Считая звёзды

Правда или ложь? Понедельник, вечер.       Вечером во время своего визита Астория с удивлением обнаружила, что близнецы Уизли проиграли в первый же день соревнования. А она-то, наивная, надеялась, заглядывая к ним, на хорошие новости! Впрочем, сами владельцы магазина выглядели довольно бодро, несмотря на то, что Астория, расспросив их во всех подробностях о событиях дня, сделала неутешительный вывод:       — Вы работаете по устаревшей системе. Вам срочно нужно менять отношения с поставщиками, давать рекламу и, в конце концов, убрать эту дикую какофонию звуков из выставочного зала!       Всё сказанное Асторией, как поняли близнецы, в точности совпадало с рекомендациями Грейнджер, о чём Фред и сообщил с крайним недовольством.       — И с чего бы вашей сопернице давать вам накануне соревнования такие дельные советы? — удивилась мисс Гринграсс. — Разве что хотела немного поддаться, чтобы играть с равным противником…       — Гермиона не настолько коварна, — покачал головой Джордж.       — Ага, то-то она нас всех вокруг пальца обвела и заварила всю эту кашу, — язвительно встрял Фред. — Ни грамма коварства, ну точно.       — Мы же дружим… дружили раньше.       — Это сейчас к делу не относится, — прервала спор братьев Астория. — Делайте что хотите, но чтобы завтра победа осталась за вами. Проверю лично.       — Ну, у нас есть идея, которая завтра буквально выстрелит, — повеселел Фред.       Астория прищурилась, и Джордж поспешил её успокоить.       — Ничего криминального!       — Просто кое-что действительно отпадное.       — Не нужно выделять слова зловещими интонациями. Лучше приберегите актёрское мастерство для завтрашнего... перфоманса.       — Мы как раз собирались им заняться, когда вы так некстати к нам заглянули, — сообщил Джордж.       — Вам придётся привыкнуть к моим ежедневным визитам, хотя бы во время этого соревнования.       Фред обречённо застонал, но этот крик души мисс Гринграсс не оценила. Её всерьёз взволновала вероятность проигрыша, а этого допустить никак нельзя! Стоит лишь представить довольные лица и речи семейства Мернье и то положение, в котором она при этом окажется… Нет! Она сделает всё возможное, но вырвет эту победу у Гермионы Грейнджер. Жаль, ей не удалось лично с ней побеседовать, но встречу можно устроить и завтра, во второй день соревнования.       Однако чуть больше, чем «Адский марафон», её беспокоила ситуация с Драко Малфоем. Конечно, у девушки не было причин не доверять отцу, но вместе с тем ей хотелось убедиться в том, что Малфой-младший необоснованно называл Кассиуса Гринграсса лгуном. Именно поэтому сегодня, улучив удобный момент, Астория пробралась в кабинет отца и попыталась найти в его документах подтверждение правоты кого-либо из участников спора.       В процессе поисков ей на глаза попался брачный договор, составленный для неё и Драко Малфоя. Девушка ошарашенно уставилась на документ с подписями Кассиуса, Люциуса — и своей собственной. Да, отец когда-то просил её подписать несколько документов, но брачного договора среди них точно не было! Да что там — в их семье раньше и речи не заводилось о настоящем бракосочетании Астории не то чтобы с Малфоем — с кем бы то ни было! Даже про Рауля девушке стало известно не так давно. Неужели отец без её участия решил этот вопрос? Но, с другой стороны, сейчас этот документ явно неактуален. Его можно спокойно порвать или сжечь.       Но тогда почему отец до сих пор его хранит? В каких-то целях? Зачем?       Эта находка вынудила Асторию продолжить поиски, и в итоге девушка наткнулась на папку, в которой обнаружила несколько расписок, касавшихся семейства Малфой. Боясь быть застигнутой на месте преступления, девушка забрала найденное с собой, оставив на месте украденных документов их точные копии. Так как эта папка была задвинута в самый дальний угол нижнего ящика стола, отец нескоро ей заинтересуется, а значит, к тому моменту Астория уже успеет вернуть всё на место. Конечно, предварительно разобравшись, что к чему.       В своей комнате девушка перечитала каждый лист и обнаружила, что найденные ею документы представляют собой ряд мелких сделок, по которым Люциус Малфой сам переводил часть своего имущества на имя бывшего поверенного семейства Гринграсс. Получалось, что отец Драко просто проигрался её отцу в пух и прах и потому был вынужден тайком отдавать деньги и земли в счёт погашения долга.       Значит, Кассиус прав?       Значит, Драко ошибается?       Астория досадливо поморщилась. Нет, что-то тут всё равно неправильно. Или же она просто прониклась доверием к словам Малфоя? Но с чего бы? Она ведь недолюбливала его. Но он говорил так убедительно…       Девушка нахмурилась, осознав, что из-за слов наглого обманщика-слизеринца усомнилась в честности своего отца. Нет, с этим решительно нужно что-то делать!       Ей показалось правильным попытаться раскрыть Драко глаза на тайные махинации его отца, и потому, чуть поразмыслив, она отправила ему сову с предложением встретиться и поговорить.       Однако Малфой-младший молчал весь день, и это нервировало Асторию. А уж если приплюсовать сюда неблагополучную ситуацию с магазином братьев Уизли…       Эти самые братья Уизли снова о чём-то препирались, позабыв о её присутствии. Астория помассировала виски, с тоской глядя на часы. Пора уходить из этого дурдома, иначе завтра она будет не в лучшем виде. А если Малфой так ей и не ответит, она заявится к нему домой, и к чертям все правила приличия.       — В общем, — подытожила девушка, — завтра я жду от вас улучшение результатов. Надеюсь, вы порадуете своей новой затеей и не натворите проблем больше, чем уже устроили. Всего доброго.       — И вам не хворать, — недовольно пробурчал Фред.       Он решил проводить Асторию и заодно разузнать, что творится в «Настоящем Волшебстве» — как раз во время беседы с Гринграсс сирена затихла, что могло означать лишь одно: Грейнджер в здании. Догадалась ли она, кто пытался вломиться к ней? А если и так, найдёт ли доказательства своим догадкам?       Как и ожидалось, Гермиона колдовала над входной дверью своего магазина и обернулась, услышав, что из соседнего здания кто-то вышел. При виде Фреда она помрачнела.       — Что, неприятности? — невинно осведомился Фред.       Прислонившись плечом к стене своего магазина, он оглядывал тёмные витрины конкурента и саму владелицу. А оглядывать было что: Грейнджер явно принарядилась — без берета её обычно непослушные и потому убранные в пучок волосы теперь кудрями струились по спине, из-под пальто виднелся подол яркого платья, а по брусчатке близ магазина явственно слышался стук тонких каблучков. Да и на лице её, когда она обернулась, сложно было не заметить лёгкий макияж, выделявшийся в основном ярким цветом помады. Фред невольно задержал взгляд на неожиданно манящих красных губах, с трудом совмещая этот изящный образ с обликом привычной ему Гермионы Грейнджер.       — Твоими стараниями, видимо, — съязвила в ответ Гермиона, мгновенно превращаясь из очаровательной женщины в сущую мегеру. Даже глаза сверкнули каким-то дьявольским огоньком, отчего Фреду стало немного не по себе. — Между прочим, из-за этого вторжения мне пришлось сорваться со свидания!       — Значит, этот некто спас твоего бедного кавалера от незавидной участи провести вечер в обществе главной зануды Хогвартса. С тебя бутылка шампанского для этого гения!       Гермиона прищурилась.       — Уж не ты ли к этому руку приложил, а, непризнанный гений?       С волшебной палочки в её руках посыпались искры.       — Думаешь, мне одному не по душе твой магазин?       — Думаю, у тебя больше, чем у других, мотивов сюда вломиться.       — Ну, это ж не значит, что можно без суда и следствия меня обвинять, правда? — поддразнил Фред. — А как же презумпция невиновности?       — Отличная фраза для твоей эпитафии, — огрызнулась Гермиона.       — Тогда её надо дополнить упоминанием «главной зануды Хогвартса».       — Ещё одна такая выходка — и обязательно дополним. Уверена, Визенгамот оправдает меня за твоё убийство.       Препираясь с Фредом, Гермиона сама не заметила, как вплотную подошла к нему, помахивая волшебной палочкой в угрожающей близости от его лица. Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы в спор не вмешалась Астория, до того молча прислушивавшаяся к происходящему.       — Мисс Грейнджер, — произнесла она, становясь рядом с Фредом. — А вот и вы. Меня зовут Астория Гринграсс, и я уже давно пытаюсь с вами встретиться. Думаю, вы не откажете мне сейчас в короткой беседе.       — Прямо сейчас? — растерянно спросила Гермиона.       Весь её пыл разом исчез, и она стала до комичности тихой. Фред не удержался от смешка, вызванного столь быстрым перевоплощением из разъярённой валькирии в серую мышку. Хотя серой сегодня Грейнджер точно не назовёшь… Он не отказал себе в удовольствии снова разглядывать девушку, пока она не обращала на него внимания, полностью сосредоточившись на новом участнике беседы.       — Да, сейчас. Это не займёт много времени. Можем поговорить в вашем магазине, так будет даже удобнее.       — Ну… хорошо. — Грейнджер бросила быстрый взгляд на «Настоящее Волшебство», взмахнула палочкой, а затем кивнула. — Проходите, я сейчас подойду.       Дождавшись, пока Астория войдёт, Гермиона вернулась к разговору с Фредом. Тот уже был готов и снова принял насмешливый вид.       — Я знаю, что это твоих рук дело, — прошипела девушка, резким движением приставив палочку прямо к груди оппонента. — Ещё раз сюда сунешься, и я не посмотрю на то, что когда-то мы были друзьями.       — Ты уже полгода успешно игнорируешь этот факт, — фыркнул Фред, что было довольно опасно в его состоянии.       Его слова заставили снова разозлившуюся Гермиону притихнуть и виновато отвести глаза. Да что ж с ней такое-то, в самом деле?       — В любом случае, через неделю ты узнаешь все ответы, — спокойно ответила девушка. — Ну а пока что… — Тут Гермиона прищурилась. — Хочешь войны — получай.       После чего она, не оборачиваясь, скрылась в магазине, оставив в воздухе лёгкий флер сладковатых духов.       Пока Грейнджер разбиралась со своим конкурентом, Астория успела обойти выставочный зал на первом этаже. Ей пришлось признать, что у противницы куда больше шансов на победу: всё выглядело аккуратно, сдержанно, но при том так интересно, что Гринграсс-младшая остановилась у одной из полок, всерьёз заинтригованная содержимым одного из наборов. Здесь её и нашла Гермиона, всё ещё не успокоившаяся после спора с Фредом.       — Вы, наверное, хотите обсудить соревнование? — произнесла Гермиона, пытаясь совладать с эмоциями, которые Фред Уизли неустанно в ней пробуждал, выводя тем самым из душевного равновесия.       — Да, — Астория кивнула и отставила коробочку, точно та была мерзкой на ощупь. — Думаю, мои слова вас заинтересуют.       В гнетущем молчании девушки поднялись в кабинет Гермионы, где владелица магазина предложила гостье присесть в кресло за столом Драко Малфоя — благо все документы, которыми он занимался, были им предусмотрительно убраны.       — Вы не одна здесь работаете? — поинтересовалась Астория, разглядывая столешницу из чёрного дерева с затейливым золотым узором.       — Да, это стол одного из моих… помощников, — соврала Гермиона. — Вы сказали, что давно не могли со мной встретиться?..       — Я пыталась попасть к вам с субботы, но ваш секретарь постоянно отвечал, что вы заняты и вас нет на месте.       — Так получилось, не думайте, что я вас избегала.       — Меня-то, может, и нет, а вот братьев Уизли… — проницательно заметила Астория; лицо её при этом ничего не выражало.       — Это к делу не относится, — слишком резко отреагировала Гермиона.       — Вы правы. По правде говоря, мне хотелось только познакомиться с вами. Но теперь, в свете некоторых событий…       Гермиона напряглась. Что ей известно? Может, она догадывается о роли Малфоя во всём этом? Или…       — В общем, не знаю, в курсе ли вы, но моя семья является кредитором магазина мистеров Уизли, и в данный момент все полномочия по этому вопросу переданы мне. Так совпало, что именно сейчас началось странное соревнование, суть которого мало интересна. Мне важен результат. И потому я бы хотела предложить вам перемирие, — неожиданно заявила Астория.       — То есть?       — Давайте не будем строить ненужные баррикады. Мы обе знаем о ваших дружеских отношениях с семейством Уизли. И тут вы ни с того ни с сего начинаете с ними войну в бизнесе, который вам никогда не был интересен…       — Не вам судить о моих интересах, — взвилась Гермиона, и без того напряжённая до предела. Астория в противовес ей оставалась по-прежнему собранной и даже безэмоциональной. Со своими вопросами и речами она напоминала акулу, кружащую вокруг утопающего. И сравнение, возникшее у Гермионы, явно было не в её пользу. Чёртово подсознание.       — Пожалуй. И всё же у нас есть две непреложные истины: вы в хороших отношениях с вашими конкурентами и у вас есть своё дело в совершенно другой сфере. К тому же вы скрывались сколько могли до начала соревнования, явно не желая огласки. Здесь явно что-то нечисто.       — На что вы намекаете? — прищурилась Гермиона. Выслушивать какие-то подозрения (пусть и правдивые) от девчонки младше неё? Увольте!       — На то, что вам эта война не нужна. Как и мне. И уж тем более не нужна братьям Уизли. Давайте поступим по совести и подпишем акт перемирия. Для начала вы признаете себя банкротом…       — С чего бы?       — С того, что вам всё это явно не по душе.       — Пусть Фред и Джордж сами подписывают ваши акты, а я сдаваться не намерена.       На самом деле Гермиона отдала бы всё, что можно, чтобы таким вот образом прекратить игру. И пусть при этом пострадает её самолюбие и гордость — дела близнецов были важнее всего. Только вот контракт связывал её по рукам и ногам.       С другой стороны, сами они при этом оставались в выигрыше и даже ради приличия не собирались предложить свой проигрыш. Почему она должна им подыгрывать? Да, она обманывает их, да, они заведомо обманутая и потому пострадавшая сторона, — но соревнование-то ведётся честно! И в честном соперничестве она, простая выскочка и «главная зануда Хогвартса», в самый первый день успешно обходит признанных мастеров волшебных шуточек и приколов. Малфой к её успеху руку не прикладывал и вообще в соревнование не лез — так почему же она должна сама признать себя проигравшей?       Эти противоречивые мысли разрывали девушку на части. С одной стороны — обоснованное чувство вины; с другой — такое же обоснованное желание победить.       — Мисс Грейнджер, вы же понимаете, что могли бы всё прекратить прямо сейчас, — произнесла Астория, точно прочтя её мысли. Её спокойный, уверенный взгляд гипнотизировал, заставляя подчиняться. — Урон вашей репутации будет незначителен, но вы при этом спасёте сразу нескольких людей.       «Незначительный урон! Да Малфой меня похоронит, причём вполне возможно, что и в буквальном смысле тоже».       Гермиона сердито разглядывала Асторию — эта холёная аристократка и бывшая слизеринка не так проста, как кажется. Идеальная пара для Малфоя.       — Неужели вы настолько не верите в свой магазин, что просите меня попросту отдать вам победу? — с лёгкой издёвкой спросила Гермиона, стараясь, чтобы в целом её голос звучал ровно. — Разве это не унизительно для вас? А братья Уизли знают о вашей идее?       Вот теперь Асторию удалось задеть.       — Я лишь хотела мирно уладить этот сложный вопрос, только и всего. Если даже денежная компенсация за проигрыш вас не интересует… — Она поднялась с места, и Гермиона невольно последовала её примеру. — В таком случае вы неизбежно проиграете.       — Будь это так, вы бы не предлагали мне досрочно сдаться, — фыркнула Гермиона, разом ощутив прилив сил. Похоже, Гринграсс всерьёз её опасается, а это хороший знак.       — Всего доброго, — мрачно ответила Астория, не желая больше говорить с Грейнджер.       Не дожидаясь, пока её проводят, она вышла из магазина и направилась вниз по улице, собираясь домой. Но уже у «Флориш и Блоттс» её нагнала большая чёрная сова, доставившая записку, в которой было всего две строчки:       «Волшебный шиповник» сегодня в десять вечера.       Д.М.       Астория сверилась с часами. У неё оставалось около получаса, чтобы добраться до назначенного места.       «Чёрт бы подрал этого Малфоя».       Сказать, что Драко был удивлён, получив от Астории предложение встретиться — не сказать ничего. В голове сразу пронёсся целый вихрь мыслей.       Она обо всём узнала?       Её подослал отец?       Что ей нужно?       Полный всяческих подозрений, он весь день отмалчивался, не зная, что ответить, и, наверное, впервые за долгое время испытывая безотчётный страх. А уж если учесть, что Гринграсс в последние дни хотела встретиться с Грейнджер… Всё это выглядело слишком подозрительно, и потому Драко откладывал ответ как можно дольше. Но сегодня вечером всё пошло совершенно не по плану.       Начать с того, что он, дождавшись окончания рабочего дня Гермионы, решил, как обычно, зайти в магазин через чёрный ход, не привлекая внимания, чтобы поработать. Но едва только Драко успел расположиться за своим столом, в магазин кто-то вломился. Причём сделал это максимально бесшумно, пока не попытался взломать дверь кабинета. Драко только и оставалось, что наложить Сигнальные чары на дверь, отделявшую его от злоумышленника, в надежде, что Гермиона скоро вернётся. И действительно, Грейнджер вернулась, да к тому же в обществе Астории Гринграсс! Драко успел убрать все документы и спрятаться в шкафу, так что стал невольным свидетелем беседы двух девушек. Решение пришло само собой: едва за Асторией закрылась дверь, Драко помчался в чулан, где всегда держал птицу на случай необходимости, и послал записку сопернице, после чего поднялся наверх.       — Сам всё слышал, — устало отозвалась Гермиона. Слишком много событий для одного дня.       — Слышал, — кивнул Малфой. — И теперь хочу с ней поговорить. Ты знаешь, кто пытался сюда вломиться?       Гермиона прикусила язык, не желая выдавать Фреда, который оставался единственным подозреваемым.       — Нет, но очень удачно, что ты оказался здесь.       — Удачно? Да ещё чуть-чуть, и меня бы… — Драко прищурился. — А, вот чего ты добивалась — огласки. Может, сама подослала кого-то?       — Ты в своём уме? — фыркнула Гермиона. — Это не в моих интересах, сам знаешь.       — Знаю, — удовлетворённо кивнул молодой человек. — Ладно, мне пора на встречу с этой Гринграсс…       И вот сейчас он сидел в полумраке шумного общего зала и дожидался Асторию, чтобы провести её в отдельную кабинку. В его голове сложился чёткий план действий. Запугать Гринграсс было одним из пунктов.       Наконец, дверь небольшого ресторанчика отворилась, впуская Асторию Гринграсс, выглядевшую здесь в своей изысканной одежде точно фарфоровая чашка среди гранёных стаканов. Драко невольно залюбовался ею издали: всё в наследнице Кассиуса выдавало хорошее воспитание и отличный вкус. Даже в манере держаться сквозило что-то неуловимо аристократическое — такому не научишь, с этим нужно родиться.       Она взглядом отыскала Драко и подошла к нему, собранная и самоуверенная; ничто не выдавало в ней недавнего провала.       — Будем беседовать прямо здесь? — без приветствия спросила девушка, намекая на не самую подходящую обстановку.       — Нет. — Драко рывком поднялся на ноги. — У нас отдельная кабинка.       — Надо же, как расщедрился, — едко отметила Астория, следуя за собеседником.       Кабинка оказалась достаточно просторной и удобной, на столе уже поджидал чайник с мятным чаем и поднос с лёгкими закусками. Драко рассчитывал тем самым расположить девушку к себе и ненавязчиво войти к ней в доверие, если уж не удастся запугать. Тем более что ему до сих пор оставалась неясной причина их встречи.       Легко скинув светлое кашемировое пальто и стянув высокие, до локтя, перчатки в тон, Астория присела на диванчик как можно дальше от Малфоя, взяла чайник и аккуратно налила чай. Ощутив мятный аромат, зажмурилась, совсем как девчонка, явно им наслаждаясь.       — Люблю мяту, — пояснила она, ощутив на себе пристальный взгляд собеседника.       — Я тоже, — признался Драко, не ожидавший, что случайным выбором попадёт в точку.       Что ж, не самое плохое начало.       — Ну так о чём ты хотела со мной поговорить? — спросил Драко, разглядывая свою собеседницу.       — Дело довольно деликатное… — Астория вздохнула. — Это касается твоего отца. Вернее, наших отцов.       Драко напрягся.       — Тогда, у нас на приёме, вы с моим отцом повздорили…       — Ты даже не знаешь причину, — нервно перебил Малфой.       — Теперь знаю. И ещё знаю, что ты неправ.       — Неправ?! — Да. — В противовес ярости, вырвавшейся у Драко, Астория была совершенно хладнокровна, что раздражало его ещё больше. — Ты ведь считаешь, что твой отец был предан, что его имущество отняли обманом…       — Это так и есть! Твой отец сначала под благовидным предлогом забрал наши земли в Корнуолле, а затем с помощью поверенного отнял и другие участки и оформил всё на несуществующее лицо. Будешь спорить с этим?       — Драко, ты неправ, — покачала головой Астория. — На самом деле всё совсем не так.       — Тебе-то откуда знать? — ядовито спросил молодой человек. — Небось папаша свою правду наплёл?       — Нет. Я нашла в его кабинете некоторые документы, по которым выходит, что твой отец попросту проигрался моему в карты. Вот и вынужден был расплачиваться, а чтобы никто не узнал о его разорении, всё оформил на действительно вымышленное лицо. — Девушка сделала паузу, давая осознать сказанное. — Драко, ты понимаешь? Твой отец сам это устроил.       Драко в неверии уставился на Асторию, которая совершенно спокойно потянулась к закускам. Нет, такого попросту не могло быть! Хоть и вполне в духе отца.       — А где доказательства? — спросил он, прищурившись.       — О, я знала, что мои слова тебя не убедят.       Астория порылась в лежавшей рядом сумочке и выудила из неё пачку документов. Получив их в руки, Драко принялся судорожно листать страницы, с каждой минутой убеждаясь в правоте Астории. Везде стояли подписи его отца, везде выходило так, что именно он отдавал участок за участком, сумму за суммой… От обилия цифр закружилась голова, и Драко резким движением отложил бумаги.       — Я понимаю, как тебе нелегко это признать… — начала было Астория.       — Да что ты можешь понимать? — огрызнулся Драко. — Это наверняка подделка.       — Нет, но это копии оригиналов. — Астория слегка улыбнулась. — Опасно давать тебе в руки такие важные документы в их подлинниках.       — Предусмотрительно.       Драко не мог не отдать должное уму своей собеседницы. Почти незаметная в школе девчонка выросла и превратилась в умную, да и, чего скрывать, привлекательную женщину. А оба эти качества в своём сочетании несли огромную опасность, лишая Драко возможности сосредоточиться.       — Я могу взять эти бумаги с собой? — спросил он хрипло.       — Конечно. Надеюсь, на этом твои претензии к моему отцу исчерпаны?       — Они будут исчерпаны только когда я найду подтверждение этим документам в наших расходных книгах, — отозвался Драко.       — Неужели ты ещё не просмотрел их? — деланно изумилась Астория.       — Просмотрел, но нужно сверить суммы и даты. Тебе ли не знать, — парировал он.       — Ничего нового ты не найдёшь. Раз уж не увидел копий расписок твоего отца…       — Очень странно, кстати, что я их не нашёл. Обычно мой отец хранил у себя все документы, а уж тем более настолько важные.       — Но оригиналы-то всё равно у моего отца, — резонно заметила Астория.       — Может, и нет никаких оригиналов, — вскинулся Драко, — а ты просто подсунула мне искусные подделки. От вашей семейки можно ожидать только этого.       Астория неожиданно вспыхнула — видимо, слова Малфоя задели её за живое. Значит, и эту ледышку можно растопить.       — Мы не лжецы и живём честно, — процедила она, — в отличие от вас, бывшие приспешники Того-кого-нельзя-называть.       Один-один, чёртова девчонка.       — Вот именно, что бывшие, — в тон процедил Драко. — А вот предатели и лжецы бывшими не бывают. Потому я и не доверяю твоему отцу.       — Тогда почему мы должны верить твоим нападкам, бывший предатель? — прищурилась Астория.       Драко неожиданно осознал, до чего они схожи, и покачал головой, прикрыв лицо рукой. Эта словесная перепалка начинала действовать на нервы, потому что была похожа на спор с собственным отражением. А он никак не ожидал увидеть что-то своё в сидевшей напротив девушке, чья семья методично разрушала его жизнь.       — В общем, — продолжила между тем Астория, попробовав очередную закуску и теперь сжимая в тонких пальцах чашку с горячим чаем,— я предлагаю нам не делать поспешных выводов. Ты поищешь необходимые документы и опровержения, если таковые имеются, в бумагах своего отца, а я постараюсь найти что-либо ещё у себя, и мы снова встретимся, чтобы обсудить это.       — Почему тебя так это интересует? — неожиданно спросил Драко, уставившись точно в глаза Астории, чтобы этим зрительным контактом сбить её с толку. — Твой отец мог бы и сам со мной всё обсудить.       — У вас взаимная неприязнь, — спокойно пояснила Астория, не отводя взгляд, — и ваши встречи были бы бессмысленными из-за постоянных ссор. Вы бы попросту не пришли к согласию. У нас же с тобой куда более спокойное общение, как видишь.       — Решила взять на себя роль отцовского адвоката? — хмыкнул Драко.       — Здесь замешана честь нашей семьи, я не могу быть в стороне, — кивнула Астория.       — Ну Дафна же может.       — У Дафны хватает забот со свадьбой.       — Ну да, — фыркнул Драко. — Сочувствую старине Нотту.       — Он очень даже счастлив, — отозвалась Астория.       — Кто бы мог подумать. Полагаю, это всё потому, что малейшие признаки грусти по поводу свадьбы могут спровоцировать невесту на убийство.       После короткой паузы оба рассмеялись, представляя, какой будет совместная жизнь слизеринцев. Но даже тогда Астория не прервала зрительного контакта, что удивило Драко. С Грейнджер такая тактика всегда срабатывала — либо хвалёная героиня войны не выдерживала напряжения, либо ей было попросту неприятно смотреть на Малфоя.       Точно читая его мысли, Астория произнесла:       — Не думай, что меня можно расположить к себе чаем или же угрозами.       — А чем же можно? — против воли вырвалось у Драко с какой-то игривой отчасти интонацией.       — Хотя бы отсутствием клеветы в адрес моей семьи.       — Это не клевета! — снова вскинулся Драко, но Астория его уже не слушала.       Поднявшись с места, она неспешно надела пальто и перчатки, а затем, чуть подумав, оставила на столе деньги.       — Я заплачу за ужин, чтобы потом ты не распускал слухи о том, что Гринграссы живут за чужой счёт.       Эти едкие слова ещё висели в воздухе, когда девушка ушла, и Драко, не сдержавшись, двинул кулаком по столу с такой силой, что чашки подпрыгнули и жалобно звякнули о блюдца.