Считая звёзды

Когда тайное становится явным Воскресенье.       Все выходные Фред и Джордж посвятили работе над новым ассортиментом товаров к Хэллоуину. Им пришлось подвергнуть своё здоровье риску, испытывая на себе новые «вредилки», но обошлось без серьёзных травм. Доработанные Безголовые шляпы, волшебные клыки, Липкие маски, снабжённые разновидностью слабого заклинания Вечного приклеивания — всего на несколько часов, — плащи-невидимки и прочие хэллоуинские штучки уже раскладывались по полкам красивыми рядами. Немногочисленный персонал магазина оформлял стеллажи живыми попискивающими летучими мышами, тыквами, выкрикивающими «Весёлого Хэллоуина!» и «Кошелёк или жизнь?», декоративной паутиной и готовил небольшие сюрпризы по углам магазина в самых неожиданных местах. Новинки, увеличенные в несколько раз для наглядной демонстрации, выставлялись на витрину, саму по себе являвшуюся настоящим произведением искусства.       — Отпад! — воскликнул Фред с улицы, одобрительно кивнув Конни, командовавшей украшением витрины. — «Настоящее Волшебство» нашему магазину и в подмётки не годится!       Словно в подтверждение его слов, витрина магазина напротив пустовала, фоном являлся простой черный занавес вместо вчерашнего устаревшего ассортимента. Мстительно ухмыляясь, Фред зашёл обратно в помещение, намереваясь направиться в лабораторию: стоило навести там порядок после всех опытов. Им сейчас ни к чему очередные казусы из-за того, что одно зелье смешается с другим и в итоге испортит какой-нибудь товар.       Джордж тем временем проверял Особую секцию товаров для Министерства. Этот отдел всегда пользовался популярностью, в основном у взрослых волшебников, и приносил едва ли не половину от общей прибыли.       «Да, советы Гермионы определённо пойдут нам на пользу», — размышлял Джордж, меняя местами защитные плащи и шляпы-котелки.       Фред поделился с ним всем, что обсудил с Гермионой, и братья пришли к выводу, что им стоит попробовать сменить имидж магазина. Не так уж и кардинально, но постепенно. Идея с рекламой и вовсе блеск; Фред увлёкся ею и решил взять на себя составление броского слогана и общего текста. Джордж же собирался после того, как закончит с Особой секцией, заняться составлением писем для поставщиков, чтобы уведомить их: отныне все сделки будут носить документированный характер. Хватит с них устных договорённостей.       От размышлений Джорджа отвлёк перезвон колокольчиков, висевших над входом в магазин. Кому это понадобилось сюда заявляться? Сверившись с часами — сотрудники уже ушли на обед — Джордж сам отправился ко входу, чтобы посмотреть на нежданного гостя. Им, к его удивлению, оказалась Полумна Лавгуд, дочка их двинутого соседа Ксенофилиуса, довольно странная особа, которую он смутно помнил по встречам ОД.       Стоявшая на пороге Лавгуд в изумрудном пальто, украшенном всевозможными вышивками и крупными деталями (абсолютно в её стиле), потянула закрывавший лицо шарф вниз, открывая губы.       — Добрый день, — с ходу произнесла она, явно заметив недоумение Джорджа. — Прости, надо было предупредить о встрече.       — До-о-обрый, — машинально протянул Джордж, почёсывая макушку. — О какой встрече? Я ничего не…       — Конечно, ты ничего не знаешь, — перебила Полумна, сноровисто расстёгивая многочисленные разномастные пуговицы всех цветов радуги. — Я хотела послать сову, но Мистер Клюв повредил крыло, а это не самая лучшая примета перед интервью. Тем более что вы с братом теперь постоянно находитесь в магазине, застать вас нетрудно. А то, что это всё неожиданно, даже к лучшему. Куда можно повесить?.. — Девушка тряхнула уже снятым пальто перед лицом Джорджа, и тот рефлекторно подставил руки, чтобы принять одежду. — Ты Фред или Джордж?       — Джордж. Лавгуд, кхм, не могу понять, о чём ты говоришь?       — Об интервью. Мы с папой решили, что «Придире» пойдёт на пользу заняться освещением вашего противостояния с соседним магазином. Не знаю, почему в «Пророке» до этого не додумались, но потом им это дороже обойдётся.       — Дороже? — эхом отозвался Джордж, всё ещё пытаясь вникнуть в суть.       — Ну да, — кивнула Полумна. — Они уже выкупали у нас интервью с Гарри, когда выяснилось, что Волан-де-Морт вернулся на самом деле, теперь наверняка выкупят и обзор «Предхэллоуинской гонки». Где вам с Фредом будет удобнее говорить?       — Лавгуд, мы вовсе не…       — Что за шум? — подал голос Фред, вышедший с коробками в руках. При виде Полумны и Джорджа он удивлённо присвистнул. — Ну надо же, кто к нам зашёл! Уж не по случаю ли грядущих праздников? Лавгуд, боюсь, нашим товарам не перещеголять твои прошлые выдумки на Хэллоуин. Чесночные маски — самый шик! Мне хотелось выдрать глаза от едкого запаха.       — Они отгоняли злые неупокоеные души, — буднично отозвалась Полумна. — Фред, где вы с братом сможете дать мне интервью? У меня не так много времени.       — Интервью?       Джордж ответил Фреду таким же непонимающим взглядом и снова повернулся к Полумне.       — В принципе против интервью мы ничего не имеем, это послужит дополнительной рекламой, так что…       — Может, в кабинете? Мисс Лавгуд, прошу наверх.       Не обратив на преувеличенно галантные расшаркивания Фреда никакого внимания, Полумна поднялась по лестнице. Близнецы последовали за ней, озадаченно переглядываясь. Новость об интервью оказалась неожиданностью; трудно сказать, приятной ли, но выгодной, без сомнений. Джордж прав: это послужит неплохой рекламой их магазину, да и вообще, кто бы ни был автором идеи, её гениальности это не убавляет.       Расположившись на стуле напротив усевшихся за столом близнецов Уизли, Полумна вытащила перо и пергамент и затем начала задавать вопросы по заранее составленному списку. «Как оцениваете шансы на успех?», «Есть ли у вас какие-то трудности?», «Что бы пожелали вашему сопернику?» и далее в том же духе. Фред откровенно зевал.       — Лавгуд, ну вот честно, могла бы что-то пооригинальнее придумать? Такое интервью никто и читать не станет.       — И что ты предлагаешь? — спросила Полумна, чуть нахмурившись. — У меня нет опыта в ведении интервью, и даже та давняя встреча со Скитер явно ничему меня не научила. Это довольно... сложно.       — Давай мы сами расскажем всё, что может быть интересно читателям? — предложил Джордж, подавшись вперёд.       Чуть поразмыслив, Полумна согласилась, и близнецы начали наперебой расхваливать магазин, ассортимент, расписывать планы и завлекать покупателей небывалыми скидками и широким выбором, попутно рассыпая шуточки. Полумна скрупулёзно всё за ними записывала, не перебивая и вскидывая голову, выражая тем самым заинтересованность.       — Вручную ведь долго писать, — заметил Джордж, — почему бы не использовать перо-самописку? У нас найдётся парочка таких.       — Мне нравится делать это самой, — ответила Полумна. — Когда записываешь информацию сам, словно бы пропускаешь её сквозь себя, можешь с ней сродниться. Это важно в моём деле.       Фред шутливо закатил глаза, Джордж понимающе кивнул. Последний знал, что Фреду, как и ему, нравится ручной труд, несмотря на все прелести использования магии. Вручную нарезать ингредиенты и смешивать их в равной пропорции, помешивать зелье и разливать по флаконам — с магией это, конечно, выглядит впечатляюще, но прочувствовать процесс можешь лишь когда сам являешься его частью. И как бы там Фред ни паясничал, на деле он был согласен со словами Полумны, просто привык дурачиться, прячась за маской насмешек.       — Ну, что ж, — резюмировала Лавгуд, складывая лист с полученными записями, — думаю, в понедельник вы сможете увидеть первую заметку на… третьей странице, да.       — И что же потеснит нас с передовицы? Какие-нибудь неведомые твари?       — Нет. Там будет моя недавняя работа: я была в экспедиции и собирала легенды и мифы о Самайне, маггловские в том числе. Материалы будут публиковаться поэтапно. Возможно, я даже устрою сравнение между магическими и маггловскими преданиями. Гермиона, наверное, сможет мне в этом помочь.       — У Грейнджер и без того дел невпроворот, — влез Фред.       И Джордж, и Полумна с интересом на него уставились.       — Ну, она говорила…       — Да, конечно, — кивнула Полумна. — Это здорово, что вы с ней общаетесь, несмотря на соревнование. Такая крепкая дружба всё выдержит.       — Ну, мы не такие уж и друзья…       — А при чём здесь соревнование? — не понял Фред.       — Действительно, — меланхолично пожала плечами Полумна, поднимаясь с места. — Джордж, ты не мог бы отдать мне пальто?       — Так при чём оно здесь, Лавгуд? — насторожился Фред.       — Ну, так Гермиона же заведует соседним магазином. Я как раз сейчас пойду к ней за вторым интервью для статьи. Видимо, это будет не соревнование даже, а дружеское состязание, хотя до того мне казалось, что предвидится нечто более серьёзное.       Джордж, помогавший Полумне надеть пальто, так и замер с протянутыми руками.       — Ты это серьёзно? — уточнил он, не вполне уверенный в том, что верно всё расслышал.       — Конечно, уж вам ли не знать? Или... — Бледное лицо Полумны выразительно вытянулось. — Вы что, действительно об этом не знали?       — Да быть того не может! — выпалил Фред и отрицательно покачал головой для усиления собственных слов. — Чтобы Грейнджер владела «Настоящим Волшебством»? Лавгуд, ну не берись шутить, если не умеешь!       — Она не шутит, Фред, — произнёс Джордж, медленно выходя из ступора.       Фред насмешливо глядел на брата и их гостью, но ухмылка медленно сползала с его лица по мере осознания: это правда. Невероятная, немыслимая правда. Поморгав, он обернулся и глянул в окно. «Настоящее Волшебство» по-прежнему стоял напротив, хвастаясь пустыми витринами. И где-то там сейчас сидела обманщица-Грейнджер, решившая с ними посостязаться. Но зачем ей это вообще?       — Это мне тоже хотелось бы выяснить, помимо прочего, — ответила Полумна на озвученный вопрос. На неё известие явно не произвело такого эффекта, какой оказало на близнецов Уизли. — Никогда не замечала в Гермионе особой тяги к магическим приколам и розыгрышам. Но я и не дружила с ней. Что ж, до скорой встречи. Я зайду к вам в понедельник? Нужно ведь освещать каждый день соревнования.       — Заходи, если нужно, — кивнул Джордж, переведя взгляд, как и Фред чуть раньше, на «Настоящее Волшебство».       — Подожди! — Фред подорвался с места. — Ты же сейчас к Грейнджер идёшь? Я с тобой. Хочу сам всё выяснить и поговорить с этой предательницей.       — Фред! Это не самая лучшая идея, — попытался урезонить брата Джордж, удержав за плечо. — Мне, конечно, тоже не по душе такие новости, но спорить с Гермионой…       — Я и не собираюсь с ней спорить, — беспечно отозвался Фред, сбрасывая руку брата, — только в глаза ей посмотрю да задам пару вопросов в рамках интервью дражайшей мисс Лавгуд. А вот ты, судя по всему, не особо озабочен положением дел.       — Ну а что я могу сделать? Ввязываться в споры? Устраивать сцены?       Вместо ответа Фред подхватил Лавгуд под руку и потащил следом за собой на лестницу, оставив Джорджа в кабинете в полном одиночестве. Тот вновь уселся в кресло и запустил пальцы в волосы, размышляя над услышанным.       Значит, Гермиона Грейнджер и есть загадочный владелец магазина-конкурента? Но зачем, чёрт возьми, ей это понадобилось? У неё же есть собственный бизнес, контора, и она вполне довольна положением дел. Тем более что торговля — это уж совсем нетипично для бывшей старосты, которой куда больше по душе была совсем другая деятельность. Что-то тут нечисто… И надо было бы обсудить это с Фредом до того, как он наломает дров, сунувшись к Гермионе в магазин. Им бы стоило просто собраться втроём и спокойно поговорить в свете открывшихся событий, а не устраивать балаган. А уж в том, что Фред именно балаган и устроит, сомневаться не приходилось.       Выглянув в окно, Джордж увидел Фреда: тот, по-прежнему утягивая за собой Лавгуд, чей шарф вился за ней по ветру, уже стучал в дверь соседнего магазина.       «Мерлин, помоги всем нам», — мысленно взмолился Джордж, решая, стоит ли присоединиться к брату.       Как и близнецы Уизли, Гермиона тоже решила не терять времени даром и уже с утра принялась решать вопросы, связанные с подготовкой к министерскому соревнованию. Так, ей пришлось составить график выполнения работ и распределить обязанности между сотрудниками, набросать план оформления главной витрины и встретиться с редактором «Ежедневного пророка», чтобы застолбить местечко для рекламы где-нибудь поближе к первой полосе. К полудню она пробралась в магазин, не привлекая к себе внимания, и направилась на второй этаж, чтобы заняться документацией. В кабинете, однако, её уже ждал Малфой, и, как ни странно, он тоже занимался документами — наверняка какого-то тёмного характера. Всё ещё злясь на него за вчерашние события и за обман, Гермиона даже не поприветствовала его, сделав вид, что не заметила. Ответом на такое поведение так же послужило молчание.       Обычно Драко редко заглядывал в магазин, занимаясь какими-то другими делами: он знал, что его детище находится в надёжных руках профессионала, и мисс Грейнджер никуда от этого не денется. Такой расклад значительно облегчал ему жизнь. Но в преддверии соревнования Малфой явно решил проявить интерес к тому, что ожидает «Настоящее Волшебство», вот и зачастил с визитами. Иного объяснения Гермиона найти не могла.       — Это ещё что? — спустя полчаса молчаливого соседства произнёс Драко.       Гермиона с трудом подавила желание узнать, в чём дело. Проклятое любопытство.       Малфой между тем повертел в гибких пальцах конверт, следом, помедлив, распечатал его и после прочтения смял письмо в кулаке; лицо его при этом исказилось так, что Гермиона, бросившая на него в этот момент взгляд, не сумела скрыть дрожь. Что бы там ни было, это крайне его разозлило.       — Грейнджер, — вдруг спросил он мрачно, — какова вероятность того, что Гринграссы могли всё узнать? Ты проболталась кому-то из этих Уизли?       — Ты прекрасно знаешь, что нет, — отрезала Гермиона. — Сам же контракт составлял.       — Да знаю, — устало выдохнул Драко и потёр переносицу. — Но раз так, значит, они никак не могли ничего выяснить. В других случаях тоже действовали посредники, я нигде не значился…       — Неужели что-то случилось? — поинтересовалась Гермиона, ожидая услышать, что всем коварным замыслам Малфоя наконец-то пришёл конец. Впрочем, это было бы слишком уж идеально.       — Не сказал бы. Просто Гринграссы ни с того ни с сего прислали приглашение на вечер по случаю скорой свадьбы старшей дочери, а до того одна из них пыталась с тобой встретиться. Хорошо твоим сотрудникам хватило ума сказать, что тебя сейчас нет, и попросить представиться. Слишком много совпадений, не находишь?       — Не знаю, зачем кому-то из Гринграссов нужно было со мной встретиться, — покачала головой Гермиона, крайне удивлённая услышанным. — Знай они обо всём, ты бы не сидел тут. И вообще, когда ты собирался сказать, что ко мне был посетитель?       — Когда бы счёл это необходимым, — огрызнулся Малфой. Взгляд его остановился на смятой бумаге. — Впрочем, Астория хотела видеть не лично тебя, а просто владельца магазина… Но что ей всё-таки понадобилось тут? А в свете того зачем Гринграссы прислали мне приглашение?       — Может, хотят заключить мир? — в шутку предположила Гермиона, прекрасно зная, что это маловероятно.       — В любом случае, я его не приму.       Окончательно превратив письмо в бумажный комок, Драко метким броском отправил его в мусорную корзину, а затем поднялся с места, потянулся и замер, бросив взгляд в сторону окна.       — Кажется, Уизли чем-то сильно разозлён, — отступив в тень, заметил он как бы между прочим. — Грейнджер, что ты уже успела натворить?       — Натворить? Разозлён?       — Странные дела творятся. — Драко схватил пальто, небрежно брошенное им ранее на спинку стула. — И, думаю, мне стоит держаться от них подальше. Сама как-нибудь разберись.       Прежде чем Гермиона успела хоть как-то отреагировать, Малфой уже выскочил за дверь, и одновременно с тем раздалась трель звонка.       — К вам мисс Лавгуд для проведения интервью, — послышался голос Майкла, а следом — взбешённое восклицание Фреда:       — И ты здесь, значит! Всё это время? Неплохо же вы устроились!       — Я не…       Топот на лестнице заставил Гермиону нервно подскочить и сдвинуть все документы, с которыми она работала, на край стола. Сердце тревожно билось от страха увидеть Фреда. Значит, он узнал. Но как? От кого? Господи, ну почему именно сейчас и именно так?       Дверь распахнулась под натиском Фреда, ворвавшегося в кабинет как разъярённый ангел мщения. В своём хэллоуинском свитере, расшитом тыквами с жуткими рожицами, он выглядел бы забавно, если б не взбешённое выражение лица. Гермиона непроизвольно вцепилась пальцами в край стола, словно это могло спасти её от праведного гнева одного из конкурентов.       — Значит, вот оно что, Грейнджер? — обманчиво спокойно произнёс Фред, голос которого прерывался после бега по ступенькам. — Вот какие важные дела у тебя были все эти полгода?       — Фред, я…       Не слушая её, Фред закрыл дверь, чтобы их больше никто не потревожил. Кабинет мигом сузился до размеров картонной коробки, стены, казалось, давили на виски. Гермиона нервно сглотнула, напоминая себе, что перед ней друг, Фред Уизли, который ни за что не причинит ей физического вреда. Наверняка даже палочку с собой не захватил!       А он между тем прислонился спиной к двери и скрестил руки на груди, пристально глядя на Гермиону. Даже тыквы на его свитере, казалось, грозились испепелить её гневными взглядами за обман.       — Фред, — снова начала девушка, сильнее сжав столешницу дрожащими пальцами. — Я могу всё объяснить.       — Да что ты? — поднял брови Фред. — Ну уж потрудись. Хотя объяснения тут мало чем помогут, сама понимаешь.       Гермиона судорожно вздохнула и не менее судорожно выдохнула.       — Я действительно виновата перед вами с Джорджем в том, что обманывала вас всё это время. Но иначе никак нельзя было. Я… На самом деле пока что это трудно объяснить полностью, но я могу сказать, что против всего, что сейчас происходит, и не хотела этой гонки, и вообще не хотела стать угрозой для вашего бизнеса.       Жёсткие условия контракта буквально связывали Гермиону, и потому приходилось тщательно подбирать слова, чтобы дать хоть какое-то объяснение. Но Фреда её путаные фразы явно не устраивали.       — Не хотела стать угрозой? И именно поэтому втихую затеяла свой бизнес, ничего не сказав? А ещё и советы нам давала, обстановку выведывала…       — Ничего я не выведывала! — протестуя, воскликнула девушка. — И я же пыталась дать тебе понять, что спрашивать моего совета — не лучшая идея, — прибавила она чуть тише, виновато глядя на Фреда.       — Зачем это всё, Гермиона? — спросил тот уже не злобно, а скорее недоумённо. — Ты же никогда не интересовалась подобными штучками.       — Да, знаю, но это не совсем моя идея. Будь моя воля, я бы никогда так не поступила!       — Твоя воля? — фыркнул Фред. — Ещё скажи, что тебя здесь насильно держат.       Девушка хотела машинально кивнуть, но ей это не удалось, да и Фред не стал бы такому верить. Что там, она и сама бы не поверила в такой ситуации.       — Серьёзно, Фред, мне очень… очень жаль.       Видимо, искреннее сожаление в её голосе тронуло Фреда; он разжал руки и принялся жестикулировать, как тогда, во время их вечерней беседы.       — Тебе жаль, правда? Жаль, что теперь мы вынуждены будем с тобой соревноваться? Грейнджер, ты о чём думала вообще, затевая всё это?       На пару секунд между ними повисло молчание, во время которого Гермиона не смела поднять глаза на Фреда. Ей только и оставалось, что мысленно проклинать Драко Малфоя всеми словами и жалеть о том, что когда-то давно она пошла на поводу у своего гуманизма в отношении угнетаемых волшебных существ. Если после вчерашнего вечера ей казалось, что Фред к ней в какой-то степени неравнодушен, то сейчас от этого ощущения ничего не осталось.       — Слушай, — вдруг произнёс Фред, до чего-то додумавшись, — если тебе действительно жаль, тогда признай себя заранее побеждённой стороной. И тогда, быть может, мы с Джорджем тебя простим.       — Простите? — вскинулась Гермиона. — За что?       — За обман.       — Но чисто технически я вас не обманывала, — голос Гермионы обрёл нужную уверенность и твёрдость, — просто… просто молчала.       — Ага, и при этом была в курсе всех наших дел, чем, я уверен, успешно пользовалась. Господи, Грейнджер, и это ты ещё давала мне советы! Ну что я за идиот, а? — Фред стукнул кулаком по двери.       — Я не шпионила! В отличие от вас, — едко прибавила Гермиона, припоминая вчерашние рассказы Фреда и Джорджа, в одном из которых говорилось о попытках братьев пробраться в «Настоящее Волшебство».       — Нам можно, это ведь мы обманутая сторона, — возразил Фред. — Грейнджер, плевать на то, зачем ты устроила весь этот фарс. Сдавайся, и мы всё замнём. Возможно. Ни тебе, ни нам это соревнование и даром не сдалось, а закрываться по приказу Министерства мы тем более не станем. Ты всё затеяла, тебе и расхлёбывать.       — Но я не могу! — в отчаянии воскликнула Гермиона.       — Ах, не можешь? — издевательски передразнил Фред. — А обманывать и прикидываться нашим другом можешь, да? Проворачивая за нашими спинами свои грязные махинации.       — Да не было никаких махинаций, Фред!       В два шага молодой человек преодолел расстояние от двери до стола Гермионы и упёрся в столешницу руками, нависая над девушкой так, что у той перехватило дыхание. Всё, что ей оставалось — это глядеть на оппонента, запрокинув голову. А он, наклонившись ближе, произнёс обманчиво мягко:       — Тогда сдавайся, Грейнджер. Тебе всё равно не удастся победить.       — Это ещё почему? — из чистого чувства противоречия спросила Гермиона. Сердце у неё в груди стучало точно бешеное, и его ритм грохотом отдавался в каждом уголке кабинета.       — Ты серьёзно?       Фред отстранился так же порывисто, как и навис над ней чуть раньше, и принялся мерить шагами комнату, по-прежнему активно жестикулируя, давая Гермионе возможность перевести дух.       — Ну, во-первых, шутки и приколы — это явно не твоё. У тебя же фантазии не хватит с нами состязаться! Во-вторых, может, в вопросах бизнеса ты и разбираешься, но по этой части у тебя недостаточно опыта: всего-то полгода, тогда как мы на рынке гораздо дольше. Ну, и в-третьих, — коварно прибавил он, — ты же не хочешь окончательно испортить с нами отношения?       Внутри Гермионы поднялась горячая волна возмущения, заставившая отбросить искреннее сожаление и безотчётный страх.       — Фред, если ты не заметил, пока что именно мой магазин пользуется успехом, куда большим, нежели ваш. И за эти жалкие полгода мне удалось потеснить ваш бизнес, причём настолько основательно, что даже Министерство решило заняться этим вопросом. О многом говорит, правда? А насчёт отношений… Давить на это низко.       — Уж кто бы говорил о низости! По лезвию ножа ходишь, Грейнджер, — предупредил Фред, прищурившись. — Мы пока что по-хорошему к тебе. Признай себя проигравшей стороной, иначе будет гораздо хуже.       — Эй, ты что, угрожаешь мне? — не поверила девушка. — Фред, что за глупости вообще? Это всего лишь глупое соревнование!       — Так тем более откажись, раз оно глупое. Помнится, старосты-зануды «глупостями» не занимаются, а уж тем более если эти «глупости» — заведомо проигрышная затея.       — Зануда, значит? — повторила Гермиона. — Очень мило. И… Ты что, думаешь, что мне не по силам с вами тягаться?       — Конечно, не по силам, — снисходительно ответил Фред. — Сама посуди: тебе ж даже фантазии для производства товаров не хватит! Твой удел — это книжки и отчёты, а изобретательство и шутки оставь признанным мастерам этого дела.       — Ну, знаешь ли, Фред, — девушка начала медленно закипать от подобного нахальства, — не вы одни с Джорджем додумались до магазина волшебных приколов. Так что же с другими конкурентами так не спорите? Мне действительно жаль, что так получилось, но принижать мои способности не нужно. Уверяю, мне хватит и сил, и фантазии, чтобы победить. А уж обижаться на меня за это или нет — дело ваше.       — Обижаться? Упаси Мерлин! Грейнджер, ты не такая уж важная персона, чтобы твоё предательство нас подкосило, — фыркнул Фред. — И если уж на то пошло, то давай, позорься сколь угодно. Как бы только жалеть не пришлось. Тоже мне соперник нашёлся. Твой магазин даже не готов ещё!       — Успею подготовить, будь уверен, — процедила Гермиона, поднявшись с места. Стол разделял их с Фредериком, как своеобразный барьер. — Ты всё сказал?       — Нет ещё. — Фред вновь приблизился к столу и, опершись на него одной рукой, произнёс прямо в лицо Гермионе: — Я не знаю, зачем ты всё это делаешь, но вызов принимаю. Только этот фарс — единственное, чем ты могла бы нас удивить. Уверен, что не протянешь и дня. Будь на твоём месте кто другой, я бы ещё волновался, но ты… Придумай что-нибудь посмешнее наших модернизированных товаров, ладно? — насмешливо выдохнул он практически ей в губы. Гермиона потрясённо моргнула, но не шелохнулась.       Довольный произведённым эффектом, Фред резко отпрянул и скрылся за дверью, откуда послышался его нарочито беззаботный голос:       — Лавгуд, заходи, сейчас тебе дадут та-а-а-кое интервью!..