Считая звёзды

Шестой день Суббота.       С самого раннего утра в Гринграсс-холл царили шум и суета: полным ходом шла подготовка к вечернему приёму по случаю помолвки Астории и Рауля. Сама Астория, сидевшая на диванчике у выхода на террасу, с головой ушла в бумаги, лишь изредка отзываясь на вопросы по оформлению главного зала. Дела магазина интересовали её куда больше, чем размещение украшений. Зато Дафна наслаждалась процессом, порхала по залу и раздавала указания ватаге домовых эльфов, исполнявших все её поручения.       — Думаю, вазоны с цветами лучше разместить в столовой по углам, а здесь поставим несколько расписных ширм… И занавески в нишах тоже нужно поменять! Хм-м… Зелёные или синие? Тори!       — Да?       — Какой цвет будет лучше? — Дафна указала на две занавески за своей спиной.       — Без разницы.       — Тебе бы стоило проявить больше интереса к происходящему, — едко заметила Каликс.       Астория даже не повернула голову в её сторону, продолжая возиться с документами.       — У Тори и без того много забот, maman. Хорошо, что ты заглянула к нам: я как раз хотела посоветоваться по поводу цвета…       Задержавшаяся в зале Каликс благосклонно кивала, следя за манипуляциями старшей дочери. Как любая мать, она считала собственным успехом то, что сумела привить чаду чувство стиля и вкус. Они с Дафной часами обсуждали грядущую свадьбу с Теодором Ноттом и продумали всё до мелочей, начиная от дизайна пригласительных и заканчивая закусками для фуршета. Даже сейчас, подготавливая всё к приёму, мать и дочь соглашались во взглядах на оформление.       — Ну, за Нотт-хилл я спокоен, — галантно произнёс Теодор, последние пятнадцать минут успешно сливавшийся с обстановкой на соседнем с Асторией диванчике. — Дафна сумеет превратить моё заброшенное поместье в центр светской жизни.       — Ты знатно сэкономишь на услугах дизайнера, зато разоришься на счетах за вечеринки, — фыркнула Астория.       Теодор развёл руками; вкупе с абсолютно серьёзным выражением лица это выглядело комично.       — Что поделать, Тори, это священный долг любой супруги — пускать на ветер семейное состояние.       — О, уверяю, ты всё равно будешь доволен, — возразила Дафна и, пока мать отдавала указания эльфам, запустила в жениха заклинание, туго застегнувшее самую верхнюю пуговицу его рубашки.       — Конечно, будет, — согласилась Каликс. — С твоим вкусом и его деньгами вы сумеете стать заметной частью высшего общества.       — Предел мечтаний любой знатной девицы, — зевнула Астория.       — А тебе бы не мешало поучиться у сестры! — колко отреагировала Каликс.       Астория промолчала, признавая за собой вину. Проклятый приём совершенно вылетел у неё из головы в связи с последними событиями. А ведь она обещала матери отложить свои дела и помочь им с Дафной…       — Пусть сегодня будет меньше гостей, чем обычно, всё равно важно отнестись к вечеру серьёзно, — между тем растолковывала Каликс, сверля младшую дочь недовольным взглядом. — Ведь от того, как пройдёт приём, зависит и отношение Мернье к нашей семье и предстоящему браку.       — Не драматизируй, мама, это всего лишь сделка, и даже самая провальная вечеринка не станет причиной для её расторжения.       — Тебе напомнить, что мы уже были на волосок от того, чтобы всё разрушить?       Астория тяжело вздохнула, однако выдержала взгляд матери.       — Но сегодня всё пройдёт по высшему разряду, — вклинилась Дафна. — Правда, я бы добавила украшений в тематике Хэллоуина…       — Мы не станем добавлять ничего, что бы напомнило об этом маггловском празднике, — решительно возразила Каликс.       — Но ты же согласилась на маски?       — Обычные строгие маски, а не эти ужасные тряпки, которыми увешивает себя маггловская молодёжь.       Каликс могла бы возмущаться ещё очень долго, если бы её не отвлекло положение дел в столовой, требовавшее её пристального внимания. Едва мать ушла, Астория отбросила документы и устало потянулась. Прошло уже несколько дней, а от домовика, которого она отправила на поиски бельгийца-поставщика мётел, до сих пор никаких новостей. Соревнование подходит к концу, и если ничего не разузнать, она окажется в опасном положении. Близнецы Уизли такой халатности не простят. Может, стоило попросить помощи у отца? Нет, в свете недавних событий к нему вообще лишний раз обращаться не хочется.       — Думаю, китайские фонарики со светлячками внутри отлично будут сочетаться с шёлковыми ширмами.       — А по-моему, мой вариант был лучше.       — Ага, запустить в зал настоящих летучих мышей!       — Зато в тематику Хэллоуина. К тому же половина гостей похожа на этих самых мышей, разницу никто и не заметит.       — Тео, перестань, — раздражённо отмахнулась Дафна. — Тори, а ты как думаешь?       — Да-да, мыши, светлячки, замечательно, — рассеянно ответила девушка, уставившись взглядом в натёртый до блеска пол.       — Да что с тобой творится сегодня?       Ответить Астория не успела: в зале появилась взволнованная Пакс, настойчиво звавшая хозяйку в кабинет. Воспользовавшись предлогом покинуть комнату, девушка спешно ретировалась вслед за эльфихой. Парадные двери не успели захлопнуться, как Теодор быстро переместился на опустевший диванчик и заглянул в записи Астории. Как оказалось, последний час она отвлечённо чертила там непонятные знаки, лишь прикидываясь ужасно занятой.       Дафна с тяжким вздохом опустилась возле жениха.       — Она такая странная в последнее время, ну, я имею в виду, страннее обычного. Ещё и какие-то дела с Малфоем водит…       — С Малфоем? — заинтересовался Тео. — Какие-такие дела у них могут быть?       — Откуда мне знать? — огрызнулась Дафна и тут же ахнула, вспомнив подробности недавнего разговора с сестрой. — Тори показывала мне их брачный контракт, который нашла у отца.       — Их что, собирались поженить?       — Я лично об этом ни разу не слышала, но бумаги есть, и Тори даже подпись там ставила.       Они переглянулись: Дафна — серьёзная как никогда, Теодор — заинтригованный.       — Если бы выбор стоял между Раулем и Драко, как думаешь, кого бы выбрала наша принцесса? — задумчиво спросил Тео.       — Малфоя, конечно, — недовольно ответила Дафна. — Ты что, что-то задумал? По глазам вижу, Тео, не отнекивайся даже!       — Не то чтобы задумал… но вообще кое-какие мысли имеются.       — Их вообще не должно быть! Всё давно решено, со дня на день подпишут новый брачный контракт, и мы породнимся с этими Мернье.       — Ну да, ну да, звон свадебных колоколов, счастья молодым, бла-бла-бла, — пропел Тео. — А тебе не жалко сестру?       — С чего бы? Как ни крути, Рауль — неплохая партия.       — Вот только время Астория проводит не с ним, а с Малфоем. Давай лучше сделаем вот как…       Вернувшись в зал полностью одетой для визита к близнецам Уизли, Астория застала Теодора и Дафну заговорщически обсуждающими что-то, склонив друг к другу головы. При виде сестры Дафна торопливо отстранилась, огладила юбку платья и с самым благочестивым видом спросила, куда она собирается.       — К Уизли, решить один рабочий вопрос.       — А как же подготовка?       — Дафна, мы обе знаем, что ты справишься с этим лучше. — Астория сосредоточенно натягивала перчатки. — Считай, я у тебя в долгу.       — Даже не представляешь, в каком, — вполголоса ввернул Тео и произнёс уже громче: — Главное, успей вернуться к вечеру. — За свои намёки он тут же получил толчок острым локтем под ребро.       — О, будь уверена, этот должок я с тебя истребую в полной мере, — мрачно процедила Дафна скорее для своего жениха, нежели для сестры.       И, едва Астория ушла, принялась отчитывать Теодора, но так, чтобы мать не узнала причину их спора.       На дверях магазина «Всевозможные Волшебные Вредилки» висела табличка «Открываемся в пять вечера», что само по себе было очень странным. Неужели близнецы Уизли настолько уверены в своей победе? Полумна удивилась, но стучаться не стала и направилась в соседний магазин. Его владелица была взвинчена и не могла усидеть на месте, вихрем носясь по выставочному залу в стремлении навести последний лоск и тем самым распугивая персонал. Вкупе с жутковатым хэллоуинским нарядом, в котором Гермиона была вынуждена работать всю неделю по прихоти Малфоя, это создавало пугающую картину.       — Ты где вообще вчера была? — гневно спросила она Полумну, стоило той войти. — Такое пропустила! Фред Уизли, он… он…       — Снова запустил сюда шутиху?       — Хуже! — Гермиона театрально поёжилась. — Он набросился на меня с поцелуями на виду у посетителей!       — Неужели? — Полумна удивлённо округлила глаза.       — Представь себе! А потом, вечером, ещё и издевался надо мной при мистере Уинслоу. Какой же он всё-таки мерзавец.       — Не хотелось бы заставлять тебя нервничать ещё сильнее, но сейчас этот мерзавец направляется сюда. О, с ним Джордж, Астория и ещё какой-то мужчина. Связанный.       Настороженная Гермиона замерла на месте, потом ринулась к витрине, у которой стояла Полумна, и в этот же момент раздался стук в дверь.       — Я не хочу их впускать, — в панике пискнула Гермиона.       Девушки переглянулись; вместо ответа Полумна подпихнула Гермиону, и та нехотя направилась ко входу, предварительно отослав всех сотрудников проверять готовность праздничного аттракицона. Едва она успела открыть дверь, незваные гости ворвались в магазин; сначала — Фред, за ним — Джордж, тащивший связанного незнакомца. Астория вошла последней, чинно и спокойно.       — Доброе утро, мисс Грейнджер, — учтиво поздоровалась она.       — Да, Грейнджер, утречка, — небрежно махнул рукой Фред. — Мы тут твоего приятеля привели… Ой, Лавгуд, и ты здесь! Как удачно.       От его коварной ухмылки Гермиону пробила внутренняя дрожь. Она нервно взглянула на связанного мужчину, но так его и не узнала. О каком-таком приятеле болтает Фред?       — Что ж, мисс Грейнджер, — начала Астория, — мы нашли вашего, кхм, поставщика.       — Вернее, сначала он был нашим.       — Точнее, первой его Джинни нашла.       Закатив глаза на шутливые препирательства близнецов, Гермиона скрестила руки на груди.       — Я не знаю этого человека.       — Важнее, знает ли он тебя, — с намёком протянул Фред.       Связанный отрицательно покачал головой; Джордж держал его, образно, на мушке, приставив кончик волшебной палочки к спине. То был высокий тощий маг с завитыми усами, ужасно напуганный, судя по круглым от страха глазам. И Гермиону он видел определённо впервые в своей жизни.       — Ну, никто не ждал, что он быстро расколется, — недовольно объявил Фред. — Грейнджер, зови своего секретаря, этот тип упоминал его имя.       — Майкла? Что…       — Зовите, мисс Грейнджер, — с нажимом потребовала Астория.       «Чёртов Малфой, ублюдок, что ты за цирк устроил?», — Гермионе оставалось лишь мысленно изливать свою ярость на Драко, заварившего всю эту историю с крадеными мётлами. Ясное дело, ни она, ни Майкл не имеют к этому никакого отношения. Это должно бы вызвать облегчение, но на самом деле только тревожило. При чём тут вообще её секретарь? Майкла никто не посвящал в детали «вынужденного сотрудничества» с Малфоем, да и сам он не стал бы лишний раз светиться. Если только…       — Вы уверены, что никогда не видели этого человека? — повторно уточнила Астория, пристально глядя в глаза испуганному бельгийцу. Тот для убедительности непрестанно качал головой в знак отрицания.       — Говорю же, я не видел ни братьев Уизли, ни мисс Грейнджер и напрямую ни с кем из них не контактировал! Все дела решались через посредников — через ту же Джинни Уизли или этого Майкла Смита. Но этот Майкл Смит — не тот. Того я бы где угодно узнал!       — Можешь идти, Майкл, — промолвила Гермиона, отпуская ничего не понимающего секретаря. Повернувшись, она едва не столкнулась с Фредом.       — Чувствую тут подвох, Грейнджер, — задумчиво сообщил Фред и перехватил руку девушки, удерживая возле себя.       — Мало ли в Лондоне Майклов Смитов?       Они оба повернулись к Астории и Фландерсу: Гринграсс освободила его от кляпа, и тот принялся судорожно описывать заявившегося к нему незнакомца. Высокий рост, светлые волосы, очки, худощавое телосложение и размеренная речь…       «Малфой!»       Гермиона бы очень удивилась, узнав, что эта догадка пришла в голову не только ей.       — Чтоб я ещё хоть раз имел дело с англичанами! Вы не имели права похищать меня таким наглым, варварским способом! — продолжал бесноваться Флинн Фландерс. — В конце концов, это моё личное дело, с кем заключать контракты, особенно если новая цена вдвое выше прежней. Я, прежде всего, думаю о собственной выгоде, а не о каких-то там «дружеских отношениях»…       Закончить бельгиец не успел: торопливая речь оборвалась, глаза закатились и лощёная физиономия расплылась в блаженной улыбке. За его спиной Астория Гринграсс небрежно постучала палочкой по бедру.       — Мисс Гринграсс! — удивлённо выдохнул Джордж. — Должен сказать, невербальный Обливиэйт был выполнен просто блестяще!       — Благодарю, мистер Уизли. А теперь, думаю, мне следует отправить мистера Фландерса туда, где его отыскал мой домовик. Монк!       Эльф показался всего на пару секунд, но этого было достаточно, чтобы исполнить приказание, и мистер Фландерс исчез, словно никогда здесь и не появлялся.       — И вы так просто ему поверили? — удивилась Гермиона.       Астория продемонстрировала ей небольшой флакончик из переливчатого цветоного стекла.       — Мисс Лавгуд любезно поделилась с нами этим зельем, которое можно приравнять к сыворотке правды по силе воздействия. А до того мы успели допросить мистера Фландерса в магазине братьев Уизли. Не могу сказать, что мы приносим вам извинения, мисс Грейнджер: в этой истории остаётся слишком много тёмных пятен, но в данном случае признаём конкретно вашу невиновность.       — И всё же нам бы очень хотелось узнать, кому ты обязана этими мётлами, — шепнул Фред на ухо Гермионе. — Кто тот таинственный благодетель, устроивший эту сделку без твоего ведома?       Его пальцы нахально скользили по запястью девушки, и, осознав это, Гермиона попыталась выдернуть руку, не привлекая внимания к их близости. Однако Джордж уже заметил это и, ухмыльнувшись, сказал:       — Надеюсь, прежде, чем в очередной раз нахамить, Фред успел пригласить тебя на сегодняшний концерт? Полумна уже согласилась прийти.       Лавгуд озадаченно посмотрела на Джорджа и тот, сменив вектор внимания, подмигнул ей.       — Надеюсь увидеть там вас обеих. Пусть это будет… хм… временным перемирием.       — Да, Грейнджер, загляни к нам, — подхватил Фред. — Разочарована не будешь.       — Неужели? И ты даже не станешь бросаться обвинениями и портить вечер?       — Только если ты не замышляешь против нас ещё что-нибудь.       — Мы, кажется, уже определились с тем, что я ничего не делала.       — Ещё не определились, но, вполне возможно, близки к этому.       В следующую секунду Фред нахально оставил поцелуй на запястье Гермионы и поспешно скрылся вслед за братом.       — Он просто невыносим! — прошипела Гермиона, машинально потирая кожу там, где её обожгли губы Фреда. Её взгляд остановился на Полумне, которая задумчиво глядела на улицу через витрину. — Хочешь, поднимемся в кабинет, угощу тебя кофе перед очередным сложным днём?       — С удовольствием, — кивнула Лавгуд. — Мне как раз нужно с тобой поговорить.       — И о чём же ты хотела поговорить? — спросила Гермиона чуть позже, когда на столе перед ней и гостьей испускали пар две чашечки ароматного кофе.       — О твоём… нанимателе. Или спонсоре. Или как там ты называешь Драко Малфоя?       — Ч-что?       Полумна едва ли не раздражённо отставила чашку.       — Гермиона, я знаю, с кем ты работаешь и кто был тем, кто устроил всю эту махинацию с мётлами. Неловко признаваться в своём шпионаже, но я сумела это выяснить и сейчас хотела бы это с тобой обсудить.       — Но как… я… я не могу с тобой это обсуждать! Чисто физически не могу.       Не удосужившись ответить, Полумна принялась рыться в своей цветастой сумочке, пока наконец не вытащила тот самый флакончик, который прежде показывала Астория Гринграсс.       — Это зелье не имеет названия как такового. Я нашла его рецепт во время одной из экспедиций и сумела приготовить дома, после чего опробовала на отце, и мы с ним поняли, что оно даёт эффект, схожий с сывороткой правды. Только применение сыворотки строго ограничено законом, как ты знаешь, а это зелье — назовём его эликсир Искренности — просто побуждает человека быть честным. Его сложно использовать во вред, а эффект гораздо слабее сыворотки, но даже так он позволяет найти ответы на некоторые вопросы. И сейчас он поможет тебе рассказать, что же происходит на самом деле.       — Ты уверена, что я на это соглашусь? — резонно спросила Гермиона.       — Это бы сильно облегчило отношения между всеми участниками соревнования, да и тебе бы стало проще. Возможно, я бы смогла чем-то помочь…       — Соревнование близится к концу, Полумна, почему ты предлагаешь это именно сейчас?       — Потому что мне интересно, что на самом деле связывает тебя и Драко Малфоя. Я отказываюсь верить в какой-то заговор против фирмы близнецов Уизли, частью которого ты стала добровольно. И сведения, которые я получу от тебя, помогут оправдать тебя перед Фредом и Джорджем.       — Считаю крайне неразумным доверять такие сведения журналисту, — колко ответила Гермиона. — Хватило, знаешь ли, опыта со Скитер.       — Ты всерьёз думаешь, что я на этом сделаю скандальную статью? — Полумна рассмеялась, точно колокольчики зазвенели. — Мне вообще не интересна журналистика; всё, чего я хочу — поскорее отправиться в очередную экспедицию. Репортаж, который идёт всю эту неделю про соревнование — лишь помощь отцовскому изданию. И, потом, — она призрачно улыбнулась, — мы же были друзьями в школе.       — Были?       — Может, и останемся, — Полумна протянула руку с флакончиком поверх стола, — это зависит от тебя.

Публикация из журнала «Придира».

      В двух магазинах-конкурентах сегодня с размахом отмечают Хэллоуин: повсюду праздничная атрибутика, жуткие костюмы и, конечно же, волшебные штучки. В торговом зале «Настоящего Волшебства» звучит жутковатая музыка, разбавленная песнями молодёжных магических групп вроде «Русалочьих слёз» или «Капли ядовитого зелья». Она идеально подходит к атмосфере загадочности, что царит в магазине, ведь уже с порога посетителей встречает вывеска с предложением пройти небольшое испытание в виде «лабиринта страха». Всех заинтересованных приглашают пройти в дверь слева, а происходящее за нею скрыто от внимания окружающих.

      — Расскажите, как вам пришла в голову эта идея? Г.Г.: — Забавно, но на эту идею меня невольно натолкнул мой давний друг, Виктор Крам. Видите ли, я училась в Хогвартсе во время проведения легендарного турнира Трёх волшебников, в котором он участвовал, а одним из испытаний как раз был лабиринт, полный загадок и препятствий. Наш лабиринт, конечно, абсолютно безопасен и призван лишь слегка пощекотать нервы, а также проявить ваши таланты. Такие развлечения довольно популярны у магглов, поэтому здесь тоже можно обойтись без волшебной палочки.       — Что такого особенного в этом маггловском развлечении?       Г.Г.: — О, я не фанат подобных аттракционов, но множество моих знакомых обожают ощущение тайны и неопределённости, когда заходишь в комнату страха, ожидая встречи со своими кошмарами. Это даёт тебе возможность покричать, выпустить пар и взглянуть в лицо самому себе. А само осознание нереальности происходящего — это своего рода волшебство для тех, кому магия неподвластна. Думаю, многим волшебникам будет интересно взглянуть на вещи под таким углом.       — Звучит волнующе и крайне увлекательно!       Г.Г.: — Так и есть. Не хочешь попробовать пройти его?       — Возможно, чуть позже.       Г.Г.: — Тогда отмечу, что ещё у нас проходит традиционное состязание на лучший праздничный костюм, а бонусом сегодня и завтра на отдельной площадке наши мастера могут сварить для вас любое зелье по выбору, демонстрируя навыки и безопасность нашей продукции.

      Нам удалось опросить нескольких смельчаков, рискнувших пройти лабиринт; среди них есть как взрослые, так и дети, и все они в восторге от того, что им пришлось пережить.

      — Этот келпи был как живой! — восклицает Йен МакДугалд. — Признаться, я не сразу сообразил, что он не причинит мне вреда: первым порывом было спрятаться за ближайшим углом.       — А призраки! — прибавляет Джейнис Уорд. — Клянусь, это были настоящие призраки! Один из них слегка задел мою руку, и её будто ледяной водой обдало! Вот это мастерство.

      Но мы встречаем и недовольных. Так, несколько матерей с трудом уводили из магазина плачущих от страха детей, на которых жуткий лабиринт произвёл уж слишком сильное впечатление. Мисс Грейнджер прокомментировала ситуацию нашему изданию.

      Г.Г.: — Нужно понимать, что маленьких детей лучше не отпускать сюда, особенно без сопровождения взрослых.       — Одна из матерей сказала, что вы нигде не устанавливали возрастных ограничений, а ваши сотрудники пропускали внутрь всех желающих.       Г.Г.: — Мои сотрудники были проинструктированы, но тех, кто допустил это, ждёт дисциплинарное взыскание.

      Несмотря на случившееся, желающих побывать в заколдованном лабиринте не уменьшается, а это положительно сказывается на положении «Настоящего Волшебства» в соревновании, которое, напоминаю, приближается к своему завершению.

      Полумна отвлеклась от записей, прислушиваясь к тому, как Гермиона успокаивает очередного недовольного посетителя. Её взгляд рассеянно следил за очередью, выстроившейся возле двери к аттракциону, и потому она успела заметить Джорджа Уизли, вошедшего в магазин. Исподтишка Полумна следила за тем, как он читал афишу, а затем двинулся вкруг по залу, высматривая что-то (или кого-то). Нахмурившись, девушка вернулась к записям. Думать о Джордже ей сейчас ни к чему, и без того работы хватает. Вот как, не вводя в заблуждение и оставаясь объективной, описать, что здесь происходит? Кому-то этот проклятый лабиринт понравился, кому-то нет, но всё равно недовольных в разы меньше, чем тех, кому эта забава пришлась по душе. Остаётся лишь самой туда зайти, но Полумна, как могла, оттягивала этот момент. Ей не было страшно, просто… просто не хотелось сталкиваться с тем, что её пугает. Нервы и без того взвинчены происходящим, к тому же она до сих пор злится на Джорджа, а это лишь усложняет её работу как независимого обозревателя.       Убедившись, что никому не мешает, Полумна подошла к афише, чтобы сделать быстрый набросок. Карандаш стремительно порхал по листку, захватывая разномастную очередь и эмоции на лицах. Увлечённая работой, девушка не сразу заметила, что Джордж закончил кружить по торговому залу и вернулся ко входу. Между тем он подошёл ближе и с любопытством взглянул на рисунок поверх узкого плеча.       — И что это за чудо-лабиринт такой? — спросил Джордж.       У него сжалось сердце от того, как Лавгуд мгновенно захлопнула блокнот и прижала его к груди, разом становясь меньше ростом и непроизвольно выражая этим свою обиду на него.       — Можешь зайти и узнать, — безразлично произнесла Полумна, собираясь обойти его и убраться куда подальше, но Джордж остановил её, перехватив рукой.       — А ты уже успела зайти?       — Нет.       То, как она ворчливо отвечала ему, не поднимая глаз, почему-то вызвало улыбку. Джордж как можно более ласково погладил её запястье, которое сжимал горячими пальцами.       — Пойдём со мной?       — С чего бы?       — Ну, с того, что мне бы не хотелось потом выслушивать от Гермионы обвинения в том, что я там что-нибудь сломал в качестве мести. Составишь мне компанию?       Джордж отпустил её руку и протянул свою ладонью вверх, приглашая, но не настаивая. Их разговор начинал привлекать лишнее внимание, что только вредило репутации Полумны как непредвзятого журналиста, и потому она сочла за благо принять его приглашение. Стоило ей взять его за руку, как Джордж помчался вперёд в обход очереди и, не обращая внимания на возмущённые оклики, протиснулся в заветную дверь.       Их встретила мрачная темнота, подсвеченная крошечными огоньками, вспыхивающими и замирающими тут и там. Полумна мгновенно загорелась азартом исследователя и потянула Джорджа за собой, на ходу поясняя:       — Это светлячки, причём редкая разновидность. Видишь, у них свет не ровный и яркий, а приглушённый и как бы рассыпчатый. Вот, смотри!       На этих словах Полумна сомкнула ладони, в которые приманивала светлячка, и поднесла их прямо к лицу Джорджа, слегка приоткрыв пальцы.       — Форма крылышек необычная: они узкие и создают особый стрекот. Интересно, где Гермиона их нашла?       Джорджа больше занимали не светлячки, а горящие восторгом глаза Полумны. Отпустив одно волшебное существо, она двинулась за другим, на ходу ощупывая скользкие влажные стены и без умолку тараторя, комментируя происходящее. Джорджу только и оставалось следовать за ней и следить, чтобы ничего не случилось. Лабиринт воспринимался им как глупая забава, но то, как он неожиданно увлёк Лавгуд, его удивило. Вместе они встретили ещё несколько безобидных волшебных существ вроде нюхлеров, которые выманили из кармана Джорджа пару монет, одного джарви-сквернослова с поистине впечатляющим запасом ругательств и кровожадного призрака, оказавшегося простой иллюзией. Пару раз им, конечно, пришлось преодолеть препятствия вроде разрушившегося пола или полчища насекомых, преследовавших их до ближайшего укрытия и мигом испарившихся, стоило им спрятаться там, но ничего, что напрямую бы угрожало их жизни, не встретилось.       Посмеиваясь над тем самым призраком, которого Джордж прогнал простеньким Люмосом, парочка выбралась из тёмного лабиринта в помещение магазина, щурясь на свету. Поморгав, Полумна потянулась к волосам Джорджа, чтобы выпутать из них липкую паутину, в которую он влез из-за высокого роста. Джордж, улыбаясь, стёр с её щеки грязное пятно, а когда они встретились взглядами, вся торговая шумиха вокруг них, казалось бы, затихла.       — Это было… интересно, — призналась Полумна.       — Ну, не так уж, — снисходительно отмахнулся Джордж. — Спасибо, что составила компанию.       — Спасибо, что пригласил.       — В силе ещё одно приглашение — к нам на концерт. К слову, он начнётся меньше, чем через пару часов, так мы с Фредом ждём тебя. И тебя, Гермиона, тоже.       Смущённая Полумна мигом отдёрнула руки от Джорджа и обернулась; Гермиона в самом деле сверлила их любопытствующим взглядом, но на словах Джорджа не удержалась от ехидства:       — Неужели меня ждут там, где я считаюсь худшим из возможных врагов?       —Ну, не утрируй, Гермиона. Кроме того, — прибавил Джордж, поравнявшись с соперницей, — Фред будет очень рад тебя увидеть.       — Конечно, — фыркнула Гермиона в ответ, но Джордж уже скрылся в толпе. — Они оба что-то задумали, определённо.       Полумна же едва ли не мечтательно смотрела вслед Джорджу. Время, что они провели в лабиринте, снова сблизило их, и, кажется, он уже не испытывал к ней той враждебности, с какой обвинял её в обмане пару дней назад. Может, если бы им удалось поговорить, они бы сумели вновь наладить отношения? Ведь неспроста же он позвал её с собой и был так внимателен на всём протяжении их небольшого путешествия… Точно, неспроста.       А раз уж оба Уизли так жаждут увидеть своих недругов на концерте, что готовы закрыть глаза на вражду, то им всё-таки стоит туда прийти. Остаётся лишь уговорить Гермиону. И в принципе это вполне выполнимая задача.       — Ты нормально себя чувствуешь? — спросила Полумна на пороге «Всевозможных Волшебных Вредилок».       — Нормально, просто до сих пор не уверена, стоило ли мне вообще приходить.       — Стоило, конечно!       Гермиона в который раз строго уточнила:       — Ты точно ничего не рассказала Джорджу?       — Точно! А теперь пойдём, — и, подхватив её под руку, Лавгуд направилась в самое сердце какофонии звуков, наполнявшей магазин братьев Уизли.       От обилия ярких цветов привычно рябило в глазах, пёстрые костюмы мелькали тут и там, пахло сладостями и пуншем, который то и дело проливался из стаканчиков на пол. В этом вихре Полумна явно чувствовала себя как дома и растворилась без следа, смешавшись с толпой и оставив подругу в одиночестве посреди сущего хаоса. Заприметив длинную стойку с закусками и напитками на выбор, Гермиона двинулась прямо туда, давно упустив свою спутницу из виду. Ей было тревожно оставлять свой магазин на Майкла, но не прийти было бы невежливо и могло обернуться (возможно) большими неприятностями.       Вереница глубоких чанов с пуншем исходила разнообразными запахами: персик, вишня, яблоко, апельсин… Выбрать было сложно, но, наконец, Гермиона потянулась за черпаком из чаши с виноградным пуншем. Неподалёку среди закусок стояло блюдо с Канареечными помадками, и, вспомнив про недавний конкурс, в котором её вынудили поучаствовать, Гермиона улыбнулась, но взять помадку не рискнула. Потягивая на удивление вкусный пунш, она выбрала местечко подальше от шумящей толпы, чтобы иметь возможность спокойно осмотреться.       Огромная площадь торгового зала была расчищена от лишних стеллажей и композиций, и теперь большую часть помещения занимала небольшая сцена, на которой с трудом умещалась музыкальная группа. Яркий живой плакат за спинами музыкантов давал понять, что это «Реальные упыри», но название ни о чём Гермионе не говорило. Люди вокруг, наоборот, подпевали и танцевали, точно школьники, да и вообще всё происходящее напоминало подростковую вечеринку. А такие вечеринки Гермиона никогда не любила.       — В школьные годы ты бы, вероятно, лишила наш факультет баллов за такую вечеринку и донесла МакГонагалл, — прозвучало у неё над ухом.       Обернувшись, Гермиона предсказуемо увидела Фреда; он здорово смотрелся в пёстром клоунском наряде и гриме, нанесённом на хитрую физиономию.       — Ты ведь знаешь, я никогда не доносила.       — А насчёт метлы Гарри? — Фред лукаво прищурился, а Гермиона с трудом удержалась от того, чтобы не вспылить.       — Даже такие мелочи помнишь?       — Стараюсь запоминать всё, что связано с тобой. В контексте нашего соревнования, конечно.       — О, до чего же мило!       — Конечно, ведь оппонента нужно знать, — Фред придвинулся максимально близко, — в лицо. Никогда не знаешь, чего от него ждать, — добавил он, отпрянув так же резко.       — Я думала, на сегодня у нас перемирие, — сердито отозвалась Гермиона.       — Перемирие, да. Я просто предаюсь воспоминаниям о славных школьных временах, когда ты ещё не ступила на тёмную сторону обмана и предательства. Шучу! — Фред вскинул руки вверх, но, стоило Гермионе попытаться уйти, быстрым движением удержал её на месте. — Грейнджер, не будь букой. У меня есть все права злиться на тебя, как и у тебя — на меня, но на сегодня я действительно постараюсь об этом забыть и не буду так тебя подкалывать. Идёт?       Помявшись в раздумьях, Гермиона пожала его руку. Фред тут же поймал её и уверенно взял девушку под локоть, сверкнув клоунской улыбкой.       — Пойдём, устрою тебе экскурсию по нашему празднику жизни. Какой пунш предпочитаешь?       — Без яда, если возможно.       — Один-один, мисс Дракула. Я видел, ты брала виноградный, так что давай я угощу тебя им ещё разок, чтобы ты была посговорчивей: нам с тобой нужно весь вечер провести вместе и постараться не убить друг друга, так что...       — Как это весь? Я зашла всего на пару минут!       — И ты пропустишь хэдлайнеров нашего концерта? Да это же «Ведуньи»!       — Что?!       Гермиона была так комична в своём изумлении, что Фред не удержался и по-отечески похлопал её по макушке.       — Что слышала, Грейнджер. Точнее, пока ещё не слышала, но группы эдак через две и до них дойдёт очередь. Мы только разогреваемся, знаешь ли. Вот, держи, — он протянул ей стаканчик с виноградным пуншем, а себе взял апельсиновый.       — Это же они играли на Святочном балу, да?       — Всегда поражался твоей феноменальной памяти. Может, ещё вспомнишь, как мы с тобой танцевали под одну из их песен?       — Разве? — Гермиона нахмурилась, но затем кивнула. — Это когда все начали спонтанно меняться партнёрами?       — Ага, и Вики наконец-то отлип от тебя хотя бы на пару минут.       — Вот именно — это заняло лишь пару минут, сложно назвать танцем.       — Что ж, — Фред легонько стукнул своим стаканчиком о стаканчик Гермионы, — в таком случае у нас есть возможность всё повторить и исправить.       На языке у Гермионы вертелся колкий ответ в духе «С чего ты взял, что я стану с тобой танцевать?», но озвучивать его не захотелось, и вместо очередной словесной перепалки молодые люди залпом осушили содержимое своих стаканчиков. Фред ловко наполнил ещё по одному и повёл Гермиону по магазину. Тут и там можно было наткнуться на стенды с краткой информацией о выступающих группах, которую Фред дополнял историями из жизни, объяснявшими знакомство с тем или иным коллективом, и необычными фактами о музыкантах. Слушать его было интересно, и Гермиона сама не заметила, как выпила даже больше, чем изначально планировала. Голову приятно кружило, глубокий голос Фреда и его рука, плавно переместившаяся на её талию, убаюкивали, и даже шум вокруг не выводил Гермиону из состояния приятного полузабытья.       — А что насчёт «Ведуний»?       — Грейнджер, приём! Я тебе полчаса про них рассказывал.       — Нет, я не об этом. Как вы с Джорджем вообще с ними познакомились?       Они остановились у пустых ящиков, и Гермиона с облегчением опустилась на один из них, продолжая вертеть в руках пустой стаканчик. Фред опёрся плечом о стену и сверху вниз глядел на свою спутницу, забавляясь сосредоточенностью, с которой она гоняла последнюю каплю пунша по донышку. Но тут девушка подняла на него глаза, и Фред, смущённо прокашлявшись, заговорил:       — Это слишком ценная информация, чтобы выбалтывать её за просто так.       — Неужели настолько ценная?       — Ты даже не представляешь, насколько.       — Интере-е-есно, — игриво протянула Гермиона. — И что же может заставить тебя рассказать об этом?       — Ну, скажем, если ты предложишь секрет за секрет или…       — Вот оно что! Бесполезная попытка споить меня и выведать какую-то информацию, да?       — Не льсти себе, Грейнджер, я и без таких грязных трюков обойдусь. И к тому же, — он снова наклонился ближе, — твой самый жуткий секрет я давно знаю.       — Это какой же? — нервно спросила Гермиона.       — На самом деле, — шепнул Фред, — на Святочный бал ты хотела пойти только со мной.       — О, коне-е-ечно, — облегчённо подхватила девушка, — а ещё умирала весь вечер от желания с тобой потанцевать.       Фред развёл руки и улыбнулся так, что все смешки Гермионы мигом затихли.       — Что ж, на сегодня я весь твой.       Раствориться в галдящей жизнерадостной толпе было даже приятно, и Полумна с удовольствием лавировала меж людей, у некоторых даже сумела взять короткие интервью, и пару раз замечала Фреда и Гермиону, мирно гулявших и о чём-то беседовавших, словно между ними не было никакой вражды. Впрочем, не только ей они попадались на глаза: острый глаз журналистки подметил странную личность, щёлкавшую колдоснимки в непосредственной близости от парочки конкурентов. Но когда Полумна, выследившая незнакомца, хотела подойти и спросить, что же происходит, перед ней появился Джордж, невольно преградивший дорогу. Загримированный под синюшного монстра с кучей шрамов, он вызвал у Полумны невольное восклицание.       — Как тебе наш концерт? — спросил Джордж громче обычного, чтобы быть услышанным.       — Очень здорово, но не мог бы ты… Ох, всё равно упустила.       Странный фотограф мигом скрылся, а может, уже покинул магазин. Но что же ему всё-таки было нужно? Полумна досадливо поморщилась и, подняв голову, заметила, что Джордж так никуда и не ушёл.       — Кого-то потеряла?       — Да, Гермиону.       — Если тебе удалось уговорить её прийти, она сейчас наверняка с Фредом. Эти двое притягиваются друг к другу, как магниты. Ты ведь тоже это заметила? — поддразнил Джордж.       — Гермиона точно так же говорит о нас с тобой, — бесхитростно сообщила Полумна.       Джордж неожиданно положил руки ей на плечи и почти прокричал:       — Давай лучше поднимемся наверх, там хотя бы можно поговорить.       И, не выслушивая возможных возражений, взял Полумну за руку и повёл за собой к лестнице, ведущей в их с братом кабинет. Там в самом деле было гораздо спокойнее, и, едва дверь закрылась, отрезая их от шумной вакханалии внизу, они оба выдохнули с облегчением. Джордж жестом пригласил Полумну занять одно из кресел, а сам наполнил две большие кружки ароматным какао. Пол у них под ногами вибрировал в такт басам, ритм отдавался по всему телу, погружая в абсолютно странное состояние.       Отпив немного какао, Полумна достала свой вездесущий блокнот и выжидающе уставилась на Джорджа. Тот же неторопливо потягивал напиток, делая вид, что ничего не замечает, пока девушка наконец не спросила:       — Мы же здесь, чтобы ты дал мне традиционное интервью? О вашем концерте.       — Ну, тогда тебе надо было ходить с Фредом и Гермионой, ибо мой братец наверняка сейчас без умолку всё ей расписывает. Может, лучше посидишь со мной? Нам ведь есть, что обсудить.       — Неужели?       — Ты забавно злишься, — снисходительно улыбнулся Джордж.       — А ты — нет.       Улыбка Джорджа угасла; кажется, он начал полноценно понимать, как сильно обидел Полумну своими агрессивными нападками в тот вечер, когда вскрылась махинация с проклятыми мётлами. И вот сейчас она сидит напротив, прячась за блокнотом как за щитом, потому что только из-за чёртового интервью согласна терпеть его общество.       Как бы долго он ни готовился, все слова разом вылетели у него из головы, и пришлось выдавать экспромтом всё, что накопилось в душе и мыслях.       — Да, я злился, и, как мне казалось, обоснованно. Злился и на ситуацию, и на неизвестность, и на тебя. Потому что ты была последним человеком, на которого я мог бы злиться, и это было сложнее всего признать. — Джордж нервно потёр шею, вытянул ноги. — Может, ты не заметила, Лавгуд, но мы с тобой были будто на одной волне. Я даже успел к тебе по-своему привязаться за эти несколько дней, хотя мы были знакомы ещё со школы. И тут вдруг такое… Как ни парадоксально, но на то, чтобы признать очевидное, уходит слишком много времени. Думаю, я с самого начала знал, что твоей вины в случившемся нет, но в силу обстоятельств боялся в этом признаться и этим очень сильно тебя обидел.       Пока он говорил, Полумна отложила блокнот и придвинулась ближе, слушая, как зачарованная, а когда Джордж замолк, то поймал её взгляд, и его словно обдало тёплым солнечным светом. Он определённо не заслуживал того понимания и прощения, которые встретил в этой чудесной девушке. Опустив глаза, Джордж закончил неловкой попыткой отшутиться:       — Наверное, после всего, что наговорил раньше, я не смогу убедить тебя в своей искренности, если ты не наденешь свои чудо-спектральные очки.       Полумна порывисто сжала его руки, вырисовывая большими пальцами узоры на коже. — Я и без них всё вижу. И вообще-то они спектрально-астральные, Джордж. Люди зря их недооценивают и постоянно шутят, ведь на самом деле…       Закончить вдохновенный монолог в защиту чудо-прибора Полумна не смогла: Джордж, солнечно улыбаясь, заставил её замолчать поцелуем. К его радости, девушка не отстранилась, а, наоборот, доверчиво прильнула к нему всем телом, закинула руки на его шею и позволила этому спонтанному мгновению продлиться как можно дольше.       — А вот и «Ведуньи»!       Пока солист группы приветствовал ревущую толпу, Фред, крепко держа Гермиону за руку, пробрался в самую гущу, откуда было видно всю сцену. Гермиона, смеясь, протестовала, убеждая его отказаться от идеи танцевать среди плотно столпившихся людей, но замолчала, стоило Фреду устроить руки у неё на талии под первые аккорды задорной песенки про лепрекона и его котелок с золотом.       — Ты думала, у нас будет медленный танец? — поддразнил Фред, нетерпеливо притоптывая ногой в ожидании припева. Люди вокруг так же притоптывали на строчках «Вот так, вот так звенят мои монеты».       Запыхавшаяся Гермиона едва сумела прокричать ему в ответ:       — Подожди, я не успеваю!       — Да тут же всё просто! Нужно поймать ритм, — Фред прихлопнул, — и всё само получится.       — Ненавижу танцы!.. — в сердцах выпалила Гермиона навстречу его самодовольной усмешке.       — У тебя просто не было правильного партнёра.       Под руководством Фреда Гермионе удалось влиться в нестройный, но по-своему ритмичный гул, дополнявший песенку, и под конец она уже улыбалась, отстукивая ногами с такой силой, что пару раз Фреду перепало по клоунским ботинкам. Но, глядя на раскрасневшуюся мордашку Грейнджер, он с удивлением понимал, что всё это не зря. И если изначальный его план разговорить Гермиону пошёл насмарку, сейчас он против этого ничего не имел.       Они кружились как волчки под «Колдовское варево» (два по часовой, три обратно и не забыть подпрыгнуть в конце!), повторяли движения за солистом под «Я тобою околдован» и просто скакали на месте под «Покажи гиппогрифа» (она же и играла на Святочном балу в момент самого хаотичного из всех танцев того вечера). И потому, когда неожиданно заиграла медленная, плавная мелодия, Гермиона не сразу сумела переключиться, в отличие от Фреда, чьи руки вновь обхватили её талию, прижимая ближе. Растерянно оглядевшись, девушка заметила, что рядом с ними образовалось множество парочек, и даже свет стал приглушённее, создавая интимную обстановку, пусть и всего для одного танца.       — Вот видишь, я был прав, — произнёс Фред, — у тебя в самом деле не было правильного партнёра.       — А ты считаешь себя правильным?       — Как видишь. Признайся, хоть в этом я лучше твоего Вики.       Гермиона вопросительно склонила голову.       — Почему ты постоянно о нём говоришь?       — Ты сама меня провоцируешь.       — Интересно, чем же?       Фред глубоко вздохнул, словно ответ доставлял ему невообразимые мучения и вместе с тем был так очевиден, что его не стоило даже озвучивать.       — Тем, что до сих пор с ним общаешься, постоянно отзываешься о нём так восторженно и принимаешь его помощь в этом дурацком соревновании. Если уж он такой идеальный, почему вы до сих пор не вместе?       — Ты все эти претензии копил столько лет? — засмеялась Гермиона. Ревность Фреда, неожиданная и непонятная, позабавила её. — Ладно, откровенность за откровенность. Ты был прав.       — И в чём же?       Хоть разговор и вёлся полушёпотом — громче говорить не было смысла, — Гермиона привстала на носочки, чтобы сказать Фреду прямо на ухо:       — Я действительно хотела пойти на Святочный бал с тобой.       Признаться в этом стоило хотя бы ради его ошарашенного взгляда. Приглушённо смеясь, Гермиона уткнулась лбом в широкое плечо Фреда, чувствуя, как его рука несмело провела по её спине вдоль линии позвоночника вверх, вызывая огненные мурашки.       — Но ты пригласил не ту девушку, да ещё и на глазах у всех, и я приняла приглашение Виктора.       — Если бы я был в этом уверен, то ни за что бы не позвал Анджелину, — хрипло выдавил Фред.       Гермиона подняла голову.       — Неужели у самого Фреда Уизли когда-то не хватало уверенности? — забавляясь, протянула она.       — А ты помнишь себя в то время, Грейнджер? — парировал Фред. — К такой самоуверенной зазнайке подходить было опасно, особенно кому-то вроде меня.       — Но мы же были друзьями!       — Вот я и не хотел быть очередным вроде Гарри, Рона и Невилла, кому ты тогда по-дружески отказала.       Он зажмурился, когда Гермиона неосознанно нежно провела рукой по его скуле.       — Знаешь, Фред, это на самом деле очень мило.       — Я такого же мнения. Подумать только: сама Гермиона Грейнджер мечтала о моём приглашении! Знать бы об этом раньше…       — Тогда будет нелишним сказать, что у меня недавно появилось ещё одно заманчивое приглашение от Виктора.       Фред остановился, нарушая танец, и пытливо всмотрелся в запрокинутое к нему лицо Гермионы.       — Интересно, какое же? — и он тут же принялся ощупывать её ладони — видимо, в поисках помолвочного кольца.       Не выдержав, Гермиона расхохоталась, не в силах дольше дразнить его.       — На свадьбу, Фред. Он позвал меня на свою свадьбу с какой-то болгарской моделью, — и охнула, когда Фред с силой прижал её к себе, сбивая дыхание и смех.       — Ну у тебя и шуточки, — буркнул он недовольно.       — Угадай, у кого училась, — фыркнула Гермиона.       — Я бы мог научить тебя ещё кое-чему, — многозначительно заявил Фред, но его попытка поцеловать Гермиону была безжалостно прервана её тонкими пальцами, коснувшимися его губ.       — Между нами остаётся слишком много недосказанных вещей, давай не будем увеличивать их число. Тем более, что наше перемирие носит временный характер, и мне бы не хотелось завтра жалеть о том, что будет сделано сегодня под влиянием момента.       — Ты будешь жалеть только о том, что упустила этот момент, — пообещал Фред, но настаивать не стал, возобновляя их прерванный плавный танец.       Гермиона окончательно расслабилась и полностью погрузилась в мелодию, прикрыв глаза. В этот же момент Полумна спустилась вниз в сопровождении Джорджа и замерла, заметив у лестницы в подвал человека, которого здесь точно не должно быть. На секунду ей показалось, что она ошиблась, но тот повернул голову, и все сомнения вмиг отпали.       — Тебе принести пунш? — спросил Джордж.       — Да, яблочный, пожалуйста, — рассеянно ответила Полумна, цепко следя за Драко Малфоем, двинувшимся в сторону ближнего к нему коридора.       Кажется, их с Гермионой план перейдёт на новую стадию раньше, чем планировалось.