Считая звёзды

Закулисные интриги За неделю до основных событий.       — Они прибудут с минуты на минуту, — нетерпеливо пробормотала Дафна Гринграсс, поправляя причёску и высматривая своё отражение в стеклянных дверцах шкафчика. — Как тебе моё платье?       — Так волнуешься, будто сватать приехали тебя, — равнодушно бросила Астория, не отрываясь от бумаг. — Вряд ли Тео оценит такой непозволительный интерес к чужому жениху с твоей стороны.       — Должен же хоть кто-то проявить интерес к бедняге Раулю, — не осталась в долгу Дафна. — Неужели он тебя совсем не волнует?       — Я знаю его с самого детства, — устало отозвалась Астория.       — Но вы ведь не виделись почти двенадцать лет, — возразила старшая сестра.       — Вряд ли что-то изменилось. Думаю, он так и остался тем же вечно обиженным ребёнком, что не простил мне победу в состязании лучников.       — Ты слишком строга к нему, Тори. Время меняет людей.       — Ты что, стащила у Тео томик какого-то философа? — усмехнулась Астория.       Дафна недовольно поджала губы.       — Ты невыносима, — объявила старшая сестра своему отражению, обращаясь при этом к младшей. — Сама знаешь, что papá возлагает большие надежды на союз с Мерньé, который скрепит твоя помолвка с Раулем. Тебе следовало бы проявить больше интереса к человеку, за которого тебя выдают замуж, Тори.       — Если я захочу, он не станет моим мужем, — небрежно заметила Астория.       Дафна сердито взглянула на сестру. Эта её манера делать всё по-своему — следствие вечного потакания отца любым прихотям младшей дочери. Но уж сейчас-то ей точно не удастся провернуть излюбленный трюк.       — Papá, конечно, многое тебе позволяет, но только не это, — слегка самодовольно заявила девушка. — В вопросах выгоды и брака он не станет размениваться на твои желания.       — Это мы ещё посмотрим, — спокойно отреагировала Астория, переворачивая страницу.       Порой Дафне ужасно хотелось схватить Асторию за плечи и хорошенько встряхнуть: в этой замкнутой, помешанной на отцовском бизнесе девчонке совсем не осталось чувств и эмоций. Раньше Тори была куда живее, пусть и отличалась нравом и задатками лидера. Но по прошествии долгих лет детская непоседливость сменилась упрямством и интересом к вещам, не дававшим простора для воображения. И в итоге в возрасте двадцати трёх лет Астория стала похожа на старуху, ревностно оберегающую сундучок с золотом и осуждающую веселящуюся молодёжь, к которой вообще-то и сама принадлежит. Вот, даже сейчас ей абсолютно плевать на такое судьбоносное событие, как помолвка и последующая свадьба с не самым последним по положению в обществе молодым человеком.       — Ты бы хоть переоделась, — не выдержав, упрекнула сестру Дафна спустя несколько минут. — Не стоит так открыто демонстрировать гостям своё пренебрежение.       — Я не стану выряжаться, как кукла, чтобы понравиться Раулю.       — То-о-ори! — застонала Дафна. — Не зли их, пожалуйста! Mamán опять сляжет с мигренью, как после очередной твоей выходки, и обвинит во всём меня, ведь я же…       — Должна благотворно влиять на младшую сестру, — скучающим тоном протянула Астория, передразнивая сестрицу. — Мой внешний вид более чем хорош.       Дафна явно хотела возразить сестре, но её отвлекло появление домовой эльфихи Пакс, выглядевшей до крайности взволнованной.       — Мисс Гринграсс, гости прибыли! — объявила эльфиха, обмахиваясь перьевой метёлочкой. — Хозяин приказал вам принять мсье Мернье, пока ваши родители будут беседовать с его родителями.       — О, так всё настолько серьёзно? — усмехнулась Дафна. — Судя по всему, Рауль будет делать тебе предложение с глазу на глаз, причём с согласия papá. Так что нам с Пакс, я полагаю, следует удалиться и оставить вас наедине.       Рассерженный взгляд Астории развеселил Дафну. Нечасто ей случалось видеть младшую сестрицу, обычно державшую себя в руках, в гневе, и раз уж сейчас Тори, несмотря на скучающий вид, не сдержала эмоций, дело принимает интересный оборот. Они с Раулем терпеть не могли друг друга с самого детства, как справедливо отметила сестрица, а потому сейчас перспектива стать его супругой девушку не особенно радовала. Дафна лишний раз порадовалась своей удаче: они с Тео хотя бы испытывали друг к другу приязнь, достаточную для обоюдного согласия на брак, к тому же подходили по характеру. Рауль же, как помнила старшая Гринграсс, был обидчивым капризным ребёнком, и, судя по всему, таким и остался, как уже отметила Астория. Более неподходящих друг другу людей трудно себе представить. Они друг друга никогда не полюбят (если Тори вообще способна любить людей, а не счета).       Впрочем, в высшем обществе, где браки по расчёту стали давней традицией, любовь — непозволительная роскошь, даже скорее глупость. И Дафна была с этим полностью согласна.       — Удачи, Тори, и, прошу, постарайся не быть таким эмоциональным инвалидом, как сейчас, — с нарочито серьёзным видом напутствовала младшую сестрицу старшая, после чего степенно удалилась вместе с эльфихой. И, судя по сердитому лицу сестры, Раулю сегодня явно не добиться её расположения, пусть это всего лишь формальность.       Между тем Рауль Мернье, ничего не подозревающий о разговоре сестёр, вежливо откланялся, покинув гостиную, где остались его родители и чета Гринграсс. В сопровождении домового эльфа юноша направился в комнату своей наречённой, не испытывая при этом никакого волнения. Да, он знал Асторию Гринграсс с детства, с тех самых пор, как её семья взяла за правило приезжать к ним в загородное имение в Шампани. Детьми они терпеть друг друга не могли и часто во всём соревновались. Побеждала в основном Астория в силу своего задиристого и властного нрава. Раулю оставалось довольствоваться ролью побеждённого и лаской матери, уверявшей, что он «всё равно гораздо лучше неё».       В последний раз Астория обставила его в соревновании по стрельбе из лука. Кто бы мог подумать, что эта изнеженная на первый взгляд девчонка сумеет попасть в цель куда более метко, нежели сам Рауль? Это был неимоверный удар по самолюбию мальчишки. В тот раз дети разругались в пух и прах, а потом чете Гринграсс стало не до визитов во Францию — обострялась ситуация с Волан-де-Мортом, и прекращению общения с Асторией Рауль был безумно рад.       И вот отец в приказном тоне заявляет ему, что он должен жениться на этой противной девчонке! Поначалу Рауль не поверил своим ушам, когда отец позвал его в кабинет и сообщил о намерении заключить брачный союз с Гринграссами.       — Война закончилась, и наши друзья снова обрели былое величие, — с умным видом вещал мсье Мернье-старший, пока Рауль усиленно старался разобраться в хитросплетении изящных формулировок, сводившихся к ненавистному браку с Асторией Гринграсс. — Для нас было бы очень выгодно породниться со столь знатным семейством. Тем более что ты и Астория давно знакомы, так что никаких препятствий для вашей помолвки не предвидится…       «Ещё как предвидится», — был готов поспорить Рауль. — «Эта чёртова Гринграсс — одно сплошное препятствие!»       Он так и заявил отцу, на что получил лаконичный ответ:       — Кто из вас двоих мужчина, Рауль?       Намёк был ясен, тем более что после добавления отца: «Какой бы наглой девочка ни была в детстве, сейчас она превратилась в девушку, и, зная строгость Кассиуса, смею тебя уверить, что она будет послушной дочерью и согласится выйти за тебя», юноша почувствовал себя более уверенно.       В самом деле, что ему может сделать какая-то девчонка?       Именно с этими мыслями он постучал в деревянную дверь комнаты своей наречённой, и, дождавшись холодного «Войдите», приоткрыл её.       Астория, как никогда собранная, восседала за письменным столом и что-то усердно искала среди вороха бумаг. «Не самое подходящее поведение для будущей невесты», — недовольно подумал Рауль, ступая в комнату.       Он даже немного залюбовался ею, видя впервые после стольких лет: собранные на затылке чёрные волосы открывали взгляду изящную линию шеи, аристократично тонкие руки с узкими запястьями методично перебирали страницы, и девушка являла собой образец английской добродетели — правда, в этот момент занятый совершенно ненужными делами.       — Рад тебя видеть, Астория, — сообщил юноша, поняв, что невеста не собирается почтить его даже мимолётным взглядом.       Внутри начинало просыпаться раздражение, несмотря на то, что он был приятно удивлён переменам во внешности старой знакомой. Рауль не привык, чтобы его так вопиюще игнорировали, особенно если учесть, что это делает девчонка младше него и к тому же в таких обстоятельствах. Помолвочное кольцо в элегантной бархатной коробочке буквально жгло нагрудный карман, напоминая о том мужественном, по мнению Рауля, поступке, который он должен совершить прямо сейчас. По всем правилам попросить руки Астории Гринграсс. Тет-а-тет с этой ведьмой.       — Взаимно, — прохладно откликнулась девушка, не отрываясь от своего занятия. — Присаживайся. Нам нужно о многом поговорить.       Вот тут-то на аристократичном лице Рауля проступило удивление. Вообще-то это ему следовало начать разговор таким образом. Неужели Астория снова берёт всё в свои руки, намереваясь командовать, как в детстве? Нет, сейчас он этого не допустит!       — Да, Астория, ты совершенно права. Нам нужно поговорить. И, если ты соизволишь обратить на меня своё внимание, то разговор начнётся гораздо быстрее.       Девушка на мгновение оторвалась от бумаг, смерила Рауля долгим взглядом, после чего небрежно ответила:       — Нам некуда торопиться. Настоятельно рекомендую присесть.       Мысленно чертыхнувшись, Рауль занял место, проигнорировав скользнувшую по губам Астории удовлетворённую усмешку. Девушка ещё с минуту рылась в бумагах, после чего выудила чистый листок и протянула его Раулю.       — Это ещё что? — недоумённо спросил юноша.       — Ах, да, я совсем забыла. — Астория в деланном озарении покачала головой. — Ты ведь пришёл делать мне предложение, верно?       — Э-э-эм… Да, — неуверенно кивнул Рауль.       — Так чего ты ждёшь?       Отложив бумаги, Астория выпрямилась и внимательно посмотрела на Рауля, показывая тем самым свою заинтересованность в происходящем.       «Как-то всё совсем не так», — недовольно думал Рауль, поднимаясь с места, чтобы затем элегантно опуститься на одно колено перед наречённой. Так как девушка не собиралась вставать, ему пришлось делать это через преграду, коей являлся письменный стол.       — Дорогая Астория, не окажете ли вы мне честь стать моей женой? — напыщенно спросил мсье Мернье, красивым жестом протягивая невесте бархатный футляр с дорогим помолвочным кольцом.       С минуту Астория оценивающе разглядывала и презент, и жениха, после чего совершенно бесстрастно заявила:       — У меня нет иного выбора, Рауль. Я согласна стать вашей женой.       Коробочка исчезла с ладони Рауля и ловко спряталась в выдвижной ящик стола, а Астория снова вернулась к бумагам, будто бы только что не произошло ничего примечательного. Рауль был в недоумении и лёгком гневе: поведение невесты ставило его в тупик. Нет, в самом деле, где это видано? Астория, по всем правилам этикета, была обязана протянуть ему свою руку, дабы он мог запечатлеть на ней поцелуй, а потом «искренне» заверить его в обоюдности любовных чувств. По крайней мере, Рауль полагал, что всё пройдёт именно так. И что в итоге?       А в итоге будущая мадам Мернье преспокойно занялась своими делами, не удосужившись хоть как-то прокомментировать помолвку. Будто они заключили какую-то бездушную сделку. Это, конечно, брак по расчёту, но чтобы он был уж настолько сухим…       Из раздумий Рауля вырвал звонкий голос Астории, протягивавшей ему чистый лист бумаги.       — Всё ясно? — расслышал он последнюю часть её монолога.       — Что? — переспросил Рауль, ощутив смущение.       Астория закатила глаза.       — Я же всё тебе объяснила, Рауль. Распиши подробно, что входит в лично твоё наследство, какой доход ты имеешь и как планируешь им распоряжаться.       В кабинете повисла звенящая тишина. Астория с тем же безразличным видом вернулась к бумагам, а Рауль так и замер на месте с листком в руках, недоумённо моргая.       — Это ещё что за требования? — озвучил юноша свою первую связную мысль.       — Обычные требования, — спокойно ответила Астория. — Таким образом мой отец расписал всё моё приданое, которым ты будешь владеть после нашей свадьбы. Следовательно, я тоже имею право знать, чем владеет мой будущий муж. Я ведь не могу выйти замуж «вслепую». Можешь взять моё перо, — милостиво позволила девушка, указав на чернильницу на краю стола.       «Маленькая стерва! Это не по правилам! Да никогда ещё девушки, которых выдают замуж, не интересовались так нагло имуществом своего жениха! Это неприлично!»       Казалось, громкие мысли Рауля не остались загадкой для Астории, и всё же она продолжала хранить молчание, делая какие-то пометки. В уголках губ змеилась лёгкая усмешка, не замеченная Раулем, всё ещё пребывающим в состоянии ступора.       — Я не стану этого делать, — наконец, резко заявил юноша. — Это оскорбительно!       — Что же тут оскорбительного? — искренне удивилась Астория. — Ты ведь осведомлён о моём приданом. Почему же это не оскорбляет меня?       — Потому что это по правилам. А вот твой интерес к моему имуществу в таком проявлении неприличен и недопустим!       Астория внимательно посмотрела на взвинченного жениха.       — Рауль, успокойся. Я не прошу ничего невозможного и неприличного. Просто расскажи мне о своём имуществе. Мне следует знать, за кого я выхожу замуж.       — Ты выходишь замуж за представителя одной из древнейших волшебных семей во Франции. Уже это означает, что мы отнюдь не бедны, Астория, — задрал нос Рауль. — А большего тебе знать не нужно.       — Знатность рода ещё ничего не доказывает, — возразила Астория. — Смею тебя уверить, Гринграссы тоже не абы кто. Для нас очень важно быть уверенными в завтрашнем дне. Вдруг ты промотаешь всё наше состояние и пустишь меня по миру? Даже аристократы не застрахованы от пристрастия к азартным играм и дорогим развлечениям.       — Твои намёки оскорбительны! — выпалил Рауль, побелев.       — Я только просчитываю все варианты, — бесстрастно вывела Астория. — Сам понимаешь, случиться всякое может…       — Я не желаю это терпеть! Я… я… — Рауль едва ли не задыхался от переполняющих его эмоций, и это на контрасте с её спокойствием бесило ещё сильнее. Что она себе позволяет? Эта маленькая выскочка!       — Что «ты»? — с деланным интересом спросила Астория. — Лопнешь от ярости? В таком случае, умоляю, сойди с ковра. Он очень дорогой.       Ослабив элегантный шейный платок, Рауль отрывисто бросил:       — Невоспитанная наглая стерва!       После чего, смерив Асторию презрительным взглядом, покинул комнату.       — Ему явно не хватает самообладания, — покачала головой Астория.       Дафна, сама того не зная, подсказала действенный способ взбесить жениха. Благодаря этому тактика Астории сработала даже лучше, чем планировалось: она всего лишь пыталась выторговать себе лучшие условия заключения помолвки, но в итоге Рауль явно не пожелает жениться на ней, семейка Мернье удалится в оскорблённых чувствах, а сама Астория останется свободной от брака с ненавистным ей человеком. Конечно, ей ничего бы не стоило беззастенчиво помыкать супругом, но не таким видела спутника своей жизни прагматичная мисс Гринграсс-младшая. Если уж заключать брак по расчёту, так хотя бы с представителем древней аристократии, способным в случае чего проявить свой характер, а не мямлить, не в силах связать и двух слов. Рауль с его жеманными манерами и холёной внешностью был ей противен. За него стыдно замуж выходить — ни в свете не покажешься в полном блеске, ни преумножишь богатство, ведь, судя по всему, у юноши явно отсутствует предпринимательская жилка.       Пожалуй, Астория видела своего жениха примерно таким же, как Тео Нотт — наречённый старшей сестры. Может, у него есть какой-нибудь богатый кузен?..       Чета Гринграсс и их гости мирно беседовали в Красной гостиной, когда в комнату ворвался Рауль Мернье с перекошенным от злости лицом.       — Я не желаю жениться на ней! — выпалил юноша, окончательно сорвав с шеи мешающийся шёлковый платок. — Она невыносима! А эти её требования…       — В чём дело? — спросил Франсуа Мернье, переглянувшись с супругой и уставившись на сына.       — Она отказала тебе? — побледнела Жозефина.       — Если бы!       Это восклицание заставило всех обменяться недоумёнными взглядами. Рауль же между тем плеснул в бокал воды из изящного графинчика и залпом выпил.       — Но если Астория не отказала тебе, то что не так? — рискнула спросить Жозефина.       — Она потребовала полный отчёт о моём наследстве!       Кассиус кое-как сдержал неуместный приступ смеха и замолчал, получив ощутимый и для стороннего наблюдателя незаметный тычок в бок. Чета же Мернье казалась ошеломлённой заявлением своего отпрыска.       — Кассиус, что это за выходки? — недовольно спросил Франсуа, разом растеряв благодушие, демонстрируемое им ещё несколько минут назад в приятной беседе. — Не много ли твоя дочь на себя берёт? Я бы ещё понял, если это была старшая, но младшая…       — За кого она нас принимает? — Жозефина присоединилась к недовольству мужа.       — А ещё она обвинила меня в том, что я могу промотать её приданое, — обиженно выдал Рауль, намереваясь извлечь всю возможную выгоду из своего положения. Противную девицу наверняка накажут, и, может статься, что ему не придётся на ней жениться. Во Франции полно хорошеньких родовитых волшебниц. И чего отца потянуло через пролив?       — Это уже нешуточное оскорбление, мой друг, — процедил явно разозлённый Франсуа.       — Ваша дочь ужасно воспитана, — Жозефина тут же обратилась к Кáликс Гринграсс.       Женщины, совсем недавно задушевно обсуждавшие особенности приёма по случаю помолвки, сейчас были готовы испепелить друг друга яростными взглядами, впрочем, успешно замаскированными в целях соблюдения этикета.       — Мне кажется, ваш сын, любезная Жозефина, тоже не блещет наличием манер, — отпустила «шпильку» мадам Гринграсс.       Рауль в предвкушении переводил взгляд с отцов на матерей. Кажется, сейчас разгорится нешуточный скандал! О, Астории точно не поздоровится.       — Мне кажется, нужно поговорить с Асторией, — громко заявил Кассиус. — Пакс, немедленно позови её сюда, — приказал он эльфихе, появившейся перед ним и тут же исчезнувшей.       — Надеюсь, вы сумеете дать нам внятное объяснение поведению вашей дочери, — холодно заметил Франсуа.       — Безусловно, — не остался в долгу глава рода Гринграсс.       Астория вошла в гостиную, когда истекли все сроки приличия. Мсье и мадам Мернье выказывали явное недовольство, Рауль осушал уже третий стакан воды, а Кассиус и Каликс Гринграсс хранили молчание, обмениваясь красноречивыми взглядами.       — Что за неуважение? — недовольно заметила Жозефина, когда Астория, притворив за собой дверь, остановилась на пороге, даже не извинившись за опоздание.       — Не желаешь ли объясниться? — вместо приветствия строго спросил Кассиус, сверля дочь напряжённым взглядом.       — Насчёт чего? — вопросом на вопрос ответила девушка.       — Она издевается! — приглушённо воскликнула Жозефина. Каликс метнула в сторону гостьи злобный взгляд и снова уставилась на дочь.       — Насчёт всего случившегося между тобой и Раулем. — Кассиус говорил так же спокойно, как и дочь.       — Мсье Мернье-младший сделал мне предложение, от которого было невозможно отказаться, — с ноткой ехидства ответила Астория и ослепительно улыбнулась жениху, от такой перемены в поведении невесты едва не подавившемуся водой. — Я счастлива нашей помолвке.       — Так счастлива, что потребовала от него список всего имущества? — вздёрнул бровь отец.       — Счастье счастьем, но вряд ли меня устроит рай с милым в шалаше.       — Неслыханная наглость! — На этот раз Жозефина даже не потрудилась понизить голос. Астория с честью выдержала её гневный взгляд. — Наш род — один из самых знатных во Франции, и…       — И, тем не менее, никто не застрахован от разорения, — невозмутимо отреагировала девушка. — Я, конечно, не утверждаю, что вы можете потерять всё имущество, но вдруг у вашего сына проснётся неконтролируемая страсть к азартным играм, например? Или же он скрывает долги, о которых мне неизвестно. Я должна быть уверена в том, что моё будущее в безопасности.       Каликс судорожно обмахивалась веером в явном предчувствии мигрени, приступы которой неизбежно вызывались подобными выходками младшей дочери. Франсуа и Жозефина онемели от подобных речей. Лицо Кассиуса же было непроницаемо: он никак не выражал своих чувств.       — Я ни на минуту не останусь в доме, где наш род подвергается таким оскорблениям! — после недолгого молчания объявил Франсуа. — Рауль, Жозефина, мы уходим.       — О помолвке наших детей и речи быть не может! — процедила взбешённая Жозефина. — А тебе, Каликс, настоятельно советую обучить свою дочь этикету.       — Приятной дороги, — напоследок сообщила Астория, сделав элегантный реверанс. В ответ на него уходящие гости громогласно захлопнули за собой дверь.       Тотчас же Каликс подорвалась с места и двинулась к дочери с намерением как минимум отвесить ей звонкую пощёчину, но застыла с поднятой рукой, услышав громкий хохот мужа.       — Ты смеёшься? — в неверии спросила супруга, оглянувшись.       Вместо ответа Кассиус лишь махнул рукой и вскоре замолчал, сделав глубокий вдох. Каликс же в этот момент снова повернулась к дочери.       — Хватит с нас твоих выходок, Астория, — процедила мать, опуская руку. — На этот раз ты зашла слишком далеко. Отец сейчас поговорит с тобой, а я… мне дурно.       Едва за матерью закрылась дверь, Кассиус довольно усмехнулся.       — Моя девочка.       Астория отмерла — всё это время она стояла на одном месте как истукан — и присела рядом с отцом в кресло, которое занимал Франсуа Мернье.       — Это было впечатляюще, — продолжил отец. — Так ловко утереть нос этому юнцу! И ведь всё аргументировано.       — У меня был хороший наставник, — в тон отцу ответила дочь.       — Но, всё же, мать права. Ты в самом деле перегнула палку. Этот брак для нас очень важен, а потому ты не имела права так разговаривать с Раулем.       — Но, отец… — попробовала возразить Астория.       — Нравится тебе или нет, но ты выйдешь замуж за этого мальчишку. Благодаря этому браку мы сможем наладить бизнес во Франции, не прибегая к грабительским расценкам наших иностранных компаньонов. Понимаешь, какие открываются перспективы?       — Понимаю, — напряжённым тоном ответила Астория. — Но, раз уж брак с французом — дело решённое, почему ты не можешь подобрать мне кого-нибудь получше?       — Мы давно знакомы с семейством Мернье, — пояснил Кассиус. — Они богаты, влиятельны, известны, пользуются поддержкой, а их сынок — желанная добыча для многих девиц на выданье. — На этих слова Астория фыркнула. — Нам повезло, что они согласились на ваш брак. Это довольно удачная партия для младшей дочери.       — Но ведь Рауль растратит всё моё приданое! — возразила девушка. — Он не сможет даже грамотно им распорядиться, и, как я поняла, будет против того, чтобы делами заведовала я.       — Да, пожалуй, семейка консервативна в этих вещах, — согласился Кассиус. — Но у меня есть выход. Если мы докажем Мернье, что твоя прелестная головка является не только дополнением к телу, но ещё и таит в себе острый ум, может, они изменят своё решение и допустят тебя к финансовым вопросам?       — И как мы это докажем? — скептически нахмурилась Астория.       С пару минут Кассиус напряжённо размышлял.       — Скажем, если тебе удастся вывести из кризиса небольшой магазинчик, это будет являться хорошим поводом для серьёзного разговора. Да и тебе не помешает подкрепить свои знания на практике, верно? — он улыбнулся дочери, и Астория просияла.       — Ты гений, — благоговейно заключила девушка. — А что это за магазин? Суббота.       — И угораздило же меня так вляпаться! — раздражённо бормотала Астория Гринграсс чуть позже, перебирая любезно предоставленные отцом отчёты. — Самый захудалый магазин! Убытки давно превысили прибыль, а ещё к тому же куча жалоб от покупателей. Что мне со всем этим делать?       — А вот нечего было так себя вести с Раулем, — назидательно отметила Дафна, явно довольная неприятностями младшей сестры.       — Дафна, уймись, а не то я скормлю тебе Бородавочный порошок из ассортимента этой жалкой лавчонки, — пригрозила Астория.       — О, раз уж в дело пошли такие непотребные методы, значит, дело действительно дрянь, — усмехнулась Дафна.       Сёстры сидели в комнате Астории, несмотря на жаркую солнечную погоду, так и манившую выйти на улицу в этот необыкновенно чудесный осенний денёк. Обложившись расходными книгами, бумагами и прочими документами, младшая Гринграсс сосредоточённо разбиралась с цифрами, в то время как старшая наслаждалась её неудачами.       По мнению Дафны, младшая сестрица заслужила эти самые неприятности. С самого детства Кассиус выделял младшую дочурку, и, если по чести, у него были на то веские причины. Дафна и красотой, и умом пошла в мать — женщину, помешанную на правилах приличия и абсолютно не разбирающуюся в финансовых вопросах. То была настоящая представительница древней аристократии, а потому Дафна пошла по её стопам.       Астория же унаследовала деятельный ум своего отца и его деловую хватку. С самого детства девочка хвостиком таскалась за Кассиусом, в то время как Дафна прилежно вышивала под руководством Каликс. Заметив интерес младшей дочурки к своим делам, Кассиус взялся за её обучение — сначала ради шутки, потом — всерьёз. В конце концов, выбор у него был небольшой: сыновей не предвидится, а всё состояние необходимо кому-то передать. И пусть уж лучше наследником будем собственная дочь, нежели супруг одной из дочерей, который, вполне возможно, пустит имущество по ветру.       Астория оказалась прилежной ученицей. Она впитывала всё как губка, потом с успехом демонстрируя полученные знания. К серьёзной деятельности отец её не допускал, ограничиваясь устными экзаменами. Кроме того, девушка всерьёз углубилась в учёбу в Хогвартсе, после поступила в академию — куда уж ей заниматься каким-нибудь из отцовских магазинов?       И вот сейчас Кассиусу подвернулся хороший способ дать дочери проявить себя, разобраться с убыточным предприятием и утереть нос Мернье. Всё-таки Астория была его любимицей, и он не мог не пойти у неё на поводу. И это даже несмотря на то, что после того разговора Каликс устроила ему настоящую истерику, вопя, что это он виноват, поскольку несносно разбаловал Тори.       — Она опозорила нас перед родовитой французской семьёй, — стонала Каликс, судорожно обмахиваясь веером. — Я же в глаза не смогу посмотреть Жозефине! А какого союза мы лишились из-за неё? Передовицы светской хроники всех магических газет могли бы быть заняты фотографиями Астории и Рауля, мы бы получили известность даже за проливом!       Что ж, мадам Гринграсс тоже не упускала выгоды в вопросах, находившихся в её ведомстве.       — А теперь ты с этим магазином, — прошипела супруга, игнорируя попытку мужа примирительно сжать её ладонь. — Непозволительно допускать, чтобы младшая дочь занималась делами, которыми обычно занимаются управляющие.       — Астория — взрослая девочка и моя будущая наследница, — отрезал Кассиус. — Мне плевать на правила приличия. Если их нарушение ведёт к получению прибыли, я готов поступиться этим.       — Но как же имидж семьи? — возразила Каликс.       — Уверен, он только возрастёт, когда наша девочка покажет свои умения, — заметил Кассиус.       Каликс обиженно замолчала и игнорировала мужа ещё два дня, общаясь исключительно с Дафной.       Но, тем не менее, воля главы семейства не обсуждалась. Астория не покидала пределов комнаты, с головой уйдя в решение доверенной ей проблемы, и последние новости узнавала от старшей сестрицы.       — Мернье приняли условия papá, — объявила девушка. — Так что если ты добьёшься успеха, то они позволят Раулю жениться на тебе и самостоятельно распоряжаться своим имуществом. Уверена, все газеты будут говорить об этом.       — Звучит заманчиво, — откликнулась Астория откуда-то из-за вороха бумаг. — Но, чувствую, что успеха будет добиться крайне сложно — с такими-то убытками!       — С удовольствием помогла бы тебе, дорогая, но меня ждёт Тео, — нараспев протянула Дафна, поправляя кокетливую шляпку. — Даже не представляю, каково это — проводить такой погожий день за отчётами.       — А я, пожалуй, на сегодня закончу с отчётами и навещу этот магазин, — неожиданно заявила Астория, решительно отодвинув кипу документов. — Да, давно пора было увидеть своими глазами то, с чем мне придётся работать.       От удивления Дафна даже приоткрыла рот.       — Эй! — возмутилась девушка, сознавая, что её переиграли. — Тебе нельзя в одиночку туда отправляться. Это против приличий.       — Этот визит вовсе не выходит за рамки приличий, — возразила Астория, роясь в шкафу. — Ты, кажется, торопилась к Тео.       — Я… я… Я пойду с тобой, — авторитетно сообщила Дафна. — И Тео тоже будет нас сопровождать.       — О, тогда давай ещё позовём Пакс и остальных домовых эльфов, — с сарказмом бросила Астория, выудив из гардероба новенькую шляпку и подходящий к ней комплект перчаток. — Устроим выход с помпой.       — Тори!       — Я пойду одна, Дафна, и это не обсуждается. Мне не нужны сопровождающие. Вообрази себе, как на нашу компанию отреагируют владельцы этого магазина. Нет уж, я сама разберусь. Мне нужно произвести впечатление делового человека, а не очередной посетительницы.       Дафна только покачала головой, пряча коварную усмешку.       — Это и есть тот магазин? — пренебрежительно спросил Теодор Нотт, поддерживая Дафну под локоток.       — Выглядит слишком дёшево, — сморщила носик девушка.       — Раз уж напросились со мной, извольте молчать, — буркнула Астория.       Общество старшей сестры и её жениха было навязано матерью, которой пожаловалась Дафна. Та, конечно, ради соблюдения всех приличий, и так попранных, отправила будущих супругов вместе со своевольной младшей дочерью.       Компания трансгрессировала в Косой переулок как раз напротив магазина, которым владели представители семейки Уизли. Выглядел он и вправду дёшево: чего только стоит убогое оформление витрины к Хэллоуину — эти корявые волшебные тыквы, распевающие глупые гимны, мерцающая паутина и вампир, кусающий кентавра, сложенного из множества коробочек с логотипом «Кусачие друзья».       — Чего можно было ожидать от этих предателей крови? — фыркнула Дафна, рассматривая витрину. — Так и разит магглами.       — Откуда ты знаешь, как выглядят маггловские магазины? — поддразнил невесту Тео. — Неужели бывала в них?       — Мы с Тори… нет, не была, — быстро поправилась Дафна, но, судя по ленивой усмешке Теодора, ей явно не поверили. — Не смотри на меня так, иначе я достану палочку и...       — Давайте вы будете выяснять отношения где-нибудь в другом месте? — раздражённо бросила Астория, поправляя длинные перчатки. — А лучше вообще прогуляйтесь где-нибудь неподалёку, пока я…       — Что бы мы пропустили такое зрелище? — возразил Тео. — Да ни за что, малышка Тори.       — Силенцио давно не получал? — прошипела Астория, сморщившись при таком к ней обращении.       В этот момент двери магазина распахнулись, и оттуда вышла живописная парочка: коренастый юноша и высокая крепкого сложения девушка, у обоих — тёмная кожа и чёрные волосы, заплетённые во множество мелких косичек. Следом за ними, о чём-то громко разглагольствуя, шагал долговязый рыжий парень в простецких штанах и рубашке вульгарно кричащей расцветки, чудовищно контрастировавшей с цветом его волос.       — Мда, какие посетители, такой и магазин, — многозначительно протянул Тео.       Когда троица удалилась вниз по улице, Астория решительно направилась к зданию. Переглянувшись, Дафна и Теодор поспешили следом.       Внутри магазин соответствовал тому, что было представлено на витрине. Обстановка была кричащей и пёстрой, от неё рябило в глазах. Пахло чем-то приторно-сладким, от чего Астория тут же начала чихать. Раздавались какие-то непонятные звуки: что-то падало, звенело, стучало и бренчало попеременно в каждом углу магазина и одновременно везде. От гула разболелась голова.       — Безвкусица, — скривилась Дафна, рассматривая увешанную плакатами стенку. — Шумная безвкусица, — добавила девушка.       — А ведь сегодня выходной, — отметил Тео. — Страшно представить, что за бедлам здесь творится в рабочий день.       — Бедлам здесь уже давно не творится, — послышался голос откуда-то сверху.       Подняв головы, посетители заметили площадку второго этажа, огибающую весь выставочный зал по периметру. Там, облокотившись на ограждение, стоял тот самый парень, только что покинувший магазин вместе с живописной парочкой.       — Но разве вы не ушли только что? — рискнула спросить Дафна, уставившись на незнакомца.       — Боюсь, вы с кем-то меня спутали, — весело заметил парень, как мальчишка свесившись через перила. — А вы кто такие? На обычных посетителей не похожи, — проницательно заявил он.       — Мы пришли к хозяевам магазина, — наконец, заговорила Астория, вспомнив о цели своего визита, о которой забыла, отвлёкшись на пёструю расцветку выставочного зала. — Где я могу их найти?       — Это смотря по какому вопросу, — подмигнул парень.       — По вопросу экономического состояния магазина.       Парень окончательно перегнулся через барьер этажа и тут же, трансгрессировав, появился прямо перед невольно отступившей Асторией. Вблизи ей удалось заметить весёлый, мальчишеский блеск голубых глаз и рассыпанные по всему лицу незнакомца веснушки. Кажется, она видела его физиономию в Хогвартсе...       А вот Дафна, похоже, узнала его, раз уж принялась оживлённо перешёптываться с Тео.       — Что ж, — парень окинул Асторию оценивающим взглядом, — тогда позвольте представиться: Фред Уизли, один из владельцев «Всевозможных Волшебных Вредилок».       — Не может быть, вы слишком молодо выглядите, — покачала головой Дафна.       Фред игриво ей подмигнул.       — Благодарю за комплимент.       — Больно нужно мне делать вам комплименты, — надменно бросила Дафна, ближе отступив к жениху. Теодор что-то насмешливо прошептал ей на ухо.       — Значит, вы — один из владельцев? — переспросила Астория, стараясь скрыть изумление.       Она знала, что магазином заведуют братья Уизли, у которых ещё в школе была скандальная репутация отвязных шутников, но то, что они окажутся столь молодыми, явилось неприятной неожиданностью. Да и не выглядит этот, по сути, ещё мальчишка, как хозяин столь крупного бизнеса.       — Вижу, вы внимательно меня слушали, — поддразнил Фред. — О чём хотите поговорить?       — Для этого разговора нам необходимо уединиться, — чопорно заявила девушка.       — Что, всё так серьёзно? — бесцеремонно выдал Фред, заставив Асторию смутиться, что ей крайне не понравилось.       — Если у вас нет кабинета, мы можем поговорить и здесь, — безразлично заметила мисс Гринграсс-младшая, поправляя перчатки.       — О, у нас посетители?       Рядом с Фредом появился тот самый парень, который недавно выходил из магазина.       «Пресвятые гиппогрифы, так они близнецы! Бесцеремонность в квадрате», — недовольно подумала Астория. К такому повороту событий она совсем не была готова и теперь пожалела, что в своё время уделяла школьной жизни слишком мало времени. Знай она чуть больше о владельцах, их поведение не застало бы её врасплох.       — Позвольте представиться: Джордж Уизли, — парень, галантно поклонившись, запечатлел поцелуй на затянутой в шёлк перчатки руке девушки. Астория тут же выдернула ладонь.       — А вы всё-таки кто? — с той же присущей ему бесцеремонностью спросил Фред.       — И с какой целью пожаловали? — подхватил Джордж.       — Астория Гринграсс, — надменно процедила девушка, с удовольствием отметив, как вытянулись лица владельцев магазина. — Решила навестить подконтрольный мне магазин.       — Он подконтролен вашему отцу, — мигом став серьёзным, сообщил Фред.       — А он передал свои полномочия мне, — ответила Астория. — Вы всё-таки не хотите проводить меня в ваш кабинет?       — О, прошу, мисс Гринграсс, — шутовски поклонился Джордж, указывая на лестницу, ведущую наверх.       — Группа поддержки тоже пойдёт с нами? — спросил Фред, тая усмешку.       — Дафна и Теодор останутся здесь, — небрежно ответила Астория, следуя за владельцами магазина.       Пользуясь тем, что Астория Гринграсс не видит их, Фред и Джордж обменялись удивлёнными взглядами. Сегодня они никак не ожидали визитов, разве что Ли и Анджелину, но у тех были веские причины: друзья взяли за правило собираться в магазине в одну из суббот каждого месяца, тем более что парочка только вернулась из путешествия. В остальном же всё свободное время близнецы решили посвятить поискам идей для новой продукции, приуроченной к началу Хэллоуина. В этот раз превзойти «Настоящее Волшебство» было делом принципа и к тому же острой необходимостью.       — Только нашего банкира тут не хватало для полного счастья, — буркнул Фред так тихо, что его услышал лишь брат.       — Сейчас во всём разберёмся, — ответил Джордж, пребывавший почему-то в приподнятом настроении.       Открыв дверь кабинета, братья с преувеличенной вежливостью первой пропустили Асторию. Гостья, пренебрежительно фыркнув, вошла, проигнорировав старания владельцев магазина.       — Та ещё штучка, — прокомментировал Фред.       Между тем Астория обошла захламлённое помещение, являвшееся кабинетом, подмечая каждую незначительную деталь. У братьев всё всегда было в беспорядке, и, даже знай они о визите, не стали бы наводить тут порядок. Фред называл этот хаос «рабочей обстановкой», и Джордж был с ним полностью согласен.       Наконец, сделав какие-то выводы, девушка присела на стул напротив стола, за который уселись близнецы Уизли.       — Так с какой целью вы к нам пожаловали, мисс Гринграсс? — начал диалог Джордж. Переговоры ему всегда удавались лучше, чем Фреду, вечно всё портящему двусмысленными и не очень шуточками. Впрочем, он мог быть серьёзен при большом желании.       — Мой отец вверил ваш магазин в моё распоряжение, — заявила Астория, не желая вдаваться в подробности. Незачем им знать о подоплёке дела. — И, обнаружив такое запустение, я решила навестить вас, чтобы разобраться в причинах вашего скорого банкротства.       — Во-первых, до банкротства ещё далеко, — вмешался Фред. — А во-вторых, ваш отец не выкупал наш магазин, а лишь вложил деньги в его развитие, так что вам нет никакой нужды разбираться в наших делах.       — Вот именно — в развитие, — подчеркнула Астория. — А не в тот упадок, который я здесь наблюдаю. И я имею такое право, ведь ваши убытки отражаются и на благосостоянии нашей семьи.       «Умная девчонка», — одновременно подумали близнецы: один с недовольством, второй — с усмешкой.       — Премного благодарны за вашу заботу, мисс Гринграсс, но, уверяю, нужды помогать нам нет, мы сами справимся, — снова заговорил Джордж.       — О, ну конечно, — фыркнула Астория. — Судя по вашему виду, неудивительно, что дела в этой лавочке идут хуже некуда. — Она остановила взгляд на одинаковой аляповатой одежде братьев. В её понимании владельцы магазина должны выглядеть куда более представительно. — Итак, судя по отчётам, вы на грани банкротства. Какие планы, мистеры Уизли?       Переглянувшись, Фред и Джордж решили рассказать о министерском предложении, озвученном только вчера. По мере рассказа брови Астории взлетали всё выше и выше, а сама девушка лихорадочно соображала. Такого поворота событий она не ожидала. Что это ещё за авантюра? С каких пор Министерство решает подобные вопросы вот так играючи?       — О, Мерлинова борода, во что я ввязалась? — прошептала себе под нос девушка. — Чувствовала же какой-то подвох!       Теперь дело казалось ей практически безнадёжным. Со своего места Астория прекрасно видела витрину соседнего магазина, выглядевшую куда более элегантно и интригующе — правда, со старым ассортиментом. Да уж, шансов у Уизли маловато. Что там, их вообще нет.       — Мы выиграем это соревнование, — авторитетно заявил Фред. — У нас имеются козыри в рукаве. Если вас интересовало только это, то можете не волноваться.       — Сомневаюсь, — мрачно ответила Астория.       Если «Всевозможные Волшебные Вредилки» проиграют «Настоящему Волшебству», их закроют, предприятие ликвидируют, а она, Астория, провалит своё первое испытание и будет вынуждена выйти замуж за Рауля. Выйдет она за него в любом случае, но в этом брак будет настоящим унижением. Девушка представила себе самодовольную физиономию Рауля и его семьи, в один голос утверждающих: «Что, мисс Гринграсс, поняли свою глупость? Настоящим леди не место в бизнесе!» Нет, она не имеет права проиграть!       — А кто директор «Настоящего Волшебства»? — полюбопытствовала Астория. В её голове уже зарождался альтернативный план.       — Шут его знает, — отмахнулся Фред. — Не было случая познакомиться с ним.       — Значит, это предстоит сделать мне. — Астория поднялась с места. — Я ещё зайду к вам, и, будьте уверены, глаз с вас не спущу. Вы обязаны выиграть.       — Сдаётся, вам эта победа нужна даже больше, чем нам, — усмехнулся Джордж.       — Это действительно так, — нехотя согласилась девушка, покидая кабинет.       — Послал же нам Мерлин проблему, — хмыкнул Фред, едва за гостьей закрылась дверь.       — Пожалуй, нам самим стоило бы заняться знакомством с владельцем соседнего магазина, — пробормотал Джордж, выглядывая в окно.       — Вот в понедельник и познакомимся, — ответил Фред. — Я уже пытался заглянуть к директору, но он почему-то всё время занят. Думаю, мисс Гринграсс тоже не повезёт.       Фред оказался прав: в магазине помощник владельца сообщил Астории, что начальника нет на месте, и записал данные посетителя. Дафне и Тео, последовавшим за девушкой даже сюда, этот магазин куда больше пришёлся по вкусу.       — Ну так что? — Дафна попыталась выпытать у сестры подробности её беседы с близнецами Уизли. — Это же те самые Уизли, которые сбежали из школы под носом у Амбридж?       — Меня не интересуют их прошлые заслуги, — ответила Астория. — Куда важнее то, что они представляют из себя сейчас. И пока что это довольно жалкое зрелище. Но не лишённое потенциала, надеюсь, — кисло прибавила она.       Раскрывать подробности дела Астория не хотела и потому ловко спровадила помолвленную парочку гулять по Косому переулку, а сама вернулась домой. Предстояло во многом разобраться, прежде чем начнётся испытание. Вмешиваться она пока не станет — посмотрит, на что способны эти Уизли, но в конце первого же дня проверит их успехи. А пока... Пока ей необходимо продумать стратегию вывода этого магазина из кризиса, который неминуем даже при победе в соревновании.       Перед глазами встало лицо Рауля Мернье. Типично французская внешность: светлые волосы, голубые глаза, брови вразлёт и модная бородка с тонкими усиками, вызывавшими у Астории отвращение. Нет, если судить объективно и не предвзято, её жених более чем хорош собой, что уже должно радовать, но, к сожалению, совершенно не в её вкусе. И смириться с этим она сможет только при возможности самостоятельно вести бизнес, который унаследует от отца.       А, значит, следующая неделя станет переломной и самой важной в её жизни — и при этом будет зависеть от двух рыжих идиотов, которые, видимо, воспринимают предстоящее соревнование как забавную игру.