно и почему-то с лисьими ушами и хвостом.       — …истинно вам говорю, за всем этим стоят не люди! — потусторонним бесплотным голосом продолжал Вестник начатую ранее тираду. — Для диких искинов уже давно Чёрный заслон — не более чем картонная ширма, но «Сетевой Дозор» каждый день со всех экранов врёт вам о его надёжности. Вмешаться в дела людей вот так нагло — это провокация, задуманная лично Лилит, хозяйкой старой сети. Именно потому агент искинов появился пред взором смертных в образе женщины-искусительницы!       — Мои источники утверждают, что девятибалльный шторм в сети начался уже после перестрелки, а не до, чего стоило бы ожидать при прямом прорыве ИИ через Заслон, — с самодовольным видом возразила ему Химе. — Даже я не стану спорить, что Дозор сильно преувеличивает свои возможности, и изредка искины, как я думаю, могут проникать в нашу сеть, но уж точно — не в этом случае.       — …или они хотят, чтобы мы так думали, — не без иронии ответил ей Дракон, развалившись в каменном кресле. Артур явно решил играть в споре скептика вместо того, чтобы отстаивать собственную версию. — Без обид, принцесса, но твои «источники» — как русская рулетка. Выстреливают один раз из шести. С другой стороны, я куда легче поверю в потерявшего берега и рамки борга одной из корпораций, чем в неуловимого посланника «Королевы искинов»… да и в неё саму.       — Ограниченный болван! — прогремел Вестник, указывая на него рукой, сокрытой тьмой.       — От конспироложца слышу, — отозвался Артур. — Джек, ну ты же серьёзный человек, у тебя-то реально есть источники, я знаю. Ты же не веришь в этот бред про ИИ и посланников Алиты?       — Извини, парень, но версия с корпами тоже еле дышит, — неожиданно голос «подростка» звучал как у мужчины лет двадцати пяти. Хозяин аватара не очень увлекался проработкой своего образа. — А если через неделю-две под раздачу попадут ещё и биотехи, эта идея вовсе сдохнет в муках. Выхватывают по кругу все игроки, даже «Милитех», так что теперь и на операцию НСША всю историю не спишешь. Аврора явно ведёт свою игру, воюя против всех сразу. Либо за ней стоят силы, на которые поначалу и не подумаешь: СовОил или Найт-корп, например.       — «Аврора»? — переспросил Вестник.       — Мой друг говорил, что так её стали называть между собой в корпорациях. Никто не знает её настоящего имени или названия этой модели кибертела.       — Дай угадаю, твоего друга звали «ты»? — с иронией спросил Просперо, складывая руки перед собой на столе. — А, монохром?       — Его звали «заткнись!» — огрызнулся Джек. — И вообще, ты же не будешь делать вид, что защищающий сейчас твоё подключение «лёд» может позволить себе работяга из Арройо?       — Господа, дамы или кто вы там по гендерному определению, — перебила их Химе, дёрнув лисьими ушами. — Мы тут ради важного дела собрались. Согласно моим источникам в полиции, этого борга, «Аврору», если так угодно, уже официально объявили киберпсихом. Ни одна корпа не станет вести с ней дела и тем более не возьмёт за неё ответственность, даже если на самом деле приложила руку к появлению этой угрозы.       — В первый раз, что ли? — с намёком спросил Дракон. — Сколько раз корпораты тестировали новый хром, а когда всё шло через задницу — сливались и зачищали следы вместе со свидетелями.       — Жалкие человеческие машины не в силах породить подобное чудовище! — провозгласил Вестник. — Даже советский «Бомбардир» или «Даи Они» от «Арасаки» не смог бы сражаться в одиночку сразу против танков, РСЗО и десанта в боевой броне, а это видел весь город.       — Так ты из военных, потому такой контуженный? — с фальшивым участием в голосе спросил Просперо. Затем на мгновение зафиксировал аватар в виде анимированного рисунка и произнёс: — В любом случае, против всех этих невероятных идей о разуме Сети и вампирах с Альтаира говорят факты. Например, тот факт, что у «Авроры» была своя команда, хотя бы поначалу. Едва ли воплощённый в подлунном мире ИИ нуждался бы в команде из живых людей, не так ли? Давайте посмотрим.       По его жесту над столом возникло множество экранов, обращённых к спорщикам и к зрителям в зале. Все они показывали одну и ту же картинку: заброшенная многоэтажка, стоящий перед ней броневик с логотипом «Кан тао», рассредоточившиеся бойцы корпорации и пара дронов огневой поддержки. Затем на видео первый этаж здания будто взорвался изнутри молниями и лазерными лучами, а потом сбоку, буквально на краю кадра появилось быстро движущееся пятно разноцветных помех… и Аврора, буквально парящая над землёй. Запись заканчивалась на моменте, где она поджигает броневик, а затем исчезает из поля зрения неподвижно закреплённой камеры.       — Охренеть! — вполне искренне изумился «Тень_дракон», то есть Артур. — Но откуда? Я же там потом все подсетки в округе облазил, но корпокрысы вымели всё до байта.       — Всего лишь ловкость рук, молодой человек, — самодовольно ответил Просперо. — А также хороший бубен и подношения духам траффика и властелину маршрутизаторов.       — Понты, понты, куда без них. Не ты один тут опытный нетраннер, волшебник, — ответил Джек, покачав головой. — А вот так сможешь сделать? Яви свой лик, Тёмный Вестник!       Он щёлкнул пальцами, направив руку в сторону соседа. Секунду спустя пелена мрака растаяла, открыв взглядам девушку чуть старше двадцати с потёртыми армейскими протезами обеих рук, над головой у неё всё ещё мерцал тот же никнейм «Вестник Тьмы». Вероятно, это была настоящая внешность, потому что, возведя глаза к виртуальному небу, она воскликнула уже нормальным, не искажённым программами голосом:       — Да иди в жопу, Джек! Эта шутка была смешной только первые три раза.       — Пойду, милая моя, когда вы там в своём кружке уфологов скинетесь на нормальный фаервол. Хотя бы один на всё ваше общество.       — И мы снова теряем нить разговора, — попыталась вмешаться Химе. — То, что уважаемый Просперо смог добыть такую запись — удивительно, но для нашей дискуссии куда важнее её содержание. Разглядеть детали тяжело, но я поставлю на то, что с Авророй были ещё два человека. Однако если они, и в самом деле, в одной команде, то почему на всех последующих видео она появлялась одна?       — Может, она всё-таки работала на некую корпу вместе с группой сопровождения, но именно в тот раз с «Кан тао» словила киберпсихоз, порешила всех и ушла в отрыв? — вернув себе прежний самоуверенный вид, предложил идею Дракон.       — Ты вообще киберпсихов вблизи видел, парень? — спокойно спросила Вестник без прежней игры в истеричного проповедника. — Она атакует, наносит урон солдатам очередной мегакорпы, потом растворяется в городе ещё на несколько недель. Среди КП хватает супер-параноиков, но этот борг действует слишком продуманно и тонко для сумасшедшего. Скорее как диверсант, у которого есть цель.       — Свергнуть корпорации? Я всеми руками «за»! Интересно, а она пишет музыку? — с энтузиазмом отозвалась Химе, даже вскинула руки над головой, Правда пальцы были сложены в довольно странном жесте: мизинец и указательный выставлены вверх, а безымянный и средний — вытянуты вперёд и прижаты к большому пальцу. — И есть ли у неё случайно термоядерный заряд.       — Ты ещё «A like supreme» начни орать мимо нот, — вздохнув, произнёс Джек. — Да и с учётом того, что я видел над Нортсайдом, ядерный заряд ей может и не понадобиться даже. А ведь казалось бы — ну сколько одиночка даже с самым продвинутым вооружением сможет воевать сразу против всех больших шишек в городе? Ещё месяц или два? Стоило бы ей прийти к любой из корпораций и предложить свои услуги: разговор бы сразу был иной, а ей всего-то пришлось бы не смотреть в одну сторону и продолжать громить остальных…       — И пиджаки получат ещё одного Смешера, верно? — отозвалась Вестник. — И вообще, ты говоришь о том, что «видел над Нортсайдом» так уверенно…       — Вот давайте не будем делать вид, что мы все не смотрели этот бой через камеры, ладно? В прямом эфире или позже. Я вот успел. Что меня тогда поразило: Аврору никто не прикрывал через сеть, а это ведь для операций таких масштабов просто невозможно в наше время! Да, были наблюдатели, включая половину здесь собравшихся, но и только. Никакого сетевого противодействия, «Арасака» захватила всё киберпространство в районе сражения за минуты. Поэтому я не верю в посланника ИИ и всё сильнее сомневаюсь в версии о засланном агенте. Даже поехавшей крышей армейский борг такого уровня обязан был ставить помехи и отсекать раннеров просто на автопилоте, но не было даже этого…       — Ну не знаю, может, просто её защита от взлома настолько хороша? — предположила Химе, Дракон согласно кивнул.       — Сомневаюсь, что в мире вообще существует настолько идеальная защита, — возразил Просперо. — В физическом мире, по крайней мере, а не целиком в виртуале. Я бы вообще охотнее поверил, что всё это — одна колоссальная мистификация. Взломанные камеры, оптика, переписанная память людей и данные регистраторов — и вот вам атака, которой никогда и не было, но все о ней помнят. Если бы не куча обломков и следы от попаданий лазеров на стенах и асфальте, я бы так и думал.       — Вот тогда я точно скажу, что это была работа искина из-за Чёрного заслона, — ответила на это Вестник.       В этот момент Медею отвлёк сигнал таймера, высветившего текущее время в отдельном окне. Свободное время заканчивалось, ей предстояло заняться подготовкой к операции. Разговор тут шел занятный, но не настолько, чтобы ради него бросить всё. Вызвав окно командного чата, она написала Артуру:       «Мне пора идти. Некоторые из этих людей знают обо мне довольно много для посторонних. Есть возможность узнать, кто они на самом деле и на кого работают?»       «Джек — то ли корпорат, то ли мажор со связями, но софт у него неплохой, пускай и не самый свежий. Вестник, София — защита у неё и правда никакая, и она действительно из общества охотников за НЛО и прочими тайными масонами, пускай и пытается «в образе» выставлять себя более поехавшей, чем на самом деле. Химе, хоть и хозяин этой борды, но просто любитель — безработный хикки из Джапан-тауна, я его адрес пробил в реале ещё давно. А вот Просперо мутный тип: он у нас недавно, появляется редко, но я лучше попытаюсь соединение Джека ломануть, чем к этому сунусь. Уж больно непонятная защита, совсем непривычная, а под ней и «чёрный лёд» можно встретить».       «Ясно. Попытайся узнать что-нибудь ещё, не выдавая себя. Чем больше нам будет известно об охоте на нас, тем легче будет оставлять ложные следы и ловушки», — набрала волшебница текст, затем всё-таки отключилась от канала и сняла очки. Было любопытно, но её ждала работа. К тому же, Артур наверняка ведёт запись: можно будет просмотреть самые важные моменты и позже.       С этой мыслью она кивнула себе и поднялась из кресла, прихватив телефон и гарнитуру. После этого направилась к лазарету, где хранился и пополнялся запас зелий. Предстояло отобрать необходимые и сделать так, чтобы они не привлекали лишнего внимания.