Его сгорающая привязанность.

***

Тишина… Майки казалось, что сейчас именно она являлась царицей, непосредственной владелицей всея окружения. И это обманчивое видение, ведь звуков было предостаточно даже после того, как Харучие высказал этакую свою просьбу, частицу того, что на душе его лежало… и это было последним, что опьяненный Сано ещё более менее смог воспринять. А далее ни шуршания одежд, ни шум, издаваемый самим лифтом, ни дыхания уж тем более поглащенный сладкой дымкой дурмана услышать не сумел. Вот и вновь они стали двигаться, но здесь воздух совсем иной, нежели чем на этажах выше. Ряды дорогих автомобилей. Те, кто связали свою жизнь с Бонтеном, пускай и стали избалованными в плане денег и женщин, приобрели статус и территории, однако поголовно каждый рисковал стать в любую секунду расходным материалом, особенно тот, кто решился бы самовольно уйти или предать, что считалось одним и тем же по значению среди безжалостных якудз. Лидера устрашающей любого смертного группировки провожала на заднее сиденье его верная правая рука; повезло, что никого рядом в силу ночи не оказалось, пусть никто и слова бы не посмел высказать, даже посмотреть в их сторону… от дуэта двух мужчин веяло смертельной опасностью. Не стоило лезть под горячую руку, коли жизнь дорога - правило, кое знал каждый, не желающий умереть в мучениях. — Не б-будет меня тошнить, — ответил белобрысый, далее бормотая себе под нос неразборчивое. Глаза слипались, мозгу вновь хотелось забыться сном, а сам хозяин и носилец тяжкого бремени не собирался засыпать, ему не хотелось видеть никаких кошмаров и страшных событий прошлого, переживать всё заново… что может быть хуже, чем вновь и вновь видеть смерти любимых сердцу людей? Манджиро бы продал свою душу дьяволу, если бы можно было вернуть всё, повернуть время вспять… к сожалению это невозможно, никому не нужно сгнившее нутро. Никому ли.? Опустив голову чуть вниз, смотрит на зеркальце исподлобья, в коем отражались он и часть лица Харучие. Так часто его не замечал, воспринимал как должное. справедливо ли это по-отношению к Санзу? « я действительно перебрал, раз думаю об этом. » Слишком длительной казалась для Майки каждая секунда. минуты тем более, растягивались в один вечный поток. Его ребячливой персоне приспичило покапризничать. Ухватившись за кресло перед собой, подтянул свое непослушное тело вперёд, ближе к сидящему за рулём мужчине. Тихим голосом слегка невнятно проговорил свой вопрос в самое ухо, склоняясь ближе, над плечом Харучие: — Мы-мм. скоро?

***

Выехал с парковки Харучие быстро. И снова огни Токио, его высокие крыши и редкие, далеко нетрезвые прохожие. Но, кажется, любой из них соображал сейчас гораздо больше, чем Майки на заднем сиденье. Он ни в чем не знал меры. Зачастую дурное качество, особенно в их работе, да и в обычной жизни… Светофоры мигали тускло, отражаясь в стёклах и фарах проезжающих рядом машин. — Скоро, — отозвался также негромко Санзу, словно боясь своим тоном напугать невменяемого парня. Но голубые глаза покрылись льдом-раздражением. Не отрываясь от руля и не поворачивая головы, он грубовато толкнул Манджиро в грудь обратно на сиденье. Не хватало ему ещё обо что-то удариться при торможении или на повороте. Мало ли, нарушит свое обещание… А вылизывать машину нет времени, да и профессионалам в салон отдавать тоже. — Сиди смирно. Я предупрежу. Ехать им было действительно недалеко, а тем более по пустым улицам. Скоро они потянулись чёрными змейками, оттеняемые лишь светом фонарей. Старых и поставленных, видимо, ради приличия. Но вот последний поворот. Высокая многоэтажка. Хороший, тихий райончик. Здесь уже все давно забылись глубоким сном. Харучие затормозил у своего места на парковке и вышел из машины. — Мы на месте. Захотелось достать сигарету и закурить. Почему-то от дыхания Майки около уха до сих пор все горело огнём. Но вместо новой дозы успокоения открыл дверь для него, вытаскивая и направляясь к подъезду. Полпути уже позади. Осталось только доехать до нужного этажа и уложить Сано на диван. Если не откажется от воды, то хотя бы освежить его. Да и самому надо чем-то перекусить… Странно, но Харучие сумел о своих желаниях и проблемах полностью позабыть, переключившись на чужие и погрузившись в их омут… юный король на первом месте. Никак иначе. — Скоро будут ступеньки, так что поднимай ноги выше. И держись за меня, не забывай.