Небесная Охота

      Они проговорили почти до самого заката. Лето мог гордиться собой: Джессика улыбалась и смеялась над его историями. Расставаться не хотелось настолько, что Лето не успокоился, пока не выпытал у Джессики место и время следующей встречи. И уже ночью, вернувшись в замок, он долго не мог уснуть и стоял на балконе своих покоев, вглядываясь в тонкую линию темного горизонта, окрыленный новым чувством, поселившимся в его груди. Или, может быть, слухи правдивы, и ла-вэй действительно околдовывают мужчин?       Через десять дней вернулся Гурни. Он лично возглавлял отряд, посланный на границу помочь пострадавшим и выяснить, что же, во имя Небес, там случилось. Взгляд Лето мрачнел с каждым словом, произнесенным его верным другом: ни одному из раненых солдат не удалось выжить. Их раны не были похожи на раны от клинка, их словно порвало какое-то чудовище с невероятно острыми когтями; пораженные места иссушались и чернели, и никакие снадобья и мази не могли заставить этот мор отступить. Солдаты начинали сходить с ума: чем дальше мор распространялся по их телу, тем меньше оставалось в них человеческого, в последние часы своей жизни они впадали в безумие и кричали в агонии — словно незаживающих ран несчастным было мало. Питер растерянно разводил руками: его знаний ментата не хватало, чтобы хотя бы предположить, что могло напасть на пограничную заставу. Со дня доклада он проходил несколько дней сам не свой, а потом заперся в библиотеке замка, надеясь найти ответы в книгах и свитках предков. Лето ничего не мог сделать — и это невероятно раздражало его.       — Вы рассеянны, сир, — сказал Гурни во время боевой тренировки, выбивая клинок из руки герцога.       Лето хмуро хмыкнул и отвернулся в сторону, потирая правую ладонь.       — Я не могу перестать думать о твоем отчете, — сознался он, вздыхая устало. — Что бы это ни было, народ Каладана никогда прежде с таким не сталкивался. Иначе сохранились бы записи…       — Питер что-нибудь отыщет, — постарался заверить его Гурни. — Дайте ему время.       — Угу.       Нужно отвлечься. Сменить тему. Направить мысли в другое русло. Но куда? Лето подобрал с каменного пола клинок, взвесил его в руке.       — Как успехи у нашего найденыша?       — Вы о Дункане Айдахо, сир? — Гурни подошел поближе, не торопясь убирать свой меч в ножны. — Хорошо. Я бы даже сказал, очень хорошо, но…       — Но? — Лето отсалютовал Гурни клинком.       — В нем слишком много энергии. Которую он пока направляет не туда.       — Так давай поможем ему направить ее в нужное русло.       — Сир? — Гурни склонил голову набок, вопросительно щурясь.       — Пригласи его на следующую тренировку, — улыбнулся Лето. — Пусть покажет, насколько он готов защищать своего герцога.       Гурни коротко усмехнулся, его уши слегка дернулись. Вот уж он как никто другой знал, что лучшего мечника, чем герцог Лето Атрейдес, не сыскать ни в герцогстве, ни в соседних землях.       — Передай мне копию подробного отчета, — попросил вдруг Лето.       — Зачем?       — Хочу… Показать его кое-кому.       Шерсть на закрученном кольцом хвосте Гурни распушилась сильнее.       — Кому-то кроме вашего советника, сир? — он надавил голосом на обращение к герцогу.       — Джессика управляет силой, которую нам не постичь, — Лето нахмурился, твердый в своем решении. — Она владеет магией. А ты говорил, что этот мор не смогли остановить наши лекари. Может быть, ла-вэй смогут нам помочь…       — Они не просто так выбрали уединение, мой герцог, — Гурни вернул меч на стойку для оружия. — В первую очередь… Из-за людей. Вы же не думаете, что сможете одним знакомством перечеркнуть десятилетия очерняющих слухов и восстановить доверие между двумя народами?       Лето хмуро взглянул на своего военачальника. Так, подумал Гурни, смотрел его отец, герцог Паулюс, когда решал совершить невозможное.       — Я попытаюсь, Гурни. Я попытаюсь.

***

      Они встречались на опушке леса за пределами городских стен. Лето уже выучил, к какому именно дереву из леса всегда выходила Джессика, и теперь ждал ее, нетерпеливо расхаживая взад-вперед. Легкий изумрудно-зеленый полуплащ колыхался от его движений, черные кудри вились и дрожали, а взгляд зеленых глаз то и дело обращался к чаще. О! А вот и она! Наконец-то… Ее легкую будто струящуюся походку Лето узнал бы из тысячи таких же.       Джессика выходила, накинув капюшон бежевого плаща на голову, и хотя здесь вряд ли кто смог бы их увидеть, осторожность была не лишней, Лето хорошо это понимал. Он почти подлетел к ней, тут же беря ее хрупкие ладони в свои и прижимаясь к ним губами.       — Что случилось? — спросила она мягко и обеспокоенно.       — А разве я не мог позвать тебя, просто потому что не могу прожить и дня без твоей улыбки? — спросил Лето, неуверенно усмехаясь.       — Ла-вэй искусны в распознании обмана, — улыбнулась Джессика в ответ.       Лето тяжело вздохнул и отпустил одну ее руку. Потянул к дереву, сам сел на один из выступающих корней и дождался, пока она присядет рядом.       — Что тебя тревожит?       — Пришел отчет, — хмуро начал Лето. — С одного из пограничных постов. Отчет о нападении, — он почувствовал, как напряглась рука Джессики в его ладони. — На солдат напало… Что-то. К сожалению, не осталось живых, чтобы описать, кто это был. Но Гурни рассказал о ранах… Они были рваные, словно от когтей, и от них по телу расползалась какая-то болезнь. Мор. Он иссушает тело, кожа чернеет, а раненые начинают сходить с ума. Словно этот мор выжигал в солдатах все человеческое, пока они не начинали биться в агонии и не умирали. И я подумал… Может быть, ты… Что? Что такое?       Лицо Джессики побелело. Она сжала ладонь Лето, уставилась куда-то вперед невидящим взглядом.       — Вэйран, — прошептала она одними губами.       — Ты знаешь, кто это сделал? — тихо спросил Лето.       — Это… Это демон. Демон тысячи хвостов, — она повернула голову на Лето. — Ты ведь знаешь историю о сошествии ла-вэй и акир в мир смертных?       Историю? Легенду? Лето озадаченно хмыкнул. Кажется, ему читали эту легенду в детстве, но он помнил ее очень плохо…       — Десять веков назад Бриггия и Таррис сошли с Небес в этот мир, услышав молитвы людей. Земли пожирал мор: рожденный из пороков и грехов темный повелитель демонов Вэйран крал души смертных и множил свою армию. Люди не могли с ним справиться и взмолились к Небесам о помощи. Бриггия и Таррис возглавили армию ла-вэй, акир и людей, чтобы дать отпор врагу. На исходе этой войны они принесли себя в жертву, чтобы запечатать Вэйрана в отражении Луны в Зеркальном озере. Они… обратились в чистую магию, загоняя демона в зеркальную темницу, а последний удар, закрывший врата, нанес смертный. Клинком Тарриса, напоенным силой Бриггии. Нам неизвестно, кто именно это был, но в этой истории, — она протянула руку к Лето, — он носил на груди эмблему. Эмблему ястреба…       Тонкие пальцы Джессики ласково коснулись семейного символа рода Атрейдес на груди Лето. Символа ястреба.       — Остатки армии Вэйрана рассеялись и пали. Наши предки думали, что их всех истребили… Видимо, не до конца. Но почему они появились именно сейчас? Неужели… Темница ослабла? — во взгляде Джессики впервые с момента их знакомства Лето увидел страх.       — Что бы это ни значило, — ответил ей тихо Лето, бережно беря ее ладонь в свою, — мы найдем решение. Знать бы, где искать…       — Обычное оружие не поможет против приспешников Вэйрана. Это темная магия в ее чистом виде, она извращает души людей и превращает их в монстров… Вы сожгли тела? — вопрос Джессики прозвучал неожиданно.       — Это… Похоронный обычай Каладана. Да. Тела погибших были сожжены, — кивнул Лето.       — Хорошо, — выдохнула Джессика. — Значит, они не воплотятся в демонов… Мне нужно вернуться к старейшине и узнать, какие чары нужно наложить на ваши клинки. И вот еще что…       Лето напрягся, подался ближе к Джессике.       — Мне мало что известно о природной магии акир. Но они должны стать твоим подспорьем, — тихонько сказала ему Джессика. — Не пренебрегай их помощью. Особенно теперь, когда ла-вэй не жалуют в герцогстве.       — Спасибо тебе, Джессика, — выдохнул Лето в ответ.       Он легко коснулся губами мягких губ Джессики в поцелуе нежной благодарности.